Акт 8. Глава 51. Искаженная Вера

Прошло две недели с того дня, как в недрах Научного отдела закрутились исполинские кольца Нового Ключа. Процесс сбора маны шел своим чередом, тихо и незаметно для жителей Этернума. А для правителей города наступили тяжелые, изматывающие трудовые будни. Именно поэтому сегодня вечером самый шумный паб Нижнего сектора трещал по швам. В дальнем углу, за самым большим и крепким дубовым столом, сидела четверка, от одного вида которой любой враг обратился бы в бегство. Но сегодня они собрались здесь не как безжалостный Ворон, Командир Жнецов, Гениальный Ученый и Вестник Бездны. Сегодня они были просто старыми друзьями, которым жизненно необходимо было перевести дух. Ди отчаянно нуждался в отдыхе от бесконечной, сводящей с ума бумажной рутины, которая свалилась на него вместе с властью. Мэду нужно было хотя бы на вечер забыть о тренировках новобранцев и муштре Жнецов. А Рин и Тамаши увязались за ними просто за компанию, чтобы не умереть со скуки в своих лабораториях и тенях. Они не обсуждали рабочие моменты. Запрет на разговоры о Дезе, Бездне и политике был установлен с первой же кружкой. Они просто травили старые байки, смеялись над нелепыми ситуациями и наслаждались моментом. Вокруг них, за соседними столами, шумно и разгульно веселились свободные от патрулей Жнецы. В какой-то момент к их столу протиснулся потный, но жутко гордый собой бармен. Он с грохотом водрузил на стол поднос с четырьмя массивными кружками, в которых плескалась густая, темная, как деготь, жидкость. - Мое новое творение! - торжественно объявил трактирщик, перекрывая гул толпы. - Называется "Последний вздох". По моим скромным заверениям, после одной такой кружки мало кто способен устоять на ногах! За счет заведения, командиры! Вся четверка лишь синхронно и снисходительно усмехнулась такому вызову. Они разобрали кружки, подняли их в воздух, чокнувшись с оглушительным звоном, и залпом осушили пойло. Тамаши отреагировал первым. Инженер с грохотом поставил пустую кружку, обвел друзей затуманенным, но невероятно вдохновленным взглядом и, покачиваясь, поднялся на ноги. - Мои дорогие друзья! - заплетающимся языком выдал Психей, обращаясь почему-то к пустой таре. - Этот эликсир... это триумф ферментации! Он открыл мне глаза на... на устройство вселенной! Я должен немедленно записать... Не успев закончить свою грандиозную речь, Тамаши рухнул лицом прямо на деревянную столешницу, мгновенно потеряв сознание и тихо захрапев. Ди, Мэд и Рин переглянулись и покатились со смеху. - Всё-таки эти неженки из Верхнего города совершенно не умеют пить, - добродушно пробасил Мэд, отодвигая чертежи, на которые едва не пустил слюни спящий гений. Первая порция ударила по мозгам братьям с улиц, но они держались уверенно, лишь глаза слегка заблестели. Рин же казалась абсолютно кристально трезвой. Либо физиология Вестника отвергала алкоголь, либо она потрясающе притворялась. Бармен, уважительно крякнув, принес вторую партию. Снова тост. Снова опустевшие кружки. В этот раз удар пришелся гораздо сильнее. На бледных щеках Рин впервые на памяти братьев проступил легкий, очаровательный румянец, а на губах расплылась расслабленная, довольная улыбка. Мэда же алкоголь ударил в его буйную медвежью натуру. Здоровяк со смехом сорвал с себя плащ и верхнюю рубаху, оставаясь с голым торсом. Поигрывая буграми литых, исполосованных шрамами мышц, он рявкнул на весь бар: - Вот так должен пить настоящий мужик! Учитесь, салаги! Жнецы воодушевленно заорали, стуча кружками по столам и поднимая тосты за своего командира. Толпа, разгоряченная зрелищем, тут же переключила внимание на Ди. Они начали скандировать его имя, подначивая лидера последовать примеру брата. Ди лишь со смехом отмахивался. Но затем пьяным Жнецам пришла в голову абсолютно самоубийственная идея. Они с надеждой уставились на Рин. Свист и улюлюканье слились в настойчивую просьбу к девушке тоже "показать что-нибудь интересное". Рин медленно поставила кружку. Румянец никуда не делся, но ее изумрудные глаза вспыхнули таким холодом, что пиво в кружках соседних столов, казалось, покрылось коркой льда. Девушка одарила притихшую толпу смертоносной, ласковой улыбкой. - Если кто-то из вас произнесет еще хоть слово, - ее голос журчал, как ручей, но от него кровь стыла в жилах, - я обещаю вам очень, очень быструю смерть. И поверьте, ваши тени станцуют на ваших же поминках. Жнецы мгновенно побледнели, вжали головы в плечи и благоразумно уткнулись в свои тарелки. Воцарилась идеальная тишина, нарушаемая лишь храпом Тамаши. Тут подоспела третья партия. Мэд сгреб свою кружку своей лапищей и махом влил в себя "Последний вздох". С громким стуком опустив стекло на стол, здоровяк смахнул пену с усов, развернулся к Рин и с хищным азартом выставил правый локоть на стол. - Ну что, ведьма? - прорычал он. - Бросаю тебе вызов! Армрестлинг. Прямо здесь и сейчас. Рин изящно подняла свою порцию, выпила всё до последней капли, даже не поморщившись, и насмешливо склонила голову набок. - Мэд, ну как тебе не стыдно? - невинно захлопала она ресницами. - Бросать вызов такой хрупкой, беззащитной девушке... - Хватит придуриваться! - хохотнул здоровяк, разминая плечо. - Я прекрасно знаю, какая ты "хрупкая". Ты голыми руками каменные своды держала! Давай, трусишь? Рин с легкой улыбкой перевела взгляд на Ди, словно спрашивая разрешения устроить здесь небольшое землетрясение. Парень, откинувшись на спинку стула, весело улыбнулся и просто развел руками. - Делайте что хотите. Только таверну не разнесите, мне потом за нее платить. Вестник довольно усмехнулась. Ее глаза азартно блеснули. Она подалась вперед и накрыла своей тонкой, бледной кистью массивную, мозолистую ладонь Мэда. Толпа Жнецов, мгновенно забыв о недавнем страхе, ликующе и дико завопила. Столы задвигались, бойцы обступили командиров плотным кольцом. - Битва Ведьмы и Медведя! - заорал кто-то из толпы, пуская кружку по кругу для ставок. - Как в старые добрые времена! Армрестлинг начался без команды. Мэд с рычанием навалился всем своим немалым весом, напрягая гигантские бицепсы так, что на шее вздулись вены. Стол жалобно заскрипел. Но маленькая, бледная ручка Рин, зажатая в его лапище, даже не шелохнулась. Девушка сидела абсолютно расслабленно. Она лениво подперла щеку свободной рукой и снисходительно улыбнулась пыхтящему командиру Жнецов. - Слабовато, здоровяк. Ты вообще стараешься? Мэд лишь хрипло усмехнулся. Внезапно его глаза азартно блеснули, и его правая рука ярко вспыхнула ревущим Синим пламенем. Мощь огня мгновенно удвоила его физическую силу, и перевес тут же пошел в его сторону. Рука Рин дрогнула и начала медленно, но верно крениться к столешнице. Толпа взревела от восторга. Вестник Бездны театрально надула губки и укоризненно покачала головой. - Ай-яй-яй, Мэд. Какой бесстыдник, - пропела она. - Использовать магическую силу против такой слабой, беззащитной девушки... Но на ее лице сияла довольная улыбка, а в изумрудных глазах заплясал опасный, озорной огонек. В следующее мгновение ее ладонь окуталась густым, поглощающим свет Черным пламенем. Воздух в таверне мгновенно похолодел. Магия Бездны столкнулась с Синим пламенем, отбрасывая на стены причудливые, дергающиеся тени. Чаша весов резко качнулась обратно. Мэд зарычал, упираясь ногами в пол и вливая в руку максимум Синего пламени, но его кулак неумолимо тянулся к столу, предвещая позорное поражение. Ди, сидевший совсем рядом и с искренней улыбкой наблюдавший за этой битвой титанов, сделал большой глоток "Последнего вздоха". Крепчайшее пойло попало не в то горло, и Ворон внезапно поперхнулся, зашедшись громким, хриплым кашлем. Инстинкты Рин сработали быстрее разума. Вестник Бездны, никогда ни о ком не заботившаяся, на какую-то долю секунды отвлеклась, с тревогой бросив взгляд на кашляющего Ди. Черное пламя на мгновение мигнуло. И Мэд, как истинный уличный боец, использовал этот шанс на все сто процентов. Здоровяк победно взревел. Его Синее пламя полыхнуло с новой силой, и он резко, всем корпусом, вдавил руку девушки вниз. Раздался оглушительный треск. Толстая дубовая столешница не выдержала удара и разлетелась в щепки, переломившись пополам. Кружки с грохотом полетели на пол. Тамаши, спящий за столом, полетел следом, но Жнецы успели подхватить его, аккуратно опустив на пол. Таверна взорвалась первобытным воплем. Жнецы ликующе заорали, стуча кулаками по уцелевшим столам и поздравляя своего лидера. Мэд вскочил на ноги, победно вскинув руки вверх, и радостно зарычал: - Да! Я сделал это! Я наконец-то одолел ведьму! Рин, отряхнув подол платья от щепок, тихо и искренне рассмеялась. В ней не было ни капли злости за проигрыш. - Сама виновата, - сквозь смех произнесла она, глядя на Ди, который уже откашлялся и виновато улыбался ей. - Нечего было отвлекаться в бою. Она машинально потерла запястье и бросила случайный взгляд на свою ладонь. Улыбка медленно, словно стираясь невидимым ластиком, сползла с ее красивого лица. На тыльной стороне ладони, там, где ее оцарапал острый дубовый осколок сломанного стола, выступила кровь. Для любого в этой таверне это была бы обычная царапина. Но Рин не могла оторвать взгляда от этой капли, чувствуя, как внутри всё сжимается от ледяного, непривычного чувства. Кровь Вестника Бездны, существа, сотканного из первозданного Хаоса, всегда была черной, как смоль. Но сейчас на ее светлой коже блестела капля чистой, яркой, красной человеческой крови. Пока Мэд, потрясая кулаками, радостно рычал на всю таверну, празднуя свою невероятную победу, Ди с теплой улыбкой повернулся к Рин. Но улыбка медленно сползла с лица Ворона, когда он увидел, как изменилось выражение лица девушки. Изумрудные глаза Вестника, всегда источавшие уверенность и легкую насмешку, сейчас были расширены от непонимания и затаенного страха. Ди проследил за ее немигающим взглядом. Он посмотрел на оцарапанную тыльную сторону ее ладони и замер. Парень прекрасно помнил, какого цвета была кровь Рин. Она всегда была черной, как сама Бездна, поглощающей любой свет. Но то, что блестело на ее коже сейчас... эта яркая, алая капля была пугающе человеческой. - Рин... - тихо, почти одними губами произнес Ди. - Что это зна... Он не успел договорить. Тяжелые дубовые двери таверны с грохотом распахнулись, ударившись о стену. Внутрь, тяжело дыша и спотыкаясь, влетел запыхавшийся дозорный Жнецов в пропыленном плаще. Гул в таверне мгновенно стих. Гонец замер посреди зала, ошарашенно хлопая глазами. Картина перед ним явно ломала все уставы: расколотый пополам стол, лужи выпивки, полуголый рычащий главнокомандующий и бледные, напряженные лица правителей Этернума. Но выучка взяла свое. Боец быстро сглотнул, вытянулся по струнке и громко, чтобы слышали все, начал доклад. - Командиры! Срочное донесение от дальней разведки! - голос Жнеца дрожал, несмотря на все усилия казаться твердым. - По всем соседним королевствам расползаются слухи. В Эндуме, государстве целителей, произошел чудовищный инцидент. Мэд перестал улыбаться. Его мышцы напряглись. - Говори четко, боец. Что случилось? - Центральный собор Света в их столице, - разведчик сглотнул вставший в горле ком. - Вся паства, несколько десятков человек, была сожжена заживо прямо во время службы. Очевидцы говорят, что это было... Черное пламя. От людей остался только пепел. А Верховный жрец храма бесследно исчез. Эта новость подействовала на всех присутствующих как ведро ледяной воды. Хмель "Последнего вздоха" выветрился в одну секунду. Мэд тут же затих. Здоровяк медленно опустил руки, подхватил с пола свой плащ и одежду, бросил тяжелый, мрачный взгляд на брата. Дез сделал свой ход. И он был не в Пустошах. Он был в соседнем государстве. Но Ди, казалось, на секунду выпал из реальности. Вместо того чтобы сразу отдавать приказы, он смотрел на Рин полным болезненной тревоги взглядом. Для него прямо сейчас красная кровь на ее руке была не менее пугающей вестью, чем возвращение обезумевшего полубога. Рин почувствовала его взгляд. Она быстро смахнула каплю крови с руки, пряча ладонь в складках платья, и подняла на Ворона спокойные, решительные глаза. - Всё в порядке, Ди, - тихо, но твердо произнесла она, едва заметно покачав головой. - Ничего страшного. Сейчас у нас появились куда более важные дела. Ди несколько долгих секунд смотрел в ее глаза, пытаясь прочесть то, что она скрывала. Затем он тяжело вздохнул, его лицо вновь превратилось в непроницаемую маску Ворона. Он коротко кивнул. - Мэд, Рин, - голос лидера Жнецов разрезал повисшую в таверне тишину. - Уходим. Нам нужно перебраться в более тихое место. Мэд молча кивнул. Здоровяк подошел к соседнему уцелевшему столу, без видимых усилий закинул храпящего Тамаши себе на широкое плечо, словно мешок с картошкой, и направился к выходу. Ди и Рин, не проронив больше ни слова, последовали за ним. Ночная прохлада Этернума не принесла облегчения. Троица, оставив позади шумный бар, быстрым шагом вернулась в штаб Жнецов. Мэд, не говоря ни слова, сгрузил тихо посапывающего Тамаши на кожаный диванчик в углу кабинета, а сам тяжело опустился в кресло. Ди сразу же подошел к массивному дубовому столу и резким движением развернул подробную карту Континента. Приглушенный свет магических ламп выхватил из полумрака линии границ и названия городов. Ворон нашел взглядом королевство Эндум и задумчиво постучал пальцем по точке на карте. - Какого черта его вообще занесло так далеко от Этернума? - хмуро спросил Ди, не поднимая головы. Он перевел взгляд на Вестника. - Рин. В прошлых реальностях Дез путешествовал по другим королевствам перед Концом Времен? Девушка подошла к столу, скрестив руки на груди. Она нахмурилась, прокручивая в своей тысячелетней памяти бесчисленные варианты одного и того же разрушенного Сюжета. - Если он и покидал пределы Этернума, то лишь с одной целью: тотальный захват или полное уничтожение, - наконец ответила Рин, медленно покачав головой. - Устраивать показательное сожжение какой-то кучки людей в церкви... это слишком мелко для Изначального. Это не в его стиле. Но тем не менее, раз очевидцы говорят о Черном пламени, сомнений быть не может. В этом мире им владеет только он. Мэд откинулся на спинку кресла, потирая усталые глаза. - Но зачем ему понадобилось тащиться в королевство лекарей и святош? - пробасил здоровяк. - И зачем похищать старого священника, вместо того чтобы просто сжечь его вместе с остальными? Рин задумчиво прикусила губу. Ее изумрудные глаза скользили по карте, пока в голове не щелкнула нужная деталь. - Кажется, у меня есть теория, - рассудительно начала она. Тон ее голоса заставил братьев напрячься. - Вспомните, что произошло в Цитадели. Регис использовал Святую магию, чтобы подавить мою природу. Он смог отрезать меня от силы Бездны. Ди и Мэд переглянулись. Ворон начал понимать, к чему она ведет. - Дез был там, - продолжила Рин. - Он видел это в действии. Этого не было ни в одной из прошлых реальностей. Возможно, он решил использовать Святую магию, чтобы провернуть тот же трюк. Отрезать саму Бездну от этого мира... или разорвать ее связь с Ключом. - А такое вообще возможно? - Ди с сомнением посмотрел на нее. - Хватит ли человеческой Святой магии, чтобы остановить первозданный Хаос? Рин тяжело вздохнула и честно пожала плечами. - Я не знаю, Ди. На этот вопрос у меня нет ответа. Насколько должна быть велика вера и сила Света, чтобы помешать самой Бездне? Это выходит за рамки моих знаний. Ди сжал челюсти, обдумывая ситуацию. Неизвестность была главным врагом любого тактика. - Я отправлю в Эндум пару лучших отрядов разведчиков, - решительно заявил Ворон. - Нам нужно проследить за ситуацией и понять, что именно он затевает. - Отменяется, - резко отрезал Мэд. Здоровяк подался вперед, уперев локти в колени. - Это бесполезно, Ди. Ты просто отправишь ребят на верную смерть ни за что. Если они случайно наткнутся на Деза, или, что еще хуже, он сам их обнаружит - они ничего не смогут ему противопоставить. Только сгореть в Черном пламени. Мы не будем разбрасываться жизнями Жнецов. Рин кивнула, соглашаясь с командиром. - Мэд прав. Всё, что мы сейчас можем делать - это сидеть тихо, заряжать наш Ключ и ждать. Не стоит дразнить Деза. Мэд перевел задумчивый взгляд на девушку. - Раз мы не можем послать обычных людей... почему бы тебе не отправиться в Эндум и не проследить за ним? - прямо спросил здоровяк. - Ты же Вестник Бездны, как-никак. Тебе Черное пламя не страшно. Ты просто так не умрешь. Рин привычно вскинула подбородок, собираясь выдать дерзкий, саркастичный ответ в духе бессмертной сущности. Но слова застряли у нее в горле. Ее взгляд на долю секунды метнулся к собственной руке. Туда, где под тонкой кожей пульсировала вена, и где еще час назад блестела яркая, человеческая алая кровь. Она больше не была уверена в своей неуязвимости. И этот страх, такой новый и чужой, парализовал ее. Рин неуверенно перевела взгляд на Ди. Ворон мгновенно считал ее состояние. Он шагнул вперед, закрывая девушку от вопросительного взгляда брата. - Рин остается здесь, - твердым, не терпящим возражений тоном заявил Ди. - Она нужна в Этернуме. Если Дез решит нанести удар по городу, пока она будет в Эндуме, мы потеряем наш главный козырь. Неизвестно, какой следующий шаг предпримет Изначальный, поэтому мы все должны быть здесь, во всеоружии. Мэд, не заметивший безмолвного обмена взглядами между братом и Рин, покорно кивнул, признавая правоту Ворона. Ди вернулся к изучению карты, но его мысли были уже далеко от Эндума. Сейчас его волновали не только дальнейшие шаги безумного двойника. Сердце сжималось от тревоги за Рин, чья природа, казалось, начала меняться из-за него. Ему жизненно необходимо было остаться с ней наедине и выяснить правду. *** В заброшенной, полуразрушенной часовне на окраине Эндума было холодно и сыро. Дез сидел на каменном полу, скрестив ноги в идеальной медитативной позе. Его дыхание было ровным, почти незаметным, словно у статуи. В паре шагов от него, вжавшись в покрытую плесенью стену, сидел похищенный из центрального собора священник. Старик дрожал так сильно, что в тишине был отчетливо слышен стук его зубов. Он боялся даже пошевелиться, чтобы не привлечь к себе внимание этого монстра. Черное пламя, в одно мгновение обратившее его паству в пепел, снилось старику в кошмарах каждую ночь. Но еще больше магии его пугал сам Дез. Та бесконечная Тьма, которую священник чувствовал внутри этого мужчины, приводила служителя Света в дичайший, парализующий ужас. Дез медленно открыл глаза. Его Алый взгляд был сфокусирован на собственной выставленной вперед ладони. Мужчина начал тихо, без единой запинки читать древнее заклинание Святой магии. Воздух вокруг его руки едва заметно завибрировал. На какую-то долю секунды над его загрубевшей кожей вспыхнула крошечная, хрупкая золотистая искорка чистого света. Но не успела она разгореться, как из пор кожи Деза вырвались тонкие, хищные щупальца Черного пламени. Магия Бездны, почувствовав чужеродную энергию, инстинктивно набросилась на нее и жадно пожрала светлую искру, не оставив даже дымка. Дез устало, разочарованно выдохнул, опуская руку. Он медленно повернул голову к пленнику и с глухим, тяжелым раздражением спросил: - Почему не получается? Старик испуганно подпрыгнул на месте, едва не задохнувшись от страха, когда Алые глаза вперились прямо в него. - Д-для... для использования Святой магии... - заикаясь, пролепетал священник, вжимаясь в камни так, словно хотел сквозь них провалиться. - Недостаточно просто знать слова, господин... Нужна хотя бы крошечная крупица Света внутри. Искра сострадания, веры или чистоты, от которой разгорится пламя. Но в вас... в вашем Черном огне нет ни капли. Там лишь всепоглощающая Бездна тьмы. Она уничтожает Свет еще до того, как он успевает родиться. Дез снова глухо вздохнул и отвернулся от трясущегося старика, глядя в пустой дверной проем. Он вызубрил древние тексты. Он безупречно понимал суть потоков и формулы заклинаний. Его разум без труда разгадал механику этой магии. Но всё это было бесполезно. Механизм был собран идеально, но не хватало самого важного источника питания. Ему нужна была частица Света. Дез продолжал неподвижно сидеть на холодном камне, раздумывая над непреодолимой, казалось бы, преградой. В глубине его бездонных Алых глаз вновь лениво шевельнулся и замер пугающий, маслянистый черный отблеск. Разум Изначального снова дал трещину. - О чем ты так усердно думаешь, братик? - раздался совсем рядом тихий, звонкий и полный детского любопытства голосок. Дез на мгновение повернул голову. В шаге от него, прямо на алтарных ступенях, сидел Юки. Он болтал ногами и с нежной улыбкой смотрел на старшего брата. Позади Деза тут же раздалось тяжелое, недовольное бурчание. Мэд тоже пришел. Призрак мертвого здоровяка с обугленной дырой в груди навис над ним, источая запах гари и вины. Дез не обратил на него внимания. Он лишь устало, почти с отчаянием ответил Юки: - У меня не получается использовать их Святую магию. Без искренней частицы Света внутри заклинание просто рассыпается. Моя тьма сжигает его. Мэд мрачно, рокочуще усмехнулся за его спиной. - И чего ты ожидал? - язвительно спросил искалеченный фантом. - С чего это вдруг ты, убивший столько миров, решил обратиться к Свету? Что, совесть замучила под конец? Дез лишь криво, безрадостно усмехнулся уголком губ. Он и не ожидал понимания от Мэда. Даже от выдуманного. Священник, всё это время вжимавшийся в стену, в абсолютном, парализующем ужасе наблюдал за происходящим. Суровый, внушающий трепет мужчина с пустым взглядом смотрел прямо перед собой и вел тихий, размеренный диалог с пустотой. От этого зрелища кровь стыла в жилах старика сильнее, чем от вида Черного пламени. Юки тихо и звонко рассмеялся, прерывая насмешки Мэда. Мальчик спрыгнул со ступеней и подошел к Дезу, заглядывая ему прямо в глаза. - Этот старик лжет, Дез. Он говорит, что в тебе нет чистоты и сострадания, но разве это так? - мягко проворковал Юки. - Твоя душа полна сострадания. Просто тебе нужно копнуть глубже. Вспомни, ради чего ты всё это делаешь. Ты так стараешься вернуть для меня мир... ты выкладываешься, не жалея себя, жертвуя своей душой. Разве это не чистая любовь? Дез с невыразимым теплом посмотрел на иллюзию младшего брата. Юки всегда относился к нему с пониманием. Всегда знал, как поддержать, когда опускались руки. Мужчина закрыл глаза. Он представил себе это чувство. Воззвал к своей непоколебимой решимости. К тому бесконечному, болезненному желанию защитить Юки любой ценой. И сквозь пелену тысячелетнего безумия он вспомнил: когда-то очень давно, в их самом первом мире, Юки даровал ему частичку своего Света. Ту самую частичку, от которой Дез впоследствии отказался ради обретения силы Бездны. Но память о ней всё еще жила в его душе. Дез вытянул руку вперед и сжал пальцы так сильно, что побелели костяшки. Он потянулся к той части своей души, которую запер тысячелетия назад. Вызвать забытое, "человеческое" Алое пламя после долгого использования лишь силы Хаоса оказалось мучительно больно. Это было похоже на попытку провернуть заржавевший, застывший в крови механизм. По руке Деза пробежала судорога, словно невидимые раскаленные иглы впились под кожу. Но он не отступил. Со сдавленным рыком он пробил этот ментальный барьер, и на его ладони, сначала робко, а затем с ревущей мощью, вспыхнуло родное, первозданное Алое пламя - огонь Ди. В ту же секунду на свет появилось и Черное. Два пламени не уничтожили друг друга. Они вошли в идеальный, пугающий резонанс, сплетаясь, как Инь и Ян. Над ладонью Деза взвилось Черно-Алое пламя - союз Света и Бездны. Глядя на него, мужчина слабо, с облегчением улыбнулся. Юки по-прежнему был с ним. Не открывая глаз, Дез начал шептать древние слова Святой магии. Воздух зазвенел от напряжения. И внезапно, прямо в самом центре бушующего Черно-Алого пламени, загорелась крошечная, ослепительная искра Света. Черная тьма пыталась броситься на нее, но Алый огонь служил надежным щитом, оберегая этот Свет внутри себя. Священник, став свидетелем этого невозможного чуда, заскулил от святого ужаса. Он отказывался верить своим глазам. Такое чудовище просто не могло призвать силу Света! В голове старика мелькнула пугающая догадка. Неужели вера этого монстра в правильность своих действий настолько абсолютна, что само мироздание исказилось, подстраиваясь под его безумие? Дез медленно открыл глаза и перевел свой Алый взгляд на распластанного по стене пленника. Священник, тяжело дыша, смотрел на это нечестивое пламя. Страх в его глазах внезапно сменился горьким, кристально ясным пониманием. - Ты не дьявол... - прохрипел старик, глядя в пустые глаза чудовища. - И не бог... Ты просто сломанное творение. Дез лишь мрачно усмехнулся, не опустив руки. - Мне плевать, кем меня видят другие, старик, - тихо, но с абсолютной, ледяной убежденностью произнес Изначальный. - Единственное, что имеет значение - это достижение цели. Во имя Юки... и Мэда. Он небрежно, почти лениво взмахнул рукой. Черно-Алое пламя сорвалось с его пальцев и мгновенно охватило священника. Старик вспыхнул и осыпался серым пеплом за долю секунды, не издав ни звука. Больше не было нужды в этом человеке, как и не было нужды в этой часовне. Дез получил то, что хотел.