Акт 4. Глава 21. Ночь Жатвы

Дверь скрипнула, и в проеме появилась Рин. Она выглядела так, словно только что вернулась с прогулки по парку, а не из разведки по самым опасным трущобам. В руке она подбрасывала красное, наливное яблоко - редкую роскошь в этих краях. - Мясник, - объявила она, с хрустом откусывая кусок. - Старый знакомый. Бывший интендант Гадюки. Тот самый жирный ублюдок, который отвечал за распределение пайков. Она прожевала, не переставая улыбаться. - Он не стал ждать, пока его прирежут в борьбе за власть. Он засел в старых продовольственных складах в третьем квадрате. У него там человек сорок охраны, на входе - баррикады с тяжелыми арбалетами, а по периметру - растяжки с горючей смесью. И горы консервов, которые он планирует продавать по цене золота. Ди слушал, стоя у пролома в стене. В его голове, очищенной от эмоций, уже крутилась карта района. Третий квадрат. Тупик. Склады старой эпохи. Толстые стены, один въезд. Крепость. - Еда... - задумчиво произнес он, поворачиваясь к ним. - В Нижнем городе еда важнее стали. Тот, кто держит желудок города, держит его за горло. Мэд, сидевший у потухающего костра и точивший "Крушитель" куском камня, поднял голову. - Сорок человек? - переспросил он скептически. - Нас трое. У нас нет плана штурма. У нас нет прикрытия. Это самоубийство, Ди. - У нас есть кое-что получше, - холодно ответил Ди. - У нас есть Страх. Он подошел к столу, смахнул с него слой пыли и провел пальцем кривую линию, словно перечеркивая карту города. - Гадюка мертв. Крематорий уничтожен неизвестной силой. Слухи уже ползут по улицам быстрее крыс. Мясник напуган. Он знает, что он следующий. Он сидит на мешках с зерном и вздрагивает от каждого шороха. Ди посмотрел на брата. Его разноцветные глаза блестели в полумраке, острые и опасные. - Мы не просто убьем их, Мэд. Мы заберем их ресурс. Мы станем теми, кто накормит этот город. И тогда люди пойдут за нами не из страха, а из благодарности. Он выпрямился, расправляя плечи. Рваная одежда на нем казалась мантией. - "Могильщиков" больше нет, - твердо сказал он. - Мы больше не будем хоронить прошлое. Мы пришли, чтобы собрать урожай будущего. Он перевел взгляд на Рин, потом снова на Мэда. - Мы - "Жнецы". И сегодня ночью у нас первый покос. Мэд замер с точильным камнем в руке. Он посмотрел на брата, смакуя новое название у себя в голове. - Жнецы... - повторил он медленно. - Звучит. Мне нравится. Рин облизнула губы, доедая яблоко. Она смотрела на Ди с нескрываемым обожанием. - О, я люблю, когда ты такой властный, - промурлыкала она, доставая свои иглы. - Веди нас, мой Король. Жатва ждет. *** Склады Мясника напоминали осажденную крепость, готовую к долгой войне. Входные ворота были завалены мешками с песком и старыми покрышками, образуя баррикаду в человеческий рост. На плоских крышах ангаров сидели дозорные с тяжелыми осадными арбалетами - такие болты прошивали насквозь даже каменную кладку. По периметру были расставлены жаровни с алхимическим огнем, заливающим подходы мертвенно-зеленым светом, в котором невозможно спрятаться. Троица наблюдала за этим из тени полуразрушенной вентиляционной башни. - Серьезно окопались, - прокомментировал Мэд, оценивая толщину ворот и сектора обстрела. - В лоб не взять. Нас нашпигуют болтами раньше, чем мы добежим до баррикад. Там минимум двенадцать стрелков только на внешнем периметре. Ди прищурился. Его взгляд скользил по фигурам врагов, вычисляя тайминги. - У них нет дисциплины, - заметил он холодно. - Посмотри на того парня слева. Он клюет носом. А тот, справа, слишком занят тем, что пытается прикурить от жаровни. Они боятся, да. Но они устали ждать смерти. Он повернулся к Рин. - Сможешь снять дозорных? Тихо. Мне нужно пять минут тишины, чтобы Мэд подошел к воротам и сделал брешь. Рин улыбнулась. В темноте её зубы блеснули, как жемчуг. Она достала из рукавов длинные, тонкие иглы, к ушкам которых тянулись едва заметные, мерцающие в темноте нити магии. - Обижаешь, сладкий. Пять минут? Я подарю тебе вечность. Она поцеловала кончик одной из игл, глядя прямо в глаза Ди. - Смотри внимательно. Это представление только для тебя. Она не побежала. Она просто шагнула с края башни в пустоту. Мэд дернулся, ожидая звука падения, но его не было. Рин приземлилась на вертикальную стену склада в пяти метрах ниже, прилипнув к ней, как паук. Она побежала вверх по отвесной стене, игнорируя гравитацию. На крыше левого склада дозорный зевнул, поправляя тяжелый арбалет. - Слыш, Крыса, - окликнул он напарника. - У тебя есть огниво? Мое сдохло. Ответа не последовало. - Крыса? Ты уснул, что ли? Дозорный обернулся. Его напарник стоял в странной, неестественной позе. Его руки были раскинуты в стороны, голова запрокинута назад, а ноги оторваны от земли. Он висел в воздухе, удерживаемый невидимыми нитями, опутавшими его конечности. За его спиной, в лунном свете, стояла Рин. Она держала руки так, словно управляла марионеткой. - Тш-ш-ш, - приложила она палец к губам, глядя на ошарашенного арбалетчика. - Не порти сцену. Дозорный схватился за тревожный рог, набирая воздух в грудь. Рин лениво дернула мизинцем. Нить, обвившая шею "марионетки", натянулась. Тело Крысы дернулось вперед, сбивая напарника с ног. Оба покатились по крыше. Рин сделала пируэт, и веер игл вылетел из её рукава. Вжих-вжих-вжих. Три иглы вошли точно в сочленения доспеха упавшего дозорного. Он затих, так и не издав ни звука. Рин перемахнула через парапет на соседнюю крышу. Там патрулировали трое. Они шли плотным строем, держа арбалеты наготове. Для обычного убийцы это была бы проблема. Для Рин это была возможность потанцевать. Она скользнула между ними тенью. Удар ногой в колено первому - хруст. Разворот. Игла в глазницу второму. Перекат через спину третьего. Она двигалась быстрее, чем они могли моргать. Это был танец смерти - красивый, завораживающий и абсолютно беспощадный. Третий наемник успел нажать на спуск. Болт свистнул в воздухе... и был пойман Рин на лету, в сантиметре от её лица. - Мимо, - прошептала она и воткнула этот же болт ему в горло. Она выпрямилась посреди трех трупов, поправляя прическу. Ни капли крови на её одежде. Внизу, у ворот, пятеро охранников играли в кости на ящике, громко споря. - Две шестерки! - орал один. - Гони монеты, урод! Сверху, с крыши, прямо в центр их круга спрыгнула фигура. Рин приземлилась в глубоком приседе, и в тот же миг вокруг неё расцвел смертельный цветок. Она резко выпрямилась, раскинув руки в стороны. Десятки игл на нитях разлетелись веером во все стороны. Каждая игла нашла свою цель. Горло. Глаз. Сердце. Шея. Пятеро охранников замерли одновременно, пронзенные сталью. Рин резко сжала кулаки, натягивая нити. Тела охранников дернулись к ней и рухнули к её ногам, образуя идеальный круг. Она стояла в центре, в окружении поверженных врагов, в свете зеленого алхимического огня. Она медленно подняла голову к башне, где сидели братья, и послала воздушный поцелуй. Её губы беззвучно прошептали: "Путь свободен, мой Король". Мэд, наблюдавший за этим, медленно опустил бинокль. Его лицо было бледным. - Она... она чудовище, - прошептал он. - Она положила двенадцать человек за минуту. И она... она наслаждалась этим. Ди смотрел на Рин немигающим взглядом. В его глазах не было страха, только холодный расчет. - Она оружие, Мэд, - спокойно ответил он. - И пока это оружие направлено на наших врагов, мне плевать, получает ли оно удовольствие от процесса. Ди кивнул брату. - Твой выход. Ломай ворота. Мэд поднялся, снимая "Крушитель" с перевязи. Синее пламя начало разгораться в его глазах, вытесняя страх перед союзницей. - Хоть что-то понятное, - проворчал он. - Просто ломать. Мэд шагнул из укрытия. Время тишины закончилось. Пришло время грома. Мэд вышел на освещенный пятачок перед воротами. Он не прятался. Он не пригибался. Он шел размеренным, тяжелым шагом, и каждый удар его сапог о брусчатку звучал как приговор. Огромный "Крушитель" лежал у него на плече. В обычном состоянии этот кусок черной стали весил под сотню килограммов, но сейчас, окутанный синим маревом, он казался продолжением руки Мэда. Внутри склада кто-то что-то заподозрил. Послышались крики, лязг засовов. - Эй! Кто там?! - заорали из-за баррикады. - Стоять! Стрелять буду! Мэд остановился в пяти метрах от груды мешков с песком и старых покрышек, перекрывающих въезд. Он глубоко вдохнул. Синее пламя - наследие Юки - вспыхнуло в его глазах, заливая радужку электрическим светом. Огонь перекинулся на плечи, охватил руки, потек по лезвию меча, заставляя металл гудеть от переизбытка энергии. - Стреляй, - тихо сказал Мэд. Он сорвался с места. Это был не бег. Это был рывок носорога. Болт из тяжелого арбалета, выпущенный в панике сквозь щель в баррикаде, ударил Мэда в грудь. И рассыпался в пыль, столкнувшись с кинетическим щитом синей ауры. Мэд даже не замедлился. Б-А-А-Х! Удар "Крушителя" пришелся в центр баррикады. Взрыв был не огненным, а силовым. Ударная волна спрессовала воздух. Мешки с песком лопнули, превратившись в шрапнель. Тяжелые покрышки разлетелись в стороны, как детские игрушки. Железные ворота за ними вырвало с мясом, согнув толстые петли в бараний рог. Мэд влетел внутрь склада вместе с облаком пыли и обломков. Внутри царил хаос. Два десятка бойцов Мясника, охранявших внутренний периметр, в ужасе отпрянули. Они ждали штурмовую группу. Они не ждали, что один человек вынесет ворота вместе с укреплениями. - Взять его! - взвизгнул десятник, пытаясь перекричать звон в ушах. - Рубите его! Он один! На Мэда бросились пятеро с алебардами и топорами. Мэд не стал фехтовать. Он просто крутанул меч вокруг себя. ВЖУХ. Синий шлейф прочертил круг смерти. Алебарды перерубило пополам. Топоры выбило из рук вместе с пальцами. Бойцов отшвырнуло к стенам кинетическим импульсом такой силы, что штукатурка посыпалась с потолка. "Крушитель" не резал плоть - он ломал кости, сминал доспехи, превращал людей в сломанные куклы. - Арбалетчики! - заорал кто-то с верхней галереи склада. - Огонь! Сверху полетели болты. Мэд даже не посмотрел вверх. Он ударил левой рукой в пол. Синяя волна ударила снизу вверх. Стеллажи с консервами затряслись. Ящики взмыли в воздух, создавая хаотичный щит. Болты застревали в дереве и жести. А потом Мэд сжал кулак. Телекинетический удар смял металлический настил галереи. Стрелки посыпались вниз, ломая ноги, прямо под ноги своему палачу. Мэд шел через зал, как ледокол через льдину. Один из громил, накачанный боевыми стимуляторами, с ревом бросился на него, занося огромный молот. Мэд перехватил рукоять молота голой рукой. Синее пламя вспыхнуло ярче. Дерево рукояти взорвалось щепками. Громила ошалело уставился на свои пустые руки. Мэд ударил его головой в лицо. Хруст. Громила рухнул замертво. Мэд остановился посреди зала. Вокруг него валялись стонущие тела и искореженный металл. Он был весь в пыли, но на нем не было ни царапины. Синяя аура пульсировала вокруг него, как сердцебиение разъяренного бога. Он поднял "Крушитель" и направил его острие в дальний конец склада, где за бронированной дверью кабинета прятался Мясник. - Следующий, - прорычал Мэд. Из тени у входа, переступая через обломки ворот, вошел Ди. За ним, зевая, шла Рин. Ди окинул взглядом разрушения. - Громко, - констатировал он. - Но убедительно. Он посмотрел на брата с гордостью. - Ты стал сильнее, Мэд. Намного сильнее. Юки гордился бы тобой. Мэд тяжело дышал, успокаивая пламя внутри. - Я просто расчистил путь, - буркнул он. - Твой выход, Стратег. Дверь в кабинет управляющего складом была бронированной, с глазком и тремя засовами. Мэд не стал стучать. Он просто пнул её подошвой сапога, усилив удар телекинетическим толчком. Дверь вылетела вместе с косяком, пролетела через комнату и врезалась в противоположную стену, сбив со шкафа коллекцию пустых бутылок из-под дорогого вина. В кабинете пахло страхом, потом и прокисшим алкоголем. Мясник - огромный, тучный мужчина с сальными волосами и фартуком, заляпанным чем-то бурым - прятался за массивным дубовым столом. В его дрожащих руках ходил ходуном тяжелый ручной арбалет, направленный на дверной проем. - Не подходите! - взвизгнул он, и его голос сорвался на фальцет. - Я знал... Я знал, что вы придете! Его глаза бегали, полные животного ужаса. - Слухи не врали... Вы выжили в Крематории. Вы убили Гадюку. Вы сожгли там всё дотла! В проем вошел Ди. Он не прятался за спиной Мэда. Он шел первым. Спокойно, расслабленно, словно зашел к старому другу. Он перешагнул через выбитую дверь и остановился в центре комнаты, прямо перед дулом арбалета. - Если ты всё знаешь, Мясник, - ровным голосом произнес Ди, - то ты должен понимать, что эта игрушка тебе не поможет. Мясник всхлипнул, пот заливал ему глаза. - Вы пришли за моей головой... Гадюка мертв, и теперь вы зачищаете хвосты. Я не хочу умирать! Забирайте всё! Деньги в сейфе! Консервы! Только не убивайте! Из-за спины Ди бесшумно выскользнула Рин. Она села на край стола Мясника, болтая ногами, и с интересом посмотрела на дрожащего толстяка. - О, он такой жалкий, - сморщила она носик. - И потный. Ди, можно я просто кину в него иголку? Чтобы он перестал скулить. Мясник дернулся, переводя безумный взгляд с Ди на Рин. - Не трогай меня, ведьма! В этот момент в кабинет вошел Мэд. Он заполнил собой весь проем. *Крушитель" лежал на его плече, с лезвия капала кровь, а в глазах всё еще тлел синий огонь. Мясник сглотнул, вжимаясь в стену. Он узнал этот меч. Он узнал этот шрам. - Мэд... - прошептал он. - Вы все здесь... Это конец. Ди сделал шаг вперед, кладя ладонь на дуло арбалета и медленно опуская его вниз. Мясник был так парализован страхом перед "восставшими мертвецами", что даже не сопротивлялся. - Мы здесь не для того, чтобы убивать тебя, Мясник, - сказал Ди мягко, почти ласково. - Пока что. Ди обошел стол и сел в кресло Мясника. Оно скрипнуло под ним. - Если бы мы хотели твоей смерти, ты был бы уже мертв. Мы здесь ради бизнеса. Мясник, всё еще сжимая бесполезный арбалет, уставился на него с надеждой висельника. - Бизнеса? Вы разнесли мои ворота! Вы перебили мою охрану! - Мы провели кадровую перестановку, - поправил его Ди. - Твои люди были слабы. А слабым не место в новом мире. Он откинулся на спинку кресла, сплетя пальцы в замок. - Слушай внимательно. Гадюки больше нет. Крыши больше нет. Ты сидишь на горах еды, но ты один. Завтра сюда придут другие банды. Или гвардия Короля. И они не будут разговаривать. Они просто вспорют тебе брюхо. Мясник побледнел еще сильнее. Он понимал это лучше всех. Именно поэтому он забаррикадировался. - Но я предлагаю альтернативу, - продолжил Ди. - Ты отдаешь нам склад. Ты отдаешь нам ключи, списки, каналы поставок. Ты работаешь на нас. Ты остаешься жив, и ты остаешься сыт. - На кого "на нас"? - спросил Мясник, вытирая пот рукавом. - "Могильщиков" больше нет. Ди наклонился вперед. Его глаза - изумрудный и фиолетовый - впились в глаза Мясника. - Верно. "Могильщики" мертвы. Мы - «Жнецы». - Мы не хороним. Мы собираем урожай. - Под нашим флагом этот склад станет неприступным. Никто не тронет тебя, потому что тронуть тебя - значит тронуть Мэда. Тронуть Рин. Тронуть меня. Мясник перевел взгляд на Мэда, который хрустнул шеей, разминая мышцы. Потом на Рин, которая крутила в пальцах длинную иглу, улыбаясь ему как любимому десерту. Выбора не было. Точнее, выбор был между смертью сейчас и жизнью под крылом монстров. Арбалет с грохотом упал на пол. Мясник рухнул на колени. - Я... я понял. Склад ваш. Я ваш. Ди удовлетворенно кивнул. - Мудрое решение. В коридоре послышался шум. Остатки охраны Мясника, избитые, напуганные, сбились в кучу у дверей кабинета. Они видели, как пал их босс. Они видели синего демона и тень с иглами. Они ждали приговора. Ди встал и вышел к ним. Он окинул их взглядом. - С этого момента, - его голос разнесся по складу, - вы работаете на «Жнецов». - Правила простые: воровать у нас - смерть. Предавать нас - смерть. Обижать слабых без приказа - смерть. Он указал на горы ящиков с консервами. - Но те, кто верен нам, будут сыты. И их семьи будут сыты. И никто в этом проклятом городе не посмеет косо на вас посмотреть. Бандиты переглянулись. Кто-то опустил оружие. Кто-то кивнул. Голод и страх - лучшие мотиваторы. А обещание защиты от человека, который приручил "Крушителя", стоило дороже золота. - Мэд, - позвал Ди. - Найди краску. - Зачем? - не понял брат. Ди подошел к стене склада, где висел старый герб. Тот самый, который они с Мэдом когда-то придумали. Тот самый, который Гадюка присвоил себе, издеваясь над их памятью. Две скрещенные лопаты. Ди сорвал его со стены одним резким движением. Деревянный щит с глухим стуком упал на пол, подняв облако пыли. - Больше мы ничего не будем закапывать, - тихо сказал Ди, наступая на старый герб сапогом. - Хватит могил. Мэд нашел банку с черной краской и кисть. - Что рисовать? Ди улыбнулся холодной улыбкой. - Косу. Черную косу. Он посмотрел на свои руки. - Знак того, что время жатвы пришло. Через час над воротами склада, освещенный зеленым огнем жаровен, красовался новый символ. Простой, грубый, пугающий. Черная коса на сером бетоне. «Жнецы» заявили о себе. *** Прошла неделя. Склады Мясника больше не напоминали бандитский притон. Теперь это был Штаб. По всему Нижнему городу, от сточных канав до рыночных площадей, разнеслась весть: Ди и Мэд вернулись. "Могильщики" мертвы, да здравствуют «Жнецы». Люди шли к ним потоком. Одни шли за едой - Ди сдержал слово и открыл пайки для тех, кто готов был работать или служить. Другие шли, гонимые чувством вины. Они помнили, как поверили лжи Гадюки, как проклинали Ди. Теперь, узнав правду, они хотели искупить предательство верностью. «Жнецы» набирали силу. Герб с черной косой уже красовался на десятках домов вокруг склада. Ди сидел в своем новом кабинете. Стены отмыли, мебель починили. На столе лежала карта города, испещренная пометками. Мэд сидел напротив, чистя "Крушитель". Он выглядел спокойнее, увереннее. Неделя нормальной еды и сна вернула ему силы. - Мы взяли под контроль три соседних квартала, - сказал Ди, отмечая зоны на карте. - Мелкие банды либо присягнули нам, либо бежали. Люди видят в нас власть. Он поднял взгляд на брата. - Но этого мало. Нам нужно объединить весь Нижний город. Каждый ствол, каждый клинок должен смотреть вверх. Мэд кивнул. - Регис уже знает. Не может не знать. В Верхнем городе у него шпионы. Скоро он поймет, что «Жнецы» - это мы. Мэд сжал рукоять меча. - Он пошлет карателей. Или свою "Золотую Гвардию". Нам нужно ударить первыми, Ди. Мы должны отомстить за Юки. Мы должны закончить то, что начали полгода назад. Снести стену между городами раз и навсегда. Ди прищурился. В его глазах загорелся холодный огонь решимости. - Да. Мы сойдемся с ним в последнем бою. И на этот раз... - И на этот раз вы сдохнете за пять секунд, - раздался звонкий голос от двери. В кабинет вошла Рин. Она, как всегда, выглядела безупречно, словно вокруг не было грязи и нищеты. В руках она держала длинный сверток из темной ткани. Ди нахмурился. - Рин, мы обсуждаем стратегию. - Вы обсуждаете самоубийство, сладкий, - парировала она, подходя к столу. - Ваши планы амбициозны, спору нет. Объединить город, свергнуть тирана... Звучит как песня. Она села на край стола, заслоняя собой карту. - Но давайте будем честны. Вы слабы. - Мэд машет своим мечом как дубиной, полагаясь только на грубую силу. А ты, Ди... ты вообще своей силы боишься. Мэд открыл рот, чтобы возразить, но Рин подняла палец. - Тише, Медвежонок. Я видела вас в деле. Против бандитов Мясника вы были хороши. Но Король Регис? У него нет магии, но у него есть армия. У него есть технологии Верхнего города. У него есть сотни обученных убийц. Одного авторитета и страшных речей мало, чтобы победить систему. Она положила сверток перед Ди. - Тебе чего-то не хватает, Ворон. - Чего? - спросил Ди, глядя на ткань. - Крыльев. Рин развернула ткань. На столе блеснули два кинжала. Это была великолепная работа. Черная сталь, поглощающая свет. Лезвия изогнуты, как когти хищной птицы. А рукояти были выполнены в форме голов воронов с рубиновыми глазами. - Я помню, - тихо сказала Рин, и в её голосе промелькнула редкая серьезность. - До Взрыва, до всей этой магии... ты был лучшим бойцом на ножах в Секторе Слез. Ты танцевал с клинками. Она подвинула оружие к нему. - Ворон не может парить без крыльев. Верни себе стальные когти, Ди. Ди медленно протянул руки. Его пальцы сомкнулись на рукоятях. Оружие легло в ладони идеально, словно было продолжением его рук. Привычная тяжесть стали успокоила его. Это было то, что он понимал. То, что он мог контролировать. Не безумная магия, а точный инструмент. - Спасибо, - тихо сказал он. - Не благодари, - ухмыльнулась Рин. - Это аванс. Она спрыгнула со стола и прошла к окну, глядя на далекие огни Верхнего города. - Сталь - это хорошо. Но сталью Региса не убить. Она резко обернулась к ним. - Вы забываете, что у вас есть козыри, которыми вы боитесь играть. Она указала на Мэда. - Тебе, громила, нужно научиться управлять Синим пламенем. Не просто взрывать всё вокруг, а делать из него щит и молот. Твоя сила грубая, но без контроля она убьет тебя самого. Затем она указала на Ди. - А ты... ты носишь в себе бомбу. - Ты поглотил Рассекатель Душ. Этот клинок теперь часть тебя. Но чтобы использовать его силу, тебе придется принять то, что проснулось в тебе в тот роковой день. Последний дар Юки. Она сделала небольшую паузу. - Алое пламя, Ди. Ди вздрогнул. Его пальцы сжали рукояти кинжалов до побеления костяшек. - Нет, - твердо сказал он. - Я не буду его использовать. - Почему? - склонила голову Рин. - Потому что я не маг! - рявкнул Ди, вставая. - Я вор! Я человек! Я всю жизнь полагался на мозги и ловкость рук. Я не умею контролировать стихию! Он посмотрел на свои руки с ужасом. - Я видел, что сделало Черное пламя Другого Меня. Оно сожрало Юки. Оно уничтожило полгорода. Если я выпущу Алое пламя... если я потеряю контроль... я могу убить Мэда. Я могу убить всех, кто мне доверился. Я не хочу быть монстром. Рин смотрела на него спокойно, без насмешки. - Черное пламя - это безумие и голод. Оно принадлежит Ему - Другому Ди. - Но Алое пламя... - она подошла к нему вплотную и положила руку ему на грудь, там, где билось сердце. - Алое пламя - это твоя ярость. Твоя воля к жизни. Это не проклятие, Ди. Это дар, который ты получил взамен на потерянную душу. Она сжала его рубашку. - Ты боишься навредить? Тогда учись. С завтрашнего дня мы начинаем тренировки. Настоящие тренировки. Ад покажется вам курортом. Рин очаровательно улыбнулась. - И пока я не скажу, что вы готовы... пока ваши навыки владения Пламенем не достигнут совершенства... я запрещаю любые акции против Верхнего города. Она сверкнула глазами. - Я не позволю тебе бояться собственной силы, Ворон. Ты научишься жечь, не сгорая. Или мы все здесь погибнем, когда Регис придет за нами. Ди переглянулся с Мэдом. В глазах брата он увидел не страх, а ожидание. Мэд верил, что Ди справится. Ди посмотрел на черные кинжалы в своих руках. Затем на Рин. - Хорошо, - выдохнул он. - Мы будем учиться. Начинай свои уроки, Рин.