8. Разделение обязанностей

Уже несколько дней небо над Лунарском было затянуто свинцовыми тучами, ливни шли, не переставая. Деревья с отчаянным шелестом раскачивались под порывами по-волчьи завывающего ветра. Никто не решался шагнуть в разыгравшуюся непогоду без необходимости. Люди сидели по домам и ждали прекращения бесконечных дождей. Сэйно Тиших в отличие от подавляющего большинства жителей города был несказанно рад разыгравшейся стихии. Во-первых, никто его не беспокоил. Во-вторых, не нужно было тащиться в лес для сбора лунной энергии. Парень наслаждался ничегонеделанием и надеялся на не скорую нормализацию погоды. Но тем не менее Сэйно не мог назвать своё добровольное заточение в квартире идеальным. Была у него одна проблема, от которой он не мог избавиться. Имя этой проблеме — Накра. Фамильяр совсем распоясался. Зная, как маг мечтал о тишине и спокойствии, Накра прилагал все усилия, чтобы избавить его от этих двух вещей и пресечь все попытки  Сэйно получить желаемое. Судя по поведению фамильяра, страх он давно потерял, так как ни одна угроза или брошенная в него вещь не повлияли на Накру от слова совсем. Причиной сильнейшей ссоры за всё время, что маг и фамильяр прожили вместе, послужило не отвратительное поведение Накры, а обычная чашка. Красная, с небольшим сколом и тоненькой, едва заметной зигзагообразной трещинкой на полукруглой ручке, она стояла на столе; на дне покоились остатки заварки. Сэйно оставил чашу после завтрака, полагая, что Накра, на чьих плечах лежала вся работа по хозяйству, уберёт её и, как всегда, вымоет. Но в этот день фамильяр решил взбунтоваться. — Слушай, Сэйно, неужели так сложно убрать за собой посуду в раковину? — Неужели ты сам не в состоянии убрать одну единственную чашку? Мыть посуду, вообще-то, твоя обязанность. Слово за слово, Накра перечислил магу все его недостатки, несколько раз упрекнул в лени и нежелании помогать и выказал недовольство по поводу объёма работы, которую он вынужден был выполнять. Сэйно назвал его наглецом и профессиональным нервотрепателем. — Я колдовской помощник, а не домработник. — Ну так и помогай мне, а не борись за права фамильяров. Конфликт набирал обороты и к вечеру они уже видеть друг друга не могли. Сидели по разным углам, перебрасывались издёвками. К утру оба успокоились и сели за кухонный стол переговоров. Пресловутая чашка раздора по-прежнему стояла на столе, немытая, но не забытая. — Прекращай строить из себя капризную барышню! Быстро за работу, — маг строго посмотрел на обиженного Накру. — Почему всю работу должен выполнять я один?! Я твой фамильяр уже пять лет, за это время ты даже чашку за собой ни разу не сполоснул. Складывается впечатление, что ты не в силах сам о себе позаботиться. Твои дед и отец не превращали меня в прислугу. Ты только продукты раз в неделю из магазина приносишь и всё. И то, пока я тебе в руки список не вручу, ты даже не шелохнёшься! — Ты не прислуга, — возразил Сэйно, скрестив руки на груди. — Ты мой помощник, в чьи обязанности входит ведение домашнего хозяйства. — Да ты просто тунеядец беспомощный! Так и скажи, что без посторонней помощи ни на что не способен! — Это я-то ни на что не способен?! — маг вскочил со стула, тот звонко стукнулся о пол. — Да я на всё способен, если захочу! — Так докажи это! Сделай хоть что-нибудь! — Накра тоже подскочил и уставился на Сэйно. В его золотых глазах читался гнев. — Не хочу! — Не «не хочу», а «не могу». Не подменяй понятия! — Я ничего не подменяю! — Тиших схватил чашку, расплескав оставшийся чай, и замахнулся. От дальнейшего бросания посуды в фамильяра и возможного рукоприкладства его остановил сотрясающий оконные стёкла раскат грома и изломанная вспышка молнии. — Давай сделаем так, — Накра выставил перед собой ладони в примиряющем жесте. — Давай на время поменяемся ролями. Ты будешь вместо меня делать работу по дому, а я буду вместо тебя лежать на диване и ворчать на весь мир. — И что дальше? — насторожился Сэйно. В тоне фамильяра таился подвох, тут не было никаких сомнений, уж слишком он хитёр. — Если за это время ты ни разу не сорвёшься и не распсихуешься, в чём, честно говоря, я сильно сомневаюсь, а также не попросишь моей помощи, то я, как и прежде, почти безропотно буду опять исполнять все домашние обязанности. А если ты не справишься, то будешь хоть иногда мне помогать. По-моему, это звучит вполне себе честно, — довольно улыбнулся парнишка. — По-моему, это звучит вполне себе не слишком спокойно для меня. — Иными словами, ты признаёшь свою беспомощность? — Ещё чего! Я согласен! Они пожали руки. — Что ж, хозяин. Для начала вымой, наконец, за собой эту чашку, вытри стол и приготовь завтрак, — распорядился фамильяр и исчез, оказавшись через мгновение на диване. — С чего это ты сразу так раскомандовался? — маг заглянул в комнату. — Я не раскомандовался, а прекрасно вжился в роль, — пояснил Накра и положил руки под голову. — Судя по ярости в твоём взгляде и трясущимся пальцам, ты вот-вот сорвёшься. А ведь ещё и пяти минут не прошло с момента заключения нашего договора. — Когда этот твой «испытательный срок» закончится, тебе мало не покажется, — маг вернулся в кухню и, смирившись, принялся за работу. Парень вымыл злополучную чашку, едва её не разбив, и приступил к приготовлению завтрака. Готовку он ненавидел: из-за нежелания Сэйно стараться и неумения ждать получалось у него не очень. Потом ещё и посуду мыть придётся. Магом было принято решение приготовить что-то простое и не требующее использования большого количества посуды. Сэйно пожарил яичницу. Не считая нескольких хрустящих кусочков скорлупы, вышло довольно неплохо. Под аккомпанемент колкостей Накры маг вымыл посуду и направился к выходу с кухни. — А кто обед готовить будет? — удивился фамильяр. — Ты только что завтракал. Не рановато ли для обеда? — повернулся к нему Сэйно. — Ты же сам мне лекцию о здоровом питании прочитал, когда я стал твоим фамильяром. И сказал: на обед — супы. Вот и готовь. — Прямо сейчас? Он что, весь день готовится? — Не весь. Но, учитывая твоё неумение и медлительность, времени это займёт много. Накра с видом мудреца поведал магу рецепт супа, стараясь колкими замечаниями вывести Сэйно из себя. Парень слушал наставления фамильяра, мысленно кидая в него всю имеющуюся в доме посуду. — Ну, пока мясо размораживается, можешь протереть пыль и вымыть полы. — О, ты разрешаешь? — чуть не прорычал Сэйно. — Да, так уж и быть. По доброте душевной, — отмахнулся фамильяр и улёгся на диване, прихватив с полки книгу. — Веник и совок сам найдёшь или подсказать? Тихо выругавшись и пожелав Накре снятия с производства его любимой колбасы, парень взял в руки веник и начал подметать. Внимательный фамильяр следил за каждым его движением и указывал на все пропущенные пылинки. Маг то и дело порывался огреть советчика веником. Лишь благодаря титаническому усилию воли он смог сдержать себя в руках и завершить начатое дело. — Всё, перерыв! — Сэйно швырнул веник и совок в небольшую, забитую средствами для уборки и хламом кладовку и громко захлопнул дверь. — Нет, никакого перерыва, пока полы не вымоешь. Нечего без дела сидеть. Фамильяр вовсю веселился. Чем яростней становился взгляд мага, тем наглее становился Накра. Он представлял, насколько ужасной может быть месть Сэйно, но ничего не мог с собой поделать. Уж слишком долго ему мечталось о возможности поменяться местами с магом. — Пол чистый, — констатировал Сэйно после внимательного изучения кухонного линолеума. — Нет, так не пойдёт! — Накра возник перед ним, скрестив руки на груди. — Ты ведь сам говорил, что небольшая влажная уборка необходима каждый день, иначе квартира превратится в хранилище пыли. — Говорил, — согласился парень. — Сегодняшний день станет исключением. У всего в этом мире должны быть исключения. — Ясно-понятно, — равнодушно ответил фамильяр. — Я так и понял: тебе либо лень, либо ты понятия не имеешь, как пользоваться шваброй, тряпкой и ведром. Он развернулся и медленно зашагал в коридор. Накра прекрасно знал характер своего хозяина и частенько провоцировал его с целью добиться желаемого или просто поиздеваться. Не успел он переступить порог, как Сэйно подскочил и воскликнул: — Накра, ты меня бесишь! Не фамильяр, а манипулятор! — Да, я такой! И поверь, мне это нелегко даётся, — не без самодовольства кивнул парнишка и проводил взглядом мага, направлявшегося обратно к кладовке. С горем пополам Сэйно вымыл пол. Накра тщательно руководил им, указывая на нетронутые шваброй куски пола и напоминая о необходимости мыть не только вокруг мебели, но и под ней. Маг, тихо проклиная фамильяра, успокаивал себя попыткой придумать наказание, которое раз и навсегда отобьёт у Накры привычку насмехаться над ним. Эти мысли помогли Сэйно совладать с собой и не утопить помощника в ведре с водой. — Всё, теперь точно отдых! — парень плюхнулся на диван, молясь, чтобы фамильяр наконец отстал от него и позволил передохнуть. — А теперь точно настала пора готовить обед! — Накра рассмеялся, увидев полный ненависти взгляд мага. — Как варить суп, я тебе уже объяснил. Вперёд! Хозяин, тебя ждут великие кулинарные свершения! Сэйно запер причину своей нервозности в комнате и поплёлся в кухню. В раковине лежали заботливо оставленные Накрой овощи, которые ему предстояло почистить. Взяв нож, маг принялся за дело. Когда последний кусок шкурки был очищен, а изрядно потерявшие в объёме овощи перекочевали в миску с холодной водой, Сэйно возненавидел весь род овощной. Далее он порезал картошку, лук, морковь и свои пальцы. Шипя от боли он, высыпал картошку в кастрюлю, обрызгав ладони каплями кипятка, а остальные кое-как покромсанные ингредиенты на сковороду, добавив к ожогам от кипятка масляные. — Я забыл предупредить, что готовка — весьма травмоопасное занятие, — неожиданно возник за его спиной Накра. — Чтоб тебя! — Сэйно от неожиданности чуть не скинул с плиты кастрюлю. В пылу гнева он позабыл, что его фамильяру никакие стены не преграда. Пока Накра залечивал его многочисленные порезы, овощи, которым суждено было стать поджаркой, стали горько пахнущей горелой массой. Так юный маг осознал две вещи: во-первых, не стоит отвлекаться во время готовки; во-вторых, иногда лучше переделать небольшую часть работы, чем потом жалеть о своей лени (эту вещь он осознал уже после завершения суповарения). Пригрозив отрезать неустанно веселящемуся фамильяру язык, маг доварил суп, особо не надеясь на хороший результат. В этот раз его не-надежды оправдались в полной мере. На вкус суп был горько-горелым, картошка разварилась, и готовый продукт по виду напоминал испорченный кисель. Накра брезгливо высунул язык и отодвинул от себя тарелку. Не заботящийся о его питании Сэйно усадил его на место и не без боя и злорадства заставил съесть половину. — Я сейчас умру, — позеленел фамильяр и поспешил покинуть кухню. Теперь он старался не показываться вовсе, но несколько раз всё же возник перед магом. Он считал своим долгом напомнить Сэйно о ещё не выполненных домашних делах. — Нет. Никаких больше дел на сегодня, — маг твёрдо решил ничего не делать остаток дня. — Я устал. — Да ты же почти ничего не сделал! — Возмутился фамильяр.  Сейчас только обед, а ты уже с ног валишься?! Я вообще-то эту работу каждый день делаю. — Не ври. — Ну, ладно. Иногда некоторые пункты я делаю через день. Но её всё равно много. Протри ещё пыль, хозяин. Это то, что нужно делать ежедневно. — Мне она не мешает. Пусть лежит себе с миром. Упорство Накры было безмерным. Несколько часов он не давал Сэйно уснуть, требуя, чтобы тот перестал лежать на диване и занялся чем-нибудь полезным. Маг мечтал о скорейшем наступлении ночи и возможности насладиться тишиной. — Молодец, хозяин. Уже вечер на дворе, а ты за день почти ничего полезного не сделал! — с новыми силами завозмущался фамильяр. — В смысле ничего?! Я вообще-то сегодня почти весь день на ногах. Завязалась новая перепалка. Градом посыпались взаимные упрёки и обвинения. Маг и фамильяр были готовы накинуться с кулаками друг на друга. — Всё, ты сорвался, — возликовал Накра. — Теперь будешь мне помогать! — Я не сорвался! Я просто немного повысил голос. Ссора вспыхнула с новой силой. По итогу Накра выдвинул новое условие. — Давай так: если ты сейчас готовишь ужин без моей помощи и сохранив спокойствие, я целый месяц буду вести себя тихо и не буду тебя бесить. А если ты сорвёшься или еда получится несъедобной, в чём я не сомневаюсь, будешь целую неделю вместо меня уборку делать. — Договорились. Они вновь пожали руки. Сэйно включил свет в кухне и, открыв шкафчик с крупами и консервами начал в нём рыться. Он хотел сварить рис или макароны, чтобы особо не заморачиваться. Как назло, ни риса, ни макарон не осталось. Зато был пакет с чем-то неизвестным. — Накра, что это за круглая уродливая кукуруза? — Это нут. — Понятно. Это название ничего не говорило Сэйно. Он убрал пакет на место, закрыл шкафчик и открыл холодильник. Его внимание приковал небольшой бледно-зелёный кабачок. Сэйно задумчиво смотрел на овощ. Выглянувший из-за плеча Накра тоже его заметил. — Что ж, если для тебя приготовление кабачка является непосильной задачей, то я даже не представляю, как бы ты выживал в одиночестве. — Заткнись и свали с кухни. Увернувшийся от прогоняющего подзатыльника фамильяр исчез. Сэйно взял кабачок и захлопнул холодильник. Пожарить кабачок — проще простого. — Я не настолько безнадёжный, чтобы не справиться с этой задачей, — сказал он сам себе. Как оказалось, он ошибался. Сэйно срезал шкурку и кольцами порезал овощ, отделавшись всего лишь несколькими царапинами. По сравнению с чисткой картошки это был большой шаг вперёд. Всё пошло наперекосяк на следующем этапе. Парень поставил сковородку на плиту и налил в неё масло. Когда дно скрылось под тонким слоем жирной поблёскивающей жидкости, ему показалось, что такого количества масла недостаточно. Он налил ещё немного. А потом ещё. И ещё. Когда четверть сковороды наполнилась маслом, маг удовлетворённо кивнул и включил плиту. Когда над разогретым маслом начал ощущаться жар, Сэйно посолил кабачковые колечки и выложил их на сковороду. Они с бульканьем легли на дно, вопреки ожиданиям мага не зашипев и не забрызгав его обжигающим маслом. Сэйно внимательно следил за ними. Колечки по-прежнему лежали в масле, не подавая признаков готовности. Спустя несколько минут он подцепил одно вилкой и, остудив, откусил кусочек. Вкус был на редкость омерзительным. Слабый привкус кабачка с трудом пробивался сквозь тошнотворное масло. Выплюнув эту гадость, Сэйно закашлялся. — Хозяин, ты совсем с ума сошёл?! — воскликнул появившийся на его кашель Накра. — Масло должно закрывать дно сковородки, а не всю её. — Об этом раньше надо было говорить, — просипел маг. — Я бы сказал, если бы ты не выгнал меня с кухни, — фамильяр выключил плиту и потыкал вилкой кабачки. — Ну, если это готовилось с целью кого-то отравить, то вышло весьма неплохо. Я бы даже сказал — превосходно. — Заткнись. Иначе я заставлю тебя съесть это и выпить масло. — Не всё так плохо, как может показаться на первый взгляд, — парнишка поднял руки в примиряющем жесте. — Мы выяснили две важных вещи. Первая — не бывать тебе поваром. И вторая — с завтрашнего дня ты приступаешь к исполнению моих обязанностей по уборке дома. Накра отскочил в сторону от попытавшегося схватить его мага. — Ты ни ужин не приготовил, ни спокойствие не сохранил. Всё честно! После пары безуспешных попыток схватить фамильяра, Сэйно взял себя в руки и признал своё поражение. Довольный тем, что сумел своего добиться Накра лукаво улыбаясь, подошёл к тумбочке, в которой хранились кухонные полотенца и салфетки. Порывшись в стопке ярких салфеток, он вытащил пачку макарон. — Ладно, отдохни пока. А я ужин приготовлю. Не оставаться же нам голодными. — Ах ты хитрое филиновое жаркое! Прежде чем приступить к варке макарон Накра был вынужден пробежать несколько кругов по всей квартире, спасаясь от разъярённого такой подлостью Сэйно.