Часть 13

      Когда Маринетт приняла его слишком глубоко, Габриэль тихо застонал, чувствуя, как возбуждение начинало разливаться по телу. Рука сама потянулась к ее затылку. Сжав в пальцах темные волосы, он удержал девушку и сам задвигался в ней. Она послушно замерла, позволяя мужчине самому выбрать нужный темп, отчего его желание лишь усилилось. Решив, что вдоволь насладился раскаяньем Маринетт, он остановился, мягко отстранил ее от себя и взял за подбородок, вынуждая поднять лицо.       - Надеюсь, ты усвоила этот урок? – спросил он.       - Да, господин, - едва слышно ответила она.       Габриэль вгляделся в ее лицо и его сердце забилось как сумасшедшее. Голубые глаза смотрели на него с такой мольбой и покорностью, что он сразу же растерял остатки злости, что еще теплились в его душе, и отдался во власть момента. Мужчина склонился к Маринетт, чуть приобнял и подтащил к себе. Его рука сместилась на талию и крепко прижала к нему девушку, а вторая замерла на затылке и зарылась в темные локоны.       - Я тебя прощаю, - хрипло сказал Габриэль и торопливо прижался к её губам.       Поцелуй вышел излишне жадным, но чувственным. Покорность партнерши опьяняла, учащая без того неистово бьющееся в груди сердце и еще больше усиливая возбуждение. В голове пронеслась мысль, что они вряд ли успеют дойти до кровати и им придется довольствоваться скамьей, но буквально через секунду ее вытеснила другая.       Маринетт не отвечала ему.       Габриэль разорвал поцелуй и вгляделся в лицо девушки. И то, что он увидел, заставило его сердце замереть и, кажется, пропустить удар. Сабмиссив как будто смотрела сквозь него. Её взгляд был стеклянным, а лицо не выражало ни единой эмоции. Это могло означать лишь одно…       - Маринетт, - осторожно позвал он, нежно прижимая ладонь к ее щеке. – Ты в порядке?       Она не ответила. Габриэль не сдержался и ругнулся в голос. Маринетт провалилась в дроп! И он умудрился проморгать этот момент! На секунду его охватила паника, но он взял себя в руки. Сессию продолжать больше нельзя! Мужчина осторожно спустил девушку на пол, слез сам, а затем повел ее к кровати.       - Побудь здесь, хорошо? Я сейчас вернусь, - сказал он, усаживая ее на матрас, но ответом ему было молчание.       Убедившись, что она сидит ровно, Габриэль метнулся в ванную. Там он наспех привел себя в порядок и умыл лицо ледяной водой. Ему нужно успокоиться! И как можно скорее вернуть Маринетт в прежнее состояние, иначе последствия могут быть ужасающими.       Вернувшись из ванной, Габриэль попытался вновь заговорить с девушкой, но осекся. Маринетт лежала на кровати, сжавшись в позу эмбриона. Это насторожило его. Габриэль подошел ближе, взглянул на девушку и…       «Твою мать!» - пронеслось у него в голове, а руки предательски задрожали.       Маринетт обхватила свои колени, ее рот был слегка приоткрыт, а из закрытых глаз лились слезы.       - Маринетт, - осторожно позвал он, присаживаясь рядом и беря девушку за плечо.       Та мгновенно разжала хватку и распласталась на кровати безвольной куклой. Только этого еще не хватало! Габриэль подсунул руку ей под спину и осторожно поднял вверх.       - Ну же, не молчи! – сказал он, нервно вглядываясь в ее лицо.       Маринетт не отвечала. Будто заснула или… Нет, он не хотел об этом думать! Дрожащие пальцы потянулись к сонной артерии и слегка нажали. Пульс есть. Значит проблема в другом…       - Маринетт, ты слышишь меня? – вновь позвал Габриэль, чувствуя, как все холодеет внутри. – Если слышишь, отзовись.       Но в ответ тишина.       - Ответь мне, - тихо попросил он, чуть крепче прижимая девушку к себе. - Можешь не говорить, просто подай знак.       На секунду ему показалось, что она вздрогнула. Мужчина чуть сместился и поддерживая ее одной рукой под спину, другой нежно провел по ее щеке.       - Пожалуйста, - уже практически умолял Габриэль, чувствуя, как внутри нарастает паника. – Все… все закончилось. Я не причиню тебе вреда.       Она вновь вздрогнула, затем наконец открыла глаза, и мужчина тут же пожалел об этом. Еще ни разу в жизни ему не доводилось видеть столько боли и ужаса одновременно. Маринетт тихо всхлипнула, моргнула, но не смогла сдержаться. Эмоции хлынули наружу вместе с истерикой.       - Все хорошо, - сказал Габриэль, прижимая девушку к себе. – Ты в безопасности.       Она тут же вцепилась в него, уткнулась лицом в ворот рубашки и зарыдала еще сильнее. Мужчина вновь ругнулся про себя. Вот только психологической травмы ему не хватало! «Сам виноват! Нельзя так поступать с неподготовленным человеком!» - больно уколол внутренний голос. И как бы Габриэль не убеждал себя, что все было по обоюдному согласию и что он четко расписал Маринетт ее действия, невольно проснувшаяся совесть требовала от него большего участия. Тем более, это была его главная обязанность, как доминанта – сохранять здоровье сабмиссива, как физическое, так и ментальное.       Габриэль крепче прижал Маринетт к себе и огляделся. Нет, здесь больше оставаться нельзя! Поудобнее перехватив девушку на руки, он поднялся и поспешил покинуть комнату. Об остальных вещах он позаботится позже…       Габриэль по инерции принес ее туда, где считал находиться безопаснее всего – в собственную спальню. Он осторожно сел в одно из кресел вместе с Маринетт.       - Все хорошо, все закончилось, - мягко заверил он. – Я здесь, с тобой.       - Я не… я не… справилась, - донеслись до него всхлипы.       - Ты все сделала как надо. Даже больше, чем я рассчитывал.       - Я не… смогла… провалилась…предала…       - Это не так, - возразил он, запуская пальцы в растрепанные темные волосы и мягко перебирая их. – Ты просто… слишком буквально все восприняла.       Ответом ему стали громкие рыдания. Не на такую реакцию он рассчитывал! Черт, как же привести ее в чувство?! Не придумав ничего лучше, он приподнял ее, ровно усадив на своих коленях. Маринетт тут же примкнула к нему, утыкаясь заплаканным лицом в его шею.       - Не бойся, все уже позади, - сказал Габриэль и стал медленно покачиваться вместе с нею, будто пытаясь убаюкать. – Если тебе нужно поплакать, поплачь, хорошо? Знаю, дроп отвратителен, но его нужно пережить. Ты справишься… Я помогу тебе. Мы переживем его вместе.       Он старался говорить тихо и мягко, чтобы ненароком не напугать девушку и хоть немного успокоить. Это помогло, но не сразу. Маринетт постепенно стала затихать и перестала судорожно глотать ртом воздух. Но этого все равно было мало. Габриэль нервно перебирал в памяти все, что помогало ему успокоиться, и пытался угадать, что бы успокоило девушку. Разумеется, им нужно было поговорить, но не сейчас. Для этого он должен быть уверен, что Маринетт будет воспринимать его слова максимально ясно…       - Побудь здесь, я сейчас вернусь, - тихо сказал он, замерев и, приподнявшись, стал ссаживать девушку на соседнюю кушетку.       Та запротестовала, обхватив его руками за шею.       - Поверь, так нужно, - заверил ее Габриэль, ослабляя объятья. – Я тебя не брошу, обещаю.       Маринетт легонько кивнула и медленно разжала хватку. Мысленно поблагодарив всех святых за содействие, Габриэль помчался в ванную. Первым делом он включил кран ванны и заткнул отверстие пробкой. Теплая вода определенно поможет восстановить душевное равновесие. Добавив по нескольку капель масла лаванды и красного апельсина и проверив температуру, Габриэль довольно кивнул сам себе и вернулся обратно в комнату. Маринетт сидела, не шевелясь и безразлично глядя в одну точку. Закатав рукава рубашки для удобства, он вновь взял ее на руки и понес в ванную. На секунду замер, глядя на набирающуюся воду, а затем решительно опустил девушку в ванну.       - Что происходит? – дернулась она, едва её кожи коснулась теплая вода.       - Все хорошо, - в очередной раз заверил Габриэль. – Тебе это нужно.       Она вновь дернулась, но он удержал ее, положив ладонь на грудь. Сердце Маринетт так неистово билось, словно готово было вот-вот выпрыгнуть из груди. Потребовалось время, чтобы она успокоилась и расслабленно откинулась на бортик ванной.       - Мне остаться с тобой? – спросил Габриэль. – Или ты хочешь побыть одна?       Он убрал руку и выпрямился. Маринетт тут же подскочила и спешно взяла его за запястье. Мужчина расценил это как намек.       - Хорошо, - ответил он, присаживаясь на длинный бортик и осторожно потянул руку на себя, чтобы потом мягко сжать ладонь девушки.       Когда ванна набралась, он потянулся, чтобы выключить воду. Воцарилась тишина. Маринетт пару раз провела второй рукой по водной глади, а затем осторожно откинулась назад. Все это время они не прерывали зрительный контакт. Габриэль внимательно следил за состоянием девушки, готовясь в любой момент принять меры. Даже заранее подготовил вполне реалистичное оправдание для парамедиков, если ей вдруг станет плохо и потребуется постороннее вмешательство…       Прошло десять минут или около того. Габриэль с каждой секундой ощущал, как немеют мышцы от долгого сидения в неудобной позе, но все равно оставался неподвижным. Сейчас не время думать о собственном комфорте. Его мысли были прерваны странным шипением. Маринетт на секунду зажмурилась и заерзала в ванной.       - Щипет, - пожаловалась она.       Мужчина едва сдержался от ругани. Еще бы не щипало, он же сам налил масла в воду, а при раздраженной коже делать это категорически запрещено! Однако он почувствовал перемены в голосе и взгляде Маринетт и облегченно выдохнул. Она начинала приходить в норму.       - Значит, вам пора вылезать, - сказал Габриэль и, отпустив ладонь, наконец поднялся на ноги. – Сами справитесь?       Девушка чуть задумалась, а после кивнула.       - Прекрасно, - резюмировал он и направился к одному из шкафов. - Вылезайте из ванной и идите в душ. Ничем не пользуйтесь, просто смойте с себя остатки масел. Я подожду в гардеробной.       Выудив из шкафа полотенце, мужчина оставил его на бортике ванны и тактично покинул помещение...       Прикрыв за собой дверь, он замер, прислонившись спиной к полотну. Какое-то время было тихо, затем послышался плеск воды. Еще через несколько мгновений он услышал шаги, а затем характерный звук открывшейся душевой кабины и шум воды. Облегченно выдохнув, Габриэль принялся думать, что делать дальше. Стандартная программа: «залечить раны – поговорить - приободрить – отправить домой» не работала. Дроп Маринетт вылился в настоящую паническую атаку, и это было весьма серьезно. Мужчина в который раз ругнулся, проклиная собственную невнимательность, однако время уже было упущено. Единственное, что он мог сделать сейчас – постараться максимально мягко и бережно вернуть своей партнерше душевное равновесие…       Пока он обдумывал это, то не сразу сообразил, что шум воды прекратился. Решив, что в ванной стало слишком тихо, Габриэль отстранился, обернулся и открыл дверь. Маринетт, закутанная в полотенце, стояла возле раковины, опершись на столешницу двумя руками. Она выглядела так потеряно и беззащитно, что у него против воли вновь сжалось сердце. И эту девушку он подверг суровой порке? Нет, он точно садист!       Взгляд зацепился за обернутое вокруг тела полотенце. «Ей бы лучше переодеться» - мелькнуло в голове, и мужчина кивнул сам себе, будто соглашаясь. Развернувшись, он направился к шкафу и снял с вешалки простую белую рубашку, а затем направился в ванную.       - Наденьте, - сказал Габриэль, подойдя к Маринетт и положил вещь на столешницу. – Не ходите в мокром.       - Хорошо, - ответила она, продолжая смотреть на свое отражение в зеркале.       - Как закончите, приходите в спальню. Я буду ждать вас там, - произнес он и, не дожидаясь ответа, вновь покинул ванную.       Пока девушка одевалась, он нервно мерил шагами комнату. Кажется, все становилось только хуже. Если Маринетт начнет шугаться его, то это не только испортит его репутацию доминанта, но и сделает их дальнейшую совместную работу невыносимой. А это последнее, чего ему хотелось…       Шорох шагов по ковру привлек его внимание. Габриэль обернулся на звук. Маринетт стояла напротив него, все такая же потерянная и крепко обнимающая себя за плечо. Его рубашка была ей велика, настолько, что из-под не застегнутого ворота виднелся край плеча. Мужчина судорожно сглотнул и робко протянул к ней руки. Настал момент истины.       - Все хорошо, - тихо сказал он, мягко улыбаясь и всеми силами заталкивая внутрь рвущееся наружу беспокойство. – Все закончилось.       Габриэль замер, ожидая последующих действий. Девушка сделала маленький шажок, затем еще один и вдруг остановилась. «Не подойдет», - пронеслось в его голове, вызывая досадный выдох. Что же, придется сменить тактику… Неожиданно Маринетт встрепенулась и опрометью понеслась к нему навстречу. Секунда! – и она крепко сжала его в объятьях и вновь расплакалась. Облегченно выдохнув, мужчина обнял ее в ответ. Слава богу, одной проблемой меньше!

***

      Маринетт успокоилась лишь через десять минут. Все это время Габриэль не выпускал ее из объятий и старался не шевелиться. Она же то и дело смещала руки, будто не знала, как лучше его обнять. Он посчитал это хорошим знаком. Девушка не демонстрировала страх и открыто касалась его. Остальное было поправимо.       - Как вы? – наконец решился заговорить мужчина.       - Не знаю, - честно призналась она, утирая слезы. – Странно и как-то… пусто что ли.       - Отчасти, это хорошо. Если бы в вас бушевали эмоции, нам бы пришлось гораздо хуже.       Габриэль осторожно сместил руку с ее плеча на талию.       - Вы голодны? – спросил он. – Конечно поздновато для ужина, но всяко лучше, чем ничего. И еще мне нужно взглянуть на ваши ссадины.       - Ссадины? Все так плохо? – испуганно захлопала глазами Маринетт.       - Не очень, но лучше обработать их сейчас, иначе потом не сможете нормально сидеть. Так что насчет еды?       - Я бы не отказалась, - ответила она. – А еще лучше чай и чего-нибудь сладкого. Я бы сейчас все отдала за плитку шоколада. - И это прекрасно, - улыбнулся Габриэль. – Это поднимет уровень серотонина и позволит вам быстрее восстановиться.       Он разжал объятья.       - Ложитесь на кушетку и отдыхайте. Я скоро вернусь.       Дождавшись, пока Маринетт выполнит требуемое, он покинул спальню…       Суета на кухне позволила Габриэлю взять под контроль собственные эмоции, но до полного успокоения было еще далеко. Им с Маринетт было жизненно необходимо обсудить произошедшее на сессии, чтобы понять, где он допустил ошибку и больше не повторять ее впредь. Организовав максимально легкий перекус, мужчина загрузил тяжелый поднос в кухонный лифт и нажал кнопку третьего этажа. Кажется, там в кладовой был подкатной столик…       Найдя искомое, Габриэль водрузил на него поднос и направился в спальню. Войдя в нее, он с облегчением отметил, что Маринетт лежала на том же месте, где он ее оставил.       - Сначала поедите или осмотрим ваши ссадины? – поинтересовался он, прикатывая столик к другому, журнальному.       - Сначала ссадины, - ответила девушка.       - Тогда ложитесь на живот, - сказал мужчина, подходя ближе и присаживаясь на край кушетки.       Маринетт послушно перевернулась и приподняла полы рубашки, обнажая ягодицы.       - Ничего страшного, - заверил ее Габриэль после беглого осмотра. – Красные полосы исчезнут через пару дней, и все придет в норму.       - А как же синяки? – искренне удивилась Маринетт. – С моей чувствительной кожей они продержатся на мне как минимум три недели!       - Синяков не будет, - уверенно ответил он, а когда девушка повернула голову и вперила в него ошарашенный взгляд, пояснил: - Существуют специальные методики, позволяющие наносить удары на различные части тела без особых последствий. Это довольно тонкая наука, мне самому потребовалось пять лет, чтобы овладеть ею. Главное в ней правильно рассчитать силу и угол падения стека.       - Никогда бы не подумала, что физику можно применять еще и на БДСМ-сессиях, - скривилась Маринетт, будто вспомнила о чем-то неприятном.       - А еще химию, биологию, анатомию, и, в некоторых случаях даже зоологию. Ну и психологию, разумеется, - усмехнулся Габриэль. – И тем не менее ваши ссадины лучше обработать.       Он поднялся с кушетки и направился в ванную. Перетряхнув аптечку, он выудил тюбик с мазью от ушибов и пачку влажных салфеток, а затем вернулся в спальню. Сев на кушетку, он выдавил немного средства на руки, слегка растер в ладонях, а затем стал осторожно втирать его в ягодицы Маринетт. От первого же движения она зашипела на зависть любой змее.       - Больно? – тут же отреагировал он, замирая.       - Немного, - призналась девушка. – Но, если надо, я потерплю.       Габриэль тихо вздохнул и продолжил начатое. Он старался быть деликатным, однако партнерша то и дело кривилась и прикусывала губы, стоило задеть один из наиболее пострадавших участков.       - Хорошо, что вы выбрали стек с флоггером на конце, - решил озвучить свои мысли мужчина. – Удары были рассеянными, отчего зона поражения, конечно, увеличилась, но зато последствия для кожи минимальные.       - Спасибо вашим статьям. В одной из них вы настойчиво рекомендовали сабмиссивам флоггер для первого раза. И даже расписали все его преимущества.       - Похвально, что вы это помните, - кивнул он, убирая руки, а затем потянулся к пачке салфеток, чтобы вытереть их. – А еще я надеялся, что вы вспомните другую мою статью. Ту, где я подробно расписывал, что как бы сабмиссив не желал угодить доминанту, и какую бы ответственность не нес доминант за сабмиссива, они – взрослые люди и должны максимально трезво оценивать поступки друг друга во время сессии.       Он набрал в грудь побольше воздуха и наконец озвучил то, что уже давно прокручивал в голове:       - Почему вы откровенно игнорировали стоп-слово в сегодняшней сессии?