Акт 3. Глава 17. Война в сточной канаве

КРАК. Тяжелая дубовая столешница разлетелась в щепки, словно была сделана из гнилого картона. "Крушитель", окутанный остаточным синим маревом, прошел сквозь дерево там, где секунду назад стояла Рин. - Ты знала! - рев Мэда сотряс своды разрушенного архива. - Ты улыбалась! Ты, сука, улыбалась! Он был не в себе. Усталость после боя с Химерой, магическое истощение, боль в мышцах - всё это исчезло, сожженное новой вспышкой адреналина. Осталась только слепая, багровая пелена перед глазами. Ди пропал. Единственный человек, ради которого он дышал, исчез. И эта девчонка, эта ведьма, которая втянула их в свои игры, стояла посреди руин и ухмылялась. Мэд рванул вперед. Он не использовал сверхскорость - его резерв был сух, как пустыня. Но даже его физической скорости, усиленной яростью, хватило бы, чтобы разорвать любого человека пополам. Любого. Но не Рин. Она не убегала. Она танцевала. Когда огромный кулак Мэда полетел ей в лицо, она просто склонила голову влево. Кулак прошел в миллиметре от её носа, взъерошив ветром челку. Когда он попытался схватить её за горло, она поднырнула под его руку, словно жидкость, и оказалась у него за спиной. - Мэд, ты ведешь себя истерично, - её голос был спокойным, даже скучающим. Она стряхнула пылинку с плеча, пока Мэд разворачивался для новой атаки. - Понимаю, стресс, потеря, все дела. Но попытка убить своего единственного союзника - это плохой стратегический ход. - Союзника?! - Мэд замахнулся мечом, снося книжный шкаф. Книги брызнули во все стороны, как испуганные птицы. - Ты продала нас! Ты выманила меня из убежища, чтобы твои дружки забрали его! Ты хотела Рассекатель, и ты его получила! А Ди тебе больше не нужен! - О, боги, - Рин закатила глаза, ловко перепрыгивая через опрокинутый диван, который Мэд швырнул в неё. - Твоя логика хромает на обе ноги, Медвежонок. Включи мозг, если он у тебя еще не расплавился. Мэд не слушал. Он загнал её в угол. Она стояла спиной к стене, а он нависал над ней, занося меч. В его серых глазах не было ничего человеческого. Только тьма и боль. - Где он?! - прорычал он, и слюна брызнула с его губ. - Куда ты его дела?! Говори, или я размажу тебя по этой стене! Рин даже не моргнула. Она смотрела на лезвие, застывшее в сантиметре от её шеи, с легким любопытством. - Я была с тобой, идиот, - четко, разделяя каждое слово, произнесла она. - Мы были вместе последние пять часов. Мы вместе лезли на крышу. Мы вместе спускались в подвал. Я вскрывала сейф, чтобы достать Рассекатель Душ. Она подняла бровь. - Или ты думаешь, у меня есть злой близнец? Или я умею быть в двух местах одновременно? Я гениальна, Мэд, признаю. Но я не всемогуща. Я не могла выкрасть Ди, находясь в куче километрах отсюда, в охраняемом комплексе Короля. Мэд замер. Меч в его руке дрогнул. Его грудь ходила ходуном, вырывая из воздуха судорожные вдохи. Логика. Холодная, беспощадная логика пробивалась сквозь пелену бешенства. Она была права. Она была у него на виду каждую секунду этой ночи. Она физически не могла быть здесь. - Ты... ты могла нанять кого-то... - прохрипел он, но уверенность в голосе уже таяла. - Зачем? - Рин фыркнула. - Зачем мне нанимать кого-то, чтобы украсть мой собственный проект? Ди нужен мне здесь, под рукой, чтобы я могла вернуть его с помощью клинка. Зачем мне усложнять себе жизнь, похищая его у самой себя? Это бред, Мэд. Даже для тебя. Она осторожно, двумя пальцами, отвела лезвие "Крушителя" от своего лица. - Остынь. Выдохни. И посмотри вокруг. Посмотри глазами следопыта, а не бешеного медведя. Она толкнула его в грудь. Не сильно, но требовательно. - Иди к лежанке. Посмотри на стену. Мэд пошатнулся, отступая на шаг. Ярость не ушла, но она сменила форму. Из горячего взрыва она превратилась в холодный, тяжелый камень в желудке. Он опустил меч. Он медленно повернулся к тому месту, где еще несколько часов назад спал Ди. Угол был разгромлен. Одеяла разодраны. Но теперь, когда он не пытался убить Рин, он увидел детали. Следы борьбы. Не борьбы Ди - брат был овощем, он не мог сопротивляться. Следы вторжения. Грубые сапоги, отпечатавшиеся в пыли. Много сапог. Пять, может, шесть человек. И запах. Запах дешевого табака, немытых тел и болотной тины. Запах, который Мэд знал слишком хорошо. Запах предательства. Мэд подошел к стене, на которую указывала Рин. Там, на штукатурке, прямо над тем местом, где лежала голова Ди, было что-то вырезано. Грубо, ножом, глубоко врезаясь в камень. Рисунок. Две перечеркнутые скрещенные лопаты. И под ними кривая, издевательская надпись: "С возвращением, Босс". Мир Мэда сузился до этого рисунка. Лопаты. Символ "Новых Могильщиков". Мэд помнил, как Ди рисовал оригинальный вариант этого логотипа. Помнил, как они создавали эту банду из ничего. Ди был мозгом, лидером. Мэд был его правой рукой. Они были королями стоков. Пока не случился взрыв в Часовне. Пока рухнувшая Стена и Черное Солнце не изменили всё. Ди потерял рассудок, а Мэд потерял всё, спасая его. Для "Могильщиков" они стали предателями. Изгоями, которые бросили своих людей в момент апокалипсиса. - Гадюка, - выдохнул Мэд. Имя прозвучало как приговор. - О, как интересно, - раздался голос Рин за его спиной. Она подошла неслышно, изучая надпись. - "С возвращением, Босс". Звучит как семейная драма. - Он всё-таки сделал это, - Мэд сжал кулак так, что кожа на костяшках побелела. - Он выследил нас. Он ударил рукой по стене, выбивая крошку. - Я знал, что он не остановится. Я знал, что он жаждет награды. Он хочет продать Ди Королю. Мэд повернулся к Рин. В его глазах полыхала ненависть. - Он хочет сдать своего бывшего лидера на опыты, чтобы получить место в Верхнем городе. Он хочет купить себе жизнь за счет смерти моего брата. - Бинго, - кивнула Рин. - Сделка века. Жизнь предателя в обмен на жизнь аристократа. Гадюка - крыса прагматичная. Он не будет держать Ди у себя. Он уже, вероятно, отправил гонца во дворец. Она посмотрела на Мэда серьезно. - Король ищет вас. Награда за ваши головы выросла втрое с тех пор, как мы виделись с Гадюкой в последний раз. Для него Ди - это не человек. Это билет в рай. - Он не успеет, - голос Мэда стал тихим и страшным, как скрежет металла. - У него есть фора, - заметила Рин. - Часа три, не меньше. Но бюрократия Короля медлительна. Гадюке нужно подтверждение, нужна оценка товара... Он будет держать Ди в самом безопасном месте, пока не получит золото в руки. - Я знаю это место, - Мэд поднял "Крушитель". Его лицо окаменело. - Гадюка всегда был трусом. Он не будет сидеть в открытую. Он запрется там, где чувствует себя королем. В старом крематории. Сектор Д-4. Это его нора. Он посмотрел на Рин. - Он думает, что победил. Он думает, что я буду прятаться, как последние полгода. Что я испугаюсь стражи, испугаюсь Короля. Мэд оскалился. - Но он забыл, почему я был Правой Рукой. Он забыл, почему в этих стоках боялись не только Ди. - Так напомни ему, - улыбнулась Рин. Хищно. Одобрительно. Она поправила перевязь с Рассекателем. - У нас есть меч, который может разрезать душу. У нас есть ты - ходячая бомба замедленного действия. И у нас есть я - гениальный стратег. Она склонила голову набок. - Мы идем не просто спасать Ди. Мы идем свергать узурпатора. Гражданская война в канализации? Мне нравится этот сценарий. Мэд кивнул. Он бросил последний взгляд на надпись на стене. "С возвращением, Босс". - Ты прав, Гадюка, - прошептал Мэд. - Мы вернулись. Он развернулся и, не оглядываясь, зашагал к выходу из разрушенного убежища. Война началась. И на этот раз Мэд не собирался убегать.