15 Убери руки или я примотаю тебя к стулу

      Каникулы в Мексике       Мехико, Мексика, 03.13.2024, CAT 2:50 AM       Капитан Джон Прайс       22 полк SAS, ОТГ-141              — Браво, у вас две с половиной минуты. Вертолет в зоне посадки, ведется обстрел.              — Соуп. Отходим.              Мактавиш дострелял магазин, отвернулся в укрытие, и Прайс кивнул ему, чтобы уходил глубже в здание, пока перезаряжается, пока Прайс прикроет. Когда Соуп поддержал огонь откуда-то из-за колонн, Прайс и сам ушел из позиции. Они убрались в узкий коридор. Послышалась свистящая очередь пулемета с вертушки и звуки бьющегося и сыпящегося стекла и разлетающегося в крошку бетона, но им вслед все еще палили.              Когда ушли глубже в здание, вертолетный огонь перестал доставать, и за ними в коридор вывалили несколько человек. Они с Соупом вылетели на лестничную площадку, где их встретил Гоуст. Бросил гранату, запер дверь. Когда взорвалась, они уже втроем бежали четвертый пролет вверх.              — Быстро-быстро-быстро. Шевелись. Гас!              — Уже на крыше, Браво-6, прием.              — Сколько.              — Минута тридцать и улетаем.              Лестница наконец уперлась в запертую дверь. Соуп расстрелял замок еще в нескольких метров, они выбили дверь с корнями. Гоуст задержался, бросив на лестницу вторую гранату, и их окатило грохотов выстрела и сыпящихся лестниц с одной стороны и грохотом лопастей вертушки, зависшей над крышей, — с другой. Борт вертушки защищал от огня, который открыли с крыши здания напротив, и Прайс, поскольку кричать было уже все равно, махнул Гоусту рукой, чтобы шевелился — стрелял в дальний угол крыши, где из такого же навеса вывалило шесть или семь человек.              Он бросил оружие на одноточку. Гас, уже в вертолете, открыл огонь вместо Гоуста, который бросился к вертушке. Прайс запрыгнул на помост с Соупом одновременно. Гоуста они затянули за руки, когда пилот уже начал набирать высоту. Гас, чтобы не перезаряжаться, продолжил стрелять заграждающим с винтовки Соупа, которую тот забросил в вертолет вперед себя. Сначала спасал само ценное, шотландский чертила.              Митчел показался из-за пулемета на борту.              Вертолет брал выше. Щекотка пуль по обшивке уже ничего не значила. Прайс удержался за ручку, когда вертолет круто ушел вбок, чтобы скрыться от огня с крыш.              — Браво-6, диск забрали, возвращаемся.              — Принято, Браво-6, — ответила гарнитура. Должен был последовать еще конец связи, но не последовал. Прайс прижал к уху маленький наушник. — Планы изменились.              Шум и кратковременные помехи отметили выход на линию еще одного слушателя.              — Прайс, — Ласвелл Прайс узнал. — Вылетаете в Бельгию через сорок минут прямым коридором из Гвадалахары.              — Что с Лус Сьелос?              — Операцию закончит Дельта. Передайте данные по защищенному каналу. В вертолете есть средства связи.              — Так точно.              — Хорошего полета. Отдохните.              Прайс бросил флешку Митчелу — пусть разбирается с передачей данных. Слышал, не дурак. Они с Райли оседлали ноутбук.              — Был в Брюсселе, кэп? — спросил Соуп. Прайс отрицательно покачал головой. — Кому мы там нахер потребовались?              — Есть один. Кандидат, — сказал Прайс. Если Ласвелл советует отдохнуть в перелете, значит они без передышки уйдут на другую операцию. Прайс представлял себе только одного человека, способного вынудить Ласвелл отозвать ОТГ из Латинской Америки ради немедленного погружения в другое дело. Не видел его почти два года с тех пор как он уехал из Лондона.              С тех пор как она уехала из Лондона.                     Каникулы в Брюсселе       Брюссель, Бельгия, 03.14.2024, CET 00:31 AM       Мастер сержант Кельвин «Сэндман» Уолш       USSОСОМ, ACE (1st SFOD-D, Delta Force), группа Металл              — Чего-то еще ждем, сэр?              — Не чего-то, а кого-то.              Мерфи обвела взглядом присутствующих. Среди присутствующих была группа Сэндмана в полном составе. Парни сидели на стульях вокруг стола. По смежную сторону стола сидела другая группа во главе с мастером-сержантом Гетнером с позывным Гейз и вместе с Мерфи и Ласвелл, тоже показавшейся в дверях, в комнату вошло еще четверо из Дельты.              — Сэндман, Гейз, это группа Оникс, топ Моргентау, — назвала Ласвелл.              — Сол, — назвался он позывным. Посмотрел на Ласвелл и Мерфи. Кейт он кивнул, Мерфи отозвался: — Мэм.              Мерфи бросила на него короткий взгляд вместо приветствия, незаметно улыбнулась, но была занята чем-то в телефоне и снова опустила на экран глаза.              Они пожали руки с Сэндманом. Пересекались в Катаре чуть меньше года тому назад. Гейз приподнялся со стула, чтобы тоже подать руку. Ласвелл пальцем прижимала к уху гарнитуру и хмурилась — ей не нравилось, что ей говорили, и она потянула Мерфи под локоть. Она переписывалась в телефоне.              — Занята?              — Оммерсон, — сказала она негромко, объяснив, что в телефоне ее так занимает.              — Грейс, у них нет допуска. Они поднимут вертолет, если ты их не встретишь.              Мерфи нахмурилась.              — Они же считают себя спецназом, они серьезно не могут войти в здание без пропуска? — спросила Мерфи, и Ласвелл усмехнулась. Сказала в гарнитуру:              — Мерфи подойдет.              Та набрала по телефону звонок и приложила к уху. Еще раз осмотрела людей в комнате. Работала со всеми из них.              — Ведите себя хорошо, мальчики. Пять минут, и начнем — сказала она и ушла из комнаты, ответив, видимо, Оммерсону по телефону и вкладывая телефон между плечом и головой. Сэндман проводил ее взглядом. Гейз усмехнулся.              Комната не была предназначена для такого количества людей и хотя была просторная, за столом мест было немного. Сэндман поднялся. Ласвелл стояла с ними, просто чтобы не оставлять их одних. В комнату, пока Мерфи не было, заглянул очкастый парнишка, который ее и искал. Немного ошалел от того, сколько военных набилось в комнату. Сэндман даже не знает, есть ли еще хотя бы одна Дельта в Европе сейчас. Большая команда для серьезной задачи. Мерфи на его памяти специализировалась на более тонких диверсиях. Таким составом только крупные чистки исполнять.              Парни Сэндмана подначивали мальчиков Сола. Упали отжиматься.              — Разрешите перекурить, — сказал один из сержантов.              — В здании запрещено курить, — сказала Ласвелл.              — Мерфи затрахает таскать всех кого ни попадя в Брюссель. — На парня, который это сказал, поднял взгляд исподлобья Сол. Гейз переглянулся с Сэндманом.              — Рот-то закрой, — сказал Сэндман.              — Топ, да я… — он сдал.              — Рот. Закрой, — напомнил Сэндман. Ласвелл тактично проигнорировала короткую перебранку. Парни поднялись с пола, задолбавшись жать без разгрузки. Сэндман вышел в коридор.              В коридоре стояло приглушенное ночное освещение. Сэндману довелось бывать здесь еще до того как Мерфи притащили в Брюссель из Лондона. Днем свет слепил белым. Было достаточно безлюдно, и в коридоре переговорных комнат не было других сотрудников. Сэндман вообще не был уверен, что эти комнаты предназначены для брифингов военным. Скорее для совещаний каких-то высокопоставленных подонков — с тв, проекторами, флипчартами и кулерами с водой.              На той стороне коридора открылась дверь, ведущая на лестницу. Мерфи вышла первая в дверь, которую для нее открыл крупный мужик, которого Сэндман не знал, в военных штанах и берцах и футболке в обтяг. За ней следом вышли пятеро. Капитана Прайса Сэндман узнал по панаме. За ним следом шел Гоуст — Сэндман мало кого знал по имени из чужих команд, но этого парня было трудно с кем-то перепутать — носил маску. На груди и рукавах светлой водолазки под разгруз были пятна. Кровь. Учитывая, что вся команд шла наполовину в боевом снаряжении, только сняли разгрузки и обвес, они только что с места. Следом шел в кепке Гас. По правую руку от капитана пружинистой — бодрой для двенадцатого часа ночи — походкой шел тот парень с ирокезом Соуп с проблемами с английским. Митчел — Сэндман его узнал, когда они подошли ближе — шел сзади, задержавшись, потому что придерживал дверь.              — Не передрались? — спросила Мерфи, когда подходила. Кивнула на переговорную комнату. Сэндман ответил, что нет. Они пожали с Прайсом руки. Хотя курить в здании было запрещено, Прайс-то шел с сигарой. Она дала им всем пройти вперед нее. Они с Ласвелл неслышно перекинулись парой слов у входа в переговорку, пока команда Прайса рассаживалась. Наконец, Мерфи вошла в комнату, закрыла за собой дверь.              Обычно она на брифингах была с печатными материалами, но в этот раз достала кликер и включила тв. Экраны засветили полутемную комнату, и разговоры притихли.              — Джентельмены. Грейс Мерфи, с кем не знакома, — она знала группы в лицо, Сэндман знал, что она и в личные дела заглядывает. Назовет их всех по именам-фамилиям и ключевым показателями фитнес теста. — Совет по разведке.              Пока телевизор принимал изображение от подключенного в уголке ноутбука, она разглядывала людей в комнате. Ждала вопросов, которых естественно не последует.              Прайс закурил. Она ничего ему не сказала.              — Сегодня ночью санкционирован старт операции Homecoming. Вы здесь для короткого брифа, вылет через два часа, — она посмотрела на тв.              Она отошла подальше, чтобы ей было хорошо видно широкоформатную картинку. Оказалась почти за спинами у ребят. Она говорила негромко, но достаточно отчетливо в комнате такого размера. Слайд сменился. Карта Ближнего Востока. Масштаб увеличился. Потом еще. И еще. Были размечены символами ключевые регионы операции. Сэндман их группу определил там быстро. Не были подписаны, но поскольку Мерфи дотошная тревожница, их группа пойдет с воды — так сложились карты специализации. Гейз вероятнее всего будет работать в глубокой пустыне, где размечены местоположения строений слишком мелких, чтобы отрисовать на карте такого масштаба, с авиа-группой. Группа Сола пойдет в город. Похоже, его парни что-то об этом знают, иначе бы их здесь не было.              Мерфи дала время рассмотреть локацию.              — Господа, у вас четыре задачи. Первые три связаны с местом высадки каждой группы Дельты. — Далее на каждый щелчок кликера группа за группой слайд менялся. — Сэндман — с моря. Ваша задача — ликвидировать два объекта — это старая вилла Белькура и подземный склад к шестнадцати милях к востоку. Ожидайте глубокое сопротивление. Убедитесь, что ликвидированы следующие лица: — Слайд сменился. Лица были вырезаны с живых фото недавней съемки. — Информацию для ознакомления будет у вас при перелете.              — Понял.              Она переключила дальше.              — Сол — вас ждет агент в городе. Найти и обнаружить Салима аль-Наими. Он славится тем, что подонок, но у него дочь Зейнеп в посольской школе в Саудовской Аравии, не могу утверждать, что Эр-Рияд совсем не против этого, но забрать малышку вы сможете. Ей девятнадцать лет, но давайте без крайностей. Используйте как рычаг, допрашивать не надо, она мало знает. Аль-Наими если увидит, что ее вовлекли, охотно поделится контактами поставщиков из американского истеблишмента. Сообщите USSOCOM, дальнейшие распоряжения получите от американского командования.              Сол немного вытянулся в лице, но был спокойный, немного флегматичный человек. Покачал головой.              Сэндман знал, что Мерфи не пренебрегает возможностями манипулировать чужими семейными слабостями, с 23 года.              — Принято.              — Гейз — будете работать в пустынном регионе Шехри на границе совместно с французско-английской группой Air Force. Уничтожить склады. Локации придется уточнять, в районе сильно глушится связь. У вас будут автомобили для передвижения по пустыне.              — Принял, мэм.              Она посмотрела на то изображение, которое оставалось на тв, слишком долго. До этого листала очень размеренно, не теряя времени.              — Группы дельты после выполнения этих задач перехватит командование специальных операций США. Я ожидаю, что полная зачистка региона от наследства Федерации займет от трех до двенадцати недель. Возможно, мы подключим другие силы. Зависит от вводных.              — Каких вводных? — спросил Прайс.              Она посмотрела на него. И вот тогда переключила слайд.              — Прайс, — начала она. На слайде было два портрета. Мужчина и женщина. Мужчина был араб, но скорее из Северной Африки. Непожилой, не молодой. На фото улыбался, смотрел чуть пониже камеры. Фото было почти дружеское. — Вы работаете на вилле Ма аль-Кристал. Ликвидировать — Юнаса Белькура.              Справа от него было фото женщины. Белая. Абсолютно белая женщина. Стояла с ножом Ярборо в руке, касалась лезвием пальцев левой руки. Позади нее стояло несколько мужских фигур в арабской одежде, включая того, что был на фото слева, доставали из ящиков оружие, по силуэту отдаленно напоминающее модифицированный Калашников.              — И только живой. Айрис Джексон, — сказала она. Следующий клик вывел справа от фото женщины другое — как из личного дела. На фоне белой ткани, как фотографируют при вступлении на службу. Ежегодно. Стояла тишина, пока группа Прайса смотрела в слайд.              — Айрис Джексон? Ее хоронили в 2021 году, — голос Гоуста из-под маски прозвучал приглушенно, нехорошо. Сэндман перевел на него взгляд. Сидел, откинувшись на спинку стула, смотрел на снимок исподлобья.              — Было принято считать, что она мертва, верно, — сказала Мерфи.              — И чем она занималась?              Мерфи улыбнулась, прокликала слайды. Показались результаты тестов. Список операций. В комнате настала очень тяжелая тишина, когда стало ясно, что Айрис Джексон не просто белая.              — Похвальное любопытство. Для тех, кто не в курсе, — она посмотрела на Соупа. — Экс-SAS. Будьте внимательны, она хорошо обучена. Была в 15% своего набора. Отличилась в операциях. Нельзя этого утверждать, но вероятно убила капитана своей группы при вылете в 2021 году. Тогда их действительно считали погибшими в полном составе, Райли прав, но в 2022 года разведка занялась Федерацией, и ее следы появились в регионе. Под Белькуром с 2023 года, с тех пор замечена как в наркобизнесе, так и в оружейных потоках. Отсвечивала в организации терактов в Ливии, фактически инициировала участие Федерации в агрессивной террористической деятельности, помимо траффика. Она нужна в Лондоне живой.              Сэндман откинулся на спинку кресла. Сол, чтобы не сидеть с удивленным видом, растирал щетину. Гейз поднялся со стула.              Экс-SAS. В числе целей операции по ликвидации остатков Федерации. Мерфи, дотошная до того, кого нужно и не нужно брать живым, зря притащила для этой задачи SAS. Стояла, ждала из зала вопросов. Ждать надо было не вопросов. Надо было готовиться посадить лейтенанта на место: Гоуст кажется сейчас сломает стол.       — Живой? Ты блять шутишь.              — Да, живой, — Мерфи действительно обладала чрезвычайным умением игнорировать чужой гнев. Гоуст поднялся со стула, оттолкнувшись от стола. Нормальная бы женщина на месте Мерфи шуганулась. Но Мерфи теперь ждала реакции или объяснения. Гоуст не ответил сразу.              — Грейс, — если это была попытка взять себя в руки, она была провальная. Мерфи не давала называть ее по имени. Сэндман невольно скривился. Но она его не одернула. Изобразила готовность выслушать. Но Райли быстро проиграл собственному гневу. Примирение быстро сошло с него. — Ты шутишь. Пойдет к черту, я ее убью нахер, — констатировал он. Указал на Мерфи, та изобразила удивление на лице, но ничего не сказала. Гоуст обошел стул: намерен покинуть это чудное собрание, но не успел.              — Сядь, — сказал Прайс. Капитан не повернулся к лейтенанту. Прайсу надо было отдать должное: лейтенант остановился. Его вдох сквозь зубы было слышно даже сквозь маску. Ударил кулаком стол, стоящий в дальнем углу переговорной комнаты, на нем зазвенели стаканы. Мерфи провожала его взглядом. Прайс смотрел на Мерфи.              — Джексон? Ты смеешься. Я убью ее нахер, я предупредил, — Райли обращался к капитану. Прайс покачал головой отрицательно и потом кивнул ему на стул, чтобы вернулся на место. — Я нахер постою, — сказал Райли. Мерфи задержала на нем взгляд на секунду дольше, чем обычно: чтобы убедиться, что лейтенант угомонился. А в целом она не отреагировала на выступления. Сэндман, сколько ее помнил, вообще не наблюдал за ней испуга перед военными в любом настроении. Перед военными любой страны.              Прайс не велел Райли сесть и в общем-то не обернулся к лейтенанту. Смотрел на изображение на проекторе, поглядывал на Мерфи. Похоже, знал Джексон лично. Взвешивал какие-то более важные мысли, чем личные эмоции Райли.       Homecoming — это в честь ареста Джексон? Вот это почетно. Обычно крыс стреляют на месте, и это не вызывает вопроса у командования.              Прайс сделал глубокую затяжку. Гоуст остался в комнате, сделав какое-то сверхчеловеческое усилие воли. Слушался своего капитана. Похоже, и ему довелось знать Джексон лично.              — Она ничего не скажет на допросе, мэм, — сказал Прайс. Это было единственное его возражение. Мерфи неопределенно покачала головой.              — Она нужна живой.              — А мужик?              — Живым или мертвым. — Сэндман усмехнулся. Даже не «предпочтительно живым». Хотят вытащить только своего дезертира. Чтобы что? Судить? Использовать суд как рычаг для давления? При таком послужном может иметь большой объем данных. Ну, возможно. Вероятно, именно то, как Джексон быстро сломается на допросах, определит, три или двенадцать недель дельта будет работать на Ближнем Востоке.              Прайс покачал головой.              — Будет сделано, мэм, — сказал он.              Мерфи помолчала. Бросила на Гоуста взгляд.              — Райли? Есть что сказать? — спросила она. Этот ее тон. Будничный. Чудовищный. Райли стоял с напряженным видом, намеренно встав в стойку с руками за спиной. Снять с него маски, будет видно вены, набухшие от необходимости унять гнев по приказу капитана.              Но он взял себя в руки.              — Никак нет, мэм.              — Отлично, — она выключила тв. Обратилась снова ко всем. — Господа, час сорок до вылета. Вылет из BRU. Транспорт НАТО. Прайс, ваши ребята могут отдохнуть в западном крыле здания и воспользоваться удобствами. Вы возвращаетесь в Лондон сразу после. Материалы будут в транспорте для ознакомления каждой группы. Все свободны.              Телевизор погас, в комнате стало немного темно. Группы дельты, смешавшись с отрядом Прайса, покинули коридор.              — Чертовщина, да? — сказал Сол, и они ушли по коридору. Только Прайс задержался в комнате. Похоже, статус «только живой» еще подлежит обсуждению. Сэндман, насколько знал по своему опыту, подозревал, что ничерта Мерфи не переубедить в этом вопросе. Завалит бумагами. Поимеет как мальчишку.                     Капитан Джон Прайс       22 полк SAS, ОТГ-141              Когда Мерфи распустила группы, сама осталась в стороне от выхода и уткнулась в телефон. Набирала быстро — компенсировала десять минут, которые потратила на бриф и отняла у переписки. Прайс не спешил уходить. Люди рассасывались. Когда почти все утекли в коридор, она окинула взглядом комнату.              — Прайс, на минуту.              Прайс задержаться и планировал. Когда вышел последний из команды Сола из дельты, Прайс закрыл дверь переговорной комнаты. Мерфи убрала телефон.              С тех пор как она в его квартире отговаривала ее же начальнику, подговорив Прайса дать ей пережить ночь в его гостиной, Прайс ее и не видел. И вот пожалуйста. Стоит. В брючках, плотно сидящих на бедрах, но закрывающих широкими штанинами каблук. В майке, открывающей ключицы. В пиджаке.              — Да, мэм. — Он сел на стул поближе к ней, обойдя стол. Она посмотрела на него.              Прайс предпочитал ее в блядских узких юбках, которые она не может ни снять ни надеть без чужой помощи.              — Джексон должна вернуться живой, — сказала она.              — Ты вытащила нас за этим?              — Да.              — Почему не дельта? — спросил Прайс. Три группы дельты сидели и слушали как паиньки каждое ее слово. Могла бы достать четвертую из Африки. Из Африки лететь ближе, чем из Мексики.              Мерфи стояла перед ним. В туфлях. Высокая.              — Дельта скомпрометировала себя в таких задачах. Я головой отвечаю за это дело. Считайте, что речь о моей жизни. Я могу доверить ее только вам, капитан, и вашим людям. Джексон должна быть живая, вменяемая и в сознании по прилете. Это не обсуждается.              — Я тебя услышал, — сказал он.              — С Райли не будет проблем? Не ожидала такой реакции.              — Не будет.              Прайс затянулся сигарой. Оглянулся на комнату. Пепельниц не было. Мерфи заметила — она много замечает, она возможно даже видит его насквозь. Подала ему низенький стакан, которых стоял целый поднос в уголке комнаты рядом с водой. Прайс затушил сигару. Полтора часа цивилизации перед вылетом его умные мальчики используют, чтобы помыться, поесть и поспать оставшиеся сорок минут.              — Хорошо, — сказала она. — Это все.              — Не все, — возразил Прайс.              — Что? — спросила она.              — Видеонаблюдение ведется?              — Вам напомнить статус конфиденциальности моей работы? — спросила она. Прайс усмехнулся. В ее кабинетах в MI6 никогда не шло наблюдения. Это можно было использовать для конфиденциальности других вещей.              — Нет?              Она не ответила. Стояла к нему близко, после того как подала ему импровизированную пепельницу. Провела пальцами вдоль его плеча. Заметила темное пятно крови на черной футболке. Райли болтался в светлой форме, на нем это все было видно невооруженным взглядом, а вот она разглядела пятно при полуприглушенном свете на черной ткани.              — У вас кровь.              — Не моя, — сказал он.              В Мексике Прайс носил разгруз прямо на футболку без лонгслива, потому что было жарко. Лонгслив бы можно было снять в вертолете, но теперь без верха его бы сюда просто не пустили, несмотря на то, что Мерфи пропикала их всех своим пропуском.              — А вы забыли о нас в Брюсселе, мэм.              — У вас другое командование.              — Ничего лучше операций с вами у меня не было.              — Флиртуете?              — Нет. Я серьезно, — заверил Прайс.              Она помолчала.              — Что-то еще?              — Переспим?              Она усмехнулась. Прайс посмотрел на часы. Полтора часа. Достаточно.              — Идите в душ. — Прайс отдал честь. Это было смешно. — Мой кабинет в восточном крыле, на шестом этаже. Дальше сами разберетесь.              И она достала из плотного кармашка прилегающих к бедрам брюк временный гостевой пропуск. Прайс потянулся за карточкой, но она не сразу отпустила ее. Прайсу пришлось поднять на нее глаза. Смотрела на него сверху вниз. Подготовилась. Ничего не скажешь. Она его видит насквозь. Прайс смирился с этим, когда она его допрашивала сто лет назад после херни в Шехри.                     Каникулы в Катаре       Вилла Ма аль-Кристал, Катар, 03.14.2024, CET 00:31 AM       Айрис Джексон       22й полк SAS, MIA | KIA | AWOL | Des.              Когда Мерфи в последние пару месяцев начала мельтешить в ее жизни, Айрис стал отвратителен каждый ее звонок. Каждое ее сообщение. Каждый ее вопрос. Запрос. Передачка. Информация. Каждый ее звонок мог превратиться в «тебе нужно еще свергнуть президента вон той страны» или «как насчет устроить теракт в школе?» или «спровоцируйте ошибку на учениях в Омане» или «Джексон, цены тебе нет, ты это знаешь, милая?»              Айрис думала, что все пределы ее психопатии, претворяющиеся в жизнь почему-то во внешней политике Великобритании, а не, например, в вязании, сексуальных кинках или панк музыке, ей уже известны, но Мерфи всегда приходила с чем-то новеньким. Мерфи требовала от нее разглашать информацию, хотя звонила, черт возьми, по сотовому, когда с ней шестеро вооруженных человек, любого из которых смутят ее внезапные разговоры о том, почему списанное польское оружие оказалось на границе Ирака и как конкретно с этим связана Федерация. Она хотя бы по-арабски говорила, потому что если бы Айрис перешла на английских в таких разговорах, то ее бы точно хлопнули.              — Конвой перехватит группа SAS через две недели, убедись, что там не будет ваших.              — Аллах тебя накажет.              Мерфи смеялась тому, как Айрис изъяснялась с ней. Говорила на английском.              — Отличная работа, Джексон.              «Отличная работа, Джексон», «Цены тебе нет, Джексон» — это немного хуже чем стрелять по своим и готовить терракт и способствовать перевозке оружия США через Латинскую Америку, потому что это значило, что Мерфи с ее помощью может реализовать любые свои планы. Это значило, что ее жизнь в Шехри — хотя теперь уже не в Шехри, а просто на Ближнем Востоке (она изъездила и излетала его весь вдоль и поперек) — могла продолжаться.              Но потом Мерфи не звонила неделю. Когда на днях сорвалась сделка с китайцами по Шелковому пути, не объявилась с разведданными по последствиям, хотя обычно после таких провалов Айрис щеголяла своей осведомленностью, это в свое время сильно прибавило ей авторитета. Потом не звонила еще две. Потом Айрис не смогла до нее достучаться, хотя у них было несколько способов экстренной связи, которые прежде гарантированно давали выход на Лондон, или Брюссель, или Варшаву, или Париж, или Вену или где она там ночевала на этот раз. Айрис раздражала ситуация, когда она не может выйти на связь, по двум причинам. Первая. Она напоминала ситуацию после падения правительства Шехри, когда на связь перестал выходить Найт. Первая причина была отвратительная, и Айрис, если допускала ее до себя, заканчивала в туалете с тошнотой. Но она нашла способ от нее отделаться — Мерфи никогда не работала как Найт. Она вела ее по региону так тесно, что иногда лучше бы все-таки растворялась бы в тумане. Она была заинтересована в результатах операции. Она неоднократно говорила, что операцию мониторят несколько крупных ведомств. Айрис успокаивала себя, что у нее были причины пропасть вот так без предупреждения. Но закрадывались мысли, что раньше она имела свойство предупреждать.              Вторая. Она ставила Айрис в виноватое положение, которое она осознала на третьей или четвртой неделе полного радиомолчания. Когда Айрис после проблем с Сомали не выходила на связь по своей инициативе, маленечко перебрав с дрянью и едва не откинувшись, должно быть, Мерфи тоже предприняла несколько попыток выйти с ней на связь. Но в конце концов у Мерфи был ее туз в рукаве — это группа дельты в полном составе и ее личное присутствие и фирменные угрозы «можем закончить прямо сейчас», а вот Айрис нагрянуть в Лондон (или Брюссель, или Варшаву, или Париж, или Вену или где она там ночевала на этот раз) и ударить кулаком по столу не могла.              Шальная мысль возникла на пятую неделю. Что если Британское Правительство, командование SAS или разведка сочли, что Айрис Джексон дезертир. Как и написано в ее деле. Айрис припомнила, что прошлый разговор с Мерфи закончился если не на повышенных, то точно на несогласии. Что если она сочла, что она узнала все, что хотела? Хотя Мерфи говорила, что самая важная информация сейчас не обсуждается по телефону и ее будут обсуждать в Лондоне после завершения операции — систематическое описание организованной преступности и ее взаимных связей с другими регионами. Но что если теперь это не так?              Айрис сидела в гамаке на вилле Ма аль-Кристал, крутила в голове, что ей делать, если она не психопатка, какой хочет казаться, если она не знает, стоит ли теперь идти в Пакистан (а Пакистан занимал Белькура, хотя Айрис видела там преимущественно только проблемы), не планирует жестоких выходок и не может остановить тревожный поток, разворачивающий ее будущее или на Ближнем Востоке, или все-таки в тюрьме, если Мерфи надоели эти игры. Жуткое дело. Айрис научилась думать головой, что диверсификация в поставках и в клиентах это хорошо и полезно, но выходило, что Мерфи — ее единственный контакт, и как ей захочется, так и будет. А из них двоих к искренней беспросветной психопатии Мерфи была определенно ближе. Айрис даже толком не знала, какое ведомство ведет операцию. Она ничерта не знала. Она просто пешка. Она инструмент в ее поясе.              А потом пришло сообщение.              «Скоро. Не раскрывайся. Г.М.»