Глава 10. Жесть утра. (от лица Алекса Уайлта)

Я сидел на лавочке и наблюдал рассвет. К величайшему моему сожалению, обзор мне загораживал город. Да и рельеф там возвышался над уровнем моря, так что данное занятие было абсолютно бесполезным и, наверное, абсурдным. Но это ни капли не смущало меня, так что я продолжал сверлить взглядом город. Вернее, встречать рассвет, не видя рассвета. Было странно осознавать, что именно я создал то, что привело человечество... К этому. Но ведь всё было герметично! Проверено! В какой момент ситуация вышла из-под контроля? Где я свернул не туда, что я упустил?! И ведь замешано ещё одно лицо, что выпустило вирус, что отправило то письмо... Письмо... В нашем-то веке! И подумать сложно. А самое главное: ответ должен быть на поверхности! У меня под носом! Но то ли я слепой, то ли ответ какой-то не такой... Подходит Ларенцо, зевает и плюхается мимо скамейки. - Не выспался? - учтиво спрашиваю я. - Как ты догадался? - иронизирует тот и, закинув ногу на ногу, продолжает, - Эх... Всё кажется мне, что чего-то мы упустили. Что-то очень важное. - В этой неравномерной жизни мы постоянно упускаем что-то важное, - подходит Сергей, прилизывая волосы. - Не думаю, что стоит переживать по этому поводу, - подхватываю, - На то она и жизнь, что не идеальна до конца. - Солидарен. Но не полностью. Думаю, жизнь стоит переживаний, но вы правы в том, что неритмично всё и не предсказуемо: уровень чего-то важного то поднимается, то опускается. - Поднима-а-ается. Опуска-а-ается, - закрыв глаза тянет Ларенцо. "Прямо как вода," - мелькает в моей голове, "Поднимается и опускается... Приливы." Стоп. Приливы. - Приливы! - вскакиваю я, - Как мы могли забыть! Тут они не сильные, но мы так близко к воде оставили байдарки! - Точно! - поднимается Ларенцо, - Именно это мы и упустили. Мы опрометью бросаемся к месту, где вчера оставили байдарки. Но не пробежав и пару метров, Ларенцо восклицает: - Байдарки - это, конечно, святое. Но мне снова кажется, что мы что-то забыли. - Юлас! - хлопаю себя по лбу. В столь же быстром темпе возвращаемся, подхватываем под руки до сих про спящего Юласа и со всех ног бежим назад. Он вливается в обстановку быстро, но интерпретирует её по-своему: - Ура! Мы в кое-то веке в эпицентре событий! - Мы уже давно в нём находимся, - замечает Сергей. - Ура! Мы всё ещё в эпицентре событий! - исправляется Юлас. - События - это, конечно хорошо, но мне кажется... - Ларенцо, молчи! Накликаешь на наши головы ещё что-нибудь "важное"... Не думаю, что оно нам надо. Путь, вчера преодолённый нами за достаточно большое количество времени, сегодня занял бы ещё меньше, если б мы не колебались туда сюда. Вот уже и тот самый берег. Из последних сил кидаемся к нему и застываем. Юлас выхватывает записную книжку и невинно поднимает взор, но я молчу, а Серёжа, развернувшись к нему вздыхает: - Накаркал-таки… - Ка-а-ар, - печально кивает тот, срывается с места и бежит к воде. Остальные тоже подходят к проливу. - Этот камень не был накрыт водой, - говорит Ларенцо, указывая на огромный кусок скалы. - Он прав. Я определённо помню, что байдарки мы оставили рядом с ним. - Соответственно, их снесло течением, - говорит Сергей, - Алекс, вы знаете, в какую сторону движет воды пролив Босфор? - Даже если б не знал, я это отчётливо вижу. К Мраморному морю. - Верно. Это означает, что в Чёрное их не вышвырнет. Это хорошо. - Вышвырнет в Мраморное. - Это плохо. Но у нас есть шанс их догнать. Это хорошо. - Но этот шанс весьма мал, ибо течение здесь сильное и несёт байдарки со скоростью 7 км/ч. Средняя скорость бегущего человека - 9км/ч… - Так, хватит устраивать из нашей ситуации математическую задачу, - вмешивается Ларенцо, - И так понятно, что всё потеряно. - Почему же? - спрашивает Сергей, - Не исключён вариант, что течение снесёт байдарки чуть ниже, а потом они зацепятся за что-нибудь. - Снова бежать? Назад?! - в ужасе хватается за голову Ларенцо, - Но это просто смешно! - А по-моему, господа, вся эта ситуация может свидетельствовать о том, что самое время заменить байдарки на что-нибудь более прочное. К счастью, в нашем распоряжении - целый порт, - и я быстрым шагом направляюсь к пристани. Пораздумав, оборачиваюсь к Сергею: - Так. Ты в детстве не раз на корабле плавал. Отец у тебя моряком был? Ты можешь посоветовать что-нибудь в лодках? - Откуда? - холодно интересуется Серёжа. - Морские ругательства, - поясняю, не скрывая своё ликование, - Понимаешь, ну не свойственно байдарочникам так выражаться. Значит, не раз бывал в открытом море. Контактировал с матросами. От них слов и набрался. Ты точно бы самостоятельно не подался бы в корабельное дело: слишком там всё не предсказуемо. Значит, всё произошло тогда, когда ты не имел полной власти над своей жизнью. В детстве. - Отец мой и вправду служил на корабле, именуемый "Guaio". Юношей я часто слонялся с ним... - Итальянское словечко. Ларенцо, что значит "guaio"? - "Беда". - Иронично. Сергей, а ваш отец жив? - Алекс, это бестактно. Что я могу ответить? - А... А-а-а! Постоянно забываю. - Странно с твоей стороны, о горе-вирусолог. Стёр с лица земли столько невинных людей, а теперь ещё и спрашивает. - Да, да... Так к чему я это? Можешь сказать, что из вот этого всего, - я обвёл рукой порт, - подойдёт для того, чтобы пересечь Мраморное море, пролив Дарданеллы, Средиземное... - Не перечисляй. Я понял. Сергей размеренно прошёлся по пристани, заложив руки в карманы. Прищурив глаза, сделал пару пометок в тетрадке и, наконец, вернувшись, заявил: - Вёсельные лодки точно не рассматриваем как вариант. Мы все убедились в том, что это не удобно. Моторные тоже. Заглохнет посреди моря и ничего не поделаешь. Парусные корабли. Шхуна не пойдёт, она минимум человек на десять. Парусная яхта. Можно найти рассчитанную на небольшой экипаж. Подобные корабли не раз обходили земной шар и с одним человеком. Например… Вот эта! Шикарна на вид. Что думаешь? - Прекрасно. Умеешь управлять?.. - Нет. Но предоставишь инструкцию - быстро научусь. Я пошарил по карманам, не понятно на что надеясь, но инструкции в них не оказалось. Однако к величайшему удивлению, обнаружил в левом кармане рыжего таракана. Несказанно удивился находке и сунул его обратно: раз сидит в кармане, значит надо. - Да ладно, по ходу разберёмся. - Алекс, но это безответственно. - Сергей прав, - вступает Ларенцо, - Если поступать по совести, надо бы разобраться. - Хорошо. Разбирайтесь! Серёжа уверенно переступает через борт, и, заложив руки за спину и начинает изучать корабль. Я какое-то время колеблюсь, но тоже подхожу к паруснику. Ларенцо стоит тут же, задумавшись, одной ногой - на пристани, второй - на корабле. - Ура! - прыгает вокруг Юлас, внезапно плюхается на землю и с интересом начинает изучать верёвку, связывающую корабль с берегом. Это меня слегка напрягает и я интересуюсь: - Сергей, а якорь поднят? - Очевидно, да. Но не переживай. Не думаю, что узел, на который корабль привязан к берегу, можно так просто развязать. Он рыбацкий. Шансы его развивать крайне... - Ой, - Юлас отшатывается назад. - Морские каракатицы! - воскликнул Сергей, - Как?! Течение начинает медленно сносить парусник. Ларенцо, осознав, что под ним образуется морская бездна, поспешно шагает на корабль, тем самым только оттолкнув его от берега. Слишком поздно понимает, что совершил неправильный выбор, метается назад, но уже поздно. - Алекс, куда они плывут? Почему без нас? - искренне недоумевает Юлас. Иронизировать времени не было. - Я не знаю, куда они плывут, но знаю, что это плохо. Бежим следом. Я разворачиваюсь и кидаюсь к берегу, как вдруг за моей спиной раздаётся торжественное: - За ними! А потом громкий "БУЛЬК!" - Да по берегу, придурок! Но Юлас уже не слышит. Плавает он не быстро. Особенно по сравнению с кораблём. Но вот цель несёт его словно на крыльях. Пока он не поймёт, что занимается бесполезным делом, всё будет хорошо, а потом... А потом... Кто знает? Сделаю всё, что в моих руках. Бегу по берегу. Уже который раз за этот день. Перед глазами мелькают деревья, ограды, камни. Осознание. От меня ничего не зависит. Фонари, лавки... Догадаются ли? Забор, сетка, снова камни, волны... Паруса! Паруса опустили! Корабль сбрасывает скорость. Расстояние между нами сокращается и я вижу у штурвала Сергея. Разобрался-таки. Какой молодец! Прям так и скажу ему. Но рано я радовался. К берегу корабль пристаёт весьма необычно: крутой разворот и "БАХ!" Подбегаю и хватаю верёвку. - Не стоит, - замечает Ларенцо, - мы якорь сбросили! - А... Тогда понятно, почему разворот был таким резким. - Только чего-то не хватает... - Юлас там, - махаю рукой вверх по течению, - сейчас приплывёт. - А мимо его не пронесёт? - осведомляется Серёжа, - Течение способно вышвырнуть такое лёгкое существо на середину пролива... Но к сожалению (или к счастью?), его мрачные предположения не сбываются. Скорее, наоборот, Юлас плывёт почти у берега, так что Сергей усаживается на краю пристани, приготовившись вытаскивать придурка из воды. - И всё-же я их не понимаю, - жалуется Ларенцо после небольшой паузы. - Кого? - Сергея и Юласа. Вроде враждуют, а что теперь? - Принципы, - пожимаю плечами, - Когда у человека в подкорках подсознания что-то заложено, даже из неприязни, он не действует по-другому. Обычно это "заложенное" подкрепляется прошлым. Но на счёт Серёжи сказать сложно. Уж слишком мало я его знаю. - Мало, - фыркает Ларенцо, - Ты до всего докапываешься! - Но на это уходит время. Наконец, Сергей выхватывает придурка из воды так легко, как будто каждый день такое проделывал, и победоносно разворачивается к нам. Юлас извивается в его руках и шипит: - Пусти! У меня сегодня амплуа самоотверженного человека! Я вообще-то тебя спасаю! - Какое совпадение, - закатывает глаза Сергей. - Знаешь, а мне кажется, ты не на столько холоден, каким пытаешься казаться, - замечаю. - Бред, - категорично отрезает Серёжа, ставит Юласа на ноги и меняет тему, - От удара, что произошёл, когда мы пытались к берегу пристать, осталась вмятина. Но она не критична. - Что ты сказал? - переспрашиваю, - Вмятина… Не критична? Серёж, тебя подменили? Это бы многое объяснило... - Возможно такой ход событий и дал бы больше ответов, но нет, меня не подменяли, - замечает Серёжа, - Конечно, вмятина будет ещё множество лет преследовать меня в кошмарах, но угрозы прочности корабля она не составляет. - Прекрасно, - киваю, - А теперь давайте возьмём рюкзаки с провизией и отплывём. Чего медлить? - И то верно, - кивает Сергей, - за штурвалом буду я. И вот и половины дня не прошло, а мы находились на палубе парусника. На первом же изгибе пролива были обнаружены застрявшие байдарки. Но я лишь почтительно проводил их взглядом. Чем ниже по течению, тем больше домов, мечетей и улочек появлялось на берегах. Вот только осознание того, что там никто не жил, не приносило какого-либо удовольствия… Мраморное море встречало нас волнами, но парусник легко разрезал их острым носом; морские брызги обдавали нас с головой, а в полях моей шляпки вновь образовалась лужица, любезно подав повод по-переживать, что шляпка испортится. Юлас на эмоциях читал стихотворения, что радовало меня и Ларенцо. А Серёжа не выступал ни за, ни против, попросту смирившись, что ныне мир на столько прогнивший, что нет иного человека, заинтересованого в ритмичности окружающей действительности.