Часть 25

      Эти три недели стали нашим с Сашей медовым месяцем. Дочка нам совсем не мешала, мы находили время на всё. И на секс, конечно, тоже. Никогда не была так счастлива! Ни я-Октябрина, ни я-Вика! У Октябрины характер был настолько независимый, а суждения настолько резки, что рядом с ней никто не задерживался. Не довелось мне в прежней жизни получить и отдать столько тепла. А Вика… Вика все время хотела что-то еще, отчаянно завидовала окружающим или жалела себя. Даже в те моменты, когда у нее денег куры не клевали, она все время была чем-то недовольна, что ее ужасно злило. А тут… даже не знаю, почему так. Но я поняла одно: Сашу я люблю. Со всеми его недостатками и тараканами. И даже если он снова что-то учудит, то буду не рвать, а разбираться. Да, вот так. А еще я ему теперь верила. Не безоговорочно, но тем не менее. Как и он верил мне.       Смешно получилось с «глупыми дядями»! В первый раз, когда я при дочке дала от ворот поворот нескольким пляжным мачо, дочка меня спросила, почему я не хочу с дядями подружиться? И я ответила, что эти дяди глупые. А она запомнила и в одной из секретных бесед рассказала Сашке. Вот и вскрылась главная причина, почему он так рвался меня искать. Но очень кстати! С тех пор, как мы стали появляться на пляже втроем, никто ко мне уже не подходил. Сразу стало спокойнее! Так что Сашенька — настоящий защитник нас, слабых девочек!       Конечно, не совсем всё было безоблачно. Мы несколько раз спорили. Например, о том, где будем жить, когда вернемся. Сашка хотел, чтобы мы перебрались в Москву, и я прекратила работать или в Королеве, или совсем. А я упиралась, потому что все еще не могла позволить себе взять и сесть ему на шею, да еще и вместе с дочкой. К тому же я не хотела уезжать из Королева, потому что садик Оле менять не хотелось. Нет, мы не ругались. Но к консенсусу не могли прийти очень долго.       В итоге за три дня до возвращения мы приняли компромиссное решение. До конца лета поживем в Королеве, у меня, а к осени снова поднимем этот вопрос. За это время постараемся найти мне работу в столице, желательно по профилю. В общем и целом Сашка согласился, что в силу деятельного характера не работать я не смогу, тем более что дочка днями в ясельках будет.       В финансовом плане я была независима. За все время моей жизни в Королеве мой капитал в банке только прирастал — я-то пользовалась зарплатой, да еще и откладывала на счет. Потом жила на декретные и пособие по уходу за ребенком. В общем, могла себя с дочкой содержать. Конечно ему я этого не говорила, как-то речи не заходило. А текст брачного контракта он мне уже передал, я знакомилась, там были упомянуты стандартные выплаты супруге. Ну вот нахрена? Но пока я не стала ничего комментировать, надо бы еще с юристом проконсультироваться на эту тему. Нет, я Саше доверяла, но… всегда есть чертово «но». Вот так решить и полностью, юридически и фактически отдаться ему и получать за это деньги, я не собиралась. Всё мое существо восставало против этого. И к тому же пример Вики явно показывает, что какой бы ни была любовь в начале, финал может быть печальным. Нет, любовь и деньги должны идти врозь!       Но мы особо над этим аспектом не размышляли. Пока возникали только вопросы мелкие, считай — бытовые, которые мы должны были решать вместе. А это оказалось неожиданно просто, когда есть регулярный секс. Нет, мы не заменяли разговоры постелью, но сняв напряжение, разговаривать и вообще что-то делать и решать вместе становилось в разы легче. Обновлялся кредит доверия, выданный нами друг другу. Так и договаривались. — А вы поженитесь, да? — спросила нас Олька в день отъезда. — Обязательно, Конфетка! — Саша подмигнул ей. — Хорошо, — важно кивнула дочка, на этом закончив расспросы. Услышала, видно, что хотела!       С Зорькиным я поговорила по скайпу еще в день приезда Саши: Коля долго извинялся за «секретик». Действительно боится меня, что ли? Я же не ругалась совсем! Нет, правильно я с ним не стала связывать свою жизнь. Подкаблучник он! Хотя и человек хороший и добрый. Да и вообще они с Ларисой — идеальная пара!       С ней мы тоже часто созванивались — по телефону. Она рассказала мне, что свекровь перестала так часто к ним приходить и устанавливать свои порядки. Поначалу потому, что Лара пригласила пожить у них свою маму. Нашла коса на камень! Потом, правда, страдать начал уже Коля, а поскольку прямо возмутиться ему воспитание не позволяло, попросту стал задерживаться на работе, типа там было что-то срочное, и Лариса сообразила отпустить маму. Оба супруга Зорькины сделали выводы из создавшейся ситуации, и состоялся разговор Николая с матерью. — Ой, Вик, они так ругались! Хорошо, я детей спать на балконе устроила и дверь закрыла! Вообще кошмар! Она его, значит, обвиняет в том, что он мы ее к внукам не пускаем, а он ей — что она сталкерит за Олечкой. Тут она чуть его не ударила, прикинь! Совсем ку-ку! Говорит, что она имеет право видеть своих внуков когда угодно и общаться с ними, сколько угодно! И что ей никто не помешает! А он ей — что от внучки она сама отказалась, и увидит ее только после того, как ты разрешишь…       Тут Лариса замялась, на самом интересном, как говорится. — Ну и что? А она? В принципе он все правильно сказал же! — А дальше она про тебя много всего нехорошего говорила. — Это что, например? Мы с ней пару раз виделись-то всего! — удивилась я. — Не знаю. В основном это были нехорошие стандартные слова, которые я повторять не буду, извини. Но конкретики там не было никакой. — То есть немотивированная агрессия в мой адрес? Точно к психиатру надо! — Согласна на все сто! Но насильно не потащишь ведь. — Это да. Ладно, что-то придумаем! — сказала я. Ну правда, что тут поделать? Только беречь ребенка! — Да она ж упертая! Колька ей говорил, что надо идти обследоваться, что со здоровьем не шутят. Она велела не лезть, нос не дорос, дескать, матери указывать. Разве что Пушкаревы на нее могут повлиять, и то не факт. — Как, кстати, у Пушкаревых дела? Ты с ними общаешься? — обрадовалась я переключению темы. — Нет, мы с Катькой с универа в контрах, — выдала еще одно откровение Лариса. — Я ее просто физически не переношу. Она всегда была странной. И не потому, что внешность… В общем, она какая-то сама по себе отталкивающая, лично для меня. Мне просто неприятно рядом с ней находиться. Даже когда она моделью выглядела. Ладно, не буду тебя загружать, это мои тараканы, так-то мы в нормальных отношениях, просто общаться не стремимся. Но моя мама с ее родителями на нашей свадьбе сошлась довольно близко. Теперь дружат. — О, значит, дружите семьями? — Да не то что бы! Нет, Катькины предки — очень милые люди. И не слишком навязчивые, хотя тоже рвутся опекать нас. Но мы их в гости-то особо не приглашаем, да и сами пока не ходим. Мелкие еще детки-то. — Ну да, — согласилась я, — рано еще!       Возвращение нашей маленькой семьи в Королев прошло спокойно. Приехали сразу ко мне, а когда распаковались и пообедали, Сашка собрался за своими вещами. Обратно вернулся с Колей, который соскучился по дочке. Получились такие уютные посиделки с тортиком и фруктами! Олюшка рассказывала папе о своих впечатлениях, мы показывали фотки и подарили сувенирчики. Уехал Зорькин в общем-то успокоенный и довольный, с подарками для Ларисы и близнецов.       На следующий день мы приехали в гости к Минаевым. Кажется, Юрочка узнал Сашку, когда тот взял его на руки! Ну еще бы — крестный же! Олька была в восхищении, увидев малыша. Поцеловала его в лобик. И сообщила всем присутствующим: — А у меня есть два братика! — Так это же отлично! — улыбнулась Кира. — Конечно отлично, — согласился Сашка, положив племяша в люльку. — Вот созреют Зорькины и устроят праздник по поводу рождения наследников! Николай вчера анонсировал по дороге из Москвы.       С одной стороны, праздник — это круто, а с другой… вот там-то мы и встретимся с безумной бабушкой! Нет, не хочу! Но увы — пришлось! Коля позвонил на следующий день и пригласил. Потом Лариса позвонила и продублировала приглашение. И предупредила: — Только там еще Ждановы будут… младшие. Вы же с Александром с ними не очень? — Я с Андреем нормально общалась, когда увольнялась. А сейчас даже не знаю. Думаю, я для него на стороне врага сейчас. А тебе очень важно, чтобы мы пришли? — Да. Мне важно. Хоть какая-то поддержка будет. — И мамы ваши с Колей тоже там будут, да? — Будут. Но лучше уж так, чем Ольга Николаевна задумается посетить вас сама, — вздохнула Лариса. — А она у него уже чуть ли не каждый день спрашивает, когда ей покажут неучтенную внучку. — Да я не спорю. И повод хороший. Ладно. Мы с Сашей посоветуемся и решим, как лучше поступить.       Саша конечно сказал, что пойти надо. — Надо, надо сходить. А я, пожалуй, помогу Николаю с организацией торжества. Говоришь, там Ждановы будут? — Саша, ну скандал только не планируй, а? — вздохнула я. Он широко ухмыльнулся. — Да за кого ты меня принимаешь?! — возмутился он. Но я поцеловала его и улыбнулась. — А сам-то как думаешь?       Он закатил глаза, но тоже поцеловал меня. — Ладно. Я не планирую скандал. Но он по-любому состоится. Ждановы не знают ни про нас с тобой, ни про Олю. — Ну, мало ли у кого какие секретики? — я улыбнулась. Саша рассмеялся. Потом помрачнел и строго спросил:. — А ты мне когда раскроешь свои секретики, а? — спросил он строго. Теперь смеялась уже я. — Да зачем они тебе, Саш? Нет, секретики должны оставаться секретиками! — Ты тогда тоже у меня не выпытывай, если что! — он прищурился, явно задумал какую-то провокацию. — А я выпытываю разве? Не замечала… — пожала плечами. — Ну вдруг начнешь? — Не начну. Разве что конкретное что спрошу. Вдруг для дела надо будет? — Ну только если надо. А твоих секретиков это тоже касается? — Конечно. Просто не представляю, для какого дела они могут понадобиться… — я улыбнулась. И правда, какое отношение к этому настоящему имеет прошлое Октябрины Моревой? Никакого, совершенно точно!       Между тем была назначена дата празднования для близнецов. Об этом мне сообщили и Лариса, и Коля, и Саша, который действительно принимал самое непосредственное участие в приготовлениях. Было решено организовать торжество с «Мармеладове». Да-да, то самый ресторан, в котором Кира отмечала свой первый триместр. Ага, с улыбчивым шеф-поваром, который мне подмигивал. — Михаил отлично готовит. Плюс с Зорькиными они друзья. Скидку сделал. В общем, и с Пушкаревыми и со Ждановыми тоже знаком. Я как-то сразу почувствовала, что где-то в его словах запрятана провокация. Но мне-то что? Явно не против меня, а скандала он обещал не устраивать. Вот только мне казалось, что скандал устроит кто-то другой, а Сашенька только подготовил почву. Не буду в это вмешиваться!       Но Саша рассказал сам. — Владелец ресторана, он же шеф-повар Михаил Борщев, когда-то ухаживал за Пушкаревой. Он тоже приглашен. Не просто готовить будет, а за столом с нами сидеть! — Погоди, а Лара говорила, Ждановы будут… Это подлянка Андрею, да? — В точку! И не прийти он не сможет, Катерина ему этого не простит!       И этот гад радостно заржал. Вот ведь! — И ты тоже будешь на празднике, что Жданову веселья не добавит, - нахмурилась я. - Слушай, так уже ведь по твоему-то поводу все успокоилось, они же деньги нашли на выкуп твоих акций? — Конечно, успокоилось. Но осадочек остался, как говорится. А вообще Зорькин за пару месяцев на бирже отыграл на бирже нужную сумму, так что с "Зималетто" ничего страшного не случилось. — Тогда из-за чего была эта истерика? За что они на тебя обижаются? — А, тут хитро вышло, — он радостно пустился в объяснения. — Они хотели и чтобы я деньги оставил, и чтобы они добавили. Таким образом доля Ждановых стала бы больше доли Воропаевых, но потратили бы они на увеличение собственных дивидендов меньше. — А… так все равно их доля теперь основная? — Но я-то свои деньги вывел! И если теперь они захотят увеличить сумму прибыли, то будут вносить свои кровные, а не крутить мои. — Ты молодец! — я поцеловала его. — Пусть и правда сами. — А Кире в принципе все равно, она никогда к власти не рвалась. Получает себе дивиденды — и ладно. Кристина то же самое. Так что пусть Ждановы радуются, мне не жалко.       Теперь мне стало всё чуть более понятно. По мне, так и хорошо, что Саша забрал свой капитал. Я лично, живя какое-то время в Москве будущего, ни о каком «Зималетто» не слышала. Вероятно, долго и не протянет. А вот те банки и фирмы, куда вложился Воропаев, и при мне процветали. По крайней мере, на начало эпидемии. Ну а потом вообще мало кто преуспевал, уравняло всех…       Мы приехали в ресторан за полчаса, как договаривались. Оля первой увидела братиков, была в полном восторге. Лариса даже разрешила ей поцеловать каждого. Малышка лучилась радостью, мелкие веди себя спокойно. Я тоже потискала их, пока не спали. Разумеется, никто не собирался держать их в ресторане все время праздника. Так, все посмотрят, одарят — и Лариса уедет домой, оставив мужа за столом. И ее мама с ней поедет. Я была согласна — идеальный вариант!       Саша взять мальчишек на руки отказался: боялся навредить, очень маленькие. И это правильно. Вот свои будут… Да, точно будут! Мы же с ним вообще ни разу не предохранялись.       Пока мы тетешкались и болтали семейно, в зал вошла группа пожилых людей. Табор целый. Оказалось — родители Пушкаревой захватили с собой мать Зорькина и мать Ларисы. Лариса с Колей стазу же подошли к ним, катя коляску, поздороваться. Ну и мы трое, конечно, внимание привлекли. Пушкаревы уставились на нас, на Ольку — она даже испугалась. — Мамочка, это кто? — спросила меня дочка шепотом. — Просто знакомые, малыш! — ответила я. — Не бойся, они не страшные, — глубокомысленно произнес Саша. Она решила ему поверить и отвлеклась. Но ненадолго. Снова посмотрела на близнецов в колясочке, потом на нас… — Я хочу еще братика! — заявила моя взрослая дочь. - Мама, давай, заведем? — Договорились! — серьезно сказал Воропаев. — А может, сестренка получится? — ухмыльнулась я. — Можно сестренку! — милостиво разрешила моя маленькая принцесса. — А что, мы уже? — удивленно спросил Сашка. — Пока без понятия. Времени-то всего ничего прошло, — улыбнулась я. — Но мы же не предохранялись… — Вот и отлично, — кивнул он. И поцеловал мне руку. — Конфетка, о братике или сестренке ты узнаешь первой! — Ура! — она захлопала в ладоши.       И вот, наступил самый волнительный момент: Коля подвел к нам свою мать. — Вот, это моя мама, Ольга Николаевна, — с тяжким вздохом представил он. — А с Александром и Викторией ты уже знакома. — Добрый день, — сказал Саша. — Здравствуйте, — кивнула я. Что приятно познакомиться, никто врать не стал. — А это моя и Виктории дочь, Оля.       Вот теперь снова все внимание было моей малышке. Она заметно робела, новоявленная бабушка явно ей не пришлась по душе. Да и у той взгляд был весьма неприязненный. Мне показалось, что она стала гораздо хуже выглядеть, чем в нашу прошлую встречу в больнице. Точно больна. — Ну, спасибо, что показал, — процедила Зорькина и ушла. Мы с Сашей посмотрели друг на друга и усмехнулись. — Простите, — сказал Коля. — Она точно не в порядке. — Да ничего. Главное, чтобы наше общение на этом и закончилось в принципе, — сказала я. — Я вас чуть позже с катиными родителями познакомлю. Они не такие… — Коль, забей. — Я погладила его по плечу. — Ты ни в чем не виноват. Видно же, что у нее проблемы со здоровьем. — Да, Николай, расслабься, — поддержал Саша. — Лучше скажи, кого еще ждем? — А, так Андрея с Катей, ну, это вы знаете. И еще там пару человек, это от Ларисы. — Хорошо, — сказал Саша. — И вот, кстати, на это от нас! — он достал из кармана конверт и передал ему. — Такое всегда пригодится. Ну и вы с Ларисой всегда можете рассчитывать на нашу помощь. — Спасибо, ребят, — он слабо улыбнулся. — А сами-то когда? — Что? В декрет следующий? — спонтанно отреагировала я, поскольку такая мысль в голове крутилась. — Вообще-то я имел в виду свадьбу, — рассмеялся он. — А, так хоть завтра! — беспечно сказал Воропаев. — Да, и мы хотим, чтобы вы были у нас на свадьбе. И кстати! Милый ресторанчик! — Думаешь, мы тоже тут банкет организуем? — Саша приобнял меня. — А почему нет? Тут вкусно кормят… — О, да, кормят тут отлично! Вот, познакомься!       К нам подошел улыбающийся симпатичный парень, которого я уже знала. — Михаил Борщев, владелец и шеф-повар ресторана! — А мы уже знакомы, — я улыбнулась. — Кира же тут отмечала свой первый триместр, помнишь? — А, точно! — просиял Воропаев. — Добрый день! Добро пожаловать к нам, — сказал Михаил. — Я помню вас, Виктория, конечно же. Александр, буду рад, если вы у нас будете праздновать и свадьбу, и рождение детей, да и вообще всё, что угодно! — Да я часто тут бываю, — улыбнулся Саша, и они пожали руки. — Виктория действительно моя невеста, и мы действительно планируем свадьбу. — А еще Вика — мать моей дочери, — поспешно добавил Коля. — Олюшка, познакомься… — Привет, красавица! — Борщев присел на корточки перед мелкой. — Привет! — улыбнулась она ему. Значит, хороший человек! — А ты вкусно готовишь? — Пока всем нравится. Хочешь заказать что-то особенное? — Карамельки! — тут же заявила она, как обычно акцентируя рычащий звук.       Ну милота такая! Непосредственная! Михаил явно сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос. Постарался ответить как можно спокойнее. — А ты какие любишь? — Клубничные… — А я как раз утром такие сделал, — Михаил подмигнул ей, — получается, специально для тебя! — Правда? — ох, эти распахнутые наивные глазенки кого угодно сделают пушистым! — Спасибо! — Только отдам я их тебе после того, как ты поужинаешь, договорись?       Оля успела кивнуть, а потом вечер перестал быть томным. В зал вошли Ждановы. Они тоже были с ребенком. — О, вот и клоуны подтянулись! — многообещающе протянул Воропаев. И добавил, потому что я тряхнула его за рукав, напоминая об обещании не устраивать скандалы, а Борщев только посмотрел укоризненно. — Это я не про Катерину, если что!       И я заметила мелькнувшую на лице Михаила ухмылку. Да тут, похоже, Андрея будут вдвоем пинать! Засада…