Глава 3. Опухоль миров

      Мужчина провел рукой по полуразрушенной фреске, поднимая глаза на силуэты, изображенные на ней. «Какое кощунство. Изобразить этих людей в месте, которое они же и осквернили». Голова гудела от наплыва мыслей, которые никак не могли сложиться в одну единую и лишь подкидывали какие-то обрывки воспоминаний в общую картину, словно поленья в костер. Все, что он видел здесь, казалось таким чужим, и до боли знакомым. Заслышав какой-то шорох за спиной, мечник обернулся, крепче сжимая рукоять оружия. Позади него был незнакомец, который что-то пытался найти на полу — похоже, споткнулся об одну из разрушенных плит и выронил очки.       — П-простите, если отвлек. — вежливо кивнув, обратился к мужчине невысокий юноша, нащупав утерянный предмет. — Похоже, в ближайшие дни тут будет настоящий наплыв ученых, если, конечно, Комиссия быстро не прикроет эту лавочку. Ха, а ведь раньше в Корневые Архивы могли заходить лишь Верховные Старейшины… Я заметил, вас заинтересовала фреска с изображением Заоблачного Квинтета? Если что, смело обращайтесь — мой дедушка о них очень много рассказывал, к тому же…       Когда юноша выпрямился и надел очки, неосознанно вздрогнул. «Это же… разве не тот человек, который изображен на розыскной ориентировке?».       — Тебе показалось, меня это не интересует. — спокойно ответил Блэйд, зашагав в сторону незнакомца.       — Вы… я вас знаю. Вы же тот самый преступник, которого разыскивают на Сяньчжоу? — бесстрашно выпалил юноша, крепче сжимая пальцы на папке с бумагами, которую он держал в руках.       — Допустим. — мечник остановился в нескольких шагах от ученого, с кривой ухмылкой уставившись на него. — Что будешь делать? Позовешь Облачных Рыцарей? Или, чего мелочиться, найдешь способ связаться с представителями Корпорации межзвездного мира? Говорят, за мою голову нынче дают немало…       Юноша нахмурился, опуская взгляд. Не самый лучший вариант, чтобы думать о плате за чью-то голову, когда тут своей можно лишиться. Взволнованно выдохнув, он потер пальцами висок.       — Вот это сходил в руины Дворца, называется. Сначала бывший Верховный Старейшина, теперь межгалактический преступник… небось, если пойду дальше, такими темпами и с самой Творительницей Чумы встречусь.       Блэйд вскинул голову, уставившись на ученого.       — Он здесь?       — Кто? — переведя взгляд на Охотника, растерянно произнес Вэньхуа, погрузившийся в свои собственные мысли.       — Не строй из себя дурачка. — стиснув зубы, процедил брюнет. — Ты только что говорил о Верховном Старейшине.       — Думаете, я буду говорить об этом с преступником? — беспричинно осмелев, ответил незнакомец, сложив руки на груди. Но смелости его хватило ненадолго — уже в следующий момент он вжал голову в плечи, испуганно сделав шаг назад.       — Будешь. — утробным голосом произнес Блэйд, остановив клинок буквально в сантиметре от лица юноши. — Иначе вопросы буду задавать не я, а мой меч. Говори, где он?       — А, хм… думаю, вы будете, все же, собеседником получше. — дрожащей рукой неуверенно отводя острие клинка в сторону, сказал Вэньхуа. — На самом деле, я не могу точно сказать, где он. Мы встретились у памятника Юйбе, но я пошел дальше, а Дань Хэн… так теперь зовут Старейшину… он отправился в другую от ущелья сторону.       «Солгал? Или сказал правду?». Охотник за Стелларонами поймал себя на мысли, что в этой ситуации бы оказалась не лишней способность Кафки. Но в тот же момент нахмурился — ни к чему ему посторонняя помощь, не настолько же он жалок, чтобы не суметь различить истину от лжи. Если он даже рассказал о нынешнем имени реинкарнированного видьядхары, ему ни к чему было утаивать другие сведения. Мечник фыркнул, отводя меч за спину. Юноша тут же облегченно выдохнул, и, переведя дух, добавил:       — Можно я пойду? Я никому не расскажу, что видел вас здесь, честное слово! И лучше бы вам не задерживаться в Корневых Архивах — здесь могут быть и другие ученые, а то и Облачные Рыцари, которые окажутся менее добродушными и сговорчивыми, нежели я.       — И менее живыми, тогда уж. — Блэйд, проигнорировав то, как вытянулся по струнке Вэньхуа после этих слов, вздохнул, повернувшись в сторону. — Ступай уже. Мне тут больше нечего делать.       Под бодрые возгласы и благодарности юноши, мечник направился в сторону к выходу из ущелья. «А ведь раньше в Корневые Архивы могли заходить лишь Верховные Старейшины» — пронеслась в голове фраза этого «сговорчивого» ученого. А вот это была откровенная ложь, определенно. Ведь Блэйд, хоть и смутно, но помнит, как когда-то давно, он уже был здесь… И, похоже, не один раз. Какой-то из них даже стал роковым.

***

      Поздним вечером в порту пришвартовался флот торговых звездных яликов. Рабочие тут же схватились за грузовые тележки, направляясь в сторону новоприбывших. Из первого остановившегося у пристани судна вышла девушка-пилот, которая тут же направилась к стоящему в стороне инженеру.       — Товар доставлен. — скучающе вздохнув, произнесла она. — Правда, накладную эти ребята забыли оформить — торопились так, словно за опоздание хоть на минуту им перед судом Десяти Владык предстать придется.       — Мастер просил не мешкать в этом деле. — понимающе пожав плечами, ответил юноша. — Благодарю вас за помощь с экстренной доставкой, госпожа Байхэн.       — Совсем запугал вас, негодяй этакий? — с иронией произнесла девушка, и, рассмеявшись, взмахнула лисьим хвостом. — Что ж, передай тогда, что его ребята успешно сдали зачет по ответственности. Пусть хотя бы эту ночь проведут дома, а не в мастерской — совсем замаялись детки.       Юноша потупил взор в пол — несмотря на то, что девушка уже собиралась уходить, заметив это, она остановилась, вопросительно взглянув на инженера.       — Подозреваю, так и получится — сегодня навряд ли удастся продолжить работы. Господин Инсин… не очень хорошо себя чувствует.       — Где он? — тревожно прижав вздернутые ушки к голове, произнесла Байхэн. Поймав себя на одной мысли, она, не дожидаясь ответа, добавила: — У лекаря?       Инженер лишь кивнул в ответ, и этого было достаточно. Девушка стремглав бросилась в Комиссию по алхимии, где находился дом врачевателя. Инсин здесь был гостем не редким, но почему-то именно в этот раз мысль о том, что ремесленник оказался у лекаря, внушала страх. Что могло произойти? Это как-то связано с ауруматонами? Он ведь, наверняка, так и возился с ними целый день. Стало плохо из-за стольких бессонных ночей, проведенных за проектом? Ударило током во время тестирования сборки? Или, проходя мимо, задел одного из этих исполинных роботов, и он завалился на него? «О, Боже, Байхэн, возьми себя в руки! Что за чушь только в голову лезет!» — на бегу помотав головой, подумала про себя девушка. Уже перед дверью лекаря она, тяжело дыша, взялась за ручку, и остановилась. За дверью раздавался знакомый смех.       — Ты бы видел тогда его лицо! Надо было поспорить на победу, да если б знал, что она дастся настолько легко.       — Никогда бы не поверил, чтобы генерал — и проиграл в шахматы.       — Просто ты, как и многие другие, слишком его идеализируешь. Ошибиться может каждый. И, по моему опыту — те, кто живут дольше, и ошибаются чаще. Как бы это не противостояло логике.       Дверь резко распахнулась, звучно стукнувшись обо край скамьи, которая стояла неподалеку. Все находящиеся в комнате тут же смолкли, переводя взгляд на гостя. Байхэн тяжело выдохнула, расслабляя пальцы, до этого крепко сжимающие дверную ручку. Инсин выглядел вполне себе здоровым. За исключением того, что его плечо было забинтовано и через белый бандаж проступали редкие капли крови. Сидел на постели, закинув лодыжку на колено, и с аппетитом уминал виноград из деревянной плошки. Напротив него, за столом, сидел его собеседник — врачеватель Сюй. Но в помещении они находились не одни — ощутив на себе взгляд еще одной пары глаз, Байхэн повернула голову в сторону, и увидела сидящего на скамье Дань Фэна. Брюнет выглядел напряженным — закинул ногу на ногу и сложил руки на груди, но взгляд его несколько смягчился, когда он увидел девушку.       — Байхэн? — первым возникшую тишину нарушил Инсин, удивленно уставившийся на названную. — Ого, не думал, что вы так быстро вернетесь. Все хорошо, с доставкой никаких проблем не было?       — Что здесь происходит вообще? — в негодовании вспушив хвост, возмутилась Байхэн. — Я думала, ты тут вообще при смерти. Инженер был мрачнее тучи, когда говорил, что ты себя плохо чувствуешь.       — Это тот мальчонка, что помогал нам перенести тебя, наверное. — обратившись к седовласому мужчине, произнес лекарь, от чего тот разочаровано цокнул языком. Не очень хотелось, чтобы кто-то еще знал об этом. Тем более Байхэн, которая уж очень чувствительна к подобным вещам.       — Да брось, так уж прям перенести. — отмахнулся Инсин, пытаясь перевести разговор в более лояльное русло. — Ну, немного помутнело в глазах, и…       — Так помутнело, что полдня в себя не приходил. — хмыкнув, хмуро произнес Дань Фэн.       — Просто бессовестно воспользовался возможностью немного поспать. — усмехнулся ремесленник, после чего бросил одну из виноградин в сторону видьядхары. — А тебе дай лишь повод съязвить.       — Это из-за ранения? — подойдя ближе и вцепившись взглядом в забинтованное плечо, произнесла Байхэн. — Что произошло?       — А, это. — Инсин перевел глаза на предмет интереса девушки. — Пустяки. Во всяком случае, вырубило меня по другой причине — как сказал старина Сюй, у меня было обезвоживание. Ну и хроническая усталость, видать, на это не лучшим образом наложилась. Да и ничего, с утра уже буду как новенький.       Опять же, явно лишним будет сказать Байхэн, что подобные раны — это результаты тренировок с ее лучшей подругой. Вспомнив о Мастере меча, ремесленник заметно помрачнел. «Что же у тебя на уме, Цзинлю…».       — Дань Фэн, объясни, что с ним произошло? — повернувшись к Верховному старейшине, обратилась девушка. Тот со вздохом закрыл глаза, а Инсин бросил на него неодобрительный взгляд. «Надеюсь, не собирается все выкладывать?». Все-таки, у юноши от Байхэн не было никаких секретов. Но, благо, он не стал окончательно «закапывать» своего друга. И выдал, хоть и большую, но лишь часть информации.       — Хотел бы я сам знать. Инсин пришел ко мне домой еле передвигаясь на своих двоих. Начал бред какой-то нести, о том, что ему недолго осталось. А потом просто рухнул на месте, как стенд рекламный. Сюй сказал, что у него был жар, что и привело к обезвоживанию. Этот умник ведь не только от сна отказывается, но и от еды с водой, так что не мудрено.       — Ни от чего я не отказываюсь, просто им не всегда находится место в моей системе приоритетов. — кивнул Инсин, относительно довольный тем, что не услышал ничего лишнего. Вроде того, что пришел он такой после тренировки с Цзинлю. Или того, что сам Дань Фэн сказал ему тогда. Встретившись глазами с видьядхарой, седовласый мужчина поймал себя на мысли, что он тогда, вероятно, не шутил.       — Инсин! — открыв дверь, юноша никак не ожидал, что на пороге будет стоять ремесленник — по льняной ткани растекалось кровавое пятно, дыхание его было сбивчивым, он едва успел ухватиться рукой за дверной косяк, иначе бы и вовсе завалился на хозяина дома. — Что случилось?!       — Помоги мне, Дань Фэн. — едва перебирая ногами, Инсин зашел в дом, жестом указывая на то, чтобы юноша скорее закрыл дверь — лишние уши здесь ни к чему.       — Давай я отведу тебя к лекарю. Потом тогда уже объяснишь, что с тобой произошло. — согласно кивнув, ответил видьядхара, но седовласый мужчина помахал головой.       — Я хочу, чтобы ты отвел меня в другое место. — упершись предплечьем на стену, произнес ремесленник.       — Опять ты за старое. — тут же изменился в лице Дань Фэн, хмуро взглянув на Инсина. — Зачем изводишь меня? Знаешь же, что я не по собственной прихоти отказываю — тебе нельзя появляться в Архивах. Проблемы тогда будут у нас обоих.       — Взгляни на меня, Фэн. — едва выдавив из себя улыбку, ответил мужчина. — Мое время на исходе. Видимо, мне суждено прожить короткую, даже для маложивущего вида, жизнь.       — Ты. — сжав руки в кулак, юноша неуверенно продолжил: — Не умрешь просто так, ясно? Я обязательно что-нибудь придумаю.       — Древо Амброзии… оно… снова плодоносит? — Верховный старейшина резко поднял голову после этой фразы. «Откуда он это…?». Увидев удивление на его лице, Инсин улыбнулся краем рта. — Сяньчжоу грязнет в собственных грехах день ото дня, но все лишь закрывают глаза на это. Мне не нужна жизнь, которая основана на подачке Божества. Жизнь, которая делает тебя «избранным». Ровно как и жителям Сяньчжоу, которые уже давно научились отличать дар от проклятия. Тебе не кажется, что все истинное зло кроется именно в Древе? Предыдущий Верховный старейшина… он что-то знал об этом. И те люди, которые прилетали из космоса и оставляли записи в Архивах видьядхар…       — Да откуда ты это все знаешь? — вполголоса произнес Дань Фэн.       — У нашего генерала хранятся документы, о ценности которых он, похоже, сам не особо догадывается. Но, конечно, они все не сравнятся с той информацией, которая находится в Архивах. Послушай… — тяжело вдохнув, Инсин еле удерживал себя в сознании — перед глазами начинало мельтешить. — Я более, чем уверен, что ото всех нас прячут секрет истинного бессмертия. Что-то, что могло всех бы сделать свободными, а не рабами Древа Амброзии.       Дань Фэн стиснул зубы.       — Не отстанешь ведь, да? Хорошо. — не веря своим ушам, Инсин приподнял голову. — Я отведу тебя к Корневым архивам.       — Ты… это серьезно? — искра надежды засияла в душе у ремесленника. Но он не успел даже толком осознать услышанное, так как уже в следующий момент его сознание полностью погрузилось в тьму, а очнулся он уже дома у лекаря.       От размышлений о принятом Дань Фэном решении ремесленника отвлек легкий подзатыльник, прилетевший со стороны девушки из лисьего народа.       — Ох и дошутишься ты со своей системой приоритетов!       Обиженно фыркнув, Байхэн развернулась к выходу. Инсина же только повеселила эта ситуация, и он наклонился вперед, чтобы насмешливо подкинуть рукой пышный хвостик девушки. Та тут же обернулась, смерив седовласого мужчину осуждающим взглядом — выходцы из лисьего народа уж очень не любят, когда трогают их хвост.       — Спасибо тебе. — потирая голову, обратился к девушке Инсин.       — За что? За подзатыльник? — съязвила Байхэн, что вызвало раскатистый смех у ремесленника.       — За заботу твою. Ну, хотя, и за него тоже. Быть может, мозги у меня на место в кои то веки встанут.       — Да уж скорее рыбы полетят. — более мягким тоном произнесла девушка. Вздохнув, она подошла к двери, и, немного подумав, обратилась к Дань Фэну. — Ты, надеюсь, в этот культ самоотверженных не вступил?       Юноша удивленно приподнял бровь, взглянув на Байхэн и, на фоне всего происходящего, не сразу поняв, что это была шутка.       — Говорю, ты не голоден? — с улыбкой добавила девушка из лисьего народа, задумчиво поведя ушком. — Меня Шеньлу пригласила на ужин, думаю, она не будет против, если ты составишь мне компанию.       Верховный Старейшина, казалось, собирался согласиться, но в последний момент его как что-то одернуло. Хмуро отведя взгляд в сторону, видьядхара нехотя ответил:       — У меня на сегодня еще остались неотложные дела. Как-нибудь в другой раз. И не переживай, я уже поел. — юноша кивнул в сторону ремесленника. — Должен же хоть кто-то показывать достойный пример.       — Хорошо, тогда я спокойна. — тщательно скрыв в голосе расстройство, рассмеялась Байхэн, помахав Дань Фэну и Инсину. — Доброй ночи, мальчики. И да, Инсин — я проверю, чтобы ты завтра не схватился за работу спозаранку. Отдохни хорошо, эти ребята и без тебя с ауруматонами справятся!       — Видел я как они справляются. — буркнул под нос мужчина, после чего с улыбкой помахал в ответ. — Отправлю тебе робоптаху с подробным отчетом того, как я отлично выспался.       — Это лишнее. — насмешливо отмахнулась девушка из лисьего народа. Напоследок, она поклонилась лекарю, который уже практически не слушал, о чем все говорят и «клевал носом». — Вам отдельное спасибо, господин Сюй, что уже который раз не бросаете в беде этого дурачка.       — А? — пожилой мужчина резко приподнял голову, озираясь по сторонам.       — Байхэн говорит, крутой ты перец, товарищ Сюй. — подняв вверх большой палец, интерпретировал сказанное Инсин, на что девушка иронично закатила глаза, практически захлопывая за собой дверь.       — Что, так и сказала? — моментально приосанившись, врачеватель провел рукой по бороде. Скучающе вздохнув, Дань Фэн поднялся со скамьи и обратился к нему:       — Мы, пожалуй, пойдем, господин Сюй. Извините, что столько времени у вас отняли. — указав рукой в сторону ремесленника, видьядхара добавил. — Он же не завалится где-нибудь по дороге?       — Не должен. — рассмеялся лекарь, переводя взгляд на Инсина. — Главное, пусть воды пьет достаточно.       — Слышал? — сложив руки на груди, Дань Фэн наблюдал, как его товарищ уже успел бодро соскочить со своего ложе и, что-то недовольно бурча под нос, застегивал рубашку. Скользнув взглядом по едва заметному порезу на ткани, юноша нахмурился, тут же вспомнив об утренней встрече с Цзинлю. «Она тоже недавно говорила о Древе Амброзии… Что вы вдвоем скрываете от меня?».       Ночь уже полноценно вступила в свои права к тому моменту, как Дань Фэн и Инсин добрались до дома последнего. Казалось, ремесленник вовсе позабыл о недавнем разговоре — все его мысли были заняты рассуждениями о том, как можно улучшить базовую модель ауруматона, чтобы добиться лучшей автономии. Он практически вел монолог, так как от видьядхары за это время можно было услышать лишь «да», «угу» и «возможно». Уже на пороге дома Верховный Старейшина стал чуть более разговорчив.       — Только не вздумай идти в мастерскую среди ночи. — вздохнув, юноша сложил руки на груди. — Работа до утра подождет.       — Конечно. — согласно кивнул Инсин, и более заговорщицким тоном добавил: — Ведь мы отправимся в другое место.       Дань Фэн исподлобья взглянул на товарища, после чего отвернулся в сторону, закатив глаза.       — Я так надеялся, что это был твой бред из-за жара. Инсин, ты серьезно? Понимаешь вообще, о чем говоришь?       — Более чем. Эй, Верховный Старейшина, только не говори, что решил взять свои слова обратно? — седовласый мужчина разочарованно пожал плечами. — Разве так друзья поступают?       — Нет, настоящие друзья готовы подложить свинью ради удовлетворения собственных интересов. — всплеснул руками юноша, покосившись куда-то в сторону, чтобы убедиться, что этот разговор никто не слышит. — Как ты не понимаешь, что толкаешь меня практически на преступление против устоев видьядхар.       Инсин хотел что-то на эмоциях ответить, но, набрав воздуха в легкие, лишь резко выдохнул, с усмешкой обративши свой взгляд в землю.       — Прости, похоже я, действительно, погорячился. Какие-то секреты должны для простых смертных оставаться секретами. Кто я такой, чтобы пытаться перелезть эту строго отмеренную грань.       Нотки самобичевания в его речи рассердили Дань Фэна, но виду он не подал.       — Постараюсь больше не поднимать эту тему. — подняв глаза на видьядхару, добавил седовласый мужчина. — Кстати, совсем позабыл… зайдешь на минутку?       Не дожидаясь ответа, Инсин зашел домой, оставляя дверь открытой. Верховный Старейшина заинтересованно заглянул, наблюдая за тем, как ремесленник, даже не разуваясь, поспешил в одну из отдаленных комнат. Остановившись перед ступеньками, разграничивающими вход и небольшой коридор, Дань Фэн облокотился на стену. Долго ждать не пришлось — через пару минут к нему вышел Инсин, который положил какой-то сверток на кофейный стол, и, поддев ножом связывающие его веревки, развернул. Даже издалека узнав знакомые очертания, юноша поспешил подойти к ремесленнику.       — Это же… но как? — пробежавшись взглядом по идеально выверенному копью с резными элементами на навершии, с придыханием произнес видьядхара. Глаза его обманывали, или перед ним было легендарное копье старейшины Юйбе?       — Мой перфекционизм уже начинает его портить, так что, думаю, пора остановиться. — с улыбкой произнес Инсин, бережно проведя рукой по оружию. — Ну что, схожесть наблюдается?       — Схожесть? Ты смеешься? — судя по тому, что говорит ремесленник, копье не было оригинальным, оно было лишь репликой, воссозданной до мельчайших деталей мастером. И сложно было сказать, что из двух возможных вариантов было способно удивить Дань Фэна больше. — Это же один в один копье Юйбе.       — Эх, я надеялся, ты скажешь «даже лучше». — наигранно изобразив обиду, ответил ремесленник, но во взгляде его все равно читалась гордость за свою работу, особенно, когда Инсин увидел, как на результат его труда завороженно смотрит юноша-видьядхара. — Я немного ослабил основание, заменив изначальный материал, который использовали в изготовлении Пронзающего Облака, поэтому, смею предположить, в бою оно будет более маневренным. Что ж, убедиться в этом можно только на практике, так что, буду ждать твоей оценки.       Не сразу осознав смысл сказанного, Дань Фэн медленно поднял глаза с копья на ремесленника. Стало быть, это не просто высококачественная реплика Пронзающего Облака. Это копье было создано для него.       — Извини, что так затянул с ним. Хотел добиться полной идентичности, а археолог, с которым я списывался по поводу исторических нюансов, долго не отвечал на письмо. А потом уже и я сам начал тянуть время, чтобы…       — Ты безумец. — спокойно выдохнул Верховный Старейшина, перебив Инсина, после чего неуверенно поднял со стола древковое оружие. Казалось, оно будет тяжелее, как минимум, наравне с его собственным копьем. Но ожидания не оправдались, что приятно удивило видьядхару. Провернув оружие в руках, Дань Фэн ухмыльнулся, разглядывая наконечник. Две его части объединял резной шар, своей формой и очертаниями напоминающий как Жемчужину бездны, так и темную и светлую сторону луны. Даже нефритовые вставки выглядели так же, как на копье Старейшины Юйбе.       — Это я уже слышал. — сложив руки на груди, с улыбкой хмыкнул Инсин. — Давай что-нибудь новое.       — Я даже ни разу не видел, чтобы ты над ним работал в мастерской. — сузив глаза, процедил видьядхара, взглянув на ремесленника, задумчиво отводящего свой взор в сторону. — Значит, ты и дома не отдыхал? Черт возьми, Инсин, за тобой глаз да глаз нужен.       — Не переживай, теперь «домашней работы» поубавится.       — Само собой. — крепче стиснув пальцы на древковом оружии, ответил Дань Фэн. — Копье я забираю с собой, товарищ перфекционист. Довольно с тебя этих творческих мук.       — Ну, сочту за благодарность, что уж там. — рассмеялся седовласый мужчина, облокотившись на стену и провожая взглядом юношу, который, казалось, решил покинуть дом ремесленника. Но тот не спешил уходить — остановившись на месте, он о чем-то задумался, после чего повернулся к Инсину:       — И ты пойдешь со мной.       — Да будет тебе, решил устроить досмотр 24 на 7? — скучающе вздохнув, отмахнулся мужчина. — Клянусь, работать я до утра не планирую.       — О, неужели уже передумал идти в Архивы? — вскинув бровь произнес Верховный Старейшина, наблюдая за переменами в лице у своего собеседника. Тот серьезно смерил взглядом видьядхару, после чего практически вплотную подошел к нему, с укоризной склонив голову.       — Разве кое-кто считанные минуты назад не пытался попрекать меня незнанием кодекса видьядхар?       — Даже не знаю, кто это мог быть. — с издевкой в голосе ответил Дань Фэн, но сменил тон под сверлящим до самого мозга костей взглядом Инсина. — Если честно, я до сих пор против этой затеи. Но я теперь твой должник. И не могу игнорировать то, что тебе так важно.       — Как оказывается легко заставить Верховного Старейшину преступить черту. — ответив сарказмом на сарказм, ремесленник уперся рукой в бок, наблюдая, как видьядхара делает глубокий вдох, чтобы не высказать все, что думает о своем друге.       — Два часа. Я дам тебе на все только два часа. Каждые несколько часов ущелье обходит патруль. Если ты попадешься кому-нибудь на глаза…       — Надо же, а ты щедр на время, нежели наш ленивый генерал. — согласно кивнув, Инсин уверенно добавил. — Поверь, как маложивущему виду, мне этого более, чем достаточно.       Менее, чем через час, они уже были у Чешуйчатого ущелья. Самого его видно не было — впереди лишь простиралась морская гладь, куда-то вдаль нее указывал копьем Старейшина Юйбе, памятник которому здесь был установлен. Взглянув на монумент, Дань Фэн неосознанно сравнивал Пронзающего облака из камня с тем оружием, что он держал в руке. Инсин расхаживал около лестницы, которая буквально вела на дно, в самые глубины развалин Дворца древнего моря. В место, куда мог ступать только Верховный Старейшина.       — Кажется, мы пришли не на памятник любоваться. — возвращая Дань Фэна «с небес на землю», протянул ремесленник, пиная небольшой камушек в воду. — Ты ведь наверняка еще и скажешь, что это время включено в те два часа, которые ты мне выделил.       — Все верно, так и скажу. — подойдя к Инсину, ответил видьядхара, кивая в сторону водной глади. — А что тебя останавливает?       — Да так, один небольшой нюанс. — понимая, с какой иронией говорит Дань Фэн, соответствующе решил ответить и ремесленник. — Старина Сюй, конечно, говорил мне пить побольше воды, но знаешь…       Юноша негромко рассмеялся, подходя ближе к ступеням.       — Куда же подевалась твоя самоотверженность, Инсин? Разве не этот человек готов был и в огонь, и в воду, подобно оружию, которое он создает.       Ремесленник лишь цокнул языком в ответ, отходя в сторону и понимая, что сейчас не стоит мешать видьядхаре. Жемчужина бездны засияла в его руках, меняя гравитационное поле и заставляя воду расступаться перед Старейшиной. Постепенно стали проявляться очертания руин дворца, когда-то надежно погребенного под водой Юйбе в целях предотвращения распространения чумы бессмертия. Вдали виднелись корни Древа Амброзии, в непосредственной близости которых находились и Архивы, представляющие сейчас большой интерес для Инсина. Даже не дождавшись того, когда вода окончательно отступит, ремесленник направился вниз по лестнице. Все завораживало его — редкие кораллы, которые можно было только здесь встретить, и из которых можно выковать драконьи доспехи, полуразрушенные фрески, витые колонны, кладки яиц, из которых когда-то должны родиться будущие видьядхара. Он шел не торопясь, разглядывая все на своем пути. Заслышав за спиной шаги Дань Фэна, Инсин задумчиво произнес:       — Ох и не оберешься же ты проблем, если наставники прознают, что Верховный Старейшина кого-то приводил в ущелье.       — Заткнись, Инсин. — фыркнул юноша, сверля взглядом спину ремесленника. — Ты сам же меня практически без права выбора оставил. И я бы на твоем месте так вальяжно не расхаживал — не забывай, у тебя на все про все только два часа. Уже даже меньше.       — Да-да, можешь не напоминать. — расслабленно помахал рукой седовласый мужчина, продолжая глазеть по сторонам, словно попал на экскурсию в краеведческий музей. Но чем ближе они подходили к Архивам, тем тревожнее было — зацепившись глазами за сияющие корни Древа Амброзии, Инсин невольно вспомнил о Цзинлю. «У нее были плоды Древа… но как они у нее оказались, если Фэн никого больше сюда не приводил?». Ремесленник повернул голову в сторону и хотел было уже задать вопрос, точно ли не было в этих местах нынче посетителей, как передумал. «Нет, я не могу. Мне нельзя выдавать секрет учителя, а с подозрительностью Дань Фэна будет несложно найти виновных».       Документы в Архивах не были ни пронумерованы, ни расставлены по алфавиту — не было вообще какой-то логики или хронологии в их расположении, из-за чего Инсин потратил немало времени в поисках чего-то стоящего. Юноша-видьядхара задумчиво поглядывал на песочные часы на каменном столе, неспешно отмеряющие время, которое было отмерено ремесленнику на исследования.       — Снова не то. — уже практически срываясь на эмоции, возмущенно произнес Инсин, захлопывая очередную крышку — все записи были расфасованы по пузатым колбам, что предотвращало их повреждение под слоем воды.       — Слушай, будет даже обидно, если я так рисковал, чтобы провести тебя в Архивы, а ты даже не найдешь ничего стоящего. — вздохнул Дань Фэн, перевернув песочные часы. — Осталось полчаса.       В любой другой момент Инсин бы высказал свое мнение о сказанном видьядхарой, но сейчас ему совсем не было до этого дела. Решив немного сменить стратегию, и не рыться во всех записях подряд, ремесленник отошел от полок и внимательно смерил их взглядом со стороны.       — Дань Фэн. — услышав обращение в свой адрес, юноша поднял голову. — Куда бы ты положил важные записи, если бы был Верховным Старейшиной?       — А я по-твоему кто? Так, мимо проходил? — с едва заметным удивлением в голосе, произнес видьядхара.       — Ответь.       Холодный тон Инсина даже несколько встревожили Дань Фэна. «Давно его таким серьезным не видел».       — Явно не на видное место. — усевшись на поваленную колонну, ответил Старейшина. — А еще лучше, в место, в которое могу попасть только я. Но, по сути, весь Архив и является таким местом.       — Но, если рассуждать логически, особо отчаянные могут сюда и доплыть. Я слышал истории о том, как после того, как ты переродился, но еще не вступил в права Верховного Старейшины, тут то и дело сновали водолазы.       — Хочешь сказать, те записи, что ты ищешь, могли украсть? — упершись локтями в колени, сложив руки замком и задумчиво положив на них голову, ответил Дань Фэн. Инсин покачал головой, внимательно проведя взглядом по одной из полок.       — Нет, я хочу сказать, что лично я бы спрятал важную информацию еще более тщательно. Чтобы уж точно кроме меня никто не посягнул на нее.       Понимая, к чему клонит ремесленник, видьядхара заинтересованно приподнял голову.       — Намекаешь на Жемчужину бездны?       Опустившись на колени, Инсин провел рукой по основанию одной из полок.       — Здесь следы какого-то механизма. Дань Фэн, поможешь?       Верховный Старейшина удивленно вскинул бровь. Если его друг прав, то почему тогда он сам об этом не знал? Но, чтобы проверить теорию, которая может оказаться и вовсе беспочвенной, юноша поднялся и подошел к полке, на которую указывал Инсин. Вытянув вперед руку с сияющей Жемчужиной, другой рукой он дотронулся до полки. Земля под ними задребезжала, что заставило ремесленника тут же подскочить и отойти в сторону. В его глазах зажегся азартный огонь, когда он понял, что его предположение оказалось верным — влияние Жемчужины бездны, которой владеют лишь Верховные Старейшины, привело в движение центральные полки. Они сложились в диагональный ряд, открывая дорогу к небольшой выемке в полу. Инсин тут же подбежал к тайнику, усевшись на пол и доставая все, что здесь находилось — несколько колб с записями, увесистую папку, что-то вроде записной книжки и небольшую шкатулку.       — Ты серьезно не знал об этом тайнике? — не отрывая взгляда от находок, спросил ремесленник. Дань Фэн уселся рядом с ним, сердито фыркнув.       — Наставники не говорили ничего об этом. Видимо, это была просьба Юйбе… но почему он решил скрыть это, можно сказать, от самого себя?       — Подозреваю, что ответы здесь. — тяжело вдохнув, ответил Инсин, похлопав по стопке бумаг.       — Давай я посмотрю эту записную книжку. — подобрав заинтересовавший его предмет, произнес видьядхара. — А ты пока остальное изучай. Времени уже осталось совсем немного.       «Записная книжка» оказалась ничем иным, как дневником Старейшины Юйбе. Правда, ничего толкового Дань Фэн здесь не нашел. Разве что, упоминания о том, что его «предшественник» тесно общался с Небесными Людьми. А также о том, что они одарили его какими-то «опасными» знаниями.       — Ничего не понимаю. Как был связан Юйбе и инопланетная раса? Причем тут Древо Амброзии? И о каких знаниях здесь говорится… бред какой-то.       — Дань Фэн, посмотри. — проигнорировав возмущение Старейшины, произнес седовласый мужчина, протягивая ему какие-то записи. — Быть может… речь об этом?       Видьядхара нахмурился, увидев схематичные изображения, таблицы и результаты исследований. Последнее поразило его больше всего. Речь шла о каких-то чудовищных опытах над лисьим народом и видьядхара — Небесные Люди словно хотели вывести новый, абсолютно бессмертный вид жизни. Их внимание привлекла история Сяньчжоу и дар Эона Изобилия — Древа, которое разрасталось на одном из кораблей. В исследовании также говорилось о том, что Древо Изобилия словно свет для «бабочек» — так они называли мерзостей, которые бесконечно слетаются на этот свет, что и приводит к постоянному столкновению кораблей с монстрами. Жители Сяньчжоу никогда не смогут жить в мире, пока плодоносит проклятое Древо. В то же время, оно числится одним из важных компонентов на пути к открытию бессмертного вида. И это была лишь часть информации, которая практически лишила Дань Фэна речи. Но, казалось, что в записях словно умышленно опущено что-то не менее важное. Что также стоит учитывать, чтобы получить полноценную картину.       — Что за… — было единственным, что смог сказать юноша после прочитанного. Судя по сосредоточенному лицу Инсина, который вчитывался в один из листов, его информация тоже, мягко говоря, шокировала. Понимая, что времени, чтобы переваривать все прочитанное у них нет, Дань Фэн стал впопыхах собирать разбросанные бумаги. — Возьмем это с собой. Инсин, похоже, я теперь понимаю, почему даже от меня решили это все скрыть.       Спешно собирая все листы, юноша случайно задел шкатулку, которая пока стояла в стороне и не привлекала никакого внимания. Завалившись набок она издала странный, протяжный гул, схожий со звоном металла. Что было весьма странно, так как сама она была изготовлена из дерева. Ремесленник протянул руку к звенящему предмету, настороженно взглянув при этом на Дань Фэна. Тот, немного поразмыслив, отвел руку Инсина в сторону и сам взял шкатулку. Отперев два незамысловатых замка, юноша открыл крышку и тут же прищурился от яркого сияния. Седовласый мужчина с любопытством подвинулся — свет был совсем необычный, хоть и яркий, но абсолютно холодный, мрачный. Разглядев содержимое шкатулки, ремесленник не успел задать очевидного вопроса — его опередил Дань Фэн, заранее дав ответ.       — Стелларон. — скривив угол рта, произнес Старейшина, рассматривая черный сияющий диск, от которого исходила легкая вибрация. — Опухоль всех миров. Ну, конечно. Я подозревал, что чего-то в этой всей истории не достает.