Акт 8. Глава 49. Новый Этернум

Мэд стоял на широком балконе восстановленной башни, скрестив массивные руки на груди. Ветер, некогда приносивший сюда лишь запах гари и гниющих отходов Нижнего города, теперь пах озоном, нагретым металлом и свежестью. Прошел ровно год. Год с того самого дня, как они захватили Цитадель, а Регис превратился в пепел. Здоровяк обвел взглядом раскинувшийся внизу Этернум, и на его изрезанном шрамами лице появилась слабая, уставшая, но искренняя улыбка. Город изменился до неузнаваемости. Самое главное - больше не было Стены. Тот колоссальный, давящий монолит, что веками разделял людей на хозяев жизни и грязь под их ногами, был разобран по камешку. Теперь Этернум дышал как единый, огромный организм. Последствия чудовищной битвы, разорвавшей столицу на части, исчезли почти бесследно. И всё это благодаря одному гениальному психу. Тамаши, получив в свое распоряжение неограниченные ресурсы и целую армию добровольцев, превзошел сам себя. Механик возглавил новоиспеченный Исследовательский отдел, став главным мозгом Нового Этернума. Прямо сейчас Мэд видел, как внизу, на строительных лесах, трудятся огромные механические звери - гибриды магии и стали, спроектированные Тамаши. Они перетаскивали тяжелые блоки, возводили новые мосты и прокладывали коммуникации, облегчая жизнь обоим секторам. Конечно, всё прошло не так гладко, как в детских сказках. Мэд мрачно хмыкнул, вспоминая первые месяцы после переворота. Аристократы Верхнего города, лишившись своих привилегий и божественного покровителя, не спешили брататься с "оборванцами". Вспыхивали бунты. Богачи пытались нанимать уцелевших гвардейцев, устраивали саботажи и отказывались признавать новую власть. Но Жнецы пресекали это быстро и жестко. Без лишней крови, но с достаточной силой, чтобы выбить спесь из любого сноба в шелковом камзоле. Чтобы избежать вечной гражданской войны, Ди и Мэд приняли мудрое решение: они заставили оба сектора выбрать по одному представителю. Два голоса - один от шелков Верхнего сектора, другой от копоти Нижнего, - которые теперь сидели за одним столом, вели дела и решали конфликты, не доводя их до поножовщины. И это сработало. Жизнь в Нижнем городе наконец-то стала... нормальной. Не идеальной, нет. В переулках всё еще хватало грязи и проблем, но это больше не было выживанием. Для людей появилась работа. Выстроилась четкая цепь поставок нормальной, свежей еды, а не объедков с барского стола. Закипела настоящая торговля. Более того, у выходцев из трущоб появилась своя, особая ниша. Те, кто привык рисковать жизнью, теперь легально выбирались за пределы города. Они становились охотниками и сталкерами, добывая в Пустошах редкие предметы, травы и диковинных животных. А жители Верхнего сектора, к своему собственному удивлению, оказались готовы щедро за это платить. Деньги начали перетекать из сектора в сектор, стирая невидимые границы быстрее, чем это сделали бы любые законы. Они понемногу привыкали друг к другу. А Жнецы... Жнецы из подпольной банды превратились в Щит и Меч Этернума. Мэд с гордостью смотрел на патрули в темных плащах, скользящие по улицам. Его ребята следили за тем, чтобы этот хрупкий мир не рухнул. Они стали законом. И их главным правилом, которое Мэд вбивал в голову каждому новобранцу, было простое: решать проблемы без использования мечей, ядов и боевой магии везде, где это возможно. Слово и авторитет теперь били сильнее клинка. Этернум жил. Этернум дышал полной грудью. Вот только Мэд знал, какова истинная цена этой идиллии. Где-то там, за пределами их видимости, тикал невидимый таймер Конца Времен. Тихие шаги за спиной вырвали Мэда из размышлений. Он обернулся и увидел Ди. Брат подошел к парапету и молча протянул ему небольшую фарфоровую чашку, от которой поднимался густой, терпкий пар. Мэд с подозрением покосился на дымящуюся жидкость, даже не думая протягивать руку. - Это еще что за дрянь? - Свежий кофе, - невозмутимо ответил Ди. Мэд презрительно скривился. - Убери от меня эту хрень для богатеньких. Вкус хреновый, пахнет как жженая земля, да и сам напиток не лучше. Лучше б пива принес, а еще лучше - чего покрепче. Мы, кажется, заслужили. Ди лишь усмехнулся. В его глазах блеснули знакомые, озорные искры времен их жизни в трущобах. Он шагнул ближе и буквально всучил чашку в огромную ладонь брата. - Пей давай. Знаю, что вкус дерьмовый, но эта штука помогает простоять на ногах подольше, а у нас еще куча дел. А выпить - выпьем вечером. Я лично достану из подвалов Цитадели бутылку того пойла, которое Регис берег для праздников. Мэд недовольно заворчал, но спорить не стал. Он сделал осторожный глоток, скривился так, словно пожевал траву, и, опершись локтями о балкон, тяжело спросил: - Как обстановка? Ди перестал улыбаться. Он повернулся к городу, и его лицо мгновенно стало лицом Ворона - холодным, расчетливым и непроницаемым. Он неопределенно пожал плечами. - Глухо. Ни наши патрули Жнецов, ни Рин не могут выйти на след Деза. Вообще ничего. Ни малейшего всплеска Черного пламени, ни слухов в подворотнях. А значит, он либо покинул пределы Этернума и ушел далеко в Пустоши, либо... очень хорошо прячется прямо у нас под носом. Мэда едва заметно передернуло, стоило брату упомянуть Рин. Даже спустя год, после того чудовищного откровения в разрушенном Тронном зале, командир Жнецов так и не смог заставить себя ей доверять. Раньше Мэд думал, что все эти ее словечки про "Сюжет", "роли" и "сценарий" - просто театральная хрень скучающей ведьмы. Но когда оказалось, что всё это было правдой, да еще и в таком больном, космическом масштабе... его переполняла глухая, бессильная злость. Никто не смел играть их жизнями. Но что расстраивало и пугало Мэда еще больше, так это связь между Ди и Рин. Их пугающая синергия. Ди узнал, что девушка, стоявшая с ними плечом к плечу, - это Вестник Бездны. Конструкт, созданный их главным врагом. И тем не менее, Ди не отвернулся от нее. Он не отрекся от своих чувств и не отдалил Рин от управления Жнецами. И Мэда это безумно настораживало. Да, Рин клялась, что она не сама Бездна, которая пожирает измерения. Да, она сказала, что сломала правила ради Ди. Но сам факт, что она была создана этой Тьмой, не давал Мэду покоя ни днем, ни ночью. Сейчас она говорит, что на их стороне. Но что будет потом? Что случится в ту самую секунду, когда таймер истечет и наступит Конец Времен? Что, если Бездна просто щелкнет пальцами и прикажет своему Вестнику восстать против них? Неужели Ди - гениальный тактик, Ворон, от чьих глаз не ускользает ни одна деталь, - даже не рассмотрел такой вариант? Или любовь окончательно сделала его слепым? Мэд тяжело, прерывисто вздохнул, отгоняя эти мысли, и одним глотком влил в себя остатки горячего кофе. На этот раз напиток не показался ему таким уж горьким. По крайней мере, по сравнению с тем, что он чувствовал сейчас, кофе был почти сладким. Мэд еще какое-то время молча сверлил взглядом городскую панораму, но всё же не выдержал. Он со стуком поставил пустую чашку на каменный парапет и повернулся к брату. - Слушай, я вот одного не пойму, - хмуро начал здоровяк, скрестив руки на груди. - Почему ты продолжаешь ей доверять? Несмотря на всё, что мы узнали. Ди не ответил сразу. Он задумчиво перевел взгляд с горизонта на Мэда, и в его глазах не было привычной для Ворона стальной уверенности. Он чуть пожал плечами, опираясь спиной о перила. - Если честно, Мэд... я и сам не знаю, - тихо произнес юноша. - Мой разум кричит, что это глупо. Да, Рин - Вестник Бездны. Да, она тысячелетиями наблюдала за нашими смертями. Но... тем не менее, сейчас она наш союзник. И я просто не понимаю, почему меня так сильно тянет к ней. Ди слегка улыбнулся своим мыслям, глядя куда-то сквозь брата. - К ее изумрудным глазам. К ее голосу. К той улыбке... когда она перестает строить из себя холодную, эгоцентричную тысячелетнюю ведьму и просто открывается мне. Мэд закатил глаза так сильно, что едва не увидел собственный затылок. Он мученически простонал. - О боги, избавьте меня от этих розовых соплей, - проворчал здоровяк, отмахиваясь от брата, как от назойливой мухи. - Ди, очнись. Она не просто девчонка из соседнего переулка. Она инструмент Бездны. Она может переменить сторону в любой момент, как только Сюжет снова... Договорить Мэд не успел. Увесистый том в кожаном переплете просвистел в воздухе и с глухим стуком прилетел ему прямо в затылок, отскочив на каменный пол. - Больше доверия, здоровяк, - раздался позади знакомый, пропитанный сарказмом голос. На балкон, бесшумно вынырнув из тени дверного проема, вышла Рин. Она только что вернулась с очередной разведки: подол ее платья был слегка запылен, но лицо выражало привычную язвительную снисходительность. - Если бы я хотела вас убить, - ведьма плавной походкой направилась к ним, - я бы сделала это давным-давно, пока вы пускали слюни в подушку. А не занималась бы сейчас этой унылой ерундой, выслеживая невидимку по всему Этернуму. Она остановилась рядом с Мэдом, подняв брошенную книгу обратно себе в руку. - Бездна - это Хаос, Мэд. Чистое, первозданное разрушение. И раз она до сих пор не наказала меня за вмешательство в сценарий, значит, пока что всё в порядке. Её единственная цель - это Дез и его долг. И если она его получит, то ваше измерение должно остаться в живых. - Она сделала философскую паузу и добавила: - Скорее всего. Логику Бездны довольно сложно предугадать. При звуках ее голоса и появлении Рин лицо Ди заметно посветлело. Холодная маска лидера исчезла без следа, уступив место мягкой, искренней улыбке. Он смотрел на нее так, словно в мире больше не существовало ни надвигающегося Конца Времен, ни разрушенного города. Мэд перевел взгляд с блаженного лица брата на усмехающуюся ведьму и раздраженно буркнул: - Только давайте без слюней на моих глазах, ладно? Пожалейте старика. Не ломайте мою психику своими соплями, мне еще Жнецами командовать. Рин тихо, мелодично рассмеялась. Она подошла к Мэду и, не сдерживая улыбки, слабо ударила кулаком в его бронированное плечо - удар, который здоровяк едва ли почувствовал, но который говорил о многом. А затем она грациозно шагнула к Ди, мягко положила руку ему на грудь и коротко, но нежно чмокнула юношу в щеку. Рин отстранилась от Ди и, развернувшись, оперлась спиной о каменные перила балкона. Игривость в ее движениях уступила место деловой собранности. - Я исследовала каждый уголок Этернума, - серьезно произнесла ведьма. - От самых глубоких, затопленных коллекторов Нижнего города до уцелевших шпилей Верхнего. Ничего. Ни единого следа. Если бы Дез хоть на долю секунды использовал Черное пламя в пределах городских стен, я бы это почувствовала. Но за весь год этого не случилось ни разу. Похоже, он и правда покинул Этернум и ушел в Пустоши. При этих словах лицо Ди мгновенно изменилось. Юноша с мягкой улыбкой исчез, и на его место вернулся Ворон. Он задумчиво сложил руки на груди, глядя в пустоту перед собой немигающим, цепким взглядом тактика. - До начала Конца Времен Дез не сможет использовать Ключ, - начал рассуждать вслух Ди, и его голос звучал холодно и отстраненно. - Но просто так сидеть в пещере и ждать, пока небеса рухнут, он тоже не станет. Это не в его стиле. Значит, он что-то предпринимает. Ищет новый способ. Оружие, чтобы победить Бездну, или очередную лазейку, чтобы обмануть ее и прыгнуть дальше. Ворон перевел тяжелый взгляд на Рин. - В любом случае, мы обязаны его найти. От этого зависит судьба нашего мира. Если он ударит первым, мы можем не успеть среагировать. Рин лишь легкомысленно пожала плечами, поправляя выбившуюся прядь темных волос. - Можешь не накручивать себя раньше времени, Ворон. Дез всё равно рано или поздно покажется. Ему придется. Потому что эпицентр надвигающегося Конца Времен находится здесь, в Этернуме. Там, где была заключена Сделка в Изначальном мире. Только в этой точке пространства истончение реальности будет достаточным, чтобы он смог использовать свой Ключ. Все дороги ведут обратно в город. Мэд, слушавший их перепалку, лишь задумчиво кивнул. Но его взгляд был устремлен не на горизонт, а на брата. Здоровяку всё еще не давали покоя слова Рин о том, что Изначальный Ди - раз за разом убивал своего Мэда, полностью поглощенный безумием и горем от потери Юки. Мэд пытался найти в чертах стоящего рядом парня хоть отголосок того маниакального психоза, но... не находил. Глядя на нынешнего Ди, Мэд видел расчетливого убийцу, сурового лидера Жнецов, но не видел безумца. Из-за вмешательства Рин, из-за их братской поддержки или просто потому, что этот сценарий пошел иначе, но нынешний Ди выглядел умиротворенным. Убийство Региса принесло ему покой. Он свершил правосудие, отомстил за младшего брата и смог отпустить ту всепоглощающую боль, которая превратила Деза в монстра. Ди сохранил свою душу. Внезапно Рин резко подняла голову, слегка расширив глаза, словно вынырнув из транса. - Чуть не забыла, - она щелкнула пальцами. - Я ведь заглядывала в Исследовательский отдел по пути сюда. Тамаши просил передать, что "постройка завершена". Что бы это ни значило в его безумной механической голове. Ди тут же оживился. Холодная задумчивость слетела с него в одно мгновение. Эту новость лидер Жнецов ждал весь последний месяц, ежедневно пропадая в мастерских. - Наконец-то, - выдохнул Ворон, резко разворачиваясь к выходу с балкона. - Мы срочно направляемся к нему. Идем. Мэд тяжело вздохнул, отлепляясь от перил, и зашагал следом за братом. Рин пристроилась рядом со здоровяком. - Только не наступи мне на подол, медведь, - язвительно бросила ведьма, не глядя на Мэда. - А ты не путайся под ногами со своей магией, - тут же огрызнулся командир Жнецов. - Идем смотреть, какую очередную хрень собрал наш безумный гений. Они пошли по коридорам башни вслед за Ди, продолжая привычно ворчать друг на друга на каждом шагу. Путь к Научному отделу лежал через широкие проспекты Верхнего города. Ди, Мэд и Рин шли не спеша, и каждый их шаг сопровождался вниманием сотен глаз. Но это больше не были взгляды, полные животного ужаса или презрения. Люди, завидев троицу, почтительно расступались, освобождая дорогу правителям Этернума. Патрульные отряды Жнецов в темных плащах, завидев командиров, вытягивались по струнке и с гордостью отдавали честь. Мэд скупыми кивками приветствовал своих ребят. Год назад, в первые недели после падения Шпиля, жители Верхнего сектора признали их власть исключительно из страха перед чудовищной силой Алого и Синего пламени, а также безжалостностью бывшей уличной банды. Но время расставило всё по местам. За этот год Ди и Мэд делом доказали, что они не тираны. Их жесткие, но справедливые решения, восстановление экономики и разрушение Стены принесли им то, чего Регис добивался веками с помощью страха и Черной магии - искреннее уважение. Научный отдел возвышался в конце проспекта. Это был огромный, перестроенный из старых дворцов комплекс, возведенный специально для Тамаши. Гениальному механику отдали лучшие площади, ведь, как признавал сам Психей: "Мой великий гений задыхается в узких стенах подвала, мне нужен размах!" Охрана на входе, закованная в броню, почтительно отдала честь и синхронно распахнула тяжелые бронированные двери, не смея задерживать правителей ни на секунду. Троица шагнула внутрь, и их тут же оглушила какофония звуков. В отделе царил абсолютный, первозданный хаос. Визжали пилы, гудели магические генераторы, сыпались искры снопами, а в воздухе висел стойкий запах озона и машинного масла. И в самом центре этого урагана находился Тамаши. В перемазанном сажей халате, с защитными очками, сдвинутыми на лоб, он носился между столами, размахивая чертежами. Он гонял подчиненных в хвост и в гриву, требовал невозможного, орал на тех, кто мыслил шаблонами, и тут же горячо хвалил за самые безумные, сумасшедшие идеи. Он был абсолютно в своей стихии. Поначалу чопорные ученые Верхнего города и инженеры-самоучки из Нижнего, приставленные к нему в помощь, просто не могли работать в таком ритме. Они седели от характера сумасшедшего гения. Но прошел год... и поговорка "с кем поведешься" сработала на все сто. Ди с усмешкой наблюдал, как солидные седовласые профессора с безумным, яростным энтузиазмом в глазах спорят о том, как лучше замкнуть нестабильное ядро, а молодые ассистенты носятся с колбами, хохоча как маньяки. Тамаши превратил их в армию своих ментальных клонов. Увидев стоящих в дверях друзей, главный инженер Этернума расплылся в широченной, искренней улыбке и радостно замахал им измазанной в мазуте рукой. - А, святая троица в сборе! - прокричал Тамаши, перекрывая гул турбин, и быстрым шагом направился к ним. - Вы как раз вовремя! Наш годовой проект наконец-то завершен. И раз уж вы притащились сюда всем составом, значит, жаждете посмотреть на плод моих... то есть наших гениальных трудов! Ди молча, но с предвкушением кивнул. Тамаши потер руки и жестом фокусника поманил их за собой. Они прошли сквозь лабиринт мастерских, спускаясь всё ниже, в самое сердце Научного отдела - туда, куда был закрыт доступ даже большинству сотрудников. Тамаши остановился около колоссальных, герметичных ворот, занимавших всю ширину подземного ангара. Он с довольной улыбкой подошел к сложной панели управления, стер с нее несуществующую пылинку и положил ладонь на сканер. Механик театрально повернулся к Ди, Мэду и Рин. - Прошу любить и жаловать, - его голос эхом разнесся по гулкому помещению. - Ваш обновленный прототип. Наш ответ Дезу. Новый Ключ. С этими словами он с силой нажал на центральную кнопку. Внутри стен что-то тяжело ухнуло. Раздался оглушительный скрежет тяжелых механизмов, и многотонные створки ворот медленно разъехались в стороны, выпуская наружу клубы холодного пара. Перед троицей открылось поистине циклопическое зрелище. Это был не карманный артефакт. Это была колоссальная, вросшая в землю массивная постройка, состоящая из вращающихся колец, гигантских кристаллов и тысяч пульсирующих кабелей. Мэд потрясенно присвистнул, задирая голову. - И как ты предлагаешь таскать эту штуку с собой? Тамаши рассмеялся, поправляя очки. - А вы думали, первая версия Ключа, которую я собирал для Деза, сразу была размером с брелок? Ха! Я ведь построил точно такой же колоссальный каркас. Эта махина была нужна, чтобы впитать в себя чудовищную энергию старого Шпиля. И только потом Дез, используя мощь своего Черного пламени, сжал саму ткань пространства, уплотнив этот комплекс до размеров маленького ключа. Инженер развел руками, с гордостью глядя на свое творение. - Так что встречайте: обновленная версия Ключа. Ничуть не хуже оригинала, зато наша!