Глава 3. «Отвлеки меня»

      Щеки всё ещё алели всякий раз, когда Корлисс вспоминала о словах сестры внизу час назад.       Близость с Клаусом…       Как для неё казалось, ещё рано думать о чем-то большем с гибридом, когда они и поцеловаться-то не смогли по-нормальному. Первый раз для них обоих и для неё в целом.       Сидя на кровати в позе лотоса, голубые глаза всё прожигали в рисунке чуть ли не дыру. Она смотрела на саму себя, изображенную руками Клауса, и млела только от одного упоминания о нём.       Может, это и глупо, но её влюблённость была очевидна всем. Клаусу так в первую очередь, ведь он отвечал ей тем же. По крайней мере кидал многозначительные намёки, окружал подарками, одаривал комплиментами и проявлял знаки внимания, не говоря уже о простых ухаживаниях.       Корлисс думала о них двоих, не зная на самом деле, будет ли что-то большее, но хотелось бы надеяться, что да.       Стук в дверь прервал её думы, и девушка подняла голову, увидя сестру на пороге.       — Эй, мне нужно уйти, ты дома одна, если что, — оповестила Кэролайн.       — Да, хорошо, удачи там, куда бы ты ни шла, — искренне улыбнулась ей младшая, получая в ответ неуверенную улыбку.       Знала бы она, в чём именно пожелала удачи сестре.       И она правда осталась одна вплоть до самой ночи. Глубокой, одинокой ночи, которая будет наполнена теми же раздумьями.       Лиз была на работе, как обычно ночуя там. Кэролайн так и не вернулась спустя несколько часов, и, честно признаться, младшая уже начала беспокоиться, когда не получила от неё ни одного ответа на свои сообщения. Она то и дело поглядывала на входную дверь, когда спустилась. Паника в груди увеличивалась, когда девушка так же не получила никаких оповещений от других. Все как сквозь землю провалились, но было ясно, что случилась очередная заварушка, куда ей, по-хорошему, лучше не соваться. В конце концов, что она сделает будучи обычным хрупким человеком?       Сна не было ни в одном глазу, и Форбс даже чувствовала непривычную бодрость в столь поздний час. В доме по-прежнему было тихо. Слишком тихо, напоминая ту самую гробовую тишину. Несколько неуютную для одной одинокой девушки. Корлисс даже думала отвлечься на телевизор, но и тот был выключен, пока блондинка ходила по первому этажу, обнимая себя руками от волнения.       В какой-то момент девушка и вовсе решила подняться обратно в спальню.       В комнате было так же, как и везде, впрочем. Но ещё более мрачнее из-за полного отсутствия света. Окна были зашторены, не позволяя лунному свету проникнуть даже через щели. Постель немного смята, напоминая о том, что недавно девушка просидела на ней.       Сейчас тоже, упав на постель с продолжительным вздохом.       Взяв снова телефон и набрав номер сестры, она уже не надеялась на чудо, услышав очередной голос автоответчика.       — Чёрт, Кэр, просто дай мне знать, что ты там в порядке, — почти жалобно произнесла она, отправляя уже которое по счёту голосовое сообщение. Но они все так и висели на почте её старшей сестры, оставаясь непрослушенными. Отложив телефон, она зарылась лицом в ладони, пробормотав невнятно: — Что у вас там опять приключилось…       Секунда, две, три. Девушка сидела в тишине, совершенно не ожидая ответа в пустом доме. Однако, он всё же последовал.       — Твоя сестра и её друзья решили подписать себе смертный приговор, — раздался чей-то низкий и мрачный голос, заставивший девушку резко подскочить, испуганно дёргаясь.       Корлисс во все глаза смотрела на темный силуэт у её письменного стола, кое-как узнавая в нём Клауса. Только это и дало ей возможность успокоиться.       — Господи, зачем так пугать, — выдохнула она, кладя руку на бьющееся как ненормальное сердце.       Ответа не последовало. Более того, когда он шагнул к ней ближе, Форбс внезапно, но чётко ощутила витающее напряжение. Это напрягло её.       — Что случилось?       Клаус остановился, и в этой темноте она едва ли заметила, как он немного склонил голову к плечу. Она даже готова была поклясться, что почувствовала, как его манящие губы кривились в зловещей усмешке. Признак отвратительного настроения.       Корлисс ожидала ответа, искренне чувствуя обеспокоенность за него и сестру, особенно после его заявления.       В том, что случилось что-то серьёзное, она не сомневалась. А приход Клауса, настрой которого не располагал к себе, ещё больше напрягал.       Мужчина снова шагнул к ней навстречу, в отличие от неё прекрасно видя в темноте. И он видел тень растерянности на её лице и судорожно бегающие глаза.       Из него злость лилась через край, и гибрид едва ли сдерживал свои эмоции в её присутствии. Более того, знал, что в таком состоянии ему не следовало приходить именно к ней, дабы не сорваться на той, которая даже не знала ни о чём.       И всё же он пришел. В груди что-то сильно толкало его сделать это, и первородный повиновался этому позыву. И вот он стоит в комнате напротив неё, медленно продолжая наступать, загоняя обескураженную Форбс к стенке и смотря слишком внимательно в её метающиеся глаза.       Звук бьющегося сердца служил только ещё одной приманкой, а этот поблескивающий взгляд и вовсе уже во второй раз едва не сорвал ему крышу к чертям.       Он злился на свою мать, которая ни черта не простила его. Злился на Сальваторе, Гилберт, сестру Корлисс после той выходки в баре с отвлекающим манёвром. И ведь Кэролайн специально решила в качестве отвлекающего фактора заговорить именно о сестре! Знала ведь, что она его слабое место! И он злился на себя за то, что даже немного притупил бдительность.       И сейчас он оказался здесь, понимая, что домой не пойдет, а младшая Форбс сейчас как никогда нужна ему.       Но пока он продолжал молчать и держать эти мысли при себе, наступая на девушку и дальше, она ощущала волнение ещё больше.       Пульс ускорился, когда отступать больше было некуда. И она оказалась зажата между стеной и крепким телом гибрида, сильно возвышающимся в силу роста и её миниатюрности.       Корлисс чувствовала, как дрожали ресницы. И чувствовала не страх внутри, а какое-то трепетное ощущение. Зазывающее, приятное.       Форбс прикрыла глаза, замирая, когда Клаус склонился к ней ближе, почти касаясь щекой к щеке.       — Боишься? — послышался его тихий шепот, который подкосил её колени.       — Нет… — так же тихо ответила она, не открывая глаз, но прекрасно чувствуя это притяжение.       Она вдруг поняла, как сильно ей бы в этот момент хотелось большего, но вслух не озвучит.       Смелости не хватит, чтобы рассказать ему о том, что творится в её голове.       Но казалось, она так громко думала, что Клаус и вовсе, отстранившись немного от неё, заглянул в распахнутые глаза.       Она не видела, как в его плясали бесы, как сильно в нём билась эта знакомая уверенность. Но чувствовала эту магнетическую сексуальность. Притягательность. Это просто невозможно было отрицать.       Его губы растянулись в ухмылке, в то время как пальцы подцепили её локон, заправляя за ухо. И он услышал судорожный выдох. Это почти ударило по рёбрам, но он сдержался, склонившись к её лицу максимально близко, заставляя девушку вжаться в стену как можно сильнее.       — Ты волнуешься… Могу узнать, почему? Что именно тебя так сильно выводит на подобные эмоции?       «Ты», хотелось ответить, но она молчала.       Однако воздух резко выбило из лёгких, когда он намеренно вжался в её тело своим, да так, что даже тонкий лист бумаги не прошел бы между ними. И она чисто по инерции хотела повернуть голову в другую сторону, понимая, что сейчас это уже ни черта не простое сближение. Это не просто «притяжение».       Клаус поймал её за подбородок мгновенно, не позволяя сделать задуманного. И пусть она всё так же не видела его лица, но он всё видел прекрасно. И до чего же увлекательно было выводить её на смущение этими безвинными, на его взгляд, действиями.       Корлисс едва не дрожала в его руках и вовсе не от страха. Девушка слышала в собственной голове громкий стук сердца, и как сильно пульс участился. Это слышал и Клаус, искушающе ещё ближе склонившись к её губам.       — Моя нежная девочка…       Этот шёпот прозвучал так… открыто, чувственно и, черт бы её побрал, соблазнительно, заставляя узел в животе просто связаться крепко, почти до истомы. Она снова ощутила непривычное и незнакомое ощущение, перетекающее в жар внизу живота. И, совершенно не зная, что с этим делать, девушка поджала неловко губы, понимая, что снова начинает краснеть.       Было до ужаса неловко стоять так, понимая, что это за реакция. И она ясно понимала, что это означает, но вслух даже самой себе побоится признаться, как на самом деле у неё иногда проскакивают мысли, что она хочет бо́льшего.       Кажется, Клаус будто и правда научился читать её мысли, глядя на неё проницательно, продолжая удерживать ухмылку на губах.       Он был чёртовым демоном-искусителем в своём соблазнительном очаровании. И он это знал, умело пользуясь.       Решая всё же сильно не издеваться, он не сказал ни слова больше, однако тыльная сторона его пальцев прошлась по нежной коже щеки. Он даже услышал, как она задержала дыхание, что заставило тихо усмехнуться, но это искренне польстило ему.       И всё же её непорочность действительно сносила ему крышу...       Осознание, что он сорвал себе столь редкий цветок, приносило немалое удовольствие. Понимание, что он станет первым во всём, било повторно по рёбрам изнутри.       Клаус продолжил, без малейшей медлительности или неуверенности рукой пробираясь ей за поясницу, рывком притягивая к себе плотнее, тем самым вырывая из неё рваный вздох. Чувствуя себя сейчас совершенно беспомощно и в то же время дезориентированно, Форбс только оставалось подчиняться его умелым действиям.       Девушка на автомате положила одну руку ему на плечо, пока мужчина перекидывал её волосы за спину, полностью оголяя шею и немного ключицы. Пальцы уверенно поддели лямку её майки, спуская по плечу, а следом она ощутила на коже обжигающее прикосновение его губ, оставивших чувственный поцелуй. И её ноги определённо не выдержали бы, заставляя рухнуть, если бы он всё ещё крепко не удерживал её.       Корлисс могла поклясться, что ни с чем не описала бы это удовольствие, которое лишало воздуха и притом порождало всё больше томящего желания.       Продвигаясь всё выше к шее, гибрид отчего-то замер, словно обдумывая что-то.       Может, так и было.       Форбс прикрыла глаза, неосознанно запрокидывая голову назад, предоставляя ему больше пространства. И это послужило для него сигналом. Его задумка всё же воплотилась, стоило ему прижаться губами к её коже, а следом и вовсе он снова стал спускать вниз, но на этот раз по другому пути.       Корлисс растерянно подняла голову, но всё же замерла в ту же секунду.       Вторая лямка ее майки сползла так же по плечу, как и первая, и сама девушка внезапно покрылась краской сильнее, понимая такую значимую деталь, как отсутствие верхней части нижнего белья. Для Клауса это было даже лучше, пока он оставлял уже влажные поцелуи на косточках её грудной клетки. Пальцы правой руки решительно прикоснулись подушечками к затвердевшему соску сквозь ткань одежды. И это окончательно выбило из неё всё.       Девушка вздрогнула, неосознанно прогнувшись в пояснице сильнее. И она даже не поняла, как пронырливые ладони гибрида скользнули под её одежду по изгибам талии. Но она чётко ощущала, как сильно теперь верхняя одежда была приспущена, наполовину уже оголяя девичью грудь.       В груди резко что-то ударило, когда чужие ладони уже пробрались смело выше. Девушка несдержанно, но тихо ахнула, ощутив прикосновение уже под одеждой. Корлисс осознала только сейчас, к чему это всё ведёт. И паника начала накрывать её, прогоняя весь туман самозабвения и удовольствия.       Не сейчас.       Она схватила его за руки, немного дёргая вниз, чтобы убрать с себя. Так она и его заставила как ото сна очнутся, в который он погрузился сам осознанно.       — Ник… — тихо прошептала она с очевидным намёком, что он слишком далеко зашёл.       Хотя она и не может отрицать, что ей не понравилось. Как раз ровно наоборот. Но Клаус был как будто под действием какого-то эффекта. И сейчас не лучшее время для продолжения.       Действия первородного сразу же остановились, но он всё так же утыкался в её грудную клетку, придерживая за талию.       Корлис неуверенно приобняла его одной рукой за спину, понимая, что всё же с ним что-то не так. Он слишком резко сорвался на подобное. Клаус был чем-то озадачен и разозлён. Она это видела.       — Отвлеки меня… — прозвучал его тихий, почти молящий голос, и у нее просто напрочь пропал дар речи. — Отвлеки меня, моя нежная девочка…       Все ранее накрывшие её чувства испарились мигом после его слов, уступая место беспокойству. Тому, которое сопровождало её ранее.       Корлисс немного отстранила от себя мужчину, но всё ещё приобнимая посадила на свою кровать.       — Погоди, — попросила она, отходя к шкафу и доставая вязаный короткий кардиган. Поправив одежду как было, девушка накинула поверх изъятую вещицу, делая всё это под наблюдающим взглядом.       Корлисс вернулась обратно на кровать, присаживаясь напротив.       — Что случилось?       Клаус невесело усмехнулся.       — Я попросил тебя отвлечь меня, а ты спрашиваешь, что случилось? — почти насмешливо вопрошал он.       — Для начала хочу удостовериться, что все живы и в относительном порядке.       — В порядке, к сожалению, — небрежно бросил Клаус. — Твоя сестра должна скоро вернуться, — сказал он, а сам посмотрел на девушку таким взглядом, что ей стало как-то резко не до сестры. Она поджала губы чутка, кивая.       Больше не говоря ни слова, Клаус одной рукой мягко обхватил девушку за голову, приближая к себе. Корлисс прикрыла глаза, тихо выдыхая, стоило им соприкоснуться лбами.       Стало так спокойно.       Может, это и правда было то, в чём мужчина сейчас нуждался больше всего, когда за спиной всё равно сидели проблемы, ожидая. И всё же понимание, что есть на свете человек, который по-настоящему дорожит им, сильно грело душу. Настолько, что уже который по счёту удар по рёбрам стал полным пониманием, насколько эта девушка стала ему дорога просто потому, что есть.