Часть 7

Глава 7. ‧₊˚.࿐ ࣪˖ ☽︎ ࿐ ‧₊˚. Как и говорила женщина, приютившая меня, до города не так и далеко. Мы дошли даже раньше, чем за два часа. И чтобы было понятнее, я расскажу кое-что. Я живу в Гедролисе. Это городок, о котором мало кто слышал, его мало кто видел, и о нем мало где упоминается. Численность тут как в большой деревушке, ей богу. Так вот, к чему я. В самом городе и находится академия, где воспитываются все дети. Крайне мало тех, кого воспитывают в семьях. Я воспитывалась в академии с детства. Меня туда отдали родители. Сейчас они живут в городе, где я и родилась. город я помню плохо, но где мой дом могу сказать с уверенностью. И, боюсь, на этом мои воспоминания заканчиваются. По сути, я сбежала из академии, сделала крюк, обходя город, и теперь вернулась в него. Даже сейчас, с окраины, была видна академия. Академию мы называли «городком внутри города». В академии жили, там были разные факультеты, а к каждому факультету были прикреплены «дома» - общежития, представляющие из себя домики, связанные тропинками в маленький городок. И таким образом у нас получались «городок» внутри «городка» внутри города. Фух, надеюсь, немного понятнее стало. Так вот. Я сейчас у городских ворот. Мне нужно попасть в архив для поиска информации. А чтобы попасть в архив, нужно вспомнить, где он. Для этого можно наведаться домой. А пока я буду рыться в архивах, можно запрячь Стива вынюхивать информацию в самой академии. Значит, нужно будет встретиться с ним на территории академии. Подумав так, я поплелась в сторону моего родного дома, в котором я не была уже 13 лет. Интересно, изменилось ли что-то? Сильно ли изменились родители? ☆ Вот уже знакомая обстановка. Качели, привязанные к дереву, которые я обожала, когда была маленькой; вот забор…о, кажется его заменили. Когда я была ребенком, в заборе был лаз. Сейчас все доски крепко прибиты друг у другу. В целом, это не важно. Я поднялась на крыльцо и постучала во входную дверь. Мне открыла мама. Я узнала ее, хоть давно и не видела. Она совсем не поменялась — те же светлые волосы до плеч, голубые глаза, передник, в котором она обожает готовить - всегда говорила, что без него еда получается не такой вкусной. — давно не виделись — я шагнула к матери, коротко обняв ее. Отчего сейчас совершенно не хотелось поцеловать ее, заключить в долгие объятия?.. я же так давно ждала такой возможности. Так почему…почему так сильно хочется послать весь мир к чертям и завалиться спать? — Мирабель…— протянула она, гладя меня по голове — почему ты здесь? В академии что-то случилось? — не знаю — соврала я — нас экстренно отпустили на каникулы. Может и случилось. — это странно… Ох, давай ты не будешь больше размышлять над этим, мама…зная тебя, ты докопаешься до сути. А избавляться от тебя я совсем не хочу. — я жутко устала — сделав пару шагов к своей комнате сказала я — пойду посплю. — конечно. — мама взяла на руки Шини, которого, к слову, не знала, и пригладила Рю по торчащей во все стороны шерсти. — когда вернешься, ужин будет готов. Я не оборачиваясь прошла в свою комнату. Здесь было чисто. Родители явно ждали моего возвращения и поддерживали порядок в комнате. Рисунки на столе остались нетронутыми. Как и книжки, мягкие игрушки. Жаль, что у меня совсем нет сил рассматривать все это. Я вырубилась, даже не доходя до кровати. На ней покоилась лишь голова, подпертая предплечьями. ☆ Когда я пришла в себя, рядом лежал Шини, мурлыкая и отогреваюсь в теплом помещении. Молча я села на кровати, потрепала элементаля по хохолку и приняла решение выходить из комнаты. Некогда ждать. Уже вечереет. Скрипнув дверью, я вышла на кухню. Она была в светлых тонах, небольшая, но уютная. За столом сидел отец. Он, в отличие от мамы, заметно поседел, отчего теперь выглядел более старым. От его цвета волос, темного, который и я унаследовала, почти ничего не осталось. Но спрашивать об этом нет смысла. Остается лишь гадать и строить теории. — привет, пап — я села рядом, и мама «незаметно» - серьезно, давайте сделаем вид, что мы ничего не видели - подсунула мне под руки чашку горячего чая. — уже придумала, чем займешься на каникулах? — мне казалось, отец интонационно выделил слова «каникулы», словно о чем-то догадывался. А может, это уже паранойя… — да, есть пара дел. Хочу встретится с другом и заодно посетить архивы. Не напомнишь, как туда добраться? Отец смерил меня любопытным и вместе с тем тяжелым взглядом. — архивы недалеко от академии. Не доходя до ворот сверни налево и пройди не по тропинке, а ниже. — точно. — успешно отыграв роль, будто меня осенило, я сделала пару глотков чая — Спасибо. Мы с папой замолчали. На кухне стало тихо. Изредка слышалось лишь мурчание Рю, которого гладила мама. Лис всегда был колким, но мама умела найти подход к любому живому существу. Но нужно было действовать дальше. Так что я встала, потянулась и направилась к своей комнате, чтобы написать Стиву. Благо, у меня была и бумага, и канцелярия. Развернув лист и прокрутив ручку в руках, я начала писать, держа в голове то, что мое последнее письмо все еще без ответа. «Я в городе, в доме своих родителей. Нам нужно встретиться. Нужно многое обсудить. Я буду ждать у ворот академии в полночь, не опаздывай. Мирабель» В окно постучали. Ну конечно, пора бы привыкнуть к внезапным появлениям Иды. Мартышка молча отдала мне письмо от Стива и забрала мое, тут же ускакав. В эти раз мы даже не перекинулись и парой слов. Что ж, со Стива снимаются обвинения в игноре, на мое последнее письмо он-таки ответил. «Мира, ситуация все хуже. Нам перекрыли доступ к библиотеки и сняли нас с занятий. Вместо этого всех детей посадили под арест сначала в собственные комнаты, а потом перевели в общую. Ряды учащихся порядели. Каждый день у нас забирают по 2-3 человека и уводят куда-то. И никто из ушедших так и не вернулся. Я не знаю, что происходит. И помочь пока не могу. Я буду стараться найти хоть какую-то информацию, но ничего не обещаю. Видел одну лазейку, попробую пробраться в библиотеку, но не знаю, получится ли. Будь осторожна. Академия перевернулась с ног на голову и все пошло под откос. Здесь стабильные перебои электричества, еда в столовой исчезает. Нас даже не кормят. И звуки здесь, готов поклясться, не уступают адским. Чар- Стив» Ясно. На Стива расчитывать не стоит. Ну ничего, он будет доставлять информацию о состоянии академии. ☆ Я выхожу на улицу, не спеша бреду в сторону академии. Свою куртку я сменила на длинный плащ, который выглядел даже мешковатым на мне. На ноги нашла сапоги повыше. И в комплекте с той одеждой, что я надела в доме убитой мною женщины, было комфортно работать на улице. Холод не чувствовался. Я шла к академии, за мной плелись Шини и Рю. Им явно было в неохота куда-то тащиться, но они были верными. Это хорошее качество. Метели усиливались. Видимость становилась практически нулевая. А если подумать о том, что начнется через пару часов… — мы на месте — выдернул меня из размышлений лис, отводя калитку академии. Мне показалось странным, что несмотря на всю шумиху внутри - если, конечно - верить словам Стива - ворота не то что не защищались, в были почти что насквозь отворены. Никакой тебе ни сигнализации, ни охранников. Я юркнула к одному из многовековых деревьев. Такие в наших краях были редкостью, за то их все и любили. Большие, высокие, мощные с раскидистыми ветвями. Элементали сели мне в ноги, греясь друг о друга. Они так хорошо поладили. Об стал для Шини старшим товарищем, который мог поддержать и успокоить. Это радовало. По ту сторону послышался хруст снега. Шаги приближались, но скоро остановились и раздались короткие постукивания по дереву. — это я — прошептал голос. Не составило труда догадаться, что это был Стив. Слишком уж присущая ему интонация. Но к нему я не вышла. Мне хотелось поговорить так, через дерево, которое, будто на исповеди у священника, создавало преграду между нами. — Мирабель? —…я убила трех человек…—шепотом сказала я, хотя о таком стоило помалкивать. Стив тяжело вздохнул и, судя по звукам, осел на снег. — я узнал кое-что про элементалей. — вероятно, он попытался сменить тему — раньше эти зверушки были людьми. Их души нашли реинкарнацию в новых обликах. Детские души становились детскими эткменталями. Взрослые — соответственно взрослыми. Я смотрела на двух зверей у меня в ногах, которые с не меньшим интересом слушали тираду Стива. —…а теперь ответь мне на вопрос, Стив. — Я Ч- — возможно, хотел возразить он, что его настоящее имя иное — проехали. Что хотела? А теперь, уважаемые дамы и господа, и всех, кого мы терпим из уважения, интересный и крайне нужный вопрос… — почему в академии так много детских элементалей, в то время как взрослые встречаются даже не у каждого облучающегося, достигшего 18 лет. Стив завис, склонив голову. — значит ли это, что в смертность детей выше? И почему? — не знаю, задавала ли я эти вопросы сама себе или все же собеседнику — и раз доступ к элементалям имеет только академия, значит ли, что академия связана с детскими смертями? Я заметила смятение в глазах парня, когда он после долгой паузы сказал лишь одно: — ты повзрослела, Мирабель. Вздохнув, я лишь подняла глаза к небу. — я собираюсь пробраться в архив и найти всю информацию, что смогу, о том, как все это связано. Докладывай мне о ситуации в академии и будь готов помогать. — мне тоже придется кого-то грохнуть? — с интересом и страхом в голосе спросил Стив — не исключено. Но думаю нет, мне просто нужна крыса в стенах академии для получения информации. — Господь, с кем я связался… — но ты меня не предашь. Веревка на твоей шее затянется быстрее, чем ты успеешь что-либо сделать. — это несомненно мотивирует жить и работать на тебя, малявка. — парировал он. — тогда возвращайся в академию и будь на связи. — а ты будь аккуратна. — я научилась быть аккуратной в убийствах. — я не имел в виду убийства. — а я имела в виду именно их. До связи, Стив.