Глава 15. Кто украл джем из твоего пончика?

      Гермиона вышла из камина в атриум Министерства с чёткой целью. Едва стряхнув с мантии летучий порох, она решительно направилась к лифтам, мысли всё ещё метались вокруг последствий статьи Скитер. Малфой молча шёл рядом, укорачивая шаг, чтобы подстроиться под её темп.       «Что, к чёрту, думал «Пророк», печатая эту чёртову статью?»       Ещё до того, как Скитер опубликовала свою подстрекательскую писанину, волшебное сообщество находилось на взводе. Ярость была такой сильной, что Гермиона чувствовала, как магия бежит по рукам, потрескивая вдоль предплечий и на кончиках пальцев. За годы она успела привыкнуть к безответственной манере «журналистики» Скитер, но на этот раз та перешла все границы, раздувая общественное возмущение дикими домыслами и беспочвенными слухами именно тогда, когда больше всего требовались спокойствие и здравомыслие. И, разумеется, волшебное сообщество с жадностью это проглотило, с пеной у рта обвиняя всю популяцию оборотней вместо того, чтобы признать очевидное: стая-отступница Сивого вовсе не представляет всех оборотней.       Гермиону всё сильнее удручало растущее настроение, разделяемое слишком многими, что настало время коллективно лишиться рассудка.       «Сохраняйте спокойствие и продолжайте жить», как же.       Шагая к лифтам, она заметила суматоху возле стойки регистрации Министерства. Вокруг неё столпились ведьмы и волшебники, засыпая измученного служащего вопросами.       — Нет, прошу прощения, мисс Грейнджер сегодня нет, и министр недоступен для комментариев!       Гермиона замедлила шаг, нахмурившись, пока не поняла, что почти все собравшиеся были репортёрами.       Мерлиновы сиськи.       Она едва не остановилась как вкопанная, но Малфой крепко сжал её локоть, заставляя идти дальше. Он повёл её по внешнему краю толпы. Его лицо оставалось непроницаемым, глаза стали холодными, как кремень, а сам он инстинктивно занял место между ней и прессой.       Они почти добрались до лифтов, когда кто-то крикнул:       — Это же она?       Гермиона обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть ведьму, указывающую прямо на них.       Толпа разом повернулась. Десятки лиц обратились к ней, и у Гермионы всё оборвалось внутри, когда со всех сторон посыпались выкрики.       — Гермиона! Что вы можете сказать о реакции Министерства на последнее нападение оборотней?       — Мисс Грейнджер, какого характера были ваши травмы, из-за которых на выходных вас госпитализировали в больницу Святого Мунго?       — Вы пытаетесь прикрыть бездействие своего друга, министра Шеклболта?       — Можете прокомментировать ваши исследования потенциального лекарства?       Вопросы налетали один на другой, сливаясь в оглушительный гул. Вспышки камер ослепительно били в глаза, фотографы окружали толпу по краям, а к ней тянулись руки, хватая, требуя ответа.       Не успела Гермиона даже поднять палочку, как Малфой резко дёрнул её себе за спину. Его широкая фигура отгородила её от напирающей толпы, прижав Гермиону к решётке лифта. Она перегнулась через его плечо, ударила ладонью по кнопке вызова, вцепилась в ткань его рубашки на спине и, опустив голову, спряталась за его надёжной спиной.       Хотя Гермиона и раньше подозревала, что Малфоя приставили к ней не просто так, скорее всего, благодаря его выдающимся тактическим навыкам и врождённой склонности к насилию, сейчас ей пришло в голову, что он, пожалуй, ошибся с профессией. Из него вышел бы отличный строевой сержант. Или, возможно, учитель физкультуры у мальчишек средней школы. Его раскатистый голос ударился о стены атриума и на мгновение заставил притихнуть обезумевшую толпу.       — А НУ, НА ХРЕН, ОТОШЛИ ВСЕ НАЗАД!       Гермиона осторожно выглянула из-за его спины. Репортёры застыли на месте. Некоторые стояли с отвисшими челюстями, другие благоразумно отступили на несколько шагов, образовав осторожное кольцо вокруг разъярённого аврора.       За её спиной прозвучал благословенный звонок, и решётка лифта со скрежетом отъехала в сторону. Гермиона споткнулась, вваливаясь в пустую кабину. Малфой вошёл следом, не поворачиваясь к толпе спиной. Палочка уже была у него в руке, опущенная вниз, но готовая к действию. Пока он задвигал решётку, продолжая метать в репортёров убийственные взгляды, Гермиона нажала кнопку второго уровня.       — Вы согласны, что министру Шеклболту следует уйти в отставку?       — Что Гарри думает о реакции Министерства?       — Аврора Малфоя назначили вашим телохранителем?       Гермиона невольно усомнилась в журналистском чутье репортёра, выкрикнувшего последний вопрос.       — Наблюдательность у вас, конечно, потрясающая, — пробормотала она, подняв взгляд на кипящего от ярости Малфоя, пока шум постепенно стихал, а лифт уносил их прочь.

***

      Когда они прибыли в штаб ДМП, здесь было заметно спокойнее, чем в хаосе, который они оставили в атриуме. Но под ровным гулом работы всё ещё ощущалось напряжение. Авроры быстро сновали между рядами серых кабинок, переговариваясь вполголоса и бросая друг на друга настороженные взгляды.       Малфой уверенно шагал по лабиринту столов к кабинету Гарри в дальнем конце этажа. По пути он сдержанно кивал коллегам, ограничиваясь самым необходимым проявлением вежливости.       Гермиона шла следом. Здесь её знали. Обычно она приходила к Гарри, иногда консультировала по делам, где требовались её медицинские знания. Реже её временно приглашали в качестве полевого целителя для особо опасных операций. Этот опыт породил между ней и большинством сотрудников ДМП своеобразное чувство товарищества. Она залатала достаточно авроров прямо во время заданий, чтобы знать их шрамы едва ли не по именам. Трудно не почувствовать близость к человеку, когда стоишь над ним на коленях посреди грязного поля, удерживая вместе его разорванную сонную артерию.       Она шла за Малфоем через лабиринт кабинок, улыбаясь знакомым лицам. Чжоу Чанг, Дин Томас и Симус Финниган столпились у стола Денниса Криви, склонившись над архитектурными чертежами. Судя по всему, они готовились к следующему рейду. Первым её заметил Дин. Он широко улыбнулся и ткнул Симуса локтем.       — Привет, Гермиона! Как поживаешь? — окликнул её Симус. — Слышал, после бардака на прошлой неделе в Кенте тебе снова пришлось латать нашего Дина. Не могла подержать его ещё пару дней под наблюдением, чтобы остальные хоть немного от него отдохнули? И где же твоя гриффиндорская солидарность?       Дин привычно пропустил его слова мимо ушей и по-дружески обнял Гермиону за плечи.       — По-моему, Гермиона была совсем не против моего общества. Особенно после того, как Хэтчер обратился прямо в приёмном отделении.       Веселье мгновенно исчезло.       — Чёртова трагедия, вот что это было, — пробормотал Симус, проводя рукой по волосам. — За одну ночь мы потеряли сразу двух авроров. И Адамс, и Хэтчер стали жертвами новой мутации.       Чжоу перебросила косу через плечо и опёрлась руками о стол Денниса.       — Тем более нужно как следует подготовиться к следующему рейду. Мы не можем позволить себе потерять ещё кого-нибудь.       — Не говоря уже о том, что напишет «Пророк», если у ДМП случится ещё один «провальный рейд», — проворчал Деннис, откидываясь на спинку стула и сцепляя пальцы за головой.       — Кстати об этом… — вдруг сказал Симус, переводя взгляд на Гермиону. — Что там в газете написали о том, что ты пострадала на выходных? Это правда? Что случилось? Я-то думал, этот придурок, — он кивнул в сторону Малфоя, — должен тебя охранять. Уже халтуришь на работе, да, Малфой?       Малфой лениво приподнял одну бровь.       — Если мне вдруг понадобится совет, как что-нибудь поджечь, Финниган, ты будешь первым, кому я позвоню. Во всём остальном, будь так добр, отвали на хрен.       — Эй! Не заводись, Малфой. Кто украл джем из твоего пончика?       — Это ты, Финниган, украл, мать его, джем из моего пончика. Ты.       Симус фыркнул, и Гермиона рассмеялась, когда он поднял руки в притворной капитуляции.       — Честное слово, Грейнджер. Не представляю, как ты целыми днями терпишь этого законченного придурка. Только скажи слово, и я поговорю за тебя с Гарри.       Продолжая смеяться, она позволила Малфою направить её к кабинету Гарри. За их спинами Симус и Дин всё ещё обменивались колкостями через перегородки кабинок.       Дверь кабинета Гарри была закрыта, что случалось редко. Как один из руководителей отдела, он предпочитал держать её открытой, чтобы сотрудники могли в любой момент зайти за быстрым советом. Малфой нахмурился и уверенно постучал.       — Войдите, — приглушённо донёсся голос Гарри.       Малфой открыл дверь, быстро окинул кабинет взглядом, затем отступил в сторону, пропуская Гермиону первой.       Она резко остановилась.       Рядом со столом Гарри, заложив руки за спину, стоял Кингсли Шеклболт. Его внушительная фигура чётко вырисовывалась на фоне бледного света, льющегося из окна.       — Министр, — коротко поприветствовал Малфой, почтительно кивнув.       Гермиона улыбнулась и подошла обнять Кингсли. Его мантия мягко окутала её, пахнув кардамоном и гвоздикой.       — Мне очень жаль слышать о нападении в вашем доме, мисс Грейнджер, — прогремел он. — Аврор Поттер сообщил, что вы получили ранения. Надеюсь, вы полностью оправились?       Она кивнула.       — Да, со мной всё в порядке. Хотя я очень благодарна, что Гарри, Малфой и Блейз подоспели вовремя.       — И я этому благодарен, — тепло ответил Кингсли, переводя взгляд на Малфоя. — Похоже, назначить вас в её охрану было правильным решением, аврор Малфой.       Малфой едва заметно переступил с ноги на ногу, засунув руки в карманы. Его взгляд скользнул к Гермионе, но он промолчал.       Гермиона опустилась в кресло напротив стола Гарри, закинув ногу на ногу.       — Полагаю, вы уже видели статью в «Пророке»?       Гарри поморщился, потирая шею.       — Ага. Очередная халтура Скитер. Ума не приложу, как её до сих пор держат в редакции.       — Потому что она продаёт газеты, — резко сказала Гермиона. — Если где-то льётся кровь, это обязательно попадёт на первую полосу.       — Ну да. В таком случае скажи, если тебе снова понадобится стеклянная банка, Миона.       Гермиона застонала, поймав недоумённый взгляд Малфоя.       — Это был единственный раз, Гарри, — пробормотала она и покосилась на Кингсли. Его удивлённо приподнятые брови сделали ситуацию ещё более неловкой.       — Я лишь говорю, — Гарри пожал плечами, — если бы Скитер на пару недель куда-нибудь исчезла, всем стало бы спокойнее.       — Разумеется, мне бы и в голову не пришло посягать на свободу журналистики, — с подчёркнутой чопорностью ответила она.       — Это никогда тебя не останавливало.       — Заткнись, Гарри.       — Есть, мэм.       Малфой беспомощно переглянулся с Кингсли, затем обречённо пожал плечами.       — Ладно. В общем…       Кингсли вмешался:       — Аврор Поттер как раз вводил меня в курс последних событий по делу в Глостере.       Гермиона и Малфой одновременно повернулись к Гарри. Тот нахмурился и раскрыл плотную папку из манильского картона.       Веселье мгновенно исчезло.       — Мы получили заключение вскрытия после субботнего нападения, — тихо сказал Гарри. — У одного из погибших на груди была вырезана руна.       У Гермионы всё похолодело внутри. Рядом она услышала, как Малфой резко втянул воздух.       — Дай посмотреть.       Гарри подвинул папку через стол. Гермиона открыла её и быстро пробежалась глазами по тексту.       Множественные ушибы лица, спины и шеи. Тупая травма грудной клетки. Массивное внутреннее кровотечение. Перелом большеберцовой кости, лучевой кости, множественные переломы рёбер.       Её профессиональная отстранённость дала трещину. Она перевернула страницу и судорожно вдохнула.       На фотографии была видна неровная, залитая кровью руна, глубоко вырезанная на бледной коже.       — Узнаёшь её? — тихо спросил Гарри.       Малфой наклонился через её плечо. И он застыл с каменным выражением лица.       Не говоря ни слова, Гермиона кивнула, закрыла папку и протянула её обратно. Горло сдавило, и Малфой ответил за них обоих. Его голос прозвучал тихо и мрачно.       — Это была руна Хагалаз, — сказал он. — Разрушительница миров.