Акт 7. Глава 46. Последствия

Лаборатория Тамаши всегда напоминала нечто среднее между свалкой безумного механика и алтарем спятившего мага. Но сейчас в ней царил относительный порядок - по крайней мере, в самом центре помещения, где громоздился его величайший проект. Психей сидел на высоком табурете, подперев подбородок рукой, и неотрывно разглядывал свое творение. Колоссальный механизм, который они называли Ключом, сейчас мирно гудел, переполненный под завязку первозданной маной, выкачанной из рухнувшего Шпиля. Тамаши хмурился, в уме просчитывая объемы этой энергии. Цифры получались астрономическими. Парень в очередной раз задавался вопросом: для чего могла понадобиться такая невообразимая, ломающая законы физики мощь? Что именно должен был открыть или запустить этот механизм? Его размышления прервал резкий перепад давления. Температура в лаборатории мгновенно упала ниже нуля. Прямо посреди захламленной комнаты пространство с оглушительным треском разорвалось, и из ослепительной вспышки первозданного Черного пламени шагнула высокая мужская фигура. Тамаши от неожиданности едва не свалился с табурета. Он инстинктивно потянулся к поясу с артефактами, но затем замер, во все глаза разглядывая незваного гостя. Парень увидел клубящийся плащ из мрака, пронзительные Алые глаза и жесткое, изрезанное шрамами лицо, которое казалось до жути знакомым. Шестеренки в гениальной голове Психея закрутились с бешеной скоростью. - Черное пламя... Алые глаза... постаревшее лицо... - вслух начал рассуждать Тамаши, и на его лице начала расплываться широкая, почти маниакальная улыбка озарения. - Ага! Пазл сложился! Дай угадаю: передо мной тот самый воображаемый друг из другого мира? Иная версия нашего Ди? Погоди-ка... - глаза Психея внезапно округлились от искреннего научного шока. - Ты же был концепцией! Ментальным паразитом! Откуда у тебя физическая масса? Плотность? Ткани?! Это же полностью ломает базовые законы сохранения энергии! - У меня есть имя, - сухо, без тени улыбки отозвался гость, проигнорировав научную истерику механика и окидывая лабораторию тяжелым взглядом. - Дез. Тамаши замер на секунду, пробуя слово на вкус, а затем понимающе закивал, продолжая свои словесные излияния. - Дез... Занимательно. Очень занимательно! Если взять лингвистические корни древних наречий... это ведь буквально означает "Смерть", да? Death, которое читается как Дез. Очень поэтично и в меру пафосно для парня в черном плаще! Дез проигнорировал эту тираду. Его лицо оставалось абсолютно бесстрастным. Он сделал несколько шагов, приблизившись к гудящему механизму, и остановился. - Ты проделал хорошую работу, - ровно произнес Дез, изучая переплетение магических контуров и кристаллических накопителей. Тамаши мгновенно забыл про этимологию имен и термодинамику, гордо выпятив грудь. - Еще бы! - Психей довольно, от уха до уха, улыбнулся. - Интегрировать магию Шпиля в техномагический каркас - это был невероятно занимательный вызов моему уму! Мой абсолютный Магнум Опус! Дез не стал развивать тему. Он просто протянул руку вперед. В следующее мгновение густое, ревущее Черное пламя сорвалось с его пальцев и полностью окутало гигантский механизм. Лаборатория наполнилась скрежетом сминаемого металла и треском ломающихся кристаллов. - Эй! Эй, полегче! - запаниковал Тамаши, вскакивая на ноги. - Ты что творишь?! Мой шедевр!.. Но слова застряли у него в горле. Психей оборвался на полуслове, завороженно наблюдая за тем, что происходило внутри черного кокона. Дез не уничтожал машину. Он перековывал ее. Колоссальный механизм, весивший несколько тонн, под давлением первозданного хаоса начал стремительно сжиматься, деформироваться и видоизменяться. Черное пламя выступало в роли космического молота и наковальни, внося последние, невозможные штрихи. Машина становилась меньше. Компактнее. И с каждой секундой от нее исходила всё более пугающая, концентрированная аура могущества. Наконец, густой поток Черного пламени рассеялся, втянувшись обратно в плащ Деза. Огромной машины больше не было. Вместо нее прямо над раскрытой ладонью Деза левитировал небольшой предмет. Он действительно выглядел как ключ - но его структура была совершенно безумной. Он напоминал фрактал из темного металла и пульсирующего фиолетового света, форма которого постоянно, едва уловимо менялась, словно отказываясь подчиняться законам трехмерного пространства. Тамаши, забыв о страхе, восхищенно подошел почти вплотную, не в силах оторвать взгляд от этой идеальной, концентрированной аномалии. Дез посмотрел на Ключ еще мгновение, а затем просто сжал кулак. Артефакт не упал - он словно расплавился и беспрепятственно впитался прямо в кожу мужчины, растворившись в его теле без следа. Психей сглотнул. Любопытство ученого всё же пересилило инстинкт самосохранения. - Я должен спросить... - тихо начал Тамаши. - Для чего нужен такой механизм? Я ведь не дурак. Я просчитал архитектуру. Его предназначение было вовсе не в поглощении энергии Шпиля. Шпиль был лишь огромной батарейкой... подзарядкой. Что он открывает? Дез медленно повернул к нему голову. Его Алые глаза слабо мерцали в полумраке лаборатории. - Этот ключ поможет мне, если всё снова пойдет наперекосяк, - мрачно ответил мужчина. - Крайняя мера. И, не сказав больше ни слова, Дез растворился в новой вспышке Черного пламени, оставив после себя лишь легкий запах озона и пустое место в центре комнаты. Тамаши остался стоять в одиночестве. Он незадачливо, с легким раздражением почесал затылок. - Ну вот вечно так... - проворчал Психей в пустоту. - Все эти сверхсильные, таинственные личности постоянно говорят загадками! Никто не может просто взять и нормально объяснить суть эксперимента! "Крайняя мера", пф-ф... В этот момент его возмущенный монолог прервал странный, нарастающий гул, доносящийся с улицы. Это не было похоже на привычный шум патрулей или панику аристократов. Это был тяжелый, монолитный звук. Звук тысяч шагов и сотен голосов, сливающихся в единый рев. Тамаши нахмурился и подошел к окну лаборатории. Он стер пыль со стекла и выглянул наружу. От увиденной картины у него перехватило дыхание. Широкие, вымощенные светлым камнем улицы Верхнего города, которые еще вчера были закрыты для простых смертных, теперь были заполнены людьми. Мужчины, женщины, старики - тысячи жителей трущоб покинули свои мрачные убежища, преодолели павшие границы секторов и уже шедшие по элитным районам. И они не шли в покорной тишине. Над этой людской рекой стоял тяжелый, угрожающий гул, смешанный с непрерывным топотом сбитых в кровь ног. Это звучало как рокот надвигающегося шторма, готового смести всё на своем пути. С лицами, на которых читалась невероятная смесь шока, долгожданной свободы и первобытной, слепой ярости, эта толпа медленно, но неотвратимо текла мимо роскошных особняков. Они направлялись прямо к пылающей руинами Цитадели, над которой - как путеводная звезда новой, жестокой эры - всё еще грозно висела в небесах гигантская коса из ревущего Синего пламени Жнеца. В разрушенном Тронном зале по-прежнему стояла звенящая тишина, прерываемая лишь завыванием ветра, гуляющего сквозь разбитые витражи. Ди, тяжело дыша, сидел на мраморном полу. Рядом с ним возвышался Мэд. Оба брата, не сговариваясь, смотрели на Рин. Ведьма молчала. Она всё так же опиралась спиной о чудом уцелевшую колонну, скрестив руки на груди и опустив взгляд. Ее привычная аура непоколебимой уверенности дала глубокую трещину. Мэд перевел взгляд с того места, где только что исчез Дез, обратно на девушку. Терпение Жнеца, и без того висевшее на волоске, окончательно лопнуло. - Ну и? - его низкий, рокочущий голос разрезал тишину, как удар топора. - Ты не хочешь нам наконец рассказать, что, черт возьми, здесь происходит? Кто это был на самом деле, откуда он тебя знает, и что это за "сюжет"? Рин медленно подняла голову. В ее изумрудных глазах не было привычной ядовитой насмешки, лишь бездонная усталость существа, прожившего слишком много жизней. Она тяжело вздохнула, потирая виски тонкими пальцами. - Я всё вам расскажу, здоровяк. От начала и до конца. Обещаю, - ее голос звучал непривычно тихо, лишенный всякого пафоса. - Но не сейчас. Сейчас для этого самый неподходящий момент. Ди слабо кивнул, соглашаясь с ней. Он прекрасно понимал, почему сейчас не время для долгих историй. Обостренные чувства Ворона, несмотря на физическое истощение, уже уловили то, что пока не осознали остальные. Низкий, вибрирующий гул. Он поднимался откуда-то снизу, проникая сквозь толстые стены Цитадели, заставляя мелкую каменную крошку дрожать на мраморном полу. Юноша стиснул зубы и, опершись руками о пол, сделал над собой колоссальное усилие, пытаясь встать. Ноги предательски дрожали. Мэд тут же оказался рядом, подхватывая брата под руку и принимая на себя большую часть его веса. - Идем, - глухо произнес Ди, кивнув в сторону огромного, наполовину обрушенного балкона, нависающего над городом. Вдвоем, тяжело ступая по обломкам прошлой эпохи, они медленно направились к краю. Рин, помедлив секунду, молча последовала за ними. Ее лицо оставалось бесстрастной маской. Для Ди и Мэда то, что сейчас происходило внизу, было историческим потрясением. Для тысячелетней ведьмы - лишь заученной сценой. Она видела падение Региса и штурм Цитадели в десятках других реальностей. Ликование толпы, падение режима - всё это не имело для нее никакого эмоционального значения. Единственное, что сейчас по-настоящему занимало ее гениальный ум - это Дез. Новая, невозможная переменная, сломавшая все правила ее игры. Они вышли на балкон, и холодный ветер ударил им в лица. Перед их глазами раскинулась картина, от которой захватывало дух. Картина, навсегда меняющая историю Этернума. Широкая, вымощенная белым камнем площадь перед Цитаделью и все прилегающие к ней центральные проспекты Верхнего города были заполнены до краев. Жители Нижнего города, которых веками держали за высокими стенами, словно скот, теперь стояли здесь. Единая, монолитная толпа. Десятки тысяч оборванных, изможденных, но непреклонных людей. Рядом с ними, лязгая металлом по камню, вышагивали оставшиеся в живых искореженные механические звери Тамаши. Огромные стальные волки и паукообразные конструкты, покрытые вмятинами от заклинаний, теперь служили личным, смертоносным сопровождением для народа трущоб. Жители Верхнего города - надменные аристократы, богачи и чиновники - в ужасе забились в свои роскошные особняки. Из-за плотно задернутых шелковых штор, дрожа от страха, они наблюдали за тем, как их идеальный мир рушится. Они смотрели, как "Варвары" шагают по Их городу, неся на своих сапогах грязь, копоть и кровь Нижнего сектора прямо сюда, на изысканные улицы. А вот у самого подножия Цитадели ни о каком мирном смирении не было и речи. Там кипел кровавый, жестокий хаос. Элитные королевские маги и гвардейцы в сияющих доспехах вовсе не собирались сдаваться просто так. Даже потеряв бесконечную подпитку от Шпиля и осознав, что Король мертв, они фанатично держали оборону. Звенела сталь, вспыхивали остаточные магические щиты, воздух содрогался от взрывов. Королевские рыцари, обученные сражаться до последней капли крови, яростно врезались в толпу, пытаясь удержать парадный строй. Но их безжалостно сметали. Бесконечная людская река давила своей массой, а на острие этого удара, в самом пекле, бились Жнецы. Ди и Мэд видели, как бойцы в знакомых темных плащах с ожесточением прорывали ряды гвардии. Не обладая магией, Жнецы полагались исключительно на звериную ловкость, смертоносную хитрость и отточенную сталь. Они ныряли под тяжелые удары рыцарей, били в уязвимые стыки сияющих доспехов, использовали крюки, сети и грязные уличные приемы, чтобы скручивать и добивать бронированных упрямцев прямо на идеальной брусчатке. Защитники Цитадели начинали паниковать: подкрепления не было, а море врагов только росло. Хваленый строй королевской гвардии трещал по швам и ломался на глазах. Глядя на своих братьев и сестер по оружию, Мэд тяжело сглотнул. Жнецов стало пугающе мало. Многих не хватало в этих рядах. Многие сложили головы на ступенях Цитадели в этой кровопролитной мясорубке, принимая на себя основной удар элиты. Но те, кто выжил - израненные, покрытые кровью, копотью и пеплом - сражались с яростью победителей. Этернум пал. И его новые хозяева уже стояли на пороге. Холодный ветер трепал волосы Ди, пока он смотрел на бушующее людское море у подножия Цитадели. Битва внизу всё еще продолжалась, но ее исход был предрешен. Мэд, стоявший рядом, тяжело облокотился уцелевшей рукой о каменный парапет балкона. Здоровяк хмуро наблюдал за тем, как его Жнецы добивают остатки гвардии, а затем перевел взгляд на брата. - И что теперь? - хрипло нарушил тишину Мэд. В его голосе не было страха, только тяжелая, практичная озадаченность. - Мы убили Короля. Снесли барьеры. Но мы, черт возьми, не планировали так далеко, Ворон. Каков наш следующий шаг? Ди открыл было рот, чтобы ответить, но понял, что у него нет ответа. Его разум, привыкший выживать одним днем в трущобах, отказывался мыслить масштабами целого государства, оставшегося без правителя. Рин, стоявшая чуть позади, плавно отступила от парапета. Ее шаги были абсолютно беззвучными. Ди повернул голову, наблюдая за тем, как ведьма медленно направилась вглубь разрушенного Тронного зала. Она подошла к небольшой кучке серого пепла, которую не успело разнесло ветром - единственному, что осталось от Короля после того, как его поглотило ревущее Алое пламя Ди. Среди праха тускло блестел металл. Рин элегантно, ничуть не брезгуя, наклонилась и подняла с пола тяжелую, выкованную из темного золота корону. От колоссального жара Алого огня один ее край слегка оплавился и почернел, а сам металл всё еще обжигал руки, но ведьма даже не поморщилась. Она стряхнула с нее серую пыль и вернулась на балкон. Оказавшись прямо перед Ди, Рин протянула ему изувеченный символ власти. - Это единственное правильное решение, - спокойно, без тени иронии произнесла она. Ди застыл, не сводя глаз с короны, которая сейчас находилась на расстоянии вытянутой руки. Он не спешил ее брать. - Ты шутишь? - юноша перевел потрясенный взгляд на лицо ведьмы. - Я? Править целым королевством? Рин, ладно Нижний город. Люди трущоб знают меня, они пойдут за Вороном и за Жнецами. Но что насчет Верхнего города? Эти аристократы внизу, древние рода, лорды... они никогда не примут "Короля из трущоб". Они сожрут меня при первой же слабости. Рин лишь равнодушно пожала плечами, и оплавленная корона в ее руках слегка качнулась. - Это уже тебе решать, Ворон, - сухо ответила она. - Но власть не терпит пустоты. Если этот трон не займешь ты - человек, который сломал старый режим, - тогда очень скоро найдется еще какой-нибудь Регис. Кто-то из элиты или из твоих же командиров, кто решит последовать его путем. А то и кто-то похуже. Ты разрушил эту систему. Тебе ее и собирать. Ди тяжело сглотнул, чувствуя, как невидимый груз ответственности придавливает его к мраморному полу сильнее любой магии. Он медленно перевел взгляд на Мэда, ища поддержки. Брат встретил его взгляд спокойно. Огонь Жнеца в его глазах уступил место простой человеческой преданности. Здоровяк почесал покрытый ссадинами подбородок и пожал широкими плечами. - Какое бы решение ты ни принял, брат, я поддержу его, - твердо произнес Мэд. - Хочешь надеть эту железку - надевай. Хочешь выбросить ее с балкона - выбрасывай. Я буду стоять рядом при любом исходе. Как и всегда. Ди снова посмотрел на корону. Его пальцы дрогнули. В это же самое время, далеко внизу, у разрушенных врат Цитадели, Тамаши наконец-то вышел на улицу. Психей протиснулся сквозь ликующую толпу трущобных жителей и остановился, тревожно оглядываясь. Он, как человек науки, прекрасно читал атмосферу. Первоначальный шок от победы спадал, уступая место первобытной ярости. Десятки тысяч вооруженных, обозленных веками угнетения людей теперь стояли посреди элитных районов, полных беззащитных богачей. Взгляды толпы уже начали смещаться с поверженных гвардейцев на роскошные особняки. Еще пара минут, и Нижний город захлебнется в слепой, бессмысленной резне мирных жителей Верхнего. - Так дело не пойдет, - пробормотал Тамаши себе под нос, лихорадочно соображая. - Революция - это прекрасно, но анархия нам ни к чему. Им срочно нужен поводок. Точнее - символ. Он задрал голову вверх, нацепив на глаза свои громоздкие техномагические очки. Провернув пару шестеренок на оправе, он сфокусировал многократно увеличенное изображение на самом верху Цитадели. Линзы щелкнули, и Тамаши ясно увидел на разрушенном балконе троицу: Ди, возвышающегося над ним Мэда и Рин с короной в руках. Широкая, облегченная улыбка озарила перемазанное машинным маслом лицо механика. Он вытащил из поясной сумки небольшую металлическую сферу и нажал на скрытую руну. Сфера мгновенно развернулась, превратившись в изящную механическую птицу. Тамаши подбросил ее в воздух, направляя прямо к вершине Цитадели. Механическая птица с невероятной скоростью взмыла в небо. Через несколько секунд она уже поднялась на уровень Тронного зала, зависнув в воздухе прямо над балконом, где стояла троица. Ди вздрогнул, услышав тихое жужжание над головой, и поднял взгляд. В этот момент магические камни, встроенные в искусственные глаза птицы, ослепительно вспыхнули. Мощный луч света ударил высоко в небо, рассеивая облака дыма. Прямо над Цитаделью, видимый из любой точки Верхнего и Нижнего города, вспыхнул колоссальных размеров магический экран. Иллюзия с идеальной точностью транслировала изображение с глаз механической птицы. Перед всем Этернумом предстала картина в реальном времени: израненный, уставший, но непокоренный Ворон; возвышающийся рядом с ним грозный командир Жнецов; и загадочная ведьма, протягивающая юноше оплавленную корону поверженного тирана. На площади воцарилась секундная, оглушительная тишина. Люди замерли, забыв о жажде крови, не в силах поверить своим глазам. А затем грянул гром. Жители Нижнего города, увидевшие свой живой символ восстания, исступленно загудели. К их крикам присоединились выжившие члены Жнецов, вскидывая окровавленные клинки в небо и приветствуя своих лидеров. Этот рев тысяч глоток сотряс Цитадель до самого основания, заглушив мысли о мародерстве. А по ту сторону баррикад, в роскошных особняках Верхнего города, аристократы, лорды и высшие чиновники в гробовом молчании смотрели на огромный экран в небе. Они наконец-то увидели лица тех, кто убил их Короля. Лица своих новых кошмаров. Или своих новых правителей. Ди стоял на краю разбитого балкона, глядя вниз. Холодный ветер трепал его темные волосы. Отсюда, с невероятной высоты Цитадели, он видел весь масштаб сотворенной ими истории. Он видел залитую кровью площадь, растерянную гвардию и бесконечное море людей из Нижнего города - своих людей. Людей, которые шли за Вороном и за Жнецами, надеясь на чудо. Юноша глубоко, прерывисто вздохнул, собираясь с мыслями. Затем он повернулся к Рин и твердым движением взял изувеченную, всё еще обжигающе горячую корону из ее рук. Ди шагнул к самому краю парапета и высоко поднял символ власти Региса над головой, чтобы его увидела транслирующая механическая птица. А затем из его ладони с оглушительным ревом вырвался ослепительный столб первозданного Алого пламени. Огонь мгновенно поглотил темное золото. Толпа внизу ахнула, наблюдая через огромный иллюзорный экран, как древний артефакт, символ тысячелетнего угнетения, плавится, теряет форму и буквально испаряется прямо в руках юноши, осыпаясь вниз дождем из раскаленных искр. Мэд, стоявший позади, тихо, одобрительно хмыкнул. Рин чуть удивленно приподняла тонкие брови - такой наглости она не ожидала даже от него, - но затем уголки ее губ дрогнули в легкой, искренней полуулыбке. Мальчишка снова сломал сценарий. Ди опустил пустую руку. Механическая птица зависла прямо перед ним, транслируя каждое его движение и каждое слово на весь затаивший дыхание Этернум. - Мое имя - Ди! - его голос, усиленный техномагией Тамаши, громом раскатился над обоими секторами города. В нем не было дрожи, только непоколебимая уверенность того, кому больше нечего терять. - Жители Нижнего города знают меня как Ворона. Одного из лидеров банды Жнецов. Он выдержал короткую паузу, глядя прямо в магические линзы. - И я не стану вашим новым королем. По площади перед Цитаделью прокатился гул. По нижним рядам, где стояли израненные бойцы и оборванные жители трущоб, пошла волна искреннего непонимания и тревоги. Они свергли тирана ради своего героя, а теперь он отказывается от трона? Ди, не обращая внимания на нарастающий шум, жестко продолжил: - Система правления, которую построил Регис, прогнила насквозь уже очень давно! Само существование титула Короля, само разделение нашего мира на Верхний и Нижний принесло лишь реки крови, нищету и бесконечные страдания. Мы убили не просто человека. Мы убили эту систему. И настала пора окончательно положить этому конец. Его изумрудно-фиолетовые глаза вспыхнули. - Стены будут уничтожены. Физические и магические. С этого дня люди Нижнего и Верхнего Этернума будут жить рука об руку. Больше никаких моральных различий. Больше никакого деления на «чистую элиту» и "грязь из трущоб". Мы - один город! Но эти слова возымели неожиданный эффект. По ту сторону площади, в роскошных кварталах Верхнего города, страх начал уступать место возмущению. Аристократы, лорды и богатые торговцы, слушавшие эту речь, начали багроветь от ярости. Уравнять их с оборванцами?! Заставить жить вместе?! Несмотря на недавний ужас, возмущение оказалось сильнее. Двери особняков начали распахиваться. Жители Верхнего города, вооруженные фамильными клинками и скрытыми артефактами, начали массово выходить на улицы, выкрикивая оскорбления и проклятия. Толпа Нижнего города мгновенно отреагировала: Жнецы оскалились, поднимая окровавленное оружие, а механические звери Тамаши угрожающе зарычали. Воздух заискрил от ненависти. Две огромные массы людей сцепились взглядами. Началась жесткая словесная перепалка, готовая в любую секунду сорваться в масштабную, неконтролируемую кровавую резню прямо на улицах столицы. На балконе Ди тяжело, невероятно устало вздохнул. Слов было недостаточно. Люди слишком долго ненавидели друг друга, чтобы просто поверить пламенной речи. Юноша обернулся и посмотрел на Мэда и Рин. Они переглянулись. В словах не было нужды - брат и тысячелетняя сущность мгновенно уловили суть. Они молча, синхронно кивнули ему. В следующую секунду вершину разрушенной Цитадели озарили три чудовищно яркие вспышки. Тело Ди охватил ревущий вихрь Алого огня, сплетаясь вокруг его плеч в плотное, ослепительное пламенное одеяние. Тело шагнувшего вперед Мэда взорвалось ревущим Синим пламенем, формируя вокруг здоровяка ауру абсолютной, сокрушительной мощи. А темное платье Рин, откликнувшись на зов Бездны, мгновенно видоизменилось, разорвавшись тенями и приняв форму элегантного, поглощающего свет плаща из первозданного Черного пламени. Колоссальное магическое давление, исходящее от этих троих, обрушилось на площадь тяжестью падающего неба. Оно было настолько плотным и пугающим, что у многих подкосились ноги. Сотни тысяч людей внизу мгновенно затихли. Оружие опустилось. Проклятия застряли в глотках. И Верхний, и Нижний город в абсолютном, парализующем ужасе уставился на магический экран. Ди вновь обратился к Этернуму, и теперь в его голосе звучала сталь: - Я сказал, что не буду вашим Королем. Мы не боги и не ваши хозяева. Вы вольны сами строить свои жизни. Но я буду вашим Лидером. Лидером Жнецов, который поведет этот проклятый город к новому будущему. Он обвел взглядом замершую толпу аристократов и бедняков. - Банда Жнецов не будет указывать вам, как дышать. Но мы становимся абсолютным законом мира. Мы проследим, чтобы Верхний и Нижний город учились жить в гармонии. Пусть это произойдет не быстро. Пусть не сразу. Но это случится. Отныне Жнецы - это щит между вами. И если кто-то из вас попытается пролить кровь соседа из-за его происхождения, чтобы вернуть старые порядки... Жнецы станут для него мечом. Как только он произнес эти слова, Рин плавно, абсолютно беззвучно сделала шаг назад. Она отступила в глубокую тень разрушенного Тронного зала, намеренно исчезая из поля зрения механической птицы Тамаши. Ведьма улыбнулась во мраке, оставляя сцену тем, кому она по праву принадлежала. Алое пламя над головой Ди сгустилось. Оно вспыхнуло ярче, формируя из чистого огня изящную, пульсирующую жаром корону. Но это была лишь половина венца. Правая его часть обрывалась неровным краем. Ди повернул голову и посмотрел на Мэда, едва заметно кивнув ему. Лидеров у Жнецов всегда было двое. Двое их и останется. Никакой абсолютной власти в одних руках. Мэд усмехнулся своей фирменной, широкой уличной ухмылкой. Гигант сделал тяжелый шаг вперед, вставая плечом к плечу с братом перед лицом всего мира. Его Синее пламя откликнулось на жест Ворона. Над головой здоровяка вспыхнула вторая, левая половина венца, сотканная из ревущего огня очищения. Алая и Синяя магия соприкоснулись, но не смешались, образуя над ними единый, неразрывный символ их общего правления. Два брата из трущоб. Два Лидера Жнецов. Два полноправных Лидера Этернума, разделивших бремя власти пополам. Конец старого мира. Наступает новая эпоха. *** Дез сидел на самом краю отвесной скалы, далеко за пределами городских стен. Отсюда, с этой безмолвной, продуваемой ледяными ветрами высоты, гигантский Этернум казался игрушечным. Разделение на Нижний и Верхний сектора отсюда выглядело лишь нелепым скоплением камня и света, крошечным островком жизни посреди бескрайней пустоши. Но даже на таком огромном расстоянии обостренные чувства высшего существа позволяли ему видеть и слышать всё. Он видел, как над пылающей Цитаделью вспыхнул колоссальный магический экран. Слышал, как ветер донес до скал усиленный техномагией, звенящий от напряжения голос Ди. Видел три чудовищно яркие вспышки - Алую, Синюю и Черную, - которые на мгновение озарили ночное небо над столицей ярче дневного светила. На жестком, изрезанном шрамами лице Деза мелькнула слабая, горькая усмешка. - Значит, так ты решил вести свою историю, Ди? - тихо произнес мужчина, и ветер мгновенно унес его слова во мрак. - Решил стать щитом, вместо того чтобы единолично править? Неплохо. Наивно, но... неплохо. Вот только всё это абсолютно бесполезно. Все эти люди, весь этот город... они не переживут Конец Времен. Дез медленно, тяжело поднялся на ноги. Густое Черное пламя, из которого был соткан его длинный плащ, тихо, угрожающе зашипело, реагируя на мрачные мысли своего хозяина. Сколько раз он сам стоял на этом балконе? Сколько раз он надевал эту проклятую корону, становясь Королем Этернума в прошлых, стертых реальностях? Он уже и не помнил. Сотни раз он брал власть в свои руки. Сотни раз он вел за собой миллионные армии, объединял континенты, строил неприступные крепости и создавал невероятное оружие. Но это никогда не работало. Что бы он ни делал, как бы ни готовился, Бездна всегда побеждала. Она всегда приходила и пожирала этот мир до основания, оставляя после себя лишь пепел и тишину. Дез сузил светящиеся Алые глаза, глядя на мерцающие огни спасенного города. Скоро Ди узнает причину, по которой это происходит раз за разом. Рин наверняка всё ему расскажет, раз уж теперь эта тысячелетняя интриганка решила встать на его сторону и сломать свой собственный сценарий. Как отреагирует мальчишка, когда иллюзия победы спадет? Что он предпримет? Поднимет ли он свои новые армии, попытается ли найти другой путь? И главное... что сделает Ди, когда узнает самую страшную, неотвратимую правду этого мира? Что сделает юный Лидер Жнецов, когда поймет, что сама причина надвигающегося Конца Времен - это Дез?