1.19. Антон. Мой воспитанный член всегда встаёт при виде тебя.

— Стас, ты серьёзно сейчас? — я не знаю, какую эмоцию юзать, что в данный момент времени подойдёт под сложившуюся ситуацию, на моих губах застывает улыбка, но она ничуть не радостная.       Это улыбка, которая обычно возникает при абсурдных обстоятельствах. То, чего вообще никак не ждёшь, то, что нельзя объяснить с точки зрения логики, то что выбивается из моего восприятия мира. — Прости, но я не хочу терять лицензию и репутацию, — отзывается Шеминов.       И я понимаю, что он серьёзен, как никогда.       Хочется взбрыкнуть, сказать что-то по типу: ладно, мы коллеги, но как ты можешь растопать наш статус друзей так легко и просто?       Но я ничего не говорю, потому что понимаю, что Стас начнёт увиливать от ответа и найдёт оправдание своим действиям. А я буду выглядеть как наивный мальчишка, который считает, что самый близкий друг никогда не сможет предать.       За неделю до пиздеца       Я решил дать второй шанс своей романтичной натуре, которую я долго держал в подвале за ста замками и не выпускал показывать людям.       Первая попытка вывести эту часть моей личности оказалась неудачной. Цветы достались Арсению. Мда уж. Лучше просто не придумаешь. Хотя о чём это я? Самый разъёб был бы, если бы цветы пришлось вынужденно вручать Арсению на улице перед подъездом, где тусуются любопытные соседки Попова. Вот это заебись зрелище. Тогда Арсению точно бы пришлось продавать квартиру и покупать новую подальше отсюда.       Конечно, легче не становилось от того, что соседки не стали свидетелями такого представления с утра пораньше, но в общем-то отца Даши вполне хватало. Он убеждён на миллион из ста процентов, что мы с Арсением влюблённые голубки, а его дочка наблюдает этот разврат не выходя из квартиры.       Единственное, что успокаивало, что Алексей Незнаюкакоеотчество приехал сюда не только ради Даши, но и по вопросам, связанным с работой. И контроль с его стороны был только в первый день, когда он приехал вместе с нами в университет. В остальные дни Алексей пропадал в бизнес-центре, зависая в переговорных и конференц-залах. Этому были рады все. А для меня это отличный шанс устроить какое-нибудь свидание для Даши.       Короче, я подготовился максимально. Пришлось посмотреть разные романтические фильмы, чтобы понять, какие сюрпризы делают парни девушкам, чтобы их обрадовать. После этого я еще помучал чат джипити, полезная штука оказалась. Сразу мне выкатил целый список интересных и необычных свиданий, но я решил начать с чего-то попроще, потому что так меньше шанс лохануться.       Мне казалось, что я делаю что-то неправильно, потому что не знаю как оно вообще должно быть. Что там по канонам? Поход в ресторан? В кино? Кафе? Парк? Я решил отмести эти варианты и сделать их дополнительными. Чат джипити посоветовал не оставлять свою вторую половину на свидании без еды и обязательно покормить её. С этим и не поспоришь. В общем, я определился с местами, решив сделать сюрприз и не сообщать куда мы идём Даше.       Утром снова предпринял попытку вручить ей букет, надеюсь, что не придётся и этот отдавать Арсению. Иначе это вообще перестанет казаться смешным. Дверь, конечно, открыл сам Попов и посмотрел на цветы с некоторым отвращением, похоже они сработали на него, как триггер, я даже усмехнулся. — Неси скорее их в комнату, пока папаня моей племянницы не появился из воздуха и мне снова не пришлось участвовать в этом цирке с дарением цветов, — Арс потянул меня за рукав, заставляя зайти в квартиру, а мне стало даже немножко весело, потому что если бы эта абсурдная ситуация повторилась дважды, у Арса бы точно скакануло давление или ещё чего похуже, — она ещё спит, поэтому я даже вручу тебе медаль, если ты сможешь её разбудить. — Легко, — я слабо улыбнулся. — Без разврата в моём святом жилище, — Арс пригрозил мне пальцем, — а то я уже отсюда вижу твои мысли. — Ничего подобного, — я закатил глаза, — мы ещё только за ручку ходим, так что не выдумывай. — Если бы от пиздабольства рос нос, твой бы уже утыкался в меня, — Арсений хмыкнул, — ладно, мне надо пораньше поехать в универ, если разбудишь спящую красавицу, то отвези её. — Само собой.       Я закрыл за Арсом дверь, снял с себя куртку, обувь и прошёл в комнату Даши. Настоящее сонное царство. Даже шторы плотно закрывают окно, не позволяя слабому свету фонаря проникнуть в её комнату. Сама Капралова с головой спряталась под одеяло и видно только как легонько поднимается кусок ткани, когда она тяжело вздыхает и, судя по всему, меняет положение руки. Я включил свет, услышав недовольно мычание из-под одеяла: — Арс, выруби это солнце ядерное, я никуда не пойду. — А если не Арс? — я положил букет на прикроватный столик, осторожно откидывая одеяло и смотря на сонное лицо девушки, на её спутанные тёмные волосы, на то как она морщит нос от недовольства и жмурится от света люстры. — Разрешу тебе здесь остаться, если ты ляжешь рядом и мы поспим ещё несколько часиков, — она убирает волосы с лица и смотрит на меня, потом её взгляд привлекают цветы и она удивлённо смотрит туда, — ух ты, удачная попытка стать моим настоящим парнем?! — Угу, если из шкафа не вылезет твой папа и снова не придётся врать ему, то попытка и правда удачная, — усмехаясь, говорю я и сажусь на край кровати. — У меня очень болит коленка, — она подтягивается на локтях, двигаясь ближе к прикроватному столику и утыкается носом в букет, — какие ароматные. — Правда болит? — меня снова начинает жрать совесть изнутри; если бы я не сдался и не отпустил её проехаться на велосипеде одну, то всё было бы в порядке. — Очень, очень, — она шмыгает носом, — я останусь дома. И не пойду на учёбу. — А, — протягиваю я, внимательно наблюдая за реакцией Даши, — ладно, тогда сегодня вообще всё отменяется. — Всё? — она вскидывает брови. — Ну да, я хотел тебя позвать на свидание, мы бы сходили в одно интересно место, а потом покушали чего-нибудь вкусного, — вздыхая, говорю я, видя, как глаза Капраловой расширяются от удивления и она смотрит на меня, — но раз так, тогда тебе нужен покой и... — Свидание?! — она резко перегибается вперёд так, что между нами остаётся всего пара сантиметров. — Со мной?! Ты и я?! — она утягивает меня за собой, я едва успеваю выставить ладонь, уперевшись ей в матрац, чтобы не придавить её своим весом. — У тебя же коленка болит, — я провожу пальцем по её ноге, осторожно обходя то место, где у неё синяк после падения. — А? — она замирает. — Какая коленка? — Ах, даже так, — я смеюсь, утыкаясь носом в её шею, — так нельзя, ты в курсе? Хотела прогулять? — Не понимаю о чём ты, — она обнимает меня, её ладони оглаживают мою спину, — так что ты там про свидание говорил?       Я приподнимаюсь на локтях: — Это всё будет вечером, а теперь марш собираться. — Может не надо? — она подтягивает коленку к своей груди и тычет в неё пальцем. — Болит.       Я целую её в то место, куда она показывает: — А по-моему ты врёшь, чтобы откосить от пар. — Да неправда, — она вздыхает, — не отстанешь, да? — Ага, как и ты с велосипедом, — я приподнимаюсь и встаю на ноги, — шуруй в ванну, а я пока приготовлю тебе завтрак. — Нихера себе, даже завтрак, — она поднимается с кровати и берёт букет со столика, снова нюхает цветы, — ой, простите, вырвалось.

      ***

      Очень полезно иметь в этом мире связи. Точнее, иметь Серёжу Матвиенко. Нет, звучит как-то двояко. Иметь Серёжу Матвиенко в качестве друга — теперь хорошо.       Узнав, что я собираюсь устроить свидание, мой маленький — по росту, но не по возрасту — друг, с радостью вызвался мне помочь, чтобы я не оплошал. Когда я на досуге перечислил ему места, которые мне посоветовали в интернете, Серёжа только хмыкнул, а потом стал смеяться, утверждая, что это даже не романтично и подходит для людей, которые тридцать лет женаты и уже всё перепробовали. Короче, я лох — со слов Серёжи. В общем-то, послать его не получилось, потому что иначе бы он отказался помочь. Я стерпел его насмешки и подколы, а потом послушал его идею. Как он сказал: для начала это просто шикарно.       Он всё организовал, от меня требовалось только сообщить о свидании и привести Дашу в назначенное место в назначенное время, как в Битве экстрасенсов. С этим проблем не возникло. Услышав с утра о том, что я запланировал для нас интересный вечер, у Капраловой сразу перестала болеть коленка и вообще она довольно шустро собралась и вперёд меня вышла из дома, подгоняя, чтобы я скорее завёл машину и мы поехали в университет.       На самом деле мне было приятно и даже льстило, что она так отреагировала. В общем-то я и сам от себя не ожидал, что когда-то позову кого-то на настоящее свидание, а не просто в постель. Во мне уже давно что-то сломалось. Возможно я начинаю стареть, хотя ещё слишком рано для этого, как я люблю говорить — мне всего-то немного за тридцать. Смешная цифра, если позитивно смотреть на жизнь и быть уверенным в том, что доживёшь до ста.       На самом деле, идея для свидания не была какой-то необычной, в какой-то степени даже банальная. Но Серёжа чуть ли опять не поклялся на своих дорогущих винирах, что это отличный вариант для начала.       Он воспользовался своими знакомствами и договорился с одним другом, чтобы тот предоставил целый кинозал для нас двоих с Дашей, а потом договорился ещё с другим — и после кино нас ждёт продолжение в уютном ресторане, в котором тоже не будет посторонних людей, только официант и повар, который останется работать чуть ли не за пятикратную доплату после фактического закрытия заведения.       В общем, день в универе прошёл легко и просто, не считая Лолы, которая теперь радостно общалась со мной и не упускала возможности напомнить мне, что она знает "секретик" касающийся моей ориентации. Тю. Какая же она всё-таки вредная в плохом смысле этого слова. Арс так вообще уже подумывал над её убийством и сообщил мне об этом, когда наливал кофе, сидя за своим столом на кафедре. Попову сразу веришь. В его голубых глазах блеснул опасный огонёк, когда он перевёл взгляд на Лолу после очередной её выходки. Но я напомнил ему, что в мои планы не входило носить передачки ему в тюрьму и ходить на свидания. От слова "свидания" его тоже передёрнуло. И мне стало смешно. Правда смеялся я недолго, потом Лола снова обратила на меня внимание и мне пришлось уверять Вселенную, что я больше никогда не буду смеяться над моим другом, лишь бы она меня не наказывала испытанием в виде Лолы.       После универа я отвёз Дашу домой, чтобы она могла подготовиться и переодеться, а сам поехал к себе. В общем-то, я долго выбирал в чём идти, испытывая реально трепет внутри, как будто никогда не был знаком с Дашей и впервые иду с ней на встречу. Я выбрал белую рубашку, чёрные брюки — Арс их называл парашютами на которых не страшно прыгать с самолёта в случае его падения. Надел часы, уложил волосы, чтобы они выглядели ухожено, и попшикал на себя парфюмом. Короче, прихорошился максимально.       Почти в десять часов вечера, я поехал за Дашей. Она вышла спустя десять минут после того, как я припарковался, и села вперёд на пассажирское сиденье. — Ты блин партизан! — не привета, не мине... Нет, так не будем говорить, в общем без приветствия сразу к претензии. — И я тоже рад тебя видеть, — усмехаюсь я. — Что такое? — Целый день молчал и не рассказывал, куда мы едем! Я вся извелась! — Какая ты нетерпеливая. — Да, ты не представляешь, как мне тяжело живётся, когда я не знаю, что за сюрприз мне приготовили, — едва ли не обижено заявляет Капралова. — Да что ты говоришь? — продолжаю насмехаться я. — Ах ты! — она недовольно фыркает и вздыхает. — Я даже пыталась терроризировать Серёжу. Но он жук! Молчит тоже! — О, Серёжа бы не стал сдавать такую информацию, — я выезжаю со двора и двигаюсь по главной дороге. — И всё же, — боковым зрением замечаю, как она двигается ближе ко мне на сиденье, — куда мы едем? — Это перестанет быть сюрпризом, если я скажу, — отзываюсь я, сосредоточено глядя на дорогу. — Как же тяжело.       Мне становится смешно с такой её реакции, но я не подаю виду. А то и так мучал девчонку целый день, избегая разговоров о свидании. Боюсь, она меня просто уничтожит каким-нибудь подручным средством.       Не взирая на пробки, мы довольно быстро доезжаем до кинотеатра, она вперёд меня выходит из машины, порыв ветра едва ли не сносит её на каблуках, я подхожу ближе и кладу ей ладонь на спину: — Ты могла одеться по-летнему? На улице погода как в Турции. — Я слышу эту нотку сарказма, — она хмыкает, — я хотела быть красивой. — Ты всегда красивая, — вырывается у меня, и по-моему не только я сам от себя в шоке, но и Капралова: — Вау, полегче, твой романтик за столько лет оголодал и ждал, когда его выпустят на волю? — Похоже на это, — отвечаю я, — пойдём, а то ты замёрзнешь.       Мы заходим внутрь здания, нас встречает тот самый хороший друг Серёжи, он сам лично проводит нас до зала и желает хорошо отдохнуть, подмигивая и уходя.       В зале и правда никого нет. Он абсолютно пуст. Даша осматривается: — А где народ? — Будем только мы, — отзываюсь я, — можешь выбрать любое место. — Только мы? — переспрашивает Даша. — Серьёзно?! — Да, — снова подтверждаю я. — Охренеть, — она смотрит на меня глазами полными восторга, — это буквально моя мечта.       Я обожаю Серёжу. Как друга, естественно. За его идеи и за помощь. И за возможность видеть сейчас искреннюю радость в глазах Капраловой.       Она занимает место посередине практически в последнем ряду, я сажусь рядом и только сейчас в зале гаснет свет, загорается экран, сначала показывают рекламу, а потом начинается фильм. — Что хоть за фильм? — интересуется Даша, поворачиваясь ко мне. — Точно не ужастик, — кривлюсь я, вспоминая, как эта мадама затащила меня в кино под предлогом, кажется, глянуть комедию, а в итоге я весь сеанс чуть ли не откладывал кирпичи для будущего кирпичного завода, потому что комедия оказалась фильмом ужасов.       Она начинает смеяться: — Я бы повторила это с тобой. — Спасибо, ты так добра ко мне, — я закатил глаза. — Я любя.       Она кладет свою голову мне на плечо и мы смотрим на большой экран, где уже закручивается какой-то сюжет с самых первых секунд.       Правда, интересно было только до середины, потом в фильме началась какая-то дурь, словно у сценариста закончилась фантазия, а доснять как-то надо. Я практически засыпал, поглаживая ладонь девушки, чтобы окончательно не уснуть. — Я думал фильм будет интересный, — зевнув, сказал я. — Я знаю, как тебя разбудить, — она убирает свою голову с моего плеча и я вижу как меняется её взгляд, понимаю к чему она клонит. — У нас ещё впереди плотный ужин, — говорю я, словно стараюсь отговорить её от того, что она собирается сделать.       Нифига, с первым свиданием я ещё и назад переживания по поводу секса приобрёл? Моя уже несуществующая девственность под угрозой. Я усмехаюсь собственным мыслям. — Ты давно таким недотрогой стал? — с насмешкой в голосе спрашивает Даша. — После камер Стаса в подсобке универа у меня травма, — с той же весёлостью в голосе отвечаю я. — А мне понравилось. — Да ты извращенка. — Возможно, — она хихикает и её пальцы уже тянутся к пуговице на моих брюках, — а кто мне запретит быть такой? — Никто, — я чувствую как внизу живота появляется тепло, которое стремительно направляется в область паха.       Нет, это точно какая-то физиологическая проблема, которой раньше не было. Чтоб от одного только прикосновения даже не к коже, а к штанам, я уже весь был, как жареный блин на сковородке, это нечто.       Между тем, Даша уже с лёгкостью расстегнула пуговицу на моих брюках и следом с характерным резким звуком молнию. Я неосознанно подвинулся на сиденье немного вперёд. Это было какое-то сумасшествие. В моей жизни всегда существовала только квартира, на крайняк машина, чтобы заниматься таким. А это уже второй эпизод вне дома...или давно не второй? Я сбился со счёта. Её ладонь накрыла мой пах через ткань брюк и я до боли прикусил кончик собственного языка, стараясь не слишком очевидно плавиться от воздействия этой девушки. Хотя на кой чёрт притворяться?! Я накрываю её ладонь своей и сильнее прижимаю к своему возбуждению. — Мне кажется ты уже не хочешь спать? — с насмешкой спрашивает Даша, я притягиваю её свободной рукой за завязки от блузки на шее и впиваюсь в губы с требовательным поцелуем.       А дальше всё происходит слишком быстро. Это не медленный секс с прелюдией, растянутый на долгое время. Она торопливо спускает мои брюки вместе с боксёрами чуть ниже, освобождая мой возбуждённый орган, которому уже и так стало тесно и ткань причиняла дискомфорт. Я расстёгиваю её штаны, опуская их вместе с трусиками до самых щиколоток, усаживаю девушку к себе на колени спиной ко мне, потому что так удобнее нам двоим, и сжимаю её бедра, словно желая оставить отпечатки на коже. Мои пальцы тянутся к её складочкам между ног, я раздвигаю их и касаюсь её там, чувствуя, как много естественной смазки уже выделилось, задеваю комочек нервных окончаний, она вздрагивает. Я приподнимаю её чуть выше за бёдра, приставляю головку ко входу и резко сажаю на себя, она цепляется за подлокотник у сиденья и начинается двигаться сама.       Мои руки сильнее сжимают её бёдра и теперь нет никаких сомнений, что там появятся синяки. Я отклоняю голову на спинку сиденья, наблюдая за тем, как она движется. Даже так, не глядя в её голубые глаза, я думаю о них, о её чертах лица, о том, как она наверняка кусает губы, как её зрачки расширяются.       Она двигается чуть быстрее и я чувствую, как внизу всё сводит. Я останавливаю её всего на секунду, для того, чтобы удобнее устроиться на сиденье и взять ведущую роль на себя. Заставляю её буквально лечь на меня, её спина припадает к моей груди, она немного поворачивает голову и оставляет поцелуй на кончике моего носа. И от этого невинного жеста почему-то внутри всё переворачивается, начиная пылать ярким пламенем. Скольжу пальцами по нежной коже её ног и подхватываю под колени, удерживая навесу. Наращиваю темп, утыкаясь носом в шею, вдыхая приятный женский парфюм, который уже не первый день сносит мне крышу, покусываю её кожу. Даша хватает меня за руку: — Стой. Стой. Стой.       Я покорно останавливаюсь. Не смотря на то, что кровь уже давно приливает к другому месту, а не к мозгу, я всё же имею способность соображать. На секунду закрадывается мысль, что я сделал ей больно. И я уже готов прекратить это всё, но слышу её сбивчивое дыхание и полуохрипший голос: — Под этим наклоном ты задеваешь какую-то очень чувствительную точку, ещё немного и я просто взорвусь. — Но мы ведь оба этого хотим, не так ли? — я кусаю мочку её уха, вновь погружаясь внутрь, чувствуя, как сам приближаюсь к тому же самому взрыву, о котором сказала Даша.       Ещё несколько ритмичных толчков и меня буквально разрывает изнутри. В ушах пару секунд звенит, тело расслабляется, мозги перестают соображать. Она всё ещё сидит на мне и я касаюсь её и без того возбуждённого бугорка между складочек, доводя до такого же состояния, в каком пребываю я сам.

***

— Я вот думаю, в кинозале ведь по-любому есть камеры, — говорит Даша, когда мы уже сидим в ресторане и ужинаем. — Нет, пожалуйста, не говори о них, — я едва ли не давлюсь кусочком стейка, — Стас уже видел меня голым, если увидит кто-то посторонний — это будет психологическая травма номер два. — О, я буду тебе нагнетать с этой темой про камеры, чтобы ты окончательно сошёл с ума, — она смеётся и делает глоток вина, я улыбаюсь в ответ, знаю, что меня ждёт много дней, когда Даша будет изводить меня, напоминая о дурацких камерах, — жалко, ты сегодня решил быть максимально трезвым. — Я ещё должен отвезти тебя домой, — говорю я. — Отвези к себе. — Я не против, — с лёгкостью соглашаюсь я.       Мы ужинаем, разговариваем, смеёмся, она дурачится, а я просто засматриваюсь в моменте, ощущая нечто тёплое внутри. Но это не возбуждение, не похоть. Это что-то другое. Ещё не до конца знакомое мне. Однако возникает уже не первый раз. И я понимаю, что серьёзно влюбился в человека, который сейчас сидит напротив меня и специально дразнит разговорами о Лоле, об ориентации и Артуре.