Часть 18

      Теперь Кира звонила чаще. Интересовалась, как дела у Олечки. Спрашивала, не надо ли что-то купить. Но мне было не надо. Ну вот что они всегда со своей благотворительностью? Но Кира это Кира. Пусть звонит.       Однажды позвонила Лариса. И попросила разрешения просто одной приехать, без Коли. А он бы ее вечером забрал. Удачно совпало — мне тоже давно хотелось с ней поговорить. Чтобы уже все прояснить как следует между нами.       Она приехала с упаковкой одноразовых пеленок и влажных салфеток. Как раз то, что нужно! — Вика, я хотела бы с тобой наедине поговорить. А то мы при Коле друг другу что на самом деле хотим не скажем ведь. — Ну да, чтобы не смущать его, — согласилась я. — Надо поговорить, ты права. Давай, я тебе скажу, как я видела ситуацию с самого начала? А потом ты от себя. — Давай! — охотно согласилась она. — Надо уже получше познакомиться!       И я приступила к рассказу. Рассказала без прикрас, что сошлась с Колей только потому, что с его стороны был интерес, а мне были нужны деньги. Что между нами всегда была какая-то напряженность. Он стеснялся, а я всегда была начеку. — Понимаешь, мы не так долго и встречались. А переспали только один раз — и то потому, что я собиралась форсировать события и получить с него эти несчастные три тысячи баксов. Сейчас вспоминаю — аж самой противно! Но тогда мне казалось, что цель оправдывает средства. Секс тот был полностью моей инициативой. И честно говоря вообще не понимаю, как залетела, потому что я стабильно сидела на противозачаточных не первый месяц. Но точно от него — тут без вариантов. Мы даже тест ДНК сделали. Ну и после секса он ушел якобы до банкомата, а на самом деле уехал с концами. Я звонила ему раз пятьдесят, в конце концов он и телефон отключил. Это я уже после совета выяснила, что деньги, которые он мне обещал, на самом деле ему не принадлежали, он не имел права ими распоряжаться. Так что некрасиво получилось с обеих сторон. — Вот это да! То есть Коля воспользовался?.. — Я тоже воспользовалась бы, если бы смогла. Но я не жалею. Вот какое чудо в результате получилось. И в отличие от меня Коля был сразу настроен серьезно, хотел встречаться и предложение делал. Только мне он нафиг не нужен был. Нет, я понимаю, что он нормальный и все такое, но у меня к нему вообще ничего нет. Никакой химии или как там это назвать. В общем, ребенок в моем случае — это не повод для брака. — Ты ему сначала не хотела говорить о ребенке? — Хотела. Вернее, как… Он как-то спустился ко мне на минус второй, я тогда еще в «Зималетто» на производственном этаже сидела, пригласил на обед. А у меня гастрит был, мне в ресторанах вообще плохо становилось из-за запахов разных. И я предложила пойти в столовую, на этом же этаже. Там меня почему-то не воротило. Странно, но как уж есть. Думала, как раз все и расскажу ему за обедом. А он испугался и сбежал, сославшись на какие-то срочные дела. Потом сказал, что думал, я хочу поиздеваться над ним… — Бедняга, как испугался! — с некоторой иронией сказала Лариса. — Ну вообще опасаться меня у него повод был: в предыдущий раз я его букетом хризантем побила, еще на административном этаже. — Серьезно? Букетом? — Ага. Накопилось у меня. А хризантемы вообще терпеть не могу, да еще и желтые, фу! — я усмехнулась. Лариса прыснула и рассмеялась. — Вот Колюне не повезло с выбором цветов! — В конце концов он догадался, что хризантемы мне не нравятся, и на первую встречу в Мытищах притащил розы. Вот, это я понимаю! — я улыбнулась, а потом продолжила. — Ты, наверное, хочешь узнать, почему я так агрессивно на него реагировала поначалу? — Да вроде бы понятно. Не вовремя появился, да? И гормоны, наверное. — Отчасти, — вздохнула я. — Но и психика у меня была расшатана к тому времени. Попала на минус второй — стресс. Гастрит еще нашли, вообще хреново было. Как раз при диагностике гастрита у меня беременность и обнаружили. А вообще я считала, что являюсь объектом преследования. Там не в Коле было дело, но вот он меня окончательно выбесил. Я ведь думала — все, освободилась от ига, уйдя из «Зималетто». А тут он, в первый же день. Живое, блин, напоминание. Кошмар просто! И главное, меня-то он вообще не слышал. Я говорю — видеть тебя не хочу! От него требовалось подождать хотя бы пару недель. Не надоедать мне своим присутствием, тем более я сразу сказала, что не против того, чтобы он стал отцом. А он, такой: ничего, беременные все бесятся не по делу, я привык. И все равно буду за тебя бороться. Утрирую, конечно. Но лучше бы он меня тогда оставил в покое. Я бы пришла в себя и поняла, что никто в угол не загоняет, а так… — Вик, да ты что? Ты правда так себя чувствовала? — обеспокоенно спросила Лариса. — Ну да. Капец как хреново было тогда. На старые дрожжи, как говорится. И гормоны конечно тоже влияли. Успокоилась я только когда сюда сбежала. Благо работа нашлась хорошая. — Но теперь-то все нормально? — Да, теперь все хорошо. И я даже не обижаюсь на Колину маму, что она про аборт придумала. — Ты знаешь, а он ей не простил ведь, — Лариса покачала головой. — С того времени из дома ушел. Сперва пришел ко мне, я как раз уволилась с той работы. А я его к себе пожить пригласила. Чисто как друзья. А потом, как ты и говорила, постепенно стали сближаться. И это было по-настоящему здорово! — Супер! Я правда рада за вас. — Я вижу. И благодарна тебе за то, что сразу тогда все прояснила. А то, что я поначалу не поверила, это уже моя паранойя. — Значит, с его матерью вы не общаетесь? — Нет, почему же? Иногда заходим на чай. Но про Оленьку — ни-ни, ни слова. Но как-то в ее словах проскальзывало, как хорошо, что у него с тобой ничего не получилось. Потому что ты ему не пара и все такое. — Да, у нас бы ничего не получилось. Нелюбимый человек рядом раздражает. А ребенок все видит и думает, что это норма. Так что сейчас — идеально, — согласилась я. — Вик, я собственно чего сказать-то хотела? — перевела тему Лариса. — Ты не пойми неправильно, но если тебе надо будет тоже заняться личной жизнью, ты можешь оставлять Олю нам. — Спасибо, но пока мне не до того. Вот будет хоть месяца три, там посмотрим. Или заболею вдруг, помощь потребуется. А так Олька везде со мной будет, пока на работу не выйду. А там — в ясли или няню наймем.       Хорошо поговорили с Ларисой. По крайней мере, врагами мы с ней не будем. Нет причин.       Да, еще один груз с плеч — это приятно. Теперь уже ничто не мешало мне спокойно наслаждаться материнством.       Но не им одним я жила, конечно. В феврале удалось возобновить учебу, правда не в области финансов, а в филиале Института гражданского управления, на заочку пошла. По сути это было очень поверхностное образование. Но мне были нужны корочки. К счастью, все экономические дисциплины мне перезачли по выписке из МГИМО, а остальное разрешили сдавать после самостоятельного изучения. Так что я отдала Зорькину список, и он сгонял в библиотеку, привез мне книги. И я грызла гранит науки. Мне обещали, что вышку «закроют» уже через год, только все оставшиеся предметы надо сдать, можно в ускоренном темпе. И ГОСы потом. В общем, мне было чем заняться.       И в конце концов я стала пользоваться помощью Ларисы и Коли, поскольку надо было уделять время внешнему виду, своему телу. Отправляла их гулять с коляской и потихоньку приводила себя в порядок, пока в домашних условиях. Постепенно уходили складочки, образовавшиеся после беременности. Растяжек, к счастью, не появилось, я быстро приходила в норму. Задумалась о покупке эллипсоидного тренажера.       Мои финансы потихоньку прирастали, на основном инвестиционном счете были неплохие проценты. Жила я на пособие по уходу, плюс декретные потратила далеко не все. Мне нравилась такая финансовая независимость! И вообще мне моя жизнь нравилась. Как же хорошо, что я тогда ушла из «Зималетто»!       В мае произошло сразу два значимых события: у Ждановых родилась дочь, а у Коли и Ларисы состоялась свадьба. Понятное дело, вся эта веселуха прошла без меня. До Андрея и Кати мне особого дела не было, просто порадовалась за них, не собираясь напоминать о себе. А вот Зорькиных поздравила, отослав подарок предварительно, а в день бракосочетания позвонив Коле на мобильник. В общем, торжество прошло спокойно и весело, о чем они мне и сообщили в телефонном разговоре вечером.       Потом молодожены укатили в свадебное путешествие, а в начале июня вернулись с подарками. Не то что бы мне нравились магнитики и всякие другие сувениры из Европы, но почему бы и нет? А я им на свадьбу подарила навороченный фотоаппарат, так что и поснимали вдоволь.       И жизнь продолжалась. Малышка развивалась адекватно возрасту. В пять месяцев она стала сама садиться и пытаться ползти, заваливаясь из положения сидя. Вставать начала с семи месяцев. А лопотала что-то не переставая уже с трех. Своё «мама» я услышала в восемь месяцев! Это был отличный результат, как по мне, но врачи говорили, что нормальный. С семи я начала оставлять ее с Колей и Ларисой, на пару-тройку часов, в выходные, поскольку оба работали. Поводы были: сдавала экзамены, надо было гонять в Москву. Посещала салон красоты, продолжая приводить в порядок внешний вид. Зорькин был тоже доволен: слово «папа» малышка произнесла через три недели после «мамы»       Когда Олюшке исполнилось девять месяцев, она начала ходить, держать за стенку. Вставать и ходить. А уж ползала как маленький ужик, пробираясь везде, где не был ограничен доступ. Манеж, который я хотела приобрести, но к счастью так и не приобрела, тут бы не помог. Она хотела познавать мир. Приходилось ходить рядом с ней и объяснять, показывать. Ну и уборка с дезинфицирующими средствами, конечно, стала моей каждодневной заботой. Пока дитё спит.       К счастью, в рот она не тянула ничего лишнего, когда полезли зубки. Только специальные игрушки, грызунки. Их она называла «няка». Это было третье слово после «мамы» и «папы». Зато понятно!       В начале октября Кира позвонила с радостной новостью, что они с Никитой ждут ребенка. И по этому поводу собирают застолье. И меня приглашают. — Вик, это будет как бы девичник. Никита сказал, что он потом проставится парням, когда рожу. Так что приходи, пожалуйста! Ты была и остаешься моей лучшей подругой!       По сути, отмазок у меня и не осталось, к тому же это была суббота, когда я могла пригласить Зорькиных посидеть с Олей. Так что я конечно согласилась. Даже как-то радостно стало: вот, я снова выхожу в свет! Но больше меня радовались Коля и Лариса: им предстояло сидеть с малышкой целый день и вечер, а не каких-то жалких три часа! Поскольку комнат у меня было две, то вполне могли даже остаться у меня ночевать. Полагаю, они собирались использовать это время для репетиции собственной семейной жизни с их будущим ребенком.       И я спокойно поехала в Москву. На этот раз на электричке, смысл гонять машину, если я все равно выпью, и за руль нельзя? Прибыла вовремя.       Кира устроила гулянку в небольшом уютном ресторанчике под вкусным названием «Мармеладофф». Нет, народа было немного. Пара незнакомых мне и не узнанных в памяти Вики девушек (оказалось потом, это сестра и племянница Никиты) и Маргарита Жданова. Вот уж неожиданно было ее видеть! — Вика! Какая ты молодец, что выбралась! — просияла Кира, когда я подошла к их столику. — Кирюш, спасибо за приглашение! Мне очень приятно! Здравствуйте, Маргарита Рудольфовна! — Вика, рада тебя видеть! — улыбнулась женщина. — Вик, это Марина, сестра моего мужа, Светлана — ее дочь и его племянница…       Вкусно поесть — это я любила. Олю не кормила грудью уже с шести месяцев, так что специи и соусы не были под запретом. А какие интересные блюда тут подавали! И беседа была приятная, на самом деле приятная. Родственницы Никиты были милыми и простыми, не было в них ни капли снобизма. Обе уже стали мамами, потому могли давать Кире советы. Я-то больше помалкивала на эту тему, не желая распространяться о наличии у меня дочери. Кира, как и обещала, никому про Ольку не говорила.       Родственницы мужа засобирались по домам ближе к восьми вечера. Ну а мы втроем решили остаться — нам понравился десерт, мы решили повторить.       Второй вынос десерта был незабываемым: его подавал сам шеф-повар, по совместительству владелец ресторана. Кира шепнула мне на ухо, что это тот самый парень, который хотел увести у Жданова Катю. А ничего парень! Симпатичный. Улыбчивый такой, вежливый! Подмигнул мне даже, во как! Стало приятно. Впрочем, кто его знает, может, он всем так подмигивает? — Вика, теперь ты рассказывай! — сказала Маргарита, когда симпатяга ушел, оставив тортик на столе. — Что рассказывать? — я слегка напряглась. — Где работаешь! Или замуж вышла? — Нет, не вышла. Работаю. В одной хорошей фирме, начальником отдела кадров. — И как, хорошо платят? — Да, меня вполне устраивает. Снимаю квартиру, вот, машину купила. Отдых тоже оплатили. Чего еще желать? — А встречаешься с кем-то?       Вот же блин инквизитор! — В данный момент — нет. Но кто знает, что случится хотя бы через минуту?.. — многозначительно произнесла я. Дамы посмеялись. — Кстати, Вика! Михаил так на тебя посмотрел! Думаю, ради тебя он и вынес десерт лично! — заговорщически сказала мне Жданова, понизив голос.       Вот как повара зовут, оказывается! Ладно, запомним! — Ну не знаю, — с сомнением протянула я. — Мне кажется, он больше на вас смотрел, Маргарита Рудольфовна!       И мы весело рассмеялись. Но шутки шутками, а этот Миша очень даже ничего… Тьфу ты! Так Вика про Колю говорила! Не, значит, не вариант. То есть не мой вариант точно. Хотя если честно, все мужики — не мой вариант. Кроме одного. Вот только от него мне надо держаться подальше, если хочу сохранить свое психическое здоровье…       Больше скользкую тему моей личной жизни мы не затрагивали. Потом уехала и Жданова, а мы с Кирой допивали чаек и «добивали» тортик. — Вик, как там Олечка? — Должно быть, хорошо. Коля и Лариса остались с ней… — Вдвоем, что ли? — удивилась она. — Ничего страшного, Олька за ними просмотрит, чтобы не набедокурили…       Кира рассмеялась. — Да, она у тебя очень сообразительная! На нее можно положиться!       Мы закончили в десять. Хорошо посидели. Я вызвала такси — сразу до Королева. Чего уж тут экономить, как говорится. Пока ехали, набрала Зорькина. — Коль, ну как там у вас дела? — У нас все отлично! Только уложили, мы вот чай пьем. А ты как, закончила? — Да, еду в такси. — Здорово! Может, мы тогда и не останемся, сразу поедем? — Да как хотите, конечно. Смотрите сами…       В общем, приехала я в половине двенадцатого, и они все же засобирались. — А какой срок у Киры? — спросила Лариса. — Три месяца. Токсикоз прошел — вот она и собралась праздновать. — Нормально. Мы тоже отпразднуем, когда время придет! — мечтательно произнесла она. — Праздновать — это дело хорошее! — я была с ней полностью согласна.       А на следующее утро мне позвонила Кира. Голос у нее был какой-то странный. Виноватый… — Вик, ты прости, но кажется, Сашка узнал, что мы с тобой общаемся…       Ну что ж, когда-то это должно было случиться. Я вздохнула и спокойно ответила: — За что простить-то, Кир? Ну пусть знает. Какое ему до меня вообще дело? Столько времени прошло… — А… то есть ты не от него скрываешься? — удивилась подруга. — Да я в общем-то уже не скрываюсь, просто не хочу о себе никому напоминать. А что, ты думаешь, он сделает мне что-то плохое? Ну поизгаляется, намекая на мою умственную ущербность. Я как бы привыкла. Не страшно. Тем более я уже не беременная, могу и поволноваться. Да и то — не обязательно… — Да? — в голосе Киры сквозило недоумение. — Ты расскажи, что случилось-то? — Он вчера позвонил мне. Сам, представляешь? Около двенадцати ночи! До этого только иногда на смс и звонки отвечал. — И что сказал? — Сказал, когда я собиралась его известить о том, что с тобой встречалась. — А ты? — А я спросила, а с какой стати я должна была его оповещать. В общем, завелся, наорал на меня. Представляешь? Сказал, что я над ним издеваюсь и что разве я не знаю, насколько для него важна хоть какая-то информация о тебе… Но он же мне никогда об этом не говорил! И не спрашивал! Но ему я сказала, что ты взяла с меня обещание ничего никому не рассказывать, и прежде всего ему!       Я опешила. Вот же ж! Не забыл! Неужели искал все это время? Да вряд ли! — Кир, так а чего ему от меня надо?! Ты в итоге сказала ему мои координаты? — А он их сам узнал, — нервно усмехнулась Кира. — Оказывается, он захотел со мной поговорить, Никита сказал, что я в этом ресторане, вот Сашка туда и поехал. Но зайти не успел, увидел, как мы с тобой попрощались, а ты уехала на такси. И проследил за тобой на своей машине. Так что теперь он знает твой адрес. — Ну, что ж, ладно! — вздохнула я. — Кира, все нормально, не переживай. Ну не убьет же он меня? Да и если припрется, при ребенке, надеюсь, скандалить не будет. — А ты думаешь, он скандалить собирается? — в голосе Киры слышалось недоумение. — Понятия не имею, — с наигранной беспечностью ответила я. — Но тут и я могу повод для скандала найти. Кир, ну ладно. Может, и правда что-то дельное скажет. Как я уже говорила, зла на него ни за что не держу, да и сама перед ним ни в чем не виновата… — Вика, да о чем ты вообще? — не выдержала Кира, перебив меня. — Мне кажется, что он любит тебя! — Эти слова повергли меня в шок. Я реально зависла на несколько секунд, прежде чем ответить. — Кир, ты, это, не выдумывай, а? Сашка меня любить не может. Он же все время считал меня чуть ли не женщиной легкого поведения, и его интерес ко мне — только переспать. Мне конечно будет приятно, если он изменил свое мнение и хочет просто дружески поболтать, но вряд ли. Скорее поругаться, учитывая наш с ним последний разговор по телефону. Но ты не переживай, я справлюсь. — Да? Ну хорошо. Держи меня в курсе, ладно? — уже спокойнее сказала Кира. — Ладно, договорились! — И мы завершили разговор, который совершенно выбил меня из колеи.       Вот ведь Воропаев! А я уж обрадовалась, что раз он с Кирой не общается, то и на меня ему фиолетово… Ошибочка вышла!