Часть 144

Саннидейл, 2002 - У неё есть душа, - объявил его двойник с таким пафосом, что трудно было сдержать смех. Спайк и не стал пытаться его сдерживать. Расхохотался громко. Смешной ему казалась не только эта невероятная самоуверенность двойника, но и собственная наивность. И почему Спайк решил (почти поверил), что его старшая версия и правда сможет сообщить ему что-то новое и полезное? Он обещал рассказать о недостатках Баффи, о которых младший Спайк якобы мог не догадываться, и решил начать с души. Да за кого двойник его принимал? За полного имбецила? - Ничего смешного. Повторяю ещё раз: у Баффи есть душа. Точнее, Душа. С большой буквы "Д", настоящая душа, такая, какую описывают в книгах. Не та жалкая душонка, что была когда-то у нас с тобой, не такая, как у её друзей и приятелей, как у среднестатистического человечишки. Огромная. Настоящая. - Настоящая? - переспросил младший Спайк, всё ещё не в силах перестать смеяться. - Самая что ни на есть настоящая, - двойник оставался предельно серьёзным. - Баффи не играет в героиню, она правда героиня. Она правда чуткая и заботливая. И ей правда не плевать на людей, на всех людей. Если она может кому-то помочь, она поможет. Не потому, что стремится быть для всех хорошей и соблюдает придуманные кем-то правила. Ей правда не безразлично. Она спасает мир не только потому, что это типа долг Истребительницы. Она не может иначе. Она вряд ли пройдёт мимо человека в беде, даже если это абсолютно незнакомый человек, да, чёрт возьми, даже если это совершенно неприятный ей человек! И да... я догадываюсь, о чём ты хочешь спросить. Тот Спайк высокомерно усмехнулся. - О чём же? - Как она ранжирует людей? - предположил он. - Не собирался я об этом спрашивать! - соврал Спайк. Конечно же, это был весьма закономерный вопрос. Он и самой Баффи его однажды задавал, но она так и не ответила. Чёртов двойник и правда хорошо его знал. - Конечно, у неё есть приоритеты. Она любит Дон, любит своих друзей, заботится о них, иногда чересчур опекая. И если что-то случится с ними, с кем-то из её близких, Баффи будет переживать куда сильнее, чем из-за случайного незнакомца. Вот только и незнакомец, как я уже сказал, но повторю ещё раз, для неё небезразличен. Любой незнакомец. У неё повышенная склонность к состраданию, и это не изменить, не выбить. Не понять. Так что остаётся только принимать. Любовь к человечеству - вот недостаток, который влечёт за собой наличие такой души, как у неё. Двойник не врал, не шутил сейчас. Он правда верил в то, что говорил. И судя по тому, что младший Спайк успел увидеть и услышать за прошедшую неделю, кажется, не заблуждался. А ещё двойник был прав: понять такое - трудно. Спайк мог представить, каково это - испытывать привязанность к кому-то одному, двоим, ну... может к дюжине разных объектов. Паре дюжин? И то это будет привязанность абсолютно разного уровня. Даже когда он ещё был человеком, когда у него ещё была душа - душонка, как выразился его двойник, - ему было, в общем-то, плевать на большинство окружающих. "Любить человечество"? Что за ерунда! Да за что его вообще любить?! Шок на его лице, похоже, был абсолютно очевиден, потому что двойник приподнялся и ободряюще хлопнул младшего Спайка по плечу. - Не волнуйся, приятель, я не имею в виду, что она будет два часа рыдать над первым попавшимся некрологом. Баффи - не какая-то там ранимая барышня, она знает, как устроен мир, и может быть весьма практичной, даже прагматичной. Из-за смерти каких-то там незнакомцев, она не расстроится надолго. Может, на долю секунды, может на пару минут. Зависит от того, что именно случилось. Важно, что она никогда не скажет, будто ей плевать на то, что кто-то где-то умер или серьёзно пострадал, и уж тем более она никогда не обрадуется этому, максимум - испытает облегчение в случае смерти какого-то злодея. Что ж это и правда звучало не так страшно, как то, что Спайк уже начинал себе представлять. - Я понял, - подытожил он. - Баффи не любит убивать людей. Двойник закатил глаза. - Ничего ты не понял, идиот! Впрочем, ладно, я и сам таким был. "Любит-не любит" - это совсем не те категории, в которых она рассматривает смерть людей. Для неё любая человеческая смерть - как минимум печальна. И если мои слова о том, что грустить по большинству незнакомцев она будет от пары секунд до пары минут, навели тебя на мысль, будто это не так уж важно, и ты без проблем переживёшь эту её грусть, хочу тебя расстроить: речь не идёт о тех незнакомцах, в чьей смерти она усмотрела свою, пусть и косвенную вину. А никакой другой вины кроме косвенной в её случае и быть не может, потому что убийство человека для себя она считает абсолютно неприемлемым. Это черта, которую она не готова переходить, разве что в очень крайнем, абсолютно безвыходном случае. И даже там... даже тогда она до последнего будет искать какой-то иной выход. И когда ты снова убьёшь человека... - Почему это сразу "когда"?! - Спайку не понравилась уверенность двойника в том, что это точно когда-то случится. Плевать, что только сегодня он сожалел о том, что не запомнил лицо своей последней жертвы и размышлял о последних «гастролях», чтобы как следует проститься со старой жизнью, прежде чем начать новую, праведную. - Потому что, в отличие от Баффи, ты не будешь ждать настолько долго. В действительно критической ситуации ты сделаешь единственно возможный вывод. Лучше навсегда потерять её доверие, чем потерять её саму. Пускай она расстроится и разозлится, но зато останется жива. Вот только очень тебя прошу, прежде чем переступать проведённую ею черту, убедись, что ситуация и правда критическая. Потому что, когда ты убьёшь человека, она непременно сочтёт, что его смерть - на её совести. - С чего это?! Мог ли его двойник что-то путать? Намеренно накручивать его и самого себя? Утрировать и заблуждаться? Неужели любить Истребительницу так сложно? Любить?.. Спайк только что правда подумал "любить"? Он усмехнулся собственным мыслям, качнул головой. Его копия хмуро свела брови. Другому Спайку, похоже, не нравилось, что к его словам относятся недостаточно серьёзно. - Потому что она знает, что ты вампир, знает, на что ты способен, знает, что человеческие жизни не значат для тебя ничего, но выбирает верить, что ради неё ты сможешь сдержаться, что ты не представляешь угрозы для тех, кого она защищает, что не охотишься на её территории у неё за спиной. Верит, что ты не хочешь сделать ей больно. По крайне мере, слишком больно. Теперь и его двойник усмехнулся безрадостно, вздохнул как-то совсем по-человечески – видимо, переобщался с людьми в последние годы. - Не хочу, - согласился младший Спайк. - Захочешь, - отрезал старший. - Будут моменты, когда она или её друзья выведут тебя настолько, что тебе захочется отомстить, причём отомстить жёстко, страшно. А в мести ты бываешь беспощаден. Особенно, когда эмоции тебя захватывают, и тебя несёт, ты бываешь готов переступить все черты, существующие не только в её голове, но и в твоей собственной. Твой ответ может быть несоразмерен нанесённой тебе обиде. Сколько шей ты свернул за неудачную шутку в свой адрес? Сколько послушных и весьма полезных миньонов ты распылил из-за незначительных проступков, которые они совершили даже не со зла, а из-за того, что были недостаточно умны? Когда ты злишься, ты полностью отдаёшься злости и редко думаешь о последствиях. И если ты сделаешь Баффи больно, ты будешь наслаждаться своей местью, своим триумфом, считанные минуты, ну… может, часы. А потом ты остынешь, осознаешь, что натворил, и начнёшь искать способ всё исправить. И будешь сильно жалеть о случившемся. Да-да, не ухмыляйся. Будешь. Потому что в конечном итоге тебе не понравится видеть боль в её глазах. С чего он вообще взял, будто Спайк ухмыляется? Это не была ухмылка, скорее, гримаса. Представлять себя сожалеющим о чём-то было не так-то просто. Спайк редко переживал о содеянном. Прошлое - уже в прошлом. Что толку копаться в нём? Становиться тем, кто "жалеет о случившемся" ему не слишком хотелось. Может, не поздно ещё всё-таки было бросить всё - бросить Баффи - и сбежать? Вот только в том и парадокс: Спайк как раз уже успел хорошенько всё обдумать и осознать, что именно об этом он жалеть и начнёт. - Уже не нравится, - признался он зачем-то. - Но иногда она бесит, правда? Невыносимо бесит! Старший Спайк то ли провоцировал его, то ли искренне делился своими собственными переживаниями. - Мы стараемся говорить об этом прямо, - поделился младший, честно, но чуть с вызовом. - А ты быстро учишься, молодец! - похвалил двойник вполне искренне. - Может, есть в тебе что-то, чего не было во мне... Не верится, что я смог бы, как ты, вот так быстро... Впрочем, всё к лучшему. И я рад за тебя и за неё. Если ты не напортачишь, она не позволит всяким ублюдкам и идиотам ломать ей жизнь и её саму. - Не напортачу и не... позволю, - пообещал Спайк, намеренно поставив оба глагола в первое лицо. Двойник кивнул, довольный тем, что они пришли к согласию. - Ну и продолжая тему боли, должен отметить ещё один недостаток. Или, скорее, достоинство? Зависит от того, как на это посмотреть. И садистские, и мазохистские наклонности у Баффи определённо есть, но ей очень непросто это в себе принять. Это может её пугать, так что не дави. А ещё учти, что они у неё точно не настолько сильно развиты, как у тебя. Там, где ты по своей собственной шкале накала дошёл бы как минимум до шести-семи, она точно остановится на трёх-четырёх. Младший Спайк не был уверен, что понимает, о какой конкретной шкале идёт речь, но общий смысл уловил, более того, он за эти две ночи, кажется, самостоятельно успел додуматься до того же самого. - Она... они слишком другие? Слишком не такие, как мы? - В чём-то - да, в чём-то - нет, - двойник пожал плечами. - Это пугает и завораживает, иногда умиляет, иногда дико злит. Особенно, когда я вижу, как она тратит свои нервы на других людей, чаще всего неблагодарных, да ещё непременно ищет проблему в себе, если что-то пошло не так. Ей время от времени почему-то начинает казаться, будто это она какая-то не такая: недостаточно хорошая сестра, дочь, любовница, подруга... - Истребительница? - предположил младший Спайк. - И это тоже. Она очень легко прощает других даже за серьёзные проступки, но тяжело себя за мельчайшее несовершенство. Другим можно быть неидеальными, можно грубить ей, нарушать её границы, предавать, раскрывать её тайны и не держать обещания. - Можно? Звучало как-то нелогично. Как такое может быть "можно"? - Нельзя, конечно! - отрезал двойник, окончательно запутав Спайка. *** Баффи не успела спросить, зачем Уистлеру понадобилось будить её старшую копию, потому что та вернулась, но только на миг: появилась в противоположном конце коридора и тут же исчезла, чтобы через секунду возникнуть из ниоткуда на пару футов ближе и снова растаять, словно призрак. - Да что ж у вас за талант влипать в неприятности? - Уистлер всплеснул руками. Младшая Баффи попыталась окликнуть свою старшую копию, когда та снова вернулась в коридор на короткий миг, и двойник вроде бы даже её услышал, но ответить не успел. - Что с ней? - уточнила она у посланника Высших Сил. - Она мерцает. - Это я заметила. Другая Баффи опять "мигнула" ещё чуть ближе. - В смысле, её сознание мерцает, - пояснил Уистлер недовольно. - Она то проваливается сюда, то возвращается в реальность. - Это плохо, - поёжилась Баффи. - Конечно, плохо! Если даже Уистлер злился, значит, всё точно было плохо. Вряд ли её двойнику просто никак не удавалось снова заснуть. Скорее всего, та Баффи находилась там, где спать точно нельзя. И она, вероятно, вовсе и не спала, а теряла сознание. Младшая Баффи двинулась вперёд, чтобы во время следующего перемещения своему двойнику оказаться к ней ближе. Получилось. Появившаяся в проходе копия сразу же шагнула к ней и воскликнула: - Баффи, я... Она вновь пропала. Раз. Два. Три. На счёт "четыре" двойник вернулся. - Где ты? - младшая Баффи успела задать короткий вопрос. Надеялась, что успела. Раз. Два. Три. Четыре. - В музее, - сообщила старшая. Уточнять, в каком, вряд ли стоило. Баффи снова дочитала до четырёх. - Что там? - Майкл, - сообщила та, вероятно, не дослушав вопрос. - Майкл? - младшая Баффи обернулась к Уистлеру, надеясь, что тот что-то прояснит. Старший Майкл, замешанный во всём случившемся с обеими Баффи и Спайками был мёртв. Неужели и младший Майкл, с которым младшая Баффи была знакома пять лет назад, тоже каким-то образом оказался во всём этом замешан? - Ты услышала достаточно, - заявил Уистлер, нервно и торопливо, словно не хотел, чтобы она узнала что-то, по его мнению, лишнее. - Дым. Едкий, - сообщила вернувшаяся ненадолго старшая копия. - Тебе пора просыпаться! - повысил тон чёртов посланник Высших Сил. Баффи хотела возразить, но противиться приказу Уистлера не сумела. Его голос будто бы вытолкнул её из сна. - Нет, - процедила она сквозь зубы и ударила кулаком по матрасу. - Что? - тут же раздался нервный шёпот Дон. Видимо, сестра спала очень чутко или вообще так и не уснула. - Знаешь наизусть номер Эйби или Уиллоу? - спросила Баффи схватив трубку стоящего на тумбочке телефона. Дон сразу же начала диктовать цифры. Она всё поняла сразу, даже не уточнив, зачем. А Баффи не стала переспрашивать, которой из двух ведьм они звонят, только запоздало подумала, что связаться с Эйби всё же было бы логичнее, чтобы не отвлекать Уиллоу от разговора с Вилли. К счастью, Дон, видимо, рассудила так же. Именно Эйби Баффи и ответила. Та постаралась сообщить ей максимально коротко самое основное, глядя при этом на застывшую от ужаса и волнения сестру. Повесив трубку, Баффи поборола в себе желание пообещать Дон, что всё будет хорошо. Та и так прекрасно понимала, что эта Эйби постарается как можно скорее связаться с другой Эйби, и друзья в том мире непременно поспешат старшей Баффи на выручку. Друзья и Спайк, конечно. Она обернулась к этому Спайку. Удивительно, но он так и не проснулся. Был ли шанс, что Спайк до сих пор разговаривает со своим двойником? Могла ли другая Баффи уйти, не разбудил мужа? Или не добудившись? Страх, что один, без неё, Спайк не сумеет выбраться из мира снов попытался поднять голову, но Баффи его отогнала: пока что никаких явных причин для беспокойства у неё не имелось. - Спайк, - зашептала она тихо. - Если ты меня слышишь... Если другой Спайк рядом с тобой, передай ему, что другая Баффи в опасности. - Думаешь... - начала Дон тихо, но тут же замолчала и покачала головой, сообразив, видимо, что лучше не мешать. Баффи не знала, что думать. Но попробовать можно, правда ведь? - Другая Баффи в музее, - продолжила она. - Передай ему, что с ней Майкл. И этот Майкл, возможно, что-то с ней сделал. Если другой Спайк всё ещё с тобой, и всё ещё спит, ему нужно проснуться. - А вот тебе было бы неплохо наоборот снова заснуть, - всё-таки вставила сестра. Баффи вздохнула. - Это будет сложно. Скорее, даже невозможно. Как заснуть в таком эмоциональном состоянии? - А если снова выпить зелье? - Я не уверена, что его можно пить одной. Зря она не додумалась сразу задать этот вопрос Эйби. Сейчас отвлекать ту совершенно не хотелось. Вдруг Баффи позвонит в неподходящий момент? Наверное, Уиллоу или Тару тоже можно было расспросить. Может, они знают ответ. А если нет? Тратить время зря на долгие объяснения тоже было жаль. - Ты не одна, - напомнила Дон, и взгляд её зажёгся надеждой. Она ведь с самого начала хотела отправиться вместе с Баффи в мир снов, но все тогда были против, а теперь... Теперь у Баффи как будто бы не было выбора. Хотя выбор, на самом деле, есть всегда. И этот выбор в настоящий момент казался самым разумным. - Пожалуйста, постарайся не потеряться, - попросила она сестру. - И помни, всё, что ты видишь, на самом деле нереально, даже если кажется таким. Поэтому ничего не бойся. Всё обязательно будет хорошо. Поняла? Дон кивнула и протянула ладонь за пузырьком. Баффи достала зелье из тумбочки - хорошо, что Эйби снабдила их небольшим запасом. - Пьём залпом, на счёт три. А пока дай мне руку и подумай о том, что мы хотим найти Спайка.