11 . Новый сосед

Уже в подъезде меня наконец опустили на пол, и я с облегчением ощутила под ногами твердую поверхность. Ноги дрожали, но это было в тысячу раз лучше, чем висеть, как мешок, на чужих руках. — Спасибо огроменное… и прости, что так получилось, — проговорила я, сжимая и разжимая затекшие запястья. Пальцы покалывало, будто сквозь них пропустили ток. Автоматически полезла в карманы — сигареты, зажигалка, больше ничего. Кошелек, телефон, ключи — всё осталось в рюкзаке. Мы стояли прямо перед моей дверью, а я не могла даже открыть. — Впервые вижу, чтобы кто-то из окна сваливал, — раздался спокойный, слегка удивленный голос Ромео. — Чего ты его так испугалась-то? Он шагнул вперед, достал из кармана ключ и без лишних слов вставил его в замочную скважину моей же квартиры. Щелчок прозвучал неожиданно громко. Близнецы, видимо, всё продумали за меня. Но то, что первым вошел именно Ромео, вызвало у меня смутную, необъяснимую тревогу. С чего такая уверенность? Переступив порог, я замерла. «Ого…» — вырвалось шепотом. Квартира, которую я не видела почти пол года, преобразилась. В пустой прежде гостиной теперь стоял добротный диван и глубокое кресло рядом, а на стене красовался новый телевизор. Пахло свежей краской и чем-то еще, чужим, но уже привычным для этого пространства. У меня екнуло сердце — словно я заглянула в чужую жизнь, случайно оставленную мной здесь. — Так что? — Ромео уже налил себе стакан воды из кухонного фильтра и пил медленно, большими глотками, наблюдая за мной поверх края. — Да я его со школы боюсь, если честно, — выпалила я, избегая его взгляда. Прошлась мимо, косясь на него лишь краем глаза, и направилась к холодильнику. Авось, пиво осталось. Но внутри ждало лишь разочарование: пустые полки, несколько банок газировки и забытый пакет с морковкой. «Ну хоть газировка», — мысленно вздохнула я, доставая банку. — В смысле? — не понял Ромео, поставив стакан. — Так они… мои одноклассники. Ну, бывшие, — пояснила я, щелкнув кольцом банки. Шипение углекислоты прозвучало оглушительно в тишине. И тут Ромео буквально завис. Его лицо застыло в таком же немом вопросе, который я часто видела у Машки. Нелепая параллель заставила меня улыбнуться, и я налила газировку в стакан. — А вот теперь нам интересно послушать эту невообразимую историю, — раздался с порога хор голосов. В квартиру, словно вливаясь единым потоком, вошли близнецы и принялись неспешно разуваться, синхронно сбрасывая ботинки. — А че я-то сразу? Ну, не повезло, не фортануло, — попыталась я отшутиться, но шутка прозвучала плоской и вымученной. — Мы забрали твой телефон у Димы, — Миша протянул аппарат. Я с рывком выхватила его, словно это был спасательный круг, и не удержалась — чмокнула сначала его в щеку, потом, почти не задумываясь, Лёшу. — Вы ж мои хорошие! Даёшь день: пицца и пива! — объявила я, плюхаясь на диван и тут же проверяя его на мягкость. Неплохо. Очень даже неплохо. Разблокировала телефон — и глаза округлились. Пропущенных: Дима (много), близнецы (еще больше), неопределенный номер (десять раз?), и… Антон. Антон? Вот что от меня понадобилось Антохе? Внутри что-то насторожилось. — Ты не отвлекайся, давай, мы тебя слушаем, — присел рядом Лёша, развалившись. Миша тем временем наливал всем по стакану воды — видимо, для протокола, перед основным действом. — Ну, я выпила, отрубилась, а проснулась в квартире Соловьёва. Но я не знала этого! Вы сами знаете, какая я с просони… ну и… пошла к нему… в душ. Пока он там был… Я спрятала лицо в стакане, чувствуя, как по щекам разливается жар. Со стороны Лёши и Миши послышались сначала сдавленные хрипы, а затем откровенный, заразительный хохот. Я про себя просто стонала от стыда. — Я пойду, наверное, — раздался голос Ромео. Он уже направлялся к выходу, держась в стороне от общего веселья. — Погоди, Сань, — Миша легко перехватил его движение и повернулся ко мне. — Ты ж не против, если Саня с нами поживёт? Я удивилась. Взгляд метнулся от его серьезного лица к растерянному Ромео. Ответ вырвался раньше, чем мозг успел его обдумать: — Только если вы не будете между нами желания загадывать! — И, стремясь скрыть смущение, я вскочила и подошла к подоконнику закурить. Там, у окна, стояла маленькая, аккуратная табуретка. Для коратышек? Для меня? Сердце сжалось от неожиданной теплоты. — О, Боже… это мне? Я счастливо обернулась к ребятам — а они снова заливаются смехом, глядя на мою растроганность этим простым предметом. Ромео же стоял посреди комнаты, будто потерянный, не зная, куда деть руки и взгляд. — Надо за пивом сгонять, и пиццу заказать. Потом Антохе отзвониться, — проговорила я вслух, уже листая приложение пиццерии. — Кто такой Антоха? — полюбопытствовал Лёша, скидывая галстук и разваливаясь на диване еще свободнее. — Тот, кто меня забивал. Он звонил раз двадцать, оказывается. Ума не приложу, что случилось. Так, все, че будете? —Острую! —Сырную! Ромео молчал, погруженный в свои мысли. Миша легонько подтолкнул его к дивану. — Ромео, ты что будешь? — спросила я, выбирая себе что-то среднее между острым и сытным. — Ромео? — синхронно переспросили близнецы, ухмыляясь и косясь на меня. Блин, проговорилась. Надо переставать его так звать в своей голове. — Я так сказала? — Он гавайскую будет, — в итоге решил за всех Миша. — О, наш человек! — довольно произнесла я, оформляя заказ. — Так ты им… тётя? — наконец подал голос Ромео, глядя на нас с недоумением. — Ну, да, — хором ответили мы втроем и тут же фыркнули от собственной синхронности. — Хотя я им скорее как сестра, но выбирала не я, — махнула я рукой, отмахиваясь от формальностей. — А ничего, что я тут? — снова спросил Ромео. Его взгляд метался от меня к близнецам и обратно. Он казался поникшим, словно нес на плечах невидимый груз. У меня на душе кошки скребли, да не те. — Посуду мыть да мусор выкидывать. Я большего и не прошу. Спать можно на диване, так что не вижу проблем, — пожала я плечами. Потом заметила пепельницу на подоконнике, полную чужих окурков. — Я так понимаю, ты тут и жил. Все трое снова уставились на меня. — Че? — я не понимала, чего они ждут. — Ты в курсе, что ты лучшая? — спросил Миша, и его голос звучал непривычно тепло. Меня будто обдали кипятком.Щеки вспыхнули. — Иди нахрен, — буркнула я в пол, но уголки губ предательски дрогнули. — И вообще, я за пивом. Вам что взять?.. Сань, ты что пьёшь? — спросила я, уже слезая с подоконника и проходя мимо зеркала. Отражение было удручающим: помятая школьная форма, растрепанные волосы. Точно, надо переодеться. — Эссе? — он подал голос тихо. — Да ты мне всё больше и больше нравишься, — улыбнулась я ему искренне. Один хрен, надо отзвониться Антохе. Направляясь в комнату, я заметила новый комод. Удивилась, но махнула рукой — разбираться буду потом. Поставила телефон на громкую связь и бросила его на кровать, пока скидывала с себя неудобную форму. Слава Богу, хоть какие-то вещи тут остались. — Алё, Саня? Это пиздец, ты куда пропала? — в динамике раздался хрипловатый, встревоженный голос Антона. — Да занята была, телефон на беззвучном. Че такое? — ответила я, натягивая старую, мягкую футболку. — Включи камеру, — скомандовал он. Я вздохнула,подошла к телефону и перевела его в видео-режим. На экране мелькнуло его лицо, он стоял на улице, курил, за спиной — его же салон. — И че? — спросила я, отходя и продолжая одеваться. — Ты посмотри. Снова подскочила к телефону, прыгая на одной ноге, стараясь попасть в штанину. На заднем фоне у Антона действительно копошилась огромная толпа у входа в салон. — У вас там апокалипсис? — неуверенно спросила я. — А это всё твоя реклама, прикинь! — воскликнул он, и в его голосе слышалась смесь гордости и паники. Он снова перевел камеру на себя. — Херню не неси. Ты ж Серёге не разрешила твоё имя указать, поэтому он указал мой салон, типа там забивали модель. И всё, пиздец! У нас запись уже на год вперёд. Я целый день в ахуе тут сижу. Пришлось всех подряд тягать, чтобы хоть как-то народ записать! — Хуя струя… — прошептала я, застёгивая штаны. — Тебе Серёга не звонил, что ли? — Нет. - Выходя из комнаты,я потопала к прихожей обуваться. — Ну, он мне звонил. Говорит, что тебя теперь все хотят в качестве модели. — Модели? — переспросил Миша, поднимая бровь. Я замахала рукой:мол, не обращай внимания. — Ну, хуй знает. Я-то, в принципе, не занята, да и копеечка лишней не будет, — почесала затылок, оглядываясь в поисках куртки. — Бери мою, — предложил Лёша, кивнув на вешалку. Я показала ему«окей». — Ты не одна? Неужели наконец-то парня завела, или всё продолжаешь отшивать всех направо и налево? — захохотал Антон. — Братья, — коротко отрезала я. — Да ну? Ты говорила, у тебя только сестра, — не унимался он. Вот жук, ещё и с хорошей памятью. — У тебя есть сестра? — синхронно спросили близнецы, и я поняла, что разговор уплывает в опасные воды. — Вот, — перевела камеру на троицу на диване. — Воу! — лицо Антона на экране выразило неподдельный интерес. Оценил красавцев. — А то. — Короче, набери Серёге. Он, кстати, к тебе должен приехать, — сказал Антон, когда я уже почти выходила из квартиры. Я застыла на пороге. — В смысле, ко мне? — уточнила я, и сердце ёкнуло. — Ну, в плане, в Москву. К тебе. Где вы там говорили и всё это, — пояснил он. — А… фух, — я даже руку приложила к груди. — Я уж подумала, он мой адрес выцепил как-то. — Да нормальный мужик, честно, — улыбнулся Антон. — Мужик мужику рознь, — пробормотала я, выходя на лестничную площадку и прикрывая за собой дверь. — Ладно, у меня тут вечер в кругу семьи и всё такое. — Ага, я вижу, — хмыкнул Антон. — Я за пивком. Ты шооо, — улыбнулась я в камеру. — Давай, на связи, если что, — бросил он и сбросил. Вот люблю таких — быстро заканчивают разговор. Конечно, реклама… Интересный поворот. Я как-то и не ожидала такого повторного перформанса. Но в прошлый раз мне мало того, что байк подогнали, так ещё и деньгами не обделили. Залетаю в знакомый магазин у дома и сразу ищу глазами кассиршу. — А я вернулась! — подхожу к Лиде и лезу в обнимашки. Сегодня просто тянет на тактильность, хочется тепла и простого человеческого «ты вернулась». — Сашенька, я уж думала, не увижу тебя больше, — ласково улыбнулась она, слегка похлопав меня по спине. — Опять травиться? — Естественно! — рассмеялась я в ответ. Накопив целую гору пива (с запасом), всяких снеков и забрав у кассы блок сигарет, я уже собиралась выходить. — Вечером тебя ждать? Или всё взяла? — спросила Лида, пробивая последние позиции. Я задумалась.Тащить одной эту тяжесть… Может, парней позвать? — Как получится, — честно ответила, получая в ответ ещё одну тёплую улыбку и итоговую сумму. Пакет оказался адски тяжёлым, но настроение было на подъёме. На подходе к подъезду телефон снова залился звонком. Проигнорировав, одной рукой открываю дверь, втаскиваю пакет в прихожую и только потом смотрю на экран. — Лёгок на помине, — выдохнула я, увидев имя «Сергей». — Алло. — Красавица моя, лучезарная моя! — раздался в трубке маслянистый, довольный голос. Я невольно поморщилась,будто лизнула лимон. — Ближе к сути, — попросила, пытаясь одной рукой донести пакет до кухни, но Миша оказался проворнее. Освободившись, я плюхнулась на стул. Поставила на громкую ибо понимала что потом близнецы начнут переспрашивать, "а кто это?" " а что он хотел? ". — В общем, ты произвела фурор, детка. У меня телефон разрывается. Запросов на тебя — как на горячие пирожки, — почти пел он. Я тяжело вздохнула. — Че там хоть? — Три обложки и четыре клипа. Причём один — от очень популярной группы «Гроузы». — Чего? — рядом сипло кашлянул Саша, давясь только что открытым пивом. — Знаешь их? — переспросила я у него. — Ты там не одна, что ли? Как всегда с охраной? — засмеялся в трубке Сергей. Ведь и правда. Если ехать к нему — одной страшновато. Надо будет Диму спросить… Хотя, если условия будут как в прошлый раз, нам обоим будет неловко. — Ага, — сухо ответила. — Включай камеру, покажу кое-что, — предложил он. — Да блять, — фыркнула я, но перевела телефон в режим видео. За моей спиной, как нарочно, выстроились близнецы. Я повернулась к ним с немым вопросом. — Ого, это что за красавцы! Слушай… — начал Сергей, и я уже видела, как он мысленно потирает руки. — Моё. Не трогать, — отрезала я. Он рассмеялся. — Пригоняй к нам на выходных, и парней захватывай. Нам как раз на один проект близнецы нужны. — А не дохуя ли ты хочешь? — огрызнулась я. Тащить близнецов в эту авантюру жизни совсем не хотелось. — Парни, что скажете? — проигнорировав меня, он обратился напрямую к ним. Я повернула камеру на близнецов.Они переглянулись и пожали плечами в унисон. — Можно, если заплатят, — прозвучал их синхронный ответ, и из телефона донеслись звуки ликования. — Короче, скидывай референсы. Обсудим завтра. А сейчас я хочу пива и тишины, — бросила я и сбросила вызов. — И что это было? Про что он? — посыпались вопросы от близнецов. — Антоха, — начала я, — бил мне татухи. И там же свел меня с тем типом, который снял рекламу к новому мотоциклу. Я там типа модель… — Пока говорила, нашла в телефоне ту самую фотосессию и показала им. — Ахренеть! — синхронность у них была на высшем уровне. Миша тут же полез задирать мне футболку,чтобы проверить мои слова. Я лишь покорно приподняла край, открывая бок с черными полосами. — Или мне раздеться? — фыркнула. — Ну ты… — парни не находили слов, только разглядывали меня с новым интересом. — Сама в ахуе лютом. Съездила забиться, называется, — усмехнулась я, и нам снова стало смешно. В дверь постучали — приехала пицца. Пока мы ели и пили, я успела рассказать всё, что приключилось со мной в Питере. Не обошлось без уточняющих вопросов, особенно про Максима. — А вот сейчас кого с собой брать — вообще без понятия. Одной ссыкотно туда соваться, — призналась я наконец. — Почему? — спросил Саша. Он уже отогрелся, раскраснелся от пива и выглядел добрым и немного сонным. — Не хочу, чтобы меня трогали, — выдохнула я. — Так мы ж постоянно к тебе прикасаемся, — уточнил Лёша. — Вы мне как семья уже. А там — какие-то левые дядьки, которых я не знаю. У них, знаете ли, нет информационной полосы с мыслями, — пояснила я, жестикулируя, будто рисую эту самую полосу в воздухе. — Можешь Саню с собой взять, — кивнул Миша в его сторону. — В теории, можно, — кивнул и Саня. — Да мне как-то неловко о таком просить, — замялась я. — А из окна прыгать тебе не неловко было? — вставил Лёша, и я тут же принялась колотить его по плечу кулаком. — Уже вечер, кстати, — намекнул Миша, посмотрев на часы. 22:38. — Бля. Ну ладно, я гулять. Завтра, кстати, вас ждёт ещё сюрприз, — пообещала я, прихватив с собой нераспечатанную бутылку эссе, и потопала одеваться. За окном, несмотря на весну, уже стемнело и повеяло прохладой. Легкая ветровка справлялась, но дрожь, пробегавшая по коже, была скорее от алкоголя, чем от холода. Определенно, от алкоголя. Ибо на лестнице в подвал я чуть не свернула себе шею, даже освещая путь фонариком телефона. Постояв в темноте, я вошла в знакомую комнату и осветила её лучом. Пол здесь был относительно ровный. Взгляд упал на старые деревянные столы, за которыми мы тогда сидели с Незнакомцем. С трудом взобралась на один из них, устроилась поудобнее и стала ждать. Сначала я услышала шаги — далекие, эхом отдающиеся в пустоте подвала. Потом они стали ближе, четче. И наконец, когда они уже почти были у двери, раздался голос, низкий и спокойный: — Я тебя узнал.