Глава 28 «Танец доверия»

Правило школьной дискотеки звучало просто, как пункт из старого фильма: приглашают парни. Но почему-то именно это правило заставило Джию нервничать сильнее, чем любая контрольная. Она стояла перед зеркалом в своей комнате, держала на вешалке два платья и уже пятнадцать минут делала одно и то же: прикладывала первое, отходила, прикладывала второе, снова отходила — и каждый раз находила в себе новый “недостаток”. — Я выгляжу… нормально? — спросила она в третий раз, поворачиваясь к Эмме. Эмма сидела на кровати, листала фото платьев на телефоне и закатывала глаза так драматично, будто репетировала роль в театре. — Джиа, ты выглядишь так, что люди будут забывать слова, — сказала она. — А теперь перестань пытаться убедить себя в обратном. — Я просто хочу… — Джиа остановилась, подбирая слова. — Хочу выглядеть на сто. Эмма улыбнулась чуть мягче: — Ты хочешь выглядеть так, будто ты уверена. Потому что ты боишься, что Джейк тебя увидит и… — она театрально вздохнула, — внезапно передумает. — Я не говорила— — Не надо. Я твоя лучшая подруга, у меня радар на твои “не говорила”. Джиа хмыкнула, но в зеркале её глаза всё равно оставались напряжёнными. — Я просто… — тихо сказала она. — Я хочу, чтобы он посмотрел на меня так же, как смотрит всегда. Но… ещё сильнее. Эмма встала, подошла и положила руки Джии на плечи: — Он и так смотрит на тебя так, будто ты единственная на планете. Но если тебе надо ещё сильнее — мы сделаем это. Она подмигнула и взяла первое платье. — Это. Джиа сглотнула: — Оно… слишком? — Нет, — уверенно сказала Эмма. — Оно “ровно настолько, чтобы Джейк заикался”. А это, поверь, очень полезно в воспитательных целях. Джиа рассмеялась — напряжение чуть отпустило. Но не до конца. Потому что за несколько часов до дискотeki им ещё предстояло пережить матч. Трибуны футбольного поля гудели как улей. Школа пришла почти вся: кто ради игры, кто ради шума, кто ради того, чтобы потом обсуждать “как он пробежал”, “как он упал”, “как он снова герой”. Джиа сидела рядом с Эммой, чуть дальше — Ной и Трой. В руках у Эммы был плакат, сделанный за десять минут: “ДЖЕЙК, НЕ УПАДИ (МЫ ВЕРИМ)”. — Это поддержка или угроза? — спросил Ной, поправляя очки. — Это мотивация, — невинно ответила Эмма. Трой смотрел на поле спокойно, но глаза выдавали: он оценивает всё — позиции, скорость, стратегию. Джиа же смотрела только на одного. Джейк был на поле — в форме, в движении, в своём элементе. Он был не просто спортсменом — он был Джейком, который умеет отдавать себя делу полностью, с улыбкой и упорством. И каждый раз, когда он пробегал ближе к трибунам, Джиа ловила его взгляд. Он мелькал на секунду — и становилось легче дышать. Именно поэтому она сразу заметила, когда к нему подошли. Парень из противоположной команды — высокий, самоуверенный, с тем самым выражением лица, которое говорит: “я привык выигрывать не честно, а громко”. Он подошёл к Джейку в паузе и сказал что-то, слишком близко наклонившись. Джейк сначала улыбнулся в ответ — как всегда вежливо, но в следующую секунду улыбка исчезла. Джиа напряглась. — О нет, — пробормотала Эмма. — Это тот самый… “я главный, потому что я так решил”. Ной прищурился: — Он провоцирует. Трой не отрывал взгляд от поля: — Джейк не поведётся. Парень махнул рукой, будто делает объявление. И даже с трибун было слышно, как он громко, на весь сектор, говорит: — Слушай, Мальчик-Звезда! Ультиматум! Кто выигрывает — тот и зовёт Джию на дискотеку! Трибуны на секунду ахнули, а потом вспыхнули шёпотом, как огонь. Джиа почувствовала, как лицо заливает жар — не смущение, а злость. Она даже привстала, но Эмма удержала её за локоть. — Подожди. Смотри на Джейка. Джейк стоял напротив этого парня, и в его лице было что-то холодное и взрослое. — Ты серьёзно? — спросил Джейк громко, чтобы слышали все. — Ты только что предложил спорить на человека? Парень ухмыльнулся: — Не будь трусом. Боишься проиграть — боишься, что она уйдёт? Джейк сделал шаг вперёд. — Она не “уйдёт” и не “придёт” по твоей команде. — голос Джейка стал спокойным, но твёрдым, как сталь. — Джиа не вещь. Она сама решает, с кем танцевать. Трибуны замолчали на секунду, а потом кто-то свистнул и зааплодировал. Парень скривился: — Значит, трус. Понял. — Значит, взрослый, — спокойно сказал Джейк. — А ты — нет. Парень раздражённо отвернулся, а судья свистнул — игра продолжилась. Джиа выдохнула так, будто держала дыхание целую минуту. — Вот это мой мальчик, — прошептала Эмма и подняла плакат выше. Ной тихо сказал: — Он правильно сделал. Публичная граница. Это важно. Трой кивнул, не отрываясь от игры: — Да. Матч стал напряжённым. Потому что теперь это было не просто “кто забьёт”. Это стало историей про гордость, уважение и то, как быстро толпа может превратить человека в “приз”. Счёт держался ровным — ничья. До конца оставались секунды, когда мяч оказался у Джейка. Он поймал его, как будто знал, что этот момент будет, и побежал. Быстро, точно, будто каждая тренировка была ради этого рывка. Парень-ультиматум бросился ему наперерез, но Джейк сделал финт и ушёл, как вода. И ударил. Мяч влетел в ворота. Свисток. Трибуны взорвались. Эмма закричала так громко, что сорвала голос. Ной неожиданно хлопнул в ладоши. Трой резко выдохнул — облегчённо. А Джиа… Джиа не думала. Она вскочила и побежала. Она перепрыгнула через нижний ряд и оказалась у поля, когда Джейк ещё тяжело дышал от рывка. Он обернулся — и увидел её. И на секунду весь шум будто исчез. Джиа влетела к нему, схватила его за воротник формы и поцеловала — прямо там, на глазах у всех. Долго. Смело. Так, что даже ветер на поле будто замер. Трибуны взвыли. Кто-то свистел, кто-то кричал “дааа!”, кто-то хлопал так, будто это финал чемпионата мира. Парень с противоположной команды подошёл, явно желая сказать что-то, но Джейк и Джиа его не заметили. Они были заняты тем, что возвращали себе дыхание — друг в друге. Когда Джиа наконец оторвалась, она повернулась так, чтобы её услышали. — Вообще-то это было очень глупо, — сказала она громко. — Спорить на девушку. Она улыбнулась — спокойно, уверенно. — Я люблю умных. И у меня уже есть компания на все последующие танцы в моей жизни. Трибуны снова заулюлюкали. — О-о-о-о! — Жёстко! — Сказала как королева! Джейк обнял её и наклонился к её уху: — Ты только что уничтожила его словами. — А ты уничтожил его голом, — прошептала Джиа. Джейк снова поцеловал её — и толпа снова взорвалась. Парень с противоположной команды так и остался стоять рядом, будто его выключили из сцены. Вечером Эмма пришла к Джие с пакетом заколок, блёсток и одним выражением лица: “Сегодня будет красиво”. Они собирались у Джии дома — как в кино. На кровати лежали платья, косметика, туфли. Музыка тихо играла из колонки. Джиа сначала нервничала, потом, после матча, вдруг почувствовала уверенность: Джейк её любит не из-за платья. Но всё равно хотелось быть “вау”. — Ты уже “вау”, — сказала Эмма, когда Джиа вышла в платье. Джиа посмотрела в зеркало и впервые за день не нашла, к чему придраться. — Ладно, — выдохнула она. — Я готова. Эмма поправила ей волосы: — Мы готовы. Когда они спустились вниз, в гостиной уже горел свет. Родители Джии были дома — спокойные, но явно в “режиме наблюдения”. — Девочки, вы прекрасно выглядите, — улыбнулась мама Джии. Папа Джии сидел с газетой, но газета была просто маскировкой: он всё видел. — Сейчас придут мальчики, — шепнула Эмма и театрально выпрямилась. — Я хочу увидеть лицо Джейка. — Эмма! — Джиа толкнула её локтем, но сама тоже ждала. Дверной звонок прозвучал вовремя. Джиа открыла дверь — и на пороге стояли Трой, Ной… и Джейк. Джейк увидел Джию и замер. Сначала у него просто исчез звук. Потом он моргнул. Потом попытался сказать хоть что-то — и вышло: — Ты… э… я… вау. — Он сломался, — шепнула Эмма и прикрыла рот ладонью, чтобы не засмеяться громко. Ной, сухо: — Подтверждаю. Система “Джейк” зависла. Трой сдержанно улыбнулся: — Перезагрузка займёт минуту. Папа Джии поднялся, подошёл к Джейку и легко похлопал его по плечу, как будто будил: — Молодой человек, вернитесь на Землю. Джейк вздрогнул: — Да! То есть… здравствуйте, сэр. Папа улыбнулся чуть строже, но доброжелательно: — Ты же понимаешь, что сегодня ты отвечаешь за нашу принцессу? Джейк проглотил воздух и кивнул так уверенно, будто подписывал контракт: — Да, сэр. Я… обещаю. Мама Джии подошла и поправила невидимую складку на платье Джии: — Веселитесь. Но звоните, если что-то будет не так. И… — она посмотрела на всех четверых, — помните, вы хорошие дети. Делайте хорошие решения. Трой кивнул, как будто это приказ. Ной сказал: — Мы будем следовать протоколам безопасности. Эмма прошептала Джие: — Ной даже на дискотеку идёт по протоколу. Джейк наклонился к Джии и тихо сказал: — Ты… идеальная. Джиа улыбнулась: — Ты тоже ничего. — “Ничего”? — возмутился Джейк шёпотом. — Я в костюме! — Именно, — засмеялась Джиа. Школьный зал было не узнать. Огни, гирлянды, шарики, музыка, стол с коктейлями (безалкогольными, конечно), фотозона и ведущий, который явно мечтал быть диджеем на фестивале. Все веселились. Эмма и Джиа танцевали вместе — как лучшие подруги: смеясь, подпевая, иногда делая движения, которые выглядели смешно, но уверенно. Трой и Джейк “развлекали Ноя”: пытались заставить его не стоять как столб. — Просто двигайся, — говорил Джейк, толкая Ноя плечом. — Я двигаюсь, — сухо отвечал Ной, делая шаг на два сантиметра. Трой добавил: — Это не считается. Эмма подлетела к ним: — Ной! Давай! Представь, что ты уклоняешься от монстра! Ной задумался — и действительно начал двигаться точнее. — О, — удивилась Джиа. — Сработало. — Я визуализирую угрозу, — объяснил Ной. Джейк рассмеялся: — Ты танцуешь как человек, который спасает планету. — Это и есть мы, — улыбнулась Джиа и переплела пальцы с пальцами Джейка. Музыка сменилась. Ведущий поднял микрофон: — Внимание! Сейчас — конкурс на лучший танец! Пара, которая покорит зал, получит приз! Толпа зашумела. Эмма сразу засветилась: — Джиа! Идите! Ну пожалуйста! Джиа хотела сказать “нет”, но Джейк уже потянул её за руку. — Пойдём, — сказал он тихо. — Доверься мне. — Ты умеешь танцевать? — шепнула Джиа, когда они выходили на площадку. — Я умею вести, — ответил Джейк. — А ты умеешь доверять. Музыка изменилась — и зал вдруг притих. Не быстрый поп, не дискотечный бит. Танго. — Ого, — прошептала Эмма с края, — это серьёзно. Джейк положил руку Джие на талию — уверенно, но бережно. Джиа подняла ладонь ему на плечо и почувствовала, как он дышит: спокойно. Сосредоточенно. — Смотри на меня, — сказал он очень тихо. Джиа улыбнулась, и страх исчез. Он повёл. И это было… красиво. Джейк двигался так, будто музыка — его стихия, а Джиа — его партнёр не на один танец, а на жизнь. Их шаги были точными, повороты — мягкими, близость — не “для публики”, а настоящая. В какой-то момент Джейк развернул её, и Джиа почувствовала, как зал исчез: остались только их взгляды и дыхание. Страсть не была громкой. Она была уверенной. Романтика — не слащавой. Она была зрелой. Когда музыка закончилась, зал взорвался аплодисментами. Ведущий поднял руки: — У нас есть победители! Кто-то закричал “Джейк!”, кто-то “Джиа!”, кто-то свистел, как на стадионе. Эмма прыгала на месте: — Я знала! Я знала! Ной покачал головой: — Вероятность их победы была высокой. Трой усмехнулся: — Ты считал? — Да, — спокойно ответил Ной. Джейк и Джиа вернулись к друзьям, и Эмма сразу подколола: — Ну всё, теперь вы официально “пара, которая выиграла танго”. Следующий шаг — корона? Джейк ухмыльнулся: — Я согласен на корону, если Джиа будет королевой. Джиа засмеялась и поцеловала его в щёку: — Ты сегодня слишком романтичный. — А ты сегодня слишком красивая, — ответил Джейк, и Джиа снова покраснела. Под конец вечера музыка стала быстрее, и ведущий крикнул: — А теперь — свободный танец! И тут произошло то, чего никто не ожидал. Ной вдруг вышел на середину площадки, сделал шаг, ещё шаг — и… начал брейкданс. Не идеально, но честно, с такими серьёзными глазами, будто это научный эксперимент. Трой, секунду посмотрев, вдруг тоже вышел — и повторил движение. — НЕТ, — заорала Эмма, — ЭТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ РЕАЛЬНО! Зал заорал от смеха и восторга. Джейк согнулся, держась за живот: — Я сейчас умру! Джиа смеялась так, что у неё слёзы выступили. Трой, делая полуповорот, сухо сказал: — Ной, ты неправильно ставишь опору. — Я корректирую, — ответил Ной и действительно скорректировал. — ОНИ ДЕРУТСЯ В ТАНЦЕ, — визжала Эмма. Дискотека закончилась поздно. Когда они выходили из зала, Джейк взял Джию за руку и притянул ближе. — Спасибо за сегодня, — сказал он тихо. — За что? — спросила Джиа. — За то, что ты была счастливой, — ответил Джейк. — И за то, что доверилась мне на танце. Джиа улыбнулась: — Я доверяюсь тебе каждый день. Джейк наклонился и поцеловал её — мягко, спокойно, без спешки. Где-то рядом Эмма нарочно кашлянула: — Кхм! У нас тут свидание на глазах у всех! Ной добавил: — Да, они демонстрируют социальную привязанность. Трой вздохнул: — Идите уже. Пока вас снова не заставили танцевать танго. Джейк рассмеялся, не отпуская руку Джии. — Пойдём, принцесса, — сказал он. Джиа подняла на него глаза: — Я не принцесса. — Для меня — да, — ответил Джейк. И они ушли вместе, оставив позади музыку, огни и шум. На одну ночь они были просто подростками. И это было почти так же важно, как спасать мир.