5

Траур в доме Сано после похорон Сакуры не продлился долго. Дедушке Мансаро нужно было и дальше принимать учеников для преподавания. Шиничиро готовиться к выпускным экзаменам. Эмме приспосабливаться к новой жизни; а Хане и Манджиро настраиваться к совместному поступлению в начальную школу. Хоть никто не принимался отпустить тупую боль от потери близкого, но жизнь продолжать приходилось.   Хана на удивление всех делала успехи в тхэквондо. Если дед Мансаро ранее не принимал девчушку на серьезный счет, считая спорт её временным увлечением из-за Манджиро, но после постепенных улучшений навыков и стремительных стараний поменял свое мнение.  Майки часто наблюдал, как его подруга тренируется отдельно от группы. Хана миниатюрная и не такая уж сильная, но училась опираться на свои сильные стороны: гибкость, ловкость и ноги, — что очень важно для тхеквондо.  — Почему ты занимаешься тхэквондо? — Подал воду Манджиро для Ханы, которая присела рядом отдохнуть после упражнений. — Есть же более девчачьи штучки. — Девочка жадно прилипла к бутылке, пока не утолила жажду.    — Стану сильнее и меня никто не победит. — Вытерла рот рукавом добок. — Тьма всегда выбирает сильных, но если хозяин не справляется, она губит его. — Манджиро удивлённо посмотрел на Хану.  — Но тьма нас отпустила! Теперь можно не бояться её. — Девочка посмотрела Майки пустым черным взглядом, от которого ему стало не по себе.  — Пока еще у тебя есть выбор, Манджиро. — Мальчишка не хотел слушать больше Хану и убежал в дом, так и не сказав и слова.  *** Так прошли и другие два года. Хане и Манджиро и Баджи уже по восемь, те резвятся, веселятся и живут полной жизнью. Шиничиро надумал, чем будет заниматься в будущем и, чиня байки на дому, планировал через два года открыть автомастерскую почти сразу после окончания старшей школы. Эмма собирает коллекцию модных и кулинарных журналов, а дед все так же хвастается своим закалом и здоровьем, которому позавидуют многие взрослые.  Не сказать, что Шиничиро был без ума от детей и видел лишь в них ангелов —  когда родной младший брат был на вершине озорных чертят, — но своих он очень любил и ценил. И увидев модельную фигурку самолета, парень сразу же подумал о Манджиро. Так и вышло, что выходя из магазина, его руки полностью были забиты подарками: сладости для Баджи, Ханы, Сенджу и Харучие, самолетик для Майки и плюшевый мишка для Эммы.  Было забавно наблюдать, что Манджиро, который не ценит ничего, что было бы несъедобным, бегает по дому, чуть ли не спотыкаясь, с игрушечной моделью самолетика. Жадным Майки был всегда, а хвастуном еще до рождения, так что своим подарком давал любоваться только с далека и не менее десяти шагов расстояния. Только Хана удосужилась чести подержать самолет, но и то не более нескольких секунд, — но и на том Сенджу начала завистливо смотреть.  Когда Майки наигрался, то аккуратно поставил свой подарок на полочку, там на подставочку, чуть ли не пылинки сдувать начал, а убедившись в его сохранности, без зазрения совести пошел играть с друзьями. Баджи сначала недовольно поглядывал на друга, но потом уже и забыл свои обиды, а Харучие и Хане хватило еще первоначального минутного восхищения, а после и забыли про модельку.  Пока дети резвились и убегали друг от друга, Сенджу забрела в одну из комнат, где была Хана. Юи стояла и с интересом смотрела самолетик, сложив руки за спину.  — Вауу. — С восхищением взглянула Сенджу на модель и, подбежав ближе, поставила свои маленькие ладошки на тумбу, побольше вытягивая голову, чтобы хватиться за шанс рассмотреть со всех сторон. — Крутой, правда?  — И вправду. — Хана загадочно посмотрела на девочку. — Крутой. Хочешь поиграть?  Юи хитро прищурила свои бездонные глаза. Нечитаемые черные радужки заставили вздрогнуть от неприятного ощущения младшую Акаши, словно её заставляют пойти на преступления, дергая лишь за ниточки.  — Я…? — Сенджу удивлено показала на себя пальцем, а после неуверенно посмотрела на самолетик. — Ну Майки же не разрешил… — Трусишь? — Хмыкнула Хана. — Ну и трусишка, Манджиро бы все равно не узнал.  — Я не трусишка! — Сенджу аккуратно сняла модель с подставки. — Ну ненадолго же можно.  Сенджу побежала по коридору, а после по лестнице вниз, но её счастье продлилось не долго, пока она не споткнулась и не уронила самолетик, разломав его на мелкие детали. Девочка сразу подскочила на ноги и со страхом смотрела на сломанную модель. В голове моментально каша и в ни одна дельная отмазка не казалось хорошей.  — Кто?  Леденящий голос заставил девочку дернуться. Манджиро не злился, не плакал, а будто опустел. Его аура, эта удушающая атмосфера заставила глаза Сенджу заполниться слезами и задержать дыхание от страха.  Не в силах сделать и шагу из-за парализующего ужаса, который внушал маленький мальчик, приходилось только громко глотать воздух.  — Это Харучие. — В маленькую голову лишь пришел старший брат, который всегда отвечал за её ошибки и косяки. Страшно было принять вину за себя, ведь обычно солнечный Майки сейчас не был похож на себя.  Дальше было всё как в тумане. Манджиро, который с садистским удовольствием разорвал рот Харучие и заставил того смеяться, неожиданно появившийся Шиничиро, кое-как оторвавший младшего не адекватного брата от Акаши, и спокойно сидящая Хана, наблюдающая за всех сценой с еле заметной улыбкой.  Но когда Майки все еще не успокаивался и смотрел на всех своими белыми туманными радужками глаз как на своих жертв, Хана вмешалась и, подбежав, обняла его. Манджиро перестал вырываться, рычать, словно та забирала всю силу присущую ему себе, и вцепился в девочку как за спасательный круг, оставляя на её спине красные полосы от ногтей.  Манджиро, одному богу известно, с каким трудом выбрался из омута голосов и тьмы. Он плакал в голос от ужаса, который испытал, ведь это было похоже на приступ, не контролируемый им же самим. Это произошло так неожиданно, что когда Майки окутала сила и величие, злость и страшная черная ярость, он не успел ничего даже осознать.  — Смотри, Манджиро. — Начала шептать на ухо Хана, чтобы слышал только он. — Посмотри на Харучие.  Он оторвался от плеча Юи и посмотрел ей за спину. Вокруг Харучие крутился Такеоми и пытался вызвать скорую помощь, пока мальчик в ужасе зажимал рот полон крови. Майки побледнел от паники.  — Это все из-за тебя. Именно по твоей вине шрамы останутся навечно не только на его лице, но и на сердце. Теперь тебе никто не будет доверять как раньше, кто бы, что не говорил. — Добивала Хана. Манджиро всем нутром чувствовал, как Юи улыбалась, нежно шепча на ухо, пока он сам сходил с ума от происходящего . — Я же предупреждала: выбирай меньшее из зол, ведь потом у тебя не будет выбора.  И впервые в голову Майки закралась мысль, что: раз они с Ханой одинаковые, то девочка тоже представляет опасность. Может даже больше его самого, ведь секрет Юи в том, что она может контролировать тьму.