Акт 2. Глава 7. Тропами крыс и королей

Тишина в Крипте была не такой, как в коллекторе. Внизу тишина была пустой и мертвой. Здесь же она была тяжелой, осязаемой, словно пыльное бархатное одеяло, которое набросили на мир, чтобы заглушить крики. Ди и Мэд выбрались из отверстия Костяного Стока и оказались в огромном зале. Свет их фонаря выхватывал из темноты лишь фрагменты: гигантские колонны, уходящие в бесконечную черноту потолка, каменные лики статуй с пустыми глазницами и бесконечные ряды саркофагов. Здесь было холодно. Но это был не сырой холод подземелий, пробирающий до костей. Это был сухой стерильный холод музейного хранилища. Воздух застоялся веками. Он пах сушеными травами, воском и магией. Старой тяжелой магией, от которой у Ди сразу заныли зубы, а волосы на затылке встали дыбом. - Ненавижу это место, - прорычал Мэд, отряхиваясь от костной муки. Его голос отразился от стен тысячекратным эхом, которое затухало неестественно долго, словно кто-то перешептывался в дальних углах. - Здесь слишком тихо. И слишком... чисто. Ди поднял фонарь выше. - Это Зал Основателей, - прошептал он. - Здесь лежат первые двенадцать королей династии. Те, кто построил Стену. Мэд сплюнул на идеально ровный пол, выложенный черно-белой мозаикой. Плевок из грязи и костной крошки выглядел на этом мраморе как клякса на свадебном платье. - Те, кто загнал нас в грязь, - поправил он. - Надеюсь, им там в аду так же тесно, как нам внизу. Ди сверился с компасом. Стрелка бешено вращалась. Магический фон здесь был настолько плотным, что обычная физика давала сбой. - Нам на север, - сказал Ди, убирая бесполезный прибор. - К главной лестнице. Алхимик говорил, что выход в Часовню должен быть там. Они двинулись вперед. Их шаги - тяжелая поступь Мэда и мягкая походка Ди - нарушали покой мертвецов. Идти по Крипте было все равно что идти по дну океана. Давление истории ощущалось физически. Статуи королей и королев, стоящие в нишах, казалось, поворачивали головы им вслед. Их каменные глаза выражали презрение. "Кто вы такие? - спрашивали они. - Крысы, посмевшие нарушить сон львов?" Мэд шел, сжимая рукоять "Крушителя" до побелелых костяшек. Он был воином, он привык к врагам из плоти и крови. Но здесь врагом был сам воздух. - Ди, - позвал он шепотом. - Мне кажется, или эти истуканы смотрят на нас? - Смотрят, - спокойно ответил Ди, не сбавляя шага. Он запомнил всё, что ему рассказал Алхимик об этих местах. - Здесь наложены охранные чары "Вечного Дозора". Статуи запоминают всех, кто проходит мимо. Но они не могут атаковать. Они лишь свидетели. - Свидетели чего? Того, как мы придем и разнесем их наследие? - усмехнулся Мэд. - Пусть смотрят. Пусть запоминают. Они прошли мимо саркофага Арктура I Завоевателя. Это была глыба черного гранита размером с небольшой дом. На крышке лежал каменный король, сжимая в руках меч. Мэд остановился и сравнил свой "Крушитель" с каменным мечом короля. - Мой больше, - хмыкнул он. Ди не улыбнулся. Он смотрел вперед, туда, где зал заканчивался широкой лестницей, ведущей наверх. Там, в конце лестницы, должны были быть двери в подвалы Часовни. Но дверей не было. Вместо них была стена. Сплошная, гладкая стена из белого мрамора, на которой пульсировала золотая руна размером с человеческий рост. - Пришли, - выдохнул Ди. Они подошли к подножию лестницы. Руна сияла ровным теплым светом, но от этого света веяло такой мощью, что хотелось упасть на колени и просить прощения за свое существование. - Что это? - спросил Мэд, щурясь от света. - Печать Крови, если я правильно запомнил, - ответил Ди. Его лицо стало мрачным. - Алхимик не соврал про барьеры. Эта штука открывается, только если к ней прикоснется кто-то из королевского рода. Или если ее откроют с той стороны. Мэд поднял меч. - А если я ударю по ней со всей дури? - То мы умрем, - просто сказал Ди. - Это не замок, Мэд. Это магическая конструкция, связанная с фундаментом дворца. Если ты ударишь по ней, она высвободит энергию, которой хватит, чтобы испарить нас и обрушить весь этот зал нам на головы. Мы похороним себя вместе с этими королями. Мэд с досадой опустил меч. Лязг стали о камень прозвучал как ругательство. - И что теперь? Мы проползли через дерьмо и кости, чтобы упереться в стенку? Ди подошел к стене. Он не стал касаться руны. Он достал карту, которую нарисовал со слов Алхимика. - Думай, Ди, - прошептал он себе под нос. - Думай. Короли входят через парадную дверь. Жрецы входят через боковые нефы. Но кто-то должен выносить мусор. Кто-то должен менять свечи. Кто-то должен протирать пыль с этих чертовых статуй. Он обернулся и посмотрел на зал. Величие. Роскошь. Пафос. В Верхнем городе не любили показывать изнанку жизни. Слуги должны были быть невидимыми. Они не могли ходить по тем же лестницам, что и короли. Значит, должен быть другой путь. Путь для тех, кто ниже. Путь для крыс. - Ищи слугу, - сказал Ди. - Чего? - не понял Мэд. - Ищи статую слуги! - Ди начал лихорадочно бегать взглядом по нишам. - Короли не стоят одни. Где-то здесь должен быть вход для обслуги. Он будет замаскирован. Скорее всего, под кого-то незначительного. Под того, на кого никто не обращает внимания. Они разделились. Ди пошел вдоль правой стены, Мэд - вдоль левой. Они осматривали статуи. Генералы. Советники. Жены. Любовницы. Все они были изображены с гордо поднятыми головами, в роскошных одеждах. Никакого намека на проход. Время шло. Где-то наверху Юки, возможно, уже лежал на алтаре. Каждая секунда промедления отзывалась болью в сердце Ди. - Ди! - позвал Мэд из темного угла. - Иди сюда. Тут какой-то урод. Ди подбежал к брату. В самой дальней, самой темной нише стояла небольшая статуя. Она была выполнена не из мрамора, а из обычного серого известняка. Это был сгорбленный человек в капюшоне, держащий в руках фонарь и связку ключей. Хранитель Склепа. Его лицо было стерто временем, но поза выражала покорность. Он словно кланялся кому-то невидимому. - Смотри, - Мэд указал на пол перед статуей. На пыльном полу были следы. Старые, едва заметные, но они были. Кто-то ходил здесь. Давно. Лет десять или двадцать назад. Ди присел и осмотрел постамент статуи. Никаких рун. Никакой магии. Только механика. Он провел пальцем по связке ключей, которую держал каменный хранитель. Один из ключей был отполирован сильнее других. Словно его часто касались. - Невидимые слуги, - прошептал Ди с мстительной улыбкой. - Система, построенная на гордыне, всегда имеет уязвимость в фундаменте. Они думают, что никто не станет смотреть на слугу. Он нажал на каменный ключ. Раздался тихий щелчок, потом скрежет шестеренок где-то в глубине стены. Статуя Хранителя медленно, со скрипом отъехала в сторону. За ней открылся узкий темный проход. Оттуда пахло сыростью, землей и... дождем. - Есть, - выдохнул Мэд. - Ты гений, брат. - Я не гений, - покачал головой Ди. - Я просто знаю, как думают богатые. Для них мы - пыль. А пыль может просочиться в любую щель. Они нырнули в проход. Винтовая лестница была такой узкой, что плечи Мэда задевали обе стены сразу. Ему пришлось идти боком, волоча меч за собой. Ступени были крутыми и скользкими. Они поднимались долго. Пятьдесят ступеней. Сто. Двести. Воздух становился свежее. Запах древней магии отступал, сменяясь запахом мокрой листвы и озона. Наконец лестница уперлась в деревянный люк, обитый железом. Ди поднялся на последнюю ступень и прислушался. Снаружи шумел ветер. Слышались раскаты грома. Буря началась. - Это выход на поверхность, - прошептал Ди. - Скорее всего, в хозяйственные постройки при Садах. - Готов? - спросил Мэд снизу. Ди достал кинжалы. - Нет. Но когда нас это останавливало? Он навалился плечом на люк. Тот поддался на удивление легко - петли были смазаны. Видимо, этим ходом все же пользовались. Может быть, любовники? Или шпионы Эладора? Ди приподнял крышку и выглянул наружу. Дождь хлестнул его по лицу. Они были на заднем дворе небольшого каменного строения, похожего на мавзолей или сарай для инструментов. Вокруг раскинулся Королевский Сад. Но это был не тот сад, который рисовали на открытках. Это был лабиринт из высоких живых изгородей, мраморных фонтанов и редких светящихся деревьев. Все это сейчас гнулось под порывами ветра. Ди выбрался наружу и помог вылезти Мэду. Брат с трудом протиснулся в люк. Когда он выпрямился во весь рост, держа в руках "Крушитель", он казался древним чудовищем, восставшим из могилы. Грязный, покрытый костной мукой и паутиной, мокрый от дождя. - Ну здравствуй, Верхний город, - прорычал Мэд, сплевывая на аккуратно подстриженный газон. - Вот мы и встретились. Ди огляделся. Вдали сквозь пелену дождя виднелся силуэт дворца. Огромный, сияющий огнями, он напоминал лайнер, плывущий в ночи. И чуть правее, в восточном крыле, горел неестественный фиолетовый свет. Старая Часовня. - Мы на месте, - сказал Ди. - Но теперь начинается самое сложное. Он посмотрел на себя. Грязная кожаная броня, пятна крови, вонь канализации. - В таком виде мы не пройдем и десяти метров. Нас засекут раньше, чем мы подойдем к Часовне. - И что ты предлагаешь? - Мэд вытер лицо мокрой рукой, размазывая грязь. - Попросить у Короля полотенце? Ди посмотрел на строение, из которого они вылезли. Это был садовый павильон. В окнах горел свет. И там двигались тени. - Нет, - сказал Ди, и его глаза хищно блеснули. - Мы попросим одежду. У тех, кто имеет глупость дежурить в такую погоду. - Мне нравится этот план, - осклабился Мэд. Они двинулись к павильону. Две тени - одна огромная, как скала, другая быстрая, как ртуть - скользнули по идеальным дорожкам королевского парка, оставляя за собой грязные следы. Следы, которые дождь тут же смывал. Шепот мертвых королей остался внизу. Теперь им предстояло встретиться с криками живых. Садовый павильон оказался не просто сараем для инструментов. Это была "берлога" для элитной стражи, охраняющей периметр Садов. Место, где можно было переждать дождь, выпить вина и перекинуться в карты, пока магические сенсоры снаружи делали всю работу. Ди прижался к мокрому стеклу окна. Внутри было тепло и светло. В комнате, обитой дубовыми панелями, сидели двое. Один - грузный, рыжебородый детина в расстегнутом мундире Королевской Гвардии. Он лениво ковырял в зубах серебряной зубочисткой. Второй - молодой и тощий, видимо, оруженосец или младший лейтенант. Он полировал тряпкой чей-то шлем и выглядел скучающим. На столе стояла початая бутылка вина и блюдо с фруктами. Виноград. Груши. Жареная куропатка. Желудок Мэда предательски заурчал. Звук был похож на рык голодного медведя. - Тихо, - шикнул Ди. - Я не ел со вчерашнего вечера, - прошептал Мэд. - А там пахнет жареным мясом. И я вижу вино. - Сначала дело, потом еда. Ди осмотрел дверь. Массивная, с хитрым замком. Вскрывать такой под дождем - потеря времени. Он посмотрел на Мэда. - План Б. Мэд кивнул. Он знал, что такое План Б. План Б - это когда Ди перестает быть умным, а Мэд начинает быть громким. Мэд подошел к двери и со всей силы ударил по ней кулаком. - Эй! - проревел он голосом, полным пьяной ярости. - Открывайте, сукины дети! Я знаю, что вы там пьете мое вино! Внутри павильона повисла тишина. Потом послышались шаги. Тяжелые, уверенные. Рыжебородый шел разбираться с наглецом. Замок щелкнул. Дверь приоткрылась на цепочку. В щели показалось красное лицо гвардейца. - Ты кто такой, мать твою? - рявкнул он. - Ты хоть знаешь... Договорить он не успел. Ди, который прятался сбоку от косяка, метнул горсть костной муки прямо в глаза стражнику. Тот взвыл, хватаясь за лицо. Мэд ударил плечом в дверь. Цепочка лопнула, как нитка. Дверь распахнулась с такой силой, что гвардеец отлетел к камину, сшибая по пути стол с вином и закусками. Молодой оруженосец вскочил, роняя шлем. Он потянулся к мечу, но его движения были слишком медленными. Слишком "академическими". Ди скользнул внутрь как тень. Подсечка, удар рукоятью кинжала в солнечное сплетение, удар коленом в лоб. Парень обмяк, даже не успев испугаться. Рыжебородый пытался встать, протирая глаза. - Тревога! - захрипел он, набирая воздух в легкие. Мэд шагнул к нему. Огромный, грязный, пахнущий могилой. Он схватил гвардейца за горло одной рукой и поднял над полом. Крик застрял в глотке стражника, превратившись в бульканье. - Никакой тревоги, - спокойно сказал Мэд, глядя в выпученные глаза врага. - Только ужин. Он сжал пальцы чуть сильнее. Хруст. Гвардеец обмяк. Мэд брезгливо отбросил тело в угол. Тишина вернулась в павильон. Только треск дров в камине да шум дождя за открытой дверью. Ди быстро закрыл дверь и задвинул засов. Он огляделся. Тепло. Сухо. Пахнет лавандой, воском и жареным мясом. После коллектора это казалось раем. Мэд уже был у стола. Он подобрал с пола недоеденную, ногу куропатки и вгрызся в нее вместе с костями. - Ммм... - промычал он с набитым ртом. - Розмарин. Ненавижу розмарин, но сейчас это божественно. Ди подошел к "спящему" оруженосцу и начал быстро его раздевать. - Хватит жрать, Мэд. У нас мало времени. Гроза усиливается. Под шумок грома нам будет легче пройти, но нам нужна маскировка. Мэд посмотрел на рыжебородого трупа. - Ты хочешь, чтобы я надел это? - он указал костью на мундир с золотыми эполетами. - Он же мне мал будет. - Натянешь, - отрезал Ди, натягивая на себя штаны оруженосца. Они были чуть великоваты, но это даже к лучшему - скрывали кинжалы на бедрах. - Ты будешь капитаном. Я - твоим адъютантом. Люди не смотрят на лица, Мэд. Они смотрят на одежду. Золото слепит. Мэд вздохнул и принялся стягивать доспехи с мертвеца. Это была та еще комедия. Рубашка трещала по швам, когда Мэд пытался просунуть в нее свои ручищи. Штаны пришлось подрезать кинжалом на икрах, чтобы они налезли. Камзол... с камзолом было хуже всего. Мэд выдохнул, втянул живот, и Ди с трудом застегнул пуговицы. Ткань натянулась, как на барабане. - Я не могу дышать, - пожаловался Мэд. - И я похож на сосиску, которую перевязали золотой лентой. - Ты похож на ветерана, который любит поесть за счет казны, - успокоил его Ди, поправляя воротник брата, чтобы скрыть татуировку ворона на шее. - Надень шлем. Он скроет лицо. Мэд надел шлем с пышным плюмажем. Забрало опустилось, скрывая его глаза. - Ничего не вижу, - пробурчал он из железной банки. - Тебе и не надо видеть. Я буду твоими глазами. Твое дело - шагать важно и рычать, если кто-то пристанет. Ди закончил со своим нарядом. Простая серая туника, кожаный жилет с гербом гвардии, бархатный берет. Он выглядел как типичный слуга - незаметный, серый, полезный. Он подошел к зеркалу, висевшему на стене. Из стекла на него смотрел чужой человек. Чистый. Аккуратный. Ди взял горсть золы из камина и слегка мазнул себя по щеке и шее. - Идеально, - прошептал он. - Немного небрежности. Мы ведь всю ночь на дежурстве. Оставалась одна проблема. "Крушитель". Гигантский меч лежал посреди комнаты черным пятном на фоне дворцового уюта. Спрятать его под плащом было невозможно. Выдать за штатное оружие - смешно. - И что делать с Малышкой? - спросил Мэд, кивая на меч. Ди оглядел комнату. Его взгляд упал на стену, где висел гобелен с изображением какой-то исторической битвы. И рядом - свернутое знамя в чехле. - Знамя, - сказал Ди. - Мы несем полковой штандарт в Часовню. Для церемонии. Он сорвал чехол со знамени. Ткань была плотной, бархатной, расшитой золотом. Они обмотали "Крушитель" знаменем. Рукоять меча торчала наружу, но издалека она могла сойти за навершие древка. Конструкция получилась тяжелой и громоздкой, но Мэд закинул ее на плечо с легкостью тростинки. - Тяжелое у нас знамя, - хмыкнул он. - Груз ответственности, - парировал Ди. Ди подошел к столу и вылил остатки вина на пол, чтобы сбить запах смерти. - Готов? Мэд поправил перевязь, которая больно врезалась в плечо. - Нет. Но я хочу убить того, кто придумал эти узкие штаны. Ди приоткрыл дверь. Дождь лил стеной. Гром гремел уже прямо над головой, заглушая даже вой сирены вдалеке. Идеальная погода для преступления. - Помни, - сказал Ди, оборачиваясь к брату. - Ты капитан Гордон. Ты злой, ты устал и ты идешь по приказу Короля. Никаких разговоров. Если спросят - рявкай. - Рявкать я умею, - согласился Мэд. Они вышли из павильона. Сад встретил их ветром и водой. Дорожки из белого мрамора блестели в свете молний. Впереди возвышался Дворец - громада камня и света. Они шли, не таясь. Ди чуть позади, семенящий и услужливый. Мэд впереди, шагающий как танк в своей трещащей по швам броне. Они прошли мимо первого поста. Двое стражников в плащах прятались под навесом беседки. - Эй! - крикнул один из них, заметив фигуры. - Кто идет? Пароль! Сердце Ди пропустило удар. Пароля они не знали. Алхимик забыл упомянуть смену паролей. Мэд не остановился. Он даже не замедлил шаг. Он просто повернул голову в шлеме в сторону говорившего и проревел сквозь шум дождя: - Пароль "Пошел в задницу"! Ты не видишь, идиот?! Это знамя для Часовни! Если оно промокнет, я лично сдеру с тебя кожу и сошью новый чехол! Стражник опешил. Наглость - лучшее доказательство власти. Только офицер высшего ранга мог так орать на подчиненных. - Простите, сэр! - крикнул он, вытягиваясь во фрунт. - Проходите! Слава Королю! - Слава, - буркнул Мэд, проходя мимо. Когда они отошли на безопасное расстояние, Ди тихо выдохнул. - Неплохо. Очень неплохо. - Я просто представил, что я на самом деле капитан, — прорычал Мэд. - И что меня бесят эти идиоты. Знаешь, мне даже понравилось. - Не привыкай, - осадил его Ди. - Мы входим во внутренний периметр. Дальше будет сложнее. Они подошли к боковому входу во дворец. Высокие дубовые двери были распахнуты. Слуги бегали туда-сюда, таская ведра с водой и песок - готовились к тушению возможных пожаров. В суматохе на двух промокших военных никто не обратил внимания. Ди и Мэд шагнули на ковер. Под их ногами захлюпала вода, смешанная с грязью. Они были внутри. Вокруг сияло золото, хрустальные люстры отражались в начищенном паркете. Стены были увешаны портретами предков. Ди почувствовал, как запах этого места - запах старых денег и власти - ударил ему в нос. - Направо, - шепнул он. - К Восточной галерее. Они шли, оставляя за собой мокрые грязные следы на бесценных коврах. Грязь пришла в дом Королей. И эта грязь была вооружена. Дворец не спал. Дворец бился в истерике. Коридоры, которые обычно тонули в благоговейной тишине, сейчас напоминали разворошенный муравейник. Слуги в ливреях бегали с ведрами воды и песка, хотя огня здесь не было. Вельможи в ночных халатах поверх шелковых пижам высовывались из дверей своих покоев, требуя объяснений. Офицеры гвардии орали приказы, пытаясь перекричать вой магических сирен. Хаос. Ди любил хаос. Хаос был его родной стихией, его лучшим другом и единственным надежным союзником. В хаосе никто не смотрит на детали. В хаосе люди видят только то, что хотят видеть - форму, звание и уверенность. Мэд шагал сквозь толпу как ледокол сквозь паковые льды. Его шлем с опущенным забралом и пышным плюмажем возвышался над головами придворных. Золотые эполеты на его плечах (один из которых уже начал отрываться из-за натяжения ткани) придавали ему вес. "Крушитель", замотанный в бархатное знамя, лежал на его плече. Для любого другого человека эта ноша была бы неподъемной, но Мэд нес стокилограммовый меч так, словно это была удочка. Ди семенил рядом, на полшага позади. Его роль была проще и сложнее одновременно. Он был тенью. Серым пятном. Адъютантом, который решает вопросы, чтобы "его сиятельство Капитан" не утруждал себя разговорами с чернью. - Дорогу! - гаркнул Мэд, когда перед ними возникла группа испуганных фрейлин. - Дорогу Королевской Гвардии! Дамы с визгом отпрянули, вжимаясь в стены, обитые шелком. Мэд прошел мимо, даже не повернув головы. - Ты переигрываешь, - тихо шепнул Ди, когда они свернули в менее людный коридор Галереи Предков. - Я вживаюсь в роль, - пробурчал Мэд из-под шлема. - И эти штаны... Ди, они режут меня пополам. Если мне придется драться, я лопну. А этот шлем воняет потом того рыжего. - Терпи. Нам осталось два перехода до Восточного крыла. Они шли мимо бесконечных портретов. Сотни глаз давно умерших королей и герцогов следили за ними. Казалось, эти нарисованные люди знали правду. Они видели грязь на сапогах самозванцев. Они чувствовали запах канализации, который не могло перебить даже вылитое на пол вино. Ди бросил взгляд в высокое стрельчатое окно. Отсюда, с высоты третьего этажа, открывался вид на весь Этернум. И это зрелище было страшным. Нижний город горел. Огромное багровое зарево поднималось над Портовым районом. Столбы черного дыма смешивались с тучами грозы, подсвечиваемые вспышками молний. У Главных Ворот Стены мигали крошечные огоньки магических взрывов. Там умирали его люди. Шустрик. Хэнк. Марта. Сотня тех, кто поверил ему. Они сейчас бросались на щиты гвардии с дубинками и ножами, чтобы дать Ди эти несколько минут тишины в коридоре. Ди сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. "Я не подведу вас", - поклялся он. - "Ваша кровь будет пролита не напрасно". - Эй! Вы двое! Стоять! Голос прозвучал как удар хлыста. Властный, привыкший к повиновению. Ди замер. Мэд остановился, тяжело развернувшись всем корпусом (поворачивать шею в тесном воротнике он не мог). К ним направлялся офицер. Высокий, подтянутый, с идеальной осанкой. Его мундир сиял чистотой, а рука лежала на эфесе тонкой шпаги. За ним следовали двое солдат дворцовой стражи с алебардами. - Проклятье, - выдохнул Мэд. - Офицер. - Молчи, - прошипел Ди. - Говорить буду я. Ты - тупой солдафон. Помнишь? Офицер подошел к ним. Он окинул взглядом странную парочку: гиганта в трещащем по швам мундире и мелкого слугу с перемазанным сажей лицом. - Капитан, - холодно произнес офицер, глядя на эполеты Мэда. - Назовите себя. Почему вы не на внешнем периметре? Объявлена "Красная тревога". Весь гарнизон должен быть у Ворот. Бунт в Нижнем городе. Мэд засопел в шлеме, набирая воздух для ответа, но Ди опередил его. Он сделал шаг вперед и поклонился - четко, с достоинством, но без раболепия. - Господин полковник, - звонко сказал Ди, намеренно завысив звание собеседника (лесть открывает многие двери). - Капитан Гордон выполняет особый приказ Магистра Эладора. Прямое распоряжение Короны. Офицер прищурился. Имя Эладора подействовало, но подозрение не исчезло. - Эладора? Магистр сейчас занят... важными делами. У него нет времени раздавать приказы патрульным. - Именно поэтому приказ был отдан заранее, - не моргнув глазом соврал Ди. - Мы должны доставить Священное Знамя Первого Легиона в Восточное крыло. Для усиления магического контура. Офицер перевел взгляд на сверток на плече Мэда. - Знамя? - переспросил он. - В такое время? - Магистр считает, что старые символы укрепят дух... и стены, - Ди понизил голос, добавляя в него нотки тайны. - Вы же знаете магов, сэр. У них свои причуды. Нам приказали - мы несем. Офицер медленно подошел к Мэду. Стражники за его спиной перехватили алебарды удобнее. Офицер протянул руку в белой перчатке и коснулся бархатной ткани, скрывающей "Крушитель". Ткань была мягкой, но под ней чувствовался твердый, холодный металл. Слишком твердый для древка знамени. И слишком широкий. - Странное древко, - заметил офицер, не убирая руки. - Железное? Квадратное? Ди почувствовал, как по спине побежала холодная струйка пота. Мэд напрягся. Ди видел, как мышцы брата вздулись под тесным мундиром. Если сейчас начнется драка... они проиграют. Против троих в узком коридоре, с "Крушителем", замотанным в тряпку, у них нет шансов сделать это тихо. Поднимется шум, и план рухнет. - Это древко из Черной Стали, сэр, - быстро нашелся Ди. - Реликвия времен Завоевания. Тяжелая, как грехи наших врагов. Мэд вдруг хмыкнул. Громко и грубо. - Тяжелая, как задница моей тещи, - пробасил он из-под шлема. Офицер дернулся и отдернул руку. Он посмотрел на "капитана" с нескрываемым отвращением. - Кто этот мужлан? - спросил он у Ди, брезгливо отряхивая перчатку. - Капитан Гордон из третьего штурмового, - с извиняющейся улыбкой пояснил Ди. - Герой битвы при Серых топях. Контужен. Немного... прямолинеен. Но предан Короне до мозга костей. Офицер поморщился. - От него разит вином и... чем-то еще. Гнилью. - Мы упали в грязь, сэр, - быстро вставил Ди. - Когда несли Знамя через сад. Дождь размыл дорожки. А вино... ну, капитан пытался согреться. Погода нынче не милосердна к ветеранам. Офицер сверлил их взглядом еще несколько бесконечных секунд. Он искал несостыковки. Он искал страх. Ди смотрел ему прямо в глаза. В его взгляде была только тупая служебная исполнительность. Мэд стоял как скала, слегка покачиваясь (изображая пьяного или просто от усталости). Наконец офицер фыркнул. - Идиоты, - бросил он. - Эладор совсем спятил, раз доверяет реликвии пьяницам. Проходите. Но если вы уроните Знамя, я лично напишу рапорт. - Слушаюсь, сэр! - рявкнул Мэд и отсалютовал свободной рукой, едва не ударив себя по шлему. Офицер махнул рукой своим людям, и они двинулись дальше по коридору, в сторону лестницы. Ди и Мэд остались стоять. - Дыши, - шепнул Ди, когда шаги патруля затихли. Мэд с шумом выдохнул. - Я хотел снести ему голову, - признался он. - Когда он трогал Малышку... у меня руки чесались. - Я знаю. Но ты молодец. Шутка про тещу была рискованной, но она сработала. Он решил, что ты просто тупое быдло, а не диверсант. - Я и есть быдло, - усмехнулся Мэд. - Быдло с большим мечом. Куда дальше? - Прямо, - Ди указал на высокие двустворчатые двери в конце галереи. - За теми дверями начинается Восточное крыло. Запретная зона. Они подошли к дверям. Здесь охраны не было. Коридор был пуст и темен. Ди нажал на ручку. Дверь была заперта. Но это был не замок. На уровне замочной скважины мерцала слабая зеленоватая руна. - Магия, - констатировал Мэд. - Ломаем? - Нет, - Ди достал серебряный медальон на цепочке, который они сняли с мертвого капитана в саду. - Надеюсь, у того рыжего был доступ. Он приложил медальон к руне. Мгновение ничего не происходило. Потом руна вспыхнула ярче, сменила цвет на белый и с тихим шипением погасла. Щелкнул механизм внутри двери. - Работает, - выдохнул Ди. - Спасибо тебе, безымянный любитель куропаток. Они распахнули двери и вошли. И сразу же остановились, закрывая их за собой. Контраст был разительным. Если основной дворец был залит светом и роскошью, то Восточное крыло выглядело как заброшенный склеп. Здесь не было электрических ламп. Только старые факелы в кронштейнах коптили потолок. - Мы внутри, - прошептал Ди. Перед ними лежал длинный, темный коридор, в конце которого виднелся зловещий фиолетовый свет. И оттуда, из глубины, доносился низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали зубы. Игра в переодевание закончилась. Начался спуск в ад. Восточное крыло дворца было мертвым. Если в парадных залах жизнь била ключом - пусть даже это была жизнь, отравленная страхом и ложью, - то здесь время остановилось столетия назад. Воздух был сухим и пыльным, он пах старой бумагой, воском и чем-то металлическим. Кровью? Или просто ржавчиной? Ди и Мэд шли по длинному коридору, уходящему в темноту. Их шаги, раньше звонко отдававшиеся на паркете, здесь тонули в толстом слое вековой пыли, покрывавшей ковровую дорожку. Факелы на стенах горели странно. Их пламя не колебалось от сквозняков, оно застыло желтыми языками, словно нарисованное. Тени от статуй, стоящих в нишах, падали на пол уродливыми искаженными пятнами. И эти статуи... Ди поежился. В Зале Основателей статуи были величественными. Здесь же стояли горгульи. Химеры. Существа с телами львов и головами младенцев. Твари, которых мог придумать только больной разум. Они смотрели на пришельцев пустыми каменными глазами, и Ди казалось, что он слышит их безмолвный смех. - Мне здесь не нравится, - прорычал Мэд. Его голос в этой мертвой тишине прозвучал как гром. - Здесь пахнет... неправильно. - Чем? - спросил Ди, не сбавляя шага. Он смотрел только вперед, туда, где в конце бесконечного туннеля пульсировал фиолетовый свет. - Болезнью, - Мэд повел плечами, пытаясь размять затекшие мышцы. - Как в лепрозории, который мы сожгли два года назад. Помнишь тот сладкий запах? Ди помнил. Он предпочел бы забыть, но память была его проклятием. - Мы почти пришли, - сказал он, отгоняя воспоминания. - Свет в конце коридора - это вход в Часовню. Они прошли еще десяток метров. Звук, который они слышали у входа в крыло, стал громче. Это было низкое вибрирующее гудение. Оно проникало в череп, заставляя зубы ныть. К нему примешивался ритмичный речитатив. Голос - мужской, низкий - читал молитву. Или заклинание. Слова были неразборчивы, они сливались в единый поток, похожий на шум горной реки, несущей камни. Язык был чужим. Резким. От одного его звучания хотелось закрыть уши. Мэд остановился. - Я больше не могу, - сказал он. - Что? - Ди обернулся, испугавшись, что брат ранен или попал под воздействие ментальной магии. - Эта тряпка, - Мэд дернул воротник капитанского мундира. - Она душит меня. Я не могу драться, когда я похож на перевязанную колбасу. Он с силой рванул ткань. Золотые пуговицы с королевским гербом отлетели в стороны, звонко ударившись о стены и пол. Треск разрываемой ткани прозвучал как выстрел. Мэд сорвал с себя мундир, оставшись в пропотевшей нательной рубахе и своей старой кожаной жилетке, надетой под низ. Он с наслаждением расправил плечи, хрустнув суставами. - Так-то лучше, - выдохнул он. Затем он стянул с плеча "знамя". Бархатный чехол с золотой вышивкой был безжалостно сорван и брошен в пыль. "Крушитель" освободился. В тусклом свете факелов меч казался черной дырой. Его металл не бликовал, он словно поглощал свет. Глубокие царапины и выбоины на лезвии - следы десятков битв - делали его похожим на древний артефакт войны. Мэд взял меч в руку. Привычная тяжесть успокоила его. - Теперь я готов, - сказал он. - К черту маскировку. Пусть видят, кто пришел за их головами. Ди кивнул. Он тоже чувствовал, что время игр закончилось. Он снял бархатный берет и вытер лицо рукавом, окончательно размазывая сажу и пот. В его руках появились парные кинжалы. Они двинулись дальше. Теперь они не прятались. Они шли убивать. Чем ближе они подходили к источнику света, тем жарче становилось. Воздух здесь был сухим и горячим, как в пустыне. Впереди показались двери Часовни. Они были огромными. Створки высотой в три человеческих роста, сделанные из темного дерева, были украшены резьбой, изображающей сцены из священных писаний. Но сейчас эти святые лики казались искаженными мукой, словно само дерево страдало от того, что происходило внутри. Двери были закрыты. Но перед ними дрожал воздух. Барьер. Это не было похоже на зеленую руну на входе в крыло. Это была стена из чистого света. Прозрачная, но плотная, как стекло. Она гудела, и от нее исходили волны жара. Ди остановился в паре метров от барьера. Он чувствовал, как кожа на лице начинает сохнуть и стягиваться. - "Солнечный Щит", - прошептал он. - Алхимик говорил про него. Он сжигает плоть. - И как мы пройдем? - спросил Мэд, щурясь от яркого света. Ди достал серебряный медальон капитана. Цепочка была горячей. - Этот ключ открыл внешний периметр, - сказал Ди, глядя на амулет с сомнением. - Но здесь защита сильнее. Это личный барьер Короля. - Попробуй, - буркнул Мэд. - Если не сработает, я попробую пробить его головой. Ди подошел к барьеру. Он вытянул руку с медальоном. Как только серебро коснулось дрожащего воздуха, раздался треск, похожий на звук разрываемой молнии. Амулет вспыхнул. Ди вскрикнул и выронил его. Медальон упал на пол, но не долетел до камня - он расплавился прямо в воздухе, превратившись в серебряную лужицу. - Ди! - Мэд подхватил брата, оттаскивая его назад. Ди смотрел на свою руку. Пальцы были красными, на подушечках вздувались волдыри. - Не подходит, - прохрипел он, баюкая обожженную руку. - Уровень доступа слишком низкий. Капитан стражи не имеет права входить в Часовню во время Ритуала. Они стояли перед невидимой стеной. За ней, всего в нескольких метрах, находился Юки. А они не могли сделать и шага. Внезапно гул за дверьми изменился. Он стал выше, пронзительнее. И сквозь этот гул прорвался звук, от которого у Ди остановилось сердце. Крик. Это был не крик боли. Это был крик ужаса, крик ребенка, который понял, что его предали. - ПРЕДАТЕЛЬ! Голос Юки. Он звучал приглушенно, словно из-под толщи воды, но Ди узнал бы его из тысячи. Мэд замер. Его лицо побелело, а потом налилось темной страшной кровью. - Они... - прошипел он. - Они что-то делают с ним. - Мэд, стой! - крикнул Ди, видя, как брат поднимает меч. - Барьер убьет тебя! Но Мэд не слушал. В его глазах полыхнуло безумие. Тот самый "берсерк", которого боялись все в Нижнем городе. - Плевать! - взревел он. Мэд шагнул вперед. Прямо в дрожащее марево. Раздался звук, похожий на шкварчание мяса на сковороде. Одежда на Мэде начала дымиться. Его кожа мгновенно покраснела. Он закричал. Это был страшный звериный рев боли. Но он не отступил. Он использовал "Крушитель" как щит, выставив широкое лезвие перед собой. Черная сталь меча зашипела, входя в контакт с магическим полем. Меч начал раскаляться. Мэд давил. Он упирался ногами в пол, оставляя царапины на камне. Барьер сопротивлялся. Он был упругим, как резина. Он выгибался, пытаясь отбросить чужака, испепелить его. Ди смотрел на это с ужасом. Он видел, как волосы на руках Мэда сгорают. Как кожа на его лице начинает лопаться. Он не мог просто стоять. Ди бросился к брату. Он схватил его за пояс, уперся ногами и начал толкать. - Давай!!! - заорал Ди, чувствуя, как жар барьера опаляет его собственные брови. - Жми, брат!!! Они давили вдвоем. Грязь и кровь против высшей магии. Воля двух крыс против воли Короля. Барьер затрещал. В воздухе запахло озоном и паленой шерстью. Черная сталь "Крушителя" начала светиться вишневым светом. Меч впитывал энергию барьера, раскаляясь, но не плавясь. В какой-то момент барьер не выдержал. Он лопнул с оглушительным хлопком, похожим на взрыв бомбы. Взрывная волна швырнула их вперед. Они упали на пол перед самыми дверями Часовни. Мэд лежал, тяжело хрипя. От его тела шел пар. Его кожа была багровой, местами покрытой ожогами, но он был жив. Его невероятная живучесть и ярость спасли его. Ди поднялся первым. Его руки тряслись, лицо горело, но это было неважно. Барьера больше не было. Из-за дверей снова донесся крик. На этот раз он был короче. И слабее. - ДИ!!! МЭД!!! ПОМОГИТЕ!!! Этот зов ударил Ди прямо в душу. - Вставай, - прошептал он, пиная Мэда. - Вставай, черт тебя дери! Он зовет нас! Мэд поднял голову. Его глаза были красными от лопнувших сосудов. Он схватил "Крушитель". Рукоять была горячей, но он не чувствовал боли. Он встал, шатаясь, как пьяный. - Я иду, мелкий, - прохрипел он. Он подошел к дверям. Замков здесь не было. Двери были заперты изнутри магическими засовами. Мэд не стал искать ключи. У него был универсальный ключ. Он занес меч над головой. Его мышцы, обожженные и сведенные судорогой, вздулись буграми. - ОТКРЫВАЙ!!! - взревел он голосом, в котором не осталось ничего человеческого. Удар. Черная сталь обрушилась на стык двух створок. Грохот был таким, что с потолка посыпалась штукатурка. Дерево, укрепленное магией, застонало и треснуло. Мэд ударил снова. И снова. Он рубил дверь, как дровосек рубит вековой дуб. Щепки летели во все стороны. Искры от магии сыпались дождем. С третьим ударом створки не выдержали. Петли вырвало из камня. Магические засовы лопнули. Двери с грохотом распахнулись внутрь, ударившись о стены. Яркий фиолетовый свет залил коридор, ослепляя их. Ди и Мэд, шатаясь, перешагнули через обломки и вошли внутрь. Они ожидали увидеть врагов. Они ожидали увидеть стражу. Но то, что они увидели, заставило их замереть на пороге. Время для них остановилось. Перед ними, в центре огромного зала, под куполом, на котором были нарисованы звезды, стоял алтарь. И на этом алтаре лежал Юки. А над ним, занеся руку с длинным кристаллическим ножом, стоял Король.