Глава 9. Ужасные тайны любви

Дафна и Тео лежали на просторной кровати, разделенные невидимой, но ощутимой стеной. Они еще не были женаты, и вряд ли их связывали пылкие чувства, скорее, холодная расчетливость. Но чему быть того не миновать, верно? Так почему бы не получать удовольствие от этого. Каждый из них погрузился в собственные размышления, пока тишина не была нарушена голосом Дафны. — Так странно, что мы все живем по одному сценарию, — пробормотала она, глядя в потолок, словно ища там ответы. Теодор, приподняв бровь, повернулся к ней с легким недоумением. — О чем ты? Дафна пожала плечами, ища подходящие слова. — Мы учились в одно время, следовали указаниям родителей, а теперь все стремятся к одинаковым целям — свадьбам и стабильности. Всё как-то однообразно. Всё уже решено за нас. Теодор задумался, его взгляд стал серьезным. — Но у нас всё же есть отличия: профессии, отношения… В конце концов, мы все разные. Не клоны же мы. Дафна кивнула, но в её глазах читалось недовольство. — Да, но все равно это какое-то… унылое однообразие. Всё такое одинаковое. Теодор нахмурился сильнее, обдумывая ее слова. — Неужели со мной бывает скучно? — усмехнулся он, хотя и знал, что их отношения далеки от искрометных. Дафна криво улыбнулась и перевела взгляд на часы. — Представь себе, Нотт, и такое возможно. Она откинула одеяло и, накинув шелковый халат, собралась подняться, но Теодор перехватил ее запястье и с силой притянул к себе. Дафна ахнула от неожиданности и внезапно проснувшегося интереса. — Что ты делаешь? — спросила она, в голосе звучали одновременно и испуг, и предвкушение. Теодор улыбнулся своей фирменной «кошачьей» улыбкой и устроил её на своих коленях. — Пытаюсь встряхнуть твою жизнь. Сделать ее чуточку… неожиданней, полной сюрпризов. Его руки скользнули по ее бедрам, недвусмысленно забираясь под шелк халата. Дафна рассмеялась, мелодично и заразительно, откинула голову назад, ее глаза горели игривым огнем. Она потянулась к нему для поцелуя, но Теодор, неожиданно, перекинул ее на кровать и начал щекотат Дафна не могла сдержать приступы хохота. Ее тело извивалось, пытаясь увернуться от его цепких пальцев, но это только распаляло его. Она закусила губу, пытаясь подавить хихиканье, но смех вырвался наружу. — Тео, прекрати! — воскликнула она между приступами смеха, её глаза сверкали от радости. Смех стал заразительным; даже Теодор не смог удержаться от улыбки. Дафна пыталась вырваться из его объятий, но его хватка была слишком крепкой. Она прижалась к матрасу, ловя дыхание. — Если ты не остановишься, я… — начала она, но слова застряли в горле, когда он снова начал щекотать её. В какой-то момент Дафна собрала все силы и резко перевернулась, оказавшись сверху. Теперь она нависала над Теодором с тяжелым дыханием от смеха и легкой паники. — Теперь твоя очередь! — произнесла она с хитрой улыбкой, готовясь к ответной атаке. Теодор удивленно вскинул брови, но затем его лицо озарила лукавая улыбка. Он знал, что не сможет долго сопротивляться. Дафна с восторгом принялась щекотать его в ответ, и вскоре комната наполнилась их смехом и игривыми криками.

***

А для Пэнси Паркинсон дни летели, как сумасшедшие. С каждой минутой приближался день свадьбы, и с каждым мгновением её сердце наполнялось всё большей тревогой. Постепенный переезд в поместье Блейза стал для нее не предвкушением нового этапа, а гнетущим предвестием плена. Эльфы, словно призраки, сновали по комнате, развешивая изысканные шелковые платья, их тонкие пальцы бережно расставляли флаконы с духами. Пэнси, измученная предсвадебной суетой, сидела на кровати, её взгляд блуждал по новой комнате, наполненной светом и тревогой. Сердце ее, обычно гордое и непокорное, сейчас было зажато в ледяные тиски отчаяния. В дверном проеме словно тень возник Блейз. Его фигура казалась нереальной, призрачной в полумраке коридора. Пэнси, погруженная в мутные воды своих мыслей, вздрогнула от его голоса. — Ты уверена, что жить в разных комнатах… это… пойдет нам на пользу? — спросил Блейз, его голос звучал неожиданно мягче, чем он сам ожидал. Он втайне надеялся на чудо, но в ответ увидел лишь непроницаемую пустоту в глазах Пэнси. — Я думаю, да, — ответила она ровным голосом, лишённым эмоций. Это был не её голос; это была маска, которую она надела, чтобы скрыть бурлящие под поверхностью реки слёз. Блейзу всё же хотелось разбавить мрачную атмосферу. Он попытался улыбнуться, заходя в комнату. — Значит, будем ходить друг к другу в гости? — произнёс он с надеждой. Пэнси встала с кровати так резко, как будто её обожгло. Она отвернулась от него в сторону окна, словно боясь его близости. — Может быть, — произнесла она тихо. Блейз нахмурился, его терпение начинало иссякать. — Да что случилось? Всё было нормально не так давно, а сейчас ты словно меня избегаешь. Паркинсон, пытаясь сдержать эмоции, произнесла: — Оставь меня. Слова обожгли Блейза, словно плетью. Он почувствовал, как гнев поднимается в груди. Парень сделал шаг к ней, но она резко повернулась, предостерегая его от приближения. Резким взмахом палочки она распахнула дверь, указывая Блейзу на выход из комнаты. От ярости у него свело скулы, и внутри все похолодело. Он ничего не мог сделать. Развернувшись, он ушел, оставляя за собой тишину, которая наполнила пространство между ними.

***

Гермиона сидела на своей кухне, где запах горячего шоколада смешивался с ароматом корицы и ванили. За окном падал снег, окутывая мир мягкой белой пеленой. Джинни, её подруга, с любопытством смотрела на неё, как будто искала ответы на вопросы, которые терзали её душу. — Гермиона, может, ты уже расскажешь, кто этот человек, из-за которого ты сама не своя последнее время? — с искренним интересом спросила Джинни. Гермиона лишь отмахнулась, пытаясь скрыть то, что бурлило внутри неё. — Перестань, нет никого, — произнесла она, но её голос звучал слишком резко, словно она пыталась убедить не только Джинни, но и саму себя. Джинни улыбнулась с пониманием. Она знала свою подругу слишком хорошо. — Ты врешь. Последний раз ты была такой… рассеянной и сияющей, когда влюбилась в Драко Малфоя на четвертом-пятом курсе. Даже когда ты встречалась с Роном, ты не была такой… счастливой, как сейчас. Упоминание о Драко заставило Гермиону вздрогнуть. Воспоминания о тех днях, о том, как сердце её колотилось от его взгляда, вновь заполнили её разум. Она вспомнила те моменты, когда он смеялся над ней и называл «грязнокровкой», но сейчас это казалось ей далеким воспоминанием, полным странной ностальгии. — Вообще до сих пор не понимаю твоей влюбленности к Малфою. Он всегда так к тебе относился: грязнокровка, уродка, заучка. Как ты могла его полюбить? — продолжала Джинни с недоумением. Гермиона мечтательно закатила глаза и тихо произнесла: — Ну, знаешь… то, что в детстве ранит или кажется обидным, потом может неожиданно… привлекать, — она закусила нижнюю губу и на мгновение замерла, погружаясь в свои грезы. — …или даже возбуждать. В её памяти всплыло изображение Драко — его дерзкий взгляд, игривый смех и она словно на миг оказалась в сново в своей постеле, под его подавляющим весом. Сердце заколотилось быстрее при воспоминании о том, как в порыве страсти он мог называть ее «грязнокровкой», и в этом была какая-то дикая, первобытная страсть, которая совсем не отталкивала, а наоборот, притягивала. Джинни расширила глаза от удивления. — О чём ты? — спросила она, не понимая. Гермиона загадочно улыбнулась, её глаза блестели от эмоций. — Неужели это Драко Малфой?! Ушам не верю! — воскликнула Джинни, не в силах скрыть своего удивления. Гермиона рассмеялась, кивая в ответ. В этом смехе звучала радость и легкость, которой она давно не испытывала. — Но как? Мерлин! Это же невозможно! Он женат, Гермиона! — Ну и что? Женат — не женат, но безумно в меня влюблён. А ко всему другому, противоположности притягиваются, слышала такое? — произнесла она с лёгкой усмешкой на губах. Джинни, всё ещё в шоке от откровений Гермионы, не могла сдержать любопытство. — Но как ты можешь быть уверена, что это не просто мимолётное увлечение? — спросила она, стараясь понять, что происходит в голове подруги. — Он же был таким… ну, мягко скажем, недоступным и высокомерным. Гермиона вздохнула, её мысли метались между прошлым и настоящим. — Я видела его настоящего. А его, как ты выразилась, «недоступность» и высокомерие, меня… привлекают, — повторила она, словно загипнотизированная. Джинни наклонилась ближе, словно пытаясь уловить каждое слово. — Ты действительно считаешь это правильным и возможным? Гермиона задумалась на мгновение. — Я не могу отрицать, что у нас была история, полная противоречий. Но мы выросли, и теперь у нас есть шанс увидеть друг друга по-другому. Джинни покачала головой с недоумением. — Это звучит рискованно, Гермиона. Ты знаешь, что многие будут против этого. Гарри, Рон…наши друзья. Гермиона сжала губы, осознавая правду в словах подруги и насторожилась. —Но они ведь не узнают. Ты никому нечего не скажешь, Джинни.— твердо произнесла она. Джинни глубоко вздохнула, понимая, что её подруга готова рискнуть ради своих чувств. Она знала, что Гермиона всегда была решительной и смелой, но это решение казалось ей особенно опасным. — Я не собираюсь рассказывать, если ты этого не хочешь, — произнесла Джинни, — но ты должна быть осторожна. Ты знаешь, как быстро могут разлететься слухи. Гермиона кивнула, её лицо стало серьёзным. — Я знаю, Джинни, — произнесла она тихо. — Но иногда любовь требует жертв. Джинни покачала головой, всё ещё не веря в то, что слышит. — Я просто не хочу, чтобы ты пострадала. Ты заслуживаешь счастья, но это… Счастье с ним… Это сложно, подруга. Гермиона улыбнулась, хотя в её глазах всё ещё оставалась тень сомнения. — Да, но разве не стоит рискнуть ради настоящих чувств? Джинни, ты не представляешь каково мне с ним… Джинни полная сомнений, посмотрела на подругу. — Хорошо, если ты так думаешь. Но я буду рядом, если тебе понадобится поддержка. Гермиона кивнула и почувствовала прилив тепла от поддержки подруги. — Спасибо, Джинни…

***

Заголовок: Ужасные тайны любви: Драко Малфой и Гермиона Грейнджер Недавние слухи о запретной любви между Драко Малфоем и Гермионой Грейнджер потрясли весь волшебный мир. Этот роман, который многие считали невозможным, стал предметом обсуждения среди поклонников и противников. Драко, ныне женатый на Астории Грейнграсс, предал свою супругу, погрузившись в бурный роман с бывшей грифиндоркой. Гермиона, известная своей умом и стойкостью, обнаружила в себе неожиданное влечение к аристократу. Интригует то, что она явно наслаждается тем, как Драко называет её «грязнокровкой» во время их страстных встреч. Это откровение шокирует, ведь именно такие слова когда-то стали причиной их ненависти друг к другу. Скандал вокруг их связи вызывает вопросы о морали и преданности. Как может Драко изменять своей жене, а Гермиона — предавать свои идеалы? Как всё-таки легко можно потерять себя в тёмных глубинах страсти.