4. Это не так уж важно, Лен

Дамиан слегка одёрнул жилет, когда худощавая пожилая женщина пробормотала, обращаясь к князю: — Свет мой, вашему волшебнику срочно необходим хороший портной. Все сидящие за столом мгновенно оторвались от ужина и уставились на Дамиана. Князь поджал губы, пряча усмешку, строго заметил: — Вы задержались, Дамиан. Если желаете трапезничать со слугами, вам стоило прийти на час позже. — Я прошу прощения, Ваша Светлость, — Дамиан замер в поклоне, старательно игнорируя красноречивый взгляд Ройса в стиле «а я говорил». — Садитесь. Я вас представлю. Дамиан нервно осмотрел стол. Справа от князя — та самая пожилая женщина, слева — свободно, рядом с женщиной девочка с большими выразительными глазами и полноватый лысый мужчина средних лет, рядом со свободным местом — седой усач в военном мундире и Адемар, между Адемаром и лысым также свободно. Сидеть рядом с неприветливым камергером не хотелось, поэтому Дамиан уверенно направился к месту возле князя. На этот раз, чтобы спрятать улыбку, Его Светлости понадобилась салфетка. — Дамиан, я помню, что поощрил вашу амбициозность, и я не отказываюсь от своих слов, но это место моего личного советника, который временно отсутствует. Сядьте, пожалуйста, подле Адемара, где вам и положено сидеть. Дамиан залился краской и попятился назад. Неловко плюхнулся на указанный стул. — Я же уточнял вам рассадку, когда показывал столовую, — еле слышно проворчал камергер. Дамиан только кивнул, понимая, что сейчас не время и не место объяснять, что в тот момент он был больше занят поиском опасных артефактов, чем выслушиванием занудств старика. — Что ж, господа и дамы, поприветствуйте Дамиана, придворного чародея княжества Баллатон. Дамиан, знакомьтесь: военачальник Баллатона маршал Берниер, финансовый советник господин Кристиан, камергер господин Адемар, моя мать княгиня Теффана и моя жена княгиня Мариэль. Дамиан удивлённо — и не очень вежливо — уставился на девочку, которой явно было всего лет семнадцать. Она смущённо спрятала глаза. — Не пялься, — проворчал Ройс. — Лучше ешь давай. Но не нажирайся, а то я тебя знаю… Дамиан тихо фыркнул. *** К концу ужина Дамиан немного расслабился. Господин Кристиан оказался интересным собеседником, он подробно расспрашивал Дамиана о жизни в Зориа и вспоминал времена своего обучения. Адемар в основном общался с маршалом, князь — с матерью, и только юная княгиня весь вечер просидела молча и почти ничего не ела, печально наблюдая за мужем из-под ресниц. От еды Дамиана вновь разморило, но уйти отдыхать сразу после ужина не вышло. Когда все начали потихоньку расходиться — первой попрощалась княгиня Мариэль, — князь строго попросил Дамиана задержаться. После того как князь представил его своим главным советникам и семье, Дамиан перестал переживать, что его выставят в тот же день, как приняли на работу, а потому выслушивать нравоучения совсем не хотелось. Понятно, что он облажался и больше такого не допустит. О чём тут разговаривать? — Я хочу знать, насколько это норма, — прямо сказал князь, как только они остались в столовой вдвоём. — То, что я сажусь на чужие стулья? — робко улыбнулся Дамиан. Князь дёрнул уголками губ. — То, что мой придворный чародей обнимается со стенами до потери сознания. — Не норма, Ваша Светлость. Я не терял сознание, я вроде как заснул. Энергия закончилась. В обычной ситуации такой реакции не будет. Это просто сложный ритуал. — Мне не нужен чародей, который валится с ног от собственного чародейства, — холодно отрезал князь. Дамиан нервно сглотнул. — Больше такое не повторится, Ваша Светлость. — Очень на это надеюсь. Вы должны быть в форме, — князь оценивающе взглянул на Дамиана. — И да, завтра же вас переоденут. Доброй ночи, Дамиан. — Доброй… Спасибо, Ваша Светлость! Князь ушёл, слегка махнув рукой на прощание. — Думаешь, он сильно во мне разочарован? — угрюмо поинтересовался Дамиан. — Думаю, ты сам в себе порядком разочарован, — спокойно ответил Ройс. — Иди спать, Дами. Тебе нужно отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами делать глупости. — Какой же ты всё-таки гадкий. *** Жара не позволяла толком вдохнуть, душила горячими влажными пальцами. От разнообразия запахов щекотало в носу и рябило в глазах. В ушах звенело от окриков торговцев и нелепых мелодий уличных музыкантов. Рыночная площадь Тартиса, будто сердце города, притягивала и отталкивала людские потоки. Жизнь кипела именно здесь. Кипела так потно и жарко, что Дамиану стало дурно. И новый камзол по фигуре только усугублял ситуацию. — Дяденька, купите ягоды! — пристала к нему чумазая девчонка ростом едва ли ему по пояс. От девчонки так искрило энергией, что чародей не удержался и позаимствовал немного. От ягод отказался. Дамиан получил тридцать дино авансом, но тратить деньги не спешил. Он пришёл на рынок за товаром, за который платить не собирался — за информацией. Баллатонцы и здесь производили то же впечатление, что мужики из таверны на окраине, и первые встреченные им горожане: недоверчивые, угрюмые, раздражённые. Будто каждый глоток воздуха, каждый кусок хлеба, каждую спокойную ночь им приходилось у кого-то выпрашивать и выбивать. Кое-где на улицах города Дамиан улавливал сгустки энергии, похожей на ту, что он уже уничтожил во дворце — и пока не находил этому объяснения. Ройс предположил, что это последствия негативных эмоций тех, кому не повезло родиться чародеями в Баллатоне. Но никогда раньше они оба подобного не встречали. На рынке этих сгустков энергии не было — здесь бушевало обычное человеческое море, без чародейных примесей. Но море это было неспокойным и тревожным, будто в преддверии шторма. Дамиан ловил обрывки разговоров о войне и о проблемах с урожаем, о жуткой детской эпидемии на востоке страны и ведьмах, ворующих молоко. Однако говорили и о хорошем: о свадьбах и прибавлении в семействах, о предстоящем празднике лета и — к удивлению Дамиана, с особой радостью, — о том, что князь ждёт наследника. Последнее удивляло ещё и потому, что во дворце о положении княгини никто не распространялся. — Кажется, Его Светлость тебе действительно не доверяет, — откомментировал Ройс. — Ну и не надо, — буркнул в ответ Дамиан. Вырвавшись из жаркой рыночной толпы в прохладную тень каменной улицы, Дамиан расстегнул ворот камзола и рубахи и медленно побрёл к замку. Планов вырисовывалось немало: урожай, смерти детей и даже исчезающее молоко — всё это могло быть следствиями чародейных ритуалов, проведённых то ли со злым умыслом, то ли попросту неправильно. Но одобрит ли князь его желание поездить по княжеству, Дамиан не знал. Придворный чародей на то и придворный… Беременность княгини тоже сбивала с толку. Из размышлений его вырвало раскатистое: — Дорогу! Дорогу! Как и другие горожане, Дамиан торопливо вжался в стену ближайшего дома и уставился на путников. Двое крепких бородачей на гнедых меринах по бокам, а в центре на длинногривом вороном жеребце — всадник, с ног до головы затянутый в чёрную кожу. Он безупречно держался в седле, всё в его осанке выдавало воина-аристократа, а на груди сиял серебром герб Баллатона. Всадник сосредоточенно смотрел вперёд, будто не замечая людей вдоль дороги, а вот его спутники поочередно выкрикивали: «Дорогу!» — Если бы я не видел князя до этого, я бы сказал, что вот он — князь, — хмыкнул Ройс. Дамиан не отрываясь смотрел на воина. Смуглый, темноволосый, он сильно отличался от баллатонцев. От него искрило энергией не хуже, чем от девчонки на рынке — редкость для взрослого человека. И энергия эта была особенной. — А князь не доверяет тебе даже больше, чем кажется… Почему князь не сказал, что у него уже есть один придворный чародей? Как этот чародей жил в замке до того, как Дамиан его почистил? Или он там никогда не жил? Тогда зачем он приехал сейчас? Заменить Дамиана? — Разберёмся, — подбодрил Ройс. *** Воин расседлывал коня сам. Неторопливо, плавно, будто делал что-то одновременно привычное и приятное. Тихо рассказывал жеребцу, какой тот молодец, что справился с такой нелёгкой дорогой. Дамиан догадывался, что загадочный мужчина в чёрном — тот самый советник, чьё место он чуть не занял по глупости. Теперь нужно было понять, зачем князю два чародея. Дамиан категорически отказался спрашивать об этом у князя напрямую, назвав идиотской затеей. Правда, взамен он предложил затею не менее идиотскую: следить за воином. Естественно, делал это Ройс, которого никто, кроме Дамиана, видеть не мог. А сам Дамиан ошивался неподалёку, на достаточном расстоянии, чтобы и его не заметили, и чтобы Ройса не выдёргивало к нему. Чёрный жеребец вдруг забеспокоился, тряхнул головой, всхрапнул. — Фриз, спокойно, спокойно, — мягко заметил воин, слегка усмехаясь. — Свои. Конь приветственно загугукал. Ройс повернулся ко входу в конюшню. К воину торопливо и немного нервно — совсем не по-княжески — шагал князь. Спустя мгновение они тепло обнимались, а Ройс многозначительно кашлял в кулак. — Ты в порядке! — восторженно сообщил князь, утыкаясь в серебристый герб на груди. — Естественно, я в порядке, Люд. Тебя должно беспокоить благополучие княжества, а не сохранность моей шкуры. Князь только слабо кивнул в ответ на это строгое замечание. — Между прочим, я привёз тебе мир на ближайшие несколько лет, — воин отстранился, достал из-за пазухи свиток пергамента и слегка стукнул им князя по макушке. — А ты чем тут полезным занимался? Приехал твой волшебник? Князь смотрел на воина снизу вверх и казался совсем мальчишкой. — Да, я познакомлю вас вечером. Это не так уж важно, Лен. Важно другое. Мариэль снова ждёт ребёнка. Воин мягко поправил на князе камзол. — Хорошая новость, Люд. Но ты ведь знаешь: радоваться рано. — Она пьёт какие-то алхимические штуки… Воин закрыл коня в стойле, на прощание нежно почесал ему нос и двинулся к выходу. Его ладонь легла между лопаток князя, мягко его направляя. Ройс пошёл следом. — Их варит твой волшебник? — Что у вас за мода так его называть?! Нет, не он. Ему я пока даже не сказал. — Разумно. Кто ещё его так называет? Теффана? Князь кивнул и на мгновение прижался лбом к плечу воина перед тем, как они покинули конюшню, разойдясь на положенное для князя и его советника расстояние.