Часть 10

Оливия подала ему руку - абсолютно голую, бледную, в браслете из золота и аметистов. Платья она не видела, но чувствовала, как тесен лиф и свободна талия, открыта сзади шея и струится по ногам ткань. Платье эпохи регентства. - Без кринолина вам лучше, - сказал он. - Намного. И траур вам не к лицу. Ваш цвет - зелёный, и немного фиолетового. Но зелёного больше. Вы в нём свежи, как майская королева. Морган ласково улыбнулся и повёл ее в круг. Он тоже был одет, как одевались полсотни лет назад: панталоны вместо брюк и короткая курточка, фиолетовая и расшитая жучиными крыльями. Музыка уже давно играла, но тихо; стоило вступить в круг с другими танцорами, и она грянула, заполняя зал. Морган ловко развернул Оливию и подхватил одной рукой под лопатки. Пальцы обжигали сквозь ткань. Они танцева ли вальс. Ноги сплетались, касались одна другой, и его бедро то и дело упиралось ей туда, где бёдра её сходились, и от этого по телу шла волна, сладкая, жаркая, почти лишающая сил, и на руку хотелось не опереться, а лечь спиной, отклоняясь назад, назад, и чтобы Морган склонялся следом, но он улыбался, и вёл, и кружил, и кругом танцевали пары, и музыка не давала им передышки. Восемь ноль-ноль. Оливия открыла глаза с колотящимся сердцем. Что-то новенькое. Даже близко не текст. Завтрак прошёл спокойно, хотя подали не то, к чему она привыкла: к гренкам сварили яйцо всмятку. Надо будет обсудить после церкви с кухаркой вопрос меню. Ведь постоянный доход у Оливии, как и прежде, не очень велик, и с местными ценами она незнакома. Вместо прежней церкви в Кардиффе, куда пришлось бы добираться дилижансом, миссис Морган ещё вчера предложила ей поехать вместе с ней и "Дэвидом" (так Оливия узнала имя врача) в собор в Хландав. Оказывается, доктор Морган нанимал на весь день экипаж, чтобы провести воскресенье с матерью. Вот почему, сообразила Оливия, ей не случалось видеть его в их церквушке в Кардиффе. Вчера идея казалась прекрасной, но сегодня Оливия была в ужасе от мысли сидеть против Моргана в тесном экипаже. Куда пойдут её мысли? Что будет видно по лицу? Она и сейчас-то, вдали от него (и его ног под её юбкой) не могла выгнать из головы приснившийся вальс. Со всеми его ощущениями. Возможно, свежий воздух её уж слишком взбодрил. А может, дело в неумеренном деревенском обеде вечером: дома она довольствовалась тарелкой супа и ломтиком хлеба. Миссис Морган же ела куда плотнее: щедрая порция картошки в мясной подливе, свежие листья салата, бараньи котлеты. И на десерт - печенье, которое кухарка пекла на неделю впрок. Большой вопрос, может ли Оливия позволить себе такие обеды даже в деревне. Возможно, им придётся есть с миссис Морган врозь. Собор всё ещё восстанавливали - но от его красоты уже захватывало дух. От тонких линий, уходящих ввысь в витражах и колоннах, от новых картин и старых статуй... Доктор сел, конечно, возле матери, Оливия - по другую руку миссис Морган. Насколько неловко ей было сидеть возле него в экипаже - настолько страстно тянуло оказаться рядом сейчас. Когда глаза их не могут встретиться, и можно просто ловить плечом тепло от его руки. Всё это становилось таким... нездоровым? Но что в ней вообще - нормальное и здоровое... - Как вам проповедь, милая? - спросила миссис Морган, когда они выходили обратно на солнце с крестиками из вербных веточек в руках. Только что отбило полдень. - У епископа очень приятный голос. А в остальном - боюсь, я слишком потрясена. Прежде я не посещала службы в соборах. - Наш основан самим королём Мейригом, - со значением сказала миссис Морган. Увы, но Оливия не знала такого короля, и ей пришлось бормотать извинения за своё невежество. - Ах, милочка, вам столько ещё предстоит узнать... Вы в самом сердце валлийских земель, здесь творилась история! Слышали вы о короле Артуре? По дороге к дому миссис Морган так увлечённо болтала о феях и королях, что Оливия не сразу поняла, что проваливалась в текст - а уж старая леди и подавно ничего не заметила. Только доктор встретил её пристальным, задумчивым взглядом. - Уже открывали книгу? - спросил доктор, приступая к ланчу. Морганы, как и Оливия, привыкли есть второй раз в час дня - удобное совпадение. И тоже - овсянку на сливках, только "Дэвиду" к ней подали тарелку с яичницей и беконом. Оливия привычно уже испугалась, глядя на эту тарелку, но вспомнила, что это не за её счёт. Прислуживал за столом лакей, малый лет тринадцати или четырнадцати с отчаянно торчащими во все стороны вихрами тёмных волос. - Я планировала почитать сейчас после церкви. Пока что я слушала миссис Морган, она очень увлекательно рассказывает, - Оливия благодарно улыбнулась хозяйке. - Вы впервые слышали о короле Артуре? - ахнула старая леди. - В Йоркшире о нём ничего не знают? С каждым вопросом миссис Морган Йоркшир становился всё более диким и угрюмым местом. - Конечно, знаем. Ведь это у нас родился его рыцарь, сэр Персиваль, - бросилась на защиту родного края Оливия. - Ох, да, конечно. Бедный рыцарь Персиваль, который так долго учился манерам... Ваши намного лучше, миссис Хьюз, дорогая. Доктор поскорей заговорил о пасхальном обеде.