Глава 3: Чертовка

— Ну разве это не по-домашнему? — сказал Ниган, когда я поставила перед ним на стол тарелку с приготовленной олениной. Его взгляд следовал за мной, пока я обходила стол, чтобы сесть напротив него, решив не брать себе тарелку, так как планировала использовать оставшееся мясо, чтобы приготовить рагу из оленины, которым можно было накормить около тридцати человек. — Ты можешь себе это представить? Делать это каждый день, служить мне каждый день как моя жена? Я уверен, что могу это организовать, и мне это нравится. — Если бы я ела, ты бы заставил меня все выплюнуть обратно. — Не будь такой пессимисткой, Дайс. У нас с тобой действительно может быть светлое будущее. — Он положил в рот кусочек мяса, которое, как я убедилась, было слегка недожаренным, чтобы завтра оно принесло ему неприятности и преподало урок о том, что не стоит есть то, что ему не предлагают. Он ухмыльнулся, пережевывая его, и мне было трудно подавить собственную победную ухмылку и сохранить невозмутимое выражение лица. — М-м, видишь, тебе нужно только попросить, и я все устрою. Я откинулась на спинку стула и закинула ноги на стол, скрестив их в лодыжках. — Что сделать? — я приподняла бровь, а затем снова обратила внимание на Берту и точильный камень, который с шипением скользил по ее лезвию. Глаза Нигана проследили за движением. — То, о чем ты думаешь. Ты и я. Просто скажи слово, и я встану и перееду сюда. Я усмехнулась. — Я не нуждаюсь в этом. Он внимательно посмотрел на меня, как будто не мог поверить, что я снова ему отказываю. — Что? Тебе так трудно поверить, что ты на самом деле не дар богов человеку, как говорила тебе мама? — О, но я определенно такой. — Он отложил вилку, вытер рот салфеткой и откинулся на спинку стула. — Просто спроси моих тринадцать жен. Точильный камень чуть не выскользнул у меня из рук. — Твоих кого? Он усмехнулся. — Не притворяйся удивленной. Я имею в виду, посмотри на меня. Они все только и делали, что выстраивались в очередь, чтобы получить немного этого, и, поскольку я за то, чтобы делиться и заботиться, я им позволил. — У тебя есть гарем? Он пожал плечами. — Называй это как хочешь. У меня внутри все перевернулось. Ни за что на свете это не могло быть соглашением по обоюдному согласию. — Эти бедные женщины. Ниган прищелкнул языком, и его глаза сверкнули. — Они не бедствуют. Им лучше, чем большинству. Их кормят три раза в день, у них есть крыша над головой, тепло, теплая постель, чистая одежда и защита, которую можно получить, только если принадлежишь мне. Сколько ты знаешь людей, у которых есть такая роскошь? — Звучит не как роскошь. Звучит как тюремный срок. — Я поставила Берту на стол рядом с точилкой. — И что они получают взамен за эти «роскоши»? — я изобразила кавычки в воздухе. — Помимо того, что я стану их мужем и получу все физические преимущества, которые это дает? Обычно это очки и лекарства, защита для их семьи. Они поднимутся на вершину пищевой цепочки. — Он почесал бороду. — По-моему, это похоже на принуждение. — На вкус мой язык был как пепел. Я знала, что Ниган — плохой человек, может быть, даже дьявол во плоти, но это было просто отвратительно. — Едва ли. — Его веселый тон сменился на строгий и настороженный, а в глазах пропала знакомая искорка юмора. — Это именно так. Ты пользуешься отчаявшимися женщинами и занимаешься с ними сексом в обмен на то, что им нужно для выживания. — Я покачала головой, окидывая его оценивающим взглядом по всей длине и морщась от того, что увидела. — Ты извращенец и трахнутый на всю голову. Он посмотрел на меня с тем же выражением лица, что и тогда, когда Дэрил набросился на него с кулаками на линейке. Сдержанная ярость, едва сдерживаемая. Но я бы не взяла свои слова обратно, даже если бы он не хотел их слышать, это была правда. Я бы сказала ему именно то, что думаю, будь прокляты последствия, потому что для большинства из нас последнее, что осталось, — это наша мораль. — Я не прикасался ни к одной из своих жен, если они этого не хотели, — медленно сказал он, нахмурившись. — М-м-м, что ж, это помогает тебе спать по ночам, урод. — Я скрестила руки на груди и вздернула нос. Ниган внезапно ударил кулаком по столу, слегка приподнявшись на стуле, но я не вздрогнула, даже если бы он застал меня врасплох, и продолжила пристально смотреть на него. — Я никогда не прикасался ни к одной из своих жен, если они не просили меня об этом. Я даже не просил прикасаться ни к одной из них. Я жду, когда они придут ко мне, а если нет? то значит, нет. Их жизнь продолжается с теми же привилегиями, что и раньше. Мои жены? Они трофеи, а не наложницы. Они просто еще один знак статуса. Вы когда-нибудь видели короля, который не хвастался бы своими любовницами? — Значит, ты пытаешься доказать всему миру, что ты на самом деле желанный, хотя на самом деле ты всего лишь инцел, которому приходится шантажировать отчаявшихся женщин, чтобы они были с тобой? — я усмехнулась, и моя улыбка едва коснулась глаз. — Объясняй свою коллекцию женщин как хочешь, Ниган. Это не меняет того факта, что все это по-прежнему в значительной степени испорчено. Он вздохнул и откинулся на спинку стула, напустив на себя угрюмый вид. — Таков мир. Я не могу просто так раздавать бесплатные лекарства и защиту людям, которые просят об этом в убежище. Так система не работает. Так система никогда не работала. Существует иерархия, и она должна поддерживаться, чтобы сообщество функционировало. Мои жены - всего лишь еще один шаг на лестнице. Я закатила глаза, решив, что этот разговор бесперспективен и окончен, потому что мне совершенно не хотелось тратить вечер на обсуждение семантики с сумасшедшим. Я поднялась на ноги, громко стуча сапогами по полу. — Мы закончили? Я впустила тебя в свой дом, накормила ужином, а теперь я устала. Когда ты уже поймёшь, что если я впустил тебя, это не значит, что тебе здесь рады, и отвалишь? Он долго смотрел на меня, и я видела, как в его голове крутились мысли, вероятно, он размышлял, стоит ли отчитать меня за «грязный язык» и дурные манеры. Мне было плевать, что он думает о моей любезности. Я устала — хотела пойти в постель и, может быть, наконец-то уснуть. Видит Бог, я отчаянно нуждалась в полноценном ночном отдыхе. Или хотя бы в нескольких часах, если это было слишком смелым ожиданием. С коварной ухмылкой, медленно растягивающей уголки его рта, Ниган сказал: — Мы можем закончить на этом, просто принеси мне все оружие, что у тебя есть, и я уйду. О, и позволь мне предупредить тебя — не удивляйся, если обнаружишь, что твоей кровати и мебели нет. Мои спасители заслуживают комфорта после такой тяжелой работы, поэтому я решил лишить Александрию этих благ. Я думаю, что это может выработать некоторую дисциплину — по-настоящему подстегнуть вас, чтобы вы объединили усилия и обеспечили. Я подавила желание ответить ему колкостью, решив сохранять невозмутимый вид, зная, что он просто хочет вывести меня из себя. Гораздо приятнее было разочаровать его, никак не отреагировав. Я поставила руки на бедра и вздохнула. Конечно, они собирались забрать все наше оружие, мне следовало догадаться об этом раньше. Он просто мстительный. — У меня нет с собой оружия. — Чушь собачья. — Это правда. Они мне не нравятся. Ни хрена не умею целиться. — Из моих уст не прозвучало ни слова лжи, хотя я понимала, почему в это было трудно поверить, учитывая, насколько важно оружие для выживания. Хотя от одной пули зависела жизнь или смерть, так было всегда, не так ли? — Ни за что на свете ты бы не продержалась так долго без пистолета. Это просто невозможно. Я знаю, что ты крутой "парень", Дайс, ты носишь это дерьмо на рукаве, но дойти досюда без пистолета — это просто какая-то чушь. — Я никогда не говорила, что мне не приходилось ими пользоваться, просто я предпочитаю этого не делать. Они скорее помеха, чем спасательный круг, и я не собираюсь полагаться на то, что долго не продержится. Однажды в мире закончатся патроны, и я не собираюсь быть беспомощной и зависимой от них, когда это неизбежно произойдет. — Я опустила взгляд на Берту, и на моих губах появилась слабая улыбка, когда я провел кончиками пальцев по ее только что заточенному лезвию. — К тому же мне не очень нравится, когда я не при деле. Если я собираюсь кого-то убить, я хочу сделать это лично. Я предпочитаю все делать по-своему. Он целую минуту не сводил с меня глаз, пытаясь уловить подвох, но затем опустил голову в легком кивке, когда, должно быть, увидел в них правду. Его ухмылка каким-то образом стала еще шире, а в глазах засверкала дьявольская радость. Ниган присвистнул. — Ты просто на пятьдесят оттенков испорченнее, не так ли, дорогая? Не пойми меня неправильно, — Ниган поднял руки, — Это чертовски круто. — Я поморщился. — Но, черт возьми, дорогая, с таким отношением тебе просто было суждено стать серийным убийцей, и я думаю, что этот новый мир только что освободил тебя. Нет ничего, что я любил бы видеть больше, чем раскрытый потенциал. Я покосилась на него. — Смело предполагать, что мне когда-либо было не наплевать на законы, что я не был убийцей до всего этого. — Бесстрастно сказала я, надеясь немного напугать его. Но, по-видимому, это произвело на психа только противоположный эффект. Поди разберись что у него в голове. Ниган высунул язык, чтобы провести по розовой мякоти своей нижней губы, в его глазах зажегся голод, как будто я только что поставила перед ним его любимый десерт. Я не могла не проследить за этим движением глазами, это было просто в человеческой натуре. — Черт возьми, Марлоу, ты не можешь просто так говорить такое мужчине. Ты можешь убить его. — Я заметила, как он растянулся на стуле, раздвинув ноги еще шире, и мой взгляд метнулся вниз, уловив это движение лишь на мгновение, а затем заметила, что его ухмылка стала еще мрачнее, когда мое внимание вернулось к его лицу. — Разве это не было бы идеально? — Пробормотала я. Низкий смешок вырвался из его груди, и он, сделав глубокий вдох и выдохнув, сказал. — Отлично. Я поверю тебе на слово. Что у тебя нет никакого оружия, — Ниган поднялся на ноги и медленно прошел вдоль стола, чтобы встретиться со мной взглядом — Но просто знай, если ты лжешь Люсиль собирается устроить еще один праздник. Я пожала плечами. Как драматично. Я взяла Берту со стола и последовала за Ниганом к входной двери, когда я вышла на улицу, мой взгляд упал на Дэрила, который все это время терпеливо стоял на крыльце, как сторожевой пес. Дуайт, его сторож, стоял рядом с ним, целясь ему в голову из арбалета. Ниган приказал Дэрилу стоять и ждать снаружи, поскольку "прислуге" не разрешалось находиться внутри. Я возразила, что это в буквальном смысле его дом, и ему здесь рады больше, чем Нигану когда-либо, но это только еще больше разозлило сумасшедшего. Что-то в том, что мы с Дэрилом жили под одной крышей, явно не понравилось Нигану, и я не знала почему. — Тем больше причин держать его на улице, - возразил Ниган с суровым видом. Я упустила Дэрила из виду, как только Ниган заметил мой взгляд, решив не искушать дьявола во второй раз. — Что ж, это был чертовски продуктивный день! — Ниган радостно воскликнул, когда мы вернулись к воротам, где нас ждали Рик и Мишонн. Рик держал пушку в вытянутой руке, протягивая ее Нигану, и я мысленно закатила глаза. Это был пистолет, который упустили спасители, возможно, тот, которого не было в арсенале Оливии, и этот трус просто отдал его, как хороший маленький мальчик, который надеялся произвести впечатление на папочку. Рик заметил неодобрение в моем взгляде, когда Ниган забрал у него винтовку. — А это что такое? Прощальный подарок? О, Рик, тебе не следовало этого делать! — Она была на охоте, - сказал он Мишонн. —Это была одна из пушек, которые мы держали за воротами. Ниган ухмыльнулся. — Видишь, теперь это то, что мне нравится видеть. Рад за тебя, Рик. Ниган повернулся ко мне. — Я думаю, тебе следует взять пример из своей книги лидеров и вести себя наилучшим образом, когда я в следующий раз приду в гости. — Он подмигнул мне, прежде чем снова повернуться к Рику. — Это произойдет через несколько недель, так что тебе лучше пойти туда и найти для меня что-нибудь интересное. — Я... я хотел попросить вас кое о чем. Рик запнулся. — Поскольку мы доказали, что вы можете доверять нам в том, что касается нашей работы... — Да? — Я хотел спросить, позволишь ли ты Дэрилу остаться.. Мое сердце екнуло, я широко раскрытыми глазами посмотрела на Рика, а затем на Дэрила, который поднял голову впервые с тех пор, как я здесь. Я не слишком надеялась, что Ниган согласится, но даже мысль о том, что Дэрила отпустят и он сможет вырваться из лап спасителей, заставила мое сердце бешено колотиться. — Нет. — И тут же все рухнуло. Костяшки моих пальцев заболели от того, как сильно я сжала кулаки. Ниган посмотрел на меня и, должно быть, увидел ярость, которую я так отчаянно пыталась подавить, но я никогда не умела укрощать свою ярость. Никакое количество сеансов психотерапии или визитов к психиатру не помогли мне справиться с приступами гнева, это была просто врожденная черта моего характера, и никогда в жизни я не встречал человека, который бы так сильно испытывал эти границы, как Ниган. Он улыбнулся: — Нет, если только он не объяснит, почему я должен позволить ему остаться. Дэрил не сдвинулся ни на дюйм, снова опустив голову и спрятавшись за темными прядями волос, которые прилипли к его лицу. Я могла сказать, что они не позволили ему умыться, и чем бы они его ни кормили, я точно знала, что этого было недостаточно. Был ли это первый раз, когда он был на солнце и на свежем воздухе с тех пор, как его похитили? Если так, то это была чрезмерная жестокость. Дэрил был создан для жизни на открытом воздухе, и держать его в темной клетке было все равно что заставлять дикую кошку приспосабливаться к жизни в помещении, и в конце концов это убило бы ее. Что еще они с ним делали? Дэрил стоял молча, отказываясь сдаваться и рисковать своей гордостью. Мы оба знали, что даже если бы он умолял остаться, что было не в его стиле, поскольку Дэрил принадлежал к тому типу людей, которых застрелят раньше, чем он попросит о чем-либо, Ниган не собирался уступать просьбе. У него была власть над нами, пока Дэрил находился под его опекой, и, черт возьми, он собирался просто отдать нам этот бартерный чип с простым "пожалуйста". Если бы мы оступились на этом конце поля, допустили одну маленькую ошибку, одно неверное движение, он отправил бы Дэрила на тот свет. Это был единственный способ вернуть его к нам свободным человеком. Если бы он был мертв. И ради чего? За то, что ударил человека, который только что убил его друга? Всего за несколько минут до этого я ударила Нигана за то, что он угрожал Мэгги, ударила его прямо в лицо и в процессе расправилась с одним из его людей, причем за гораздо меньшие деньги, и каким-то образом я осталась на свободе, в то время как мой лучший друг столкнулся со всеми видами ада в так называемом убежище. Это было несправедливо. Если кто-то и заслуживал наказания, так это я. Я была тем, кто самостоятельно уничтожил целый отряд его людей. Я была тем, кто ударил его первым на опознании. Я была единственным, кто не смогла нанести удар в упор, как я и намеревалась, и Абрахам столкнулся с последствиями этого. Еще одна моя ошибка, за которую кто-то другой должен был поплатиться. Я оглянулась на Дэрила и увидела, что он смотрит прямо на меня сквозь темные пряди волос. В его глазах я прочла прощание. Я слышала, как он говорил мне это, даже не произнося ни слова. И тогда, наконец, я решила, что если кто-то и должен попрощаться, то это буду я. — У меня есть к тебе предложение. — Мой голос прорезал напряженную тишину, и все взгляды переместились с Дэрила на меня. Ниган приподнял бровь, глядя на меня. — О, Дайс, я думал, ты никогда не попросишь, дорогая. Конечно, я займусь с тобой сексом. Я побледнела. — Нет, это не так, ты отвратителен. — Я не смогла стереть гримасу отвращения с лица. Ниган драматично вздохнул. — Тогда, что бы ты ни предлагала, лучше, чтобы оно было хотя бы вполовину так же хорошо, иначе мне это неинтересно. — Я за него. Вот и все. Это то, что я предлагаю. — Я никогда в жизни не говорила и не был так уверен ни в чем. Несмотря на все, что Дэрил сделал для меня, этот обмен вряд ли можно было назвать равнозначным, и поэтому я знала, что это был правильный шаг. Я также знала, что, если что-то встанет между мной и моим лучшим другом, я буду здесь ненужным компонентом. Дэрил — помимо того, что он был незаменимым человеком, он был важным членом нашей группы в Александрии, и эти люди нуждались в нем, чтобы обеспечить свое выживание. — Он остается, я ухожу. Я была просто ненадежной и неуравновешенной сорвиголовой. Я видела настороженность в глазах людей, когда они смотрели на меня, или то, как они сторонились меня, когда проходили мимо по улице, и у них были все основания так думать. Я была непредсказуема, и это иногда становилось помехой в таких местах, как это. Он был нужен им. Я никому не была нужна рядом, и, возможно, им было бы лучше, если бы меня не было. — Нет, — прорычал Дэрил, подавшись вперед в попытке прикрыть меня своим телом, как будто он мог спрятать меня от дьявола, запихнув меня себе за спину, но Дуайт остановил это дерьмо, подняв арбалет к виску и заступив ему дорогу. Может быть, он был единственным, кому я была нужна рядом. Может быть, ему было бы не лучше без меня. Мы оба были испорчены до падения, испорчены еще более испорченными людьми, и благодаря этому мы нашли утешение друг в друге. Даже после всего лишь трех дней, проведенных без него, без простого ощущения комфорта от того, что он находится под одной крышей со мной и встретит меня утром за кухонным столом, где мы будем сидеть в дружеской тишине и завтракать, это было мучительно. И было так чертовски одиноко. Ниган думал, что мы любовники, и он был не первым, кто в это поверил. Но это было не так. Мы с Дэрилом никогда раньше даже не держали друг друга за руки. Наши души были просто вырваны из одной ткани, разорваны надвое, избиты, в синяках и шрамах разными, но похожими руками. Ниган промурлыкал, и хитрая усмешка скользнула по его губам. — Пока что за то короткое время, что я тебя знаю, ты не сказала и не сделала ни одной вещи, которая не смогла бы меня развлечь, Дайси. Это просто такой глоток свежего воздуха. — Прекрати болтать, Ниган. Просто скажи мне, что ты согласен. — Нет-нет. Даже не смей! — Дэрил снова попытался податься вперед, и я бросила на него свирепый взгляд, чтобы отговорить его от глупого поступка, но он не поддался. — Дуайт, заткни ему рот! — Закричал Ниган, а затем сладко добавил: — Взрослые разговаривают. Не теряя ни секунды, Дуайт ударил Дэрила кулаком в живот, отчего тот согнулся пополам. Я отпрянула, когда последовал еще один удар, а затем и третий, и Дэрил оказался на земле, а арбалет снова был направлен ему в голову. Мой взгляд упал на Мишонн и Рика, которые выглядели растерянными, как будто это решение на самом деле далось им нелегко. — Скажи мне, какого черта я должен был менять Дэрила на тебя? Мое внимание снова переключилось на психа, который, как мне показалось, стоял слишком близко. — Что? — Убеди меня, дорогая. Назови мне чертовски вескую причину, по которой я должен отдать в обмен на тебя новое пополнение моей армии и отличного раба, который скоро должен появиться на свет? — Он приподнял брови и откинулся назад, закинув Люсиль себе на плечо. Он провоцировал меня. Я знала это. Я также знала, чего на самом деле Ниган хотел от меня, поскольку он не скрывал своих чувств, и, к сожалению, к моему растущему ужасу, это была лучшая карта, которую я могла разыграть. — Я полезнее, чем он. Ты знаешь, что я сделал с твоими людьми. Я сделал это дерьмо в одиночку. — Я старалась не предлагать ему то, чего он действительно хотел. Ниган покачал головой, и у меня внутри все сжалось. — Видишь ли, то, что ты признаешься в убийстве моих людей, как будто это должно меня впечатлить, на самом деле не поможет твоему делу. Даже если я действительно впечатлен. Ты должен дать мне что-то получше, Марлоу. Ну же. Я знаю, что у тебя есть что сказать. Я поморщилась, понимая, что мне придется унизиться, чтобы он хотя бы рассмотрел мое предложение. Расправив плечи, я выпрямилась во весь свой рост — 173 сантиметра. — Я могу… — мой голос дрогнул, и от этого глаза Нигана заискрились от восторга, — я могу предложить тебе больше, чем он. Я могу… дать тебе то, чего ты не получишь от него. — Я старалась говорить как можно более расплывчато ради собственной гордости. Глаза Рика выпучились, а Мишонн, казалось, была расстроена моим предложением. Я потерла грудь, прямо над тем местом, где бешено колотилось сердце. — Нет! — прохрипел Дэрил с земли, и я заставила себя не смотреть на него. Ниган улыбнулся так широко, что я подумала, будто его лицо вот-вот треснет. — Ты просишь меня взять тебя с собой домой, милая? — Его голос понизился до любовного мурлыканья, и у меня по спине пробежал неприятный холодок. Должно быть, он заметил это, потому что его улыбка немного померкла. — Да, только если он останется на моем месте. — Я вздернула подбородок. — Проси меня. Я хочу услышать, как ты это скажешь. — Ниган выдохнул, наклонившись ко мне. — Скажи мне, что ты хочешь пойти со мной домой. Я посмотрела на него и ответила так же громко: — Так ты уговариваешь своих жен заняться с тобой сексом? Теплота в его глазах застыла, и я сразу поняла, что не должна была этого говорить. Но она вернулась, как только исчезла, и я немного расслабилась, когда он сказал: — Поехали со мной и выясним. Просто скажи эти слова, и все будет сделано. И этого мне было достаточно. Гарантии, что Дэрил останется, а я уйду. — Я хочу вернуться домой с тобой, Ниган. — Его глаза закрылись, словно мои слова принесли ему сладкое блаженство. — Ты возьмешь меня с собой домой? Его карие глаза вернулись к моим, прищуренные и горящие, но ожидающие чего-то большего. Я сразу поняла, чего он хочет от меня, и, уже полностью униженная, сдалась, зная, что моя гордость теперь и навсегда мертва и похоронена. Сквозь стиснутые зубы я прорычала. — Пожалуйста — Черт, я не знал, что ты так отчаянно хочешь попасть в убежище, милая, тебе стоило сказать мне об этом раньше. — Он поднес руку в перчатке к моей щеке, и мне пришлось заставить себя не отстраниться, но все равно, когда холодная черная кожа коснулась моей кожи, я отпрянула. Ниган заметил это, пусть и самую малость, и убрал руку, внезапно попытавшись вести себя как джентльмен. — Я разрываюсь на части, правда, — он надел на лицо маску противоречивых чувств, а затем прищелкнул языком. — Но как я могу отказать такому милому личику? Только не после того, как ты только что умоляла меня вернуться с тобой. — А Дэрил останется? — спросила я. Краем глаза я увидела, как мой друг борется, хрюкая, как раненое животное, и заставил себя не обращать внимания на шум. Ниган прищелкнул языком и прищурился, как будто я только что пригрозил переехать его собаку. — Тебе бы понравилось, если бы я пощадил твоего парня? — ядовито выплюнул он. У меня на челюсти заиграли желваки. — Он не… — оправдывать наши с Дэрилом отношения сейчас не имело смысла, он мог верить во что угодно. — Да. Пожалуйста. — добавила я для пущего эффекта. — Видишь, теперь я чувствую, что ты просто бросаешься этим волшебным словечком, потому что знаешь, как сильно мне нравится его слышать. И за это... — он резко втянул воздух сквозь зубы, — ... нет, я так не думаю. Я не могу потерять своего Дэрила, не будь смешной. Ярость. — Ублюдок! — я бросилась на Нигана, оскалив зубы и готовый выцарапать ему глаза, но что-то остановило меня, схватив за руки прежде, чем я успел приблизиться. — Ого-го, — Ниган рассмеялся, увернувшись от меня и отступив на шаг, чтобы я не могла до него дотянуться. — Успокойся, девочка, успокойся! Ты такая маленькая чертовка, не так ли? Когда мы вернемся домой, мне придется надеть на тебя поводок. Я зарычала, пытаясь вырваться из хватки, которая удерживала меня на месте, не давая мне отрезать его тупое, язвительное, гребаное лицо и пришить его к заднице. — Сначала я убью тебя. Ты слышишь это, грязный, крысоподобный, гребаный придурок? Я собираюсь убить тебя! Он прикусил губу. — Мне просто нравится, как ты грязно со мной разговариваешь, это меня заводит. — Он помахал рукой в кожаной перчатке перед лицом. — Ты заставляешь меня краснеть своим грязным языком, дорогая. — А теперь, — он сделал шаг вперёд, и я снова попыталась броситься на него, — если ты успокоишься, то, может быть, мы сможем продолжить. — Я никуда с тобой не поеду, это не было частью нашего соглашения! — прорычал я. — Нет, видишь ли, не было никакого соглашения. Я никогда не говорил тебе, что позволю Дэрилу остаться, я спросил тебя, что ты на самом деле чувствуешь, и ты призналась, что была настолько отчаявшейся, чтобы вернуться в убежище со мной, что даже сказала «пожалуйста», и вот я здесь, грнбаный джинн, исполняю все твои чертовы желания. Не за что... снова. — Нет! Нет. Я не пойду! — Я дёргалась, вырывалась и боролась с железной хваткой, которая удерживала меня на месте. — Ты, черт возьми, точно такая же. — Ниган поднял палец и ткнул меня в нос, а я попыталась откусить ему палец, слишком далеко зашедшая, утопающая в собственном диком угаре, чтобы понимать, что делаю. — О, ты просто милая! Разве это не странно? Ты только что пыталась выцарапать мне глаза и откусить палец, но ты как маленький щенок-блондин, пытающийся заявить о своих правах на территорию. — Он ущипнул меня за щеку, и я зарычала, пытаясь стряхнуть его руку со своего лица. — Боже, какая же ты милая. Он сделал добрых несколько шагов назад, переводя взгляд с Дэрила на меня, пока мы оба боролись с руками, которые держали нас, и опасная ухмылка, которая не совсем доходила до глаз Нигана, расползлась по его губам. — Ну, вы только посмотрите на себя, разве вы оба не созданы друг для друга. —Последние слова он выдавил из себя сквозь стиснутые челюсти. —Загружай их. Она едет со мной. Я потянулась и наконец-то сумела высвободить руку и ударить кулаком в первое попавшееся лицо, прежде чем меня снова обездвижили. — Возможно, вам придется надеть на нее наручники, но вы доставите ее в этот грузовик целой и невредимой, без единой царапины, я имею в виду, — он сурово оглядел своих людей, — без единой царапины, то мне все равно, как вы ее доставите. Просто сделайте это аккуратно. Следующие пять минут я пребывала в оцепенении, борясь изо всех сил, чтобы не дать ему упаковать меня, как какое-то хрупкое имущество. Я бы спокойно и мирно подошла к фургону, может быть, даже с милой улыбкой и благодарностью, если бы он не обманул меня и просто отпустил Дэрила. Но я чувствовала себя дурой, и это только сильнее разжигало мой гнев. Я даже не помню, как эти холодные металлические наручники сомкнулись на моих запястьях, прижав их к спине. Не могу вспомнить, как минуту назад я каким-то образом была на улицах Александрии с Риком, Мишонн, Юджином и Аароном, а теперь сижу на переднем сиденье грузовика, пристегнутая, мои кулаки упираются в спину, плечи болят. Я очнулась от воспоминаний только тогда, когда хлопнула дверца машины, и я вернулась в свое тело, в свое сознание. Я выглянула в окно, щурясь от яркого света, и увидела на улицах Александрии лица своих друзей. Розита тоже была там, Габриэль, Карл и большая часть населения города. Должно быть, я подняла такой шум, что все население спустилось посмотреть, что за переполох. Сомневаюсь, что кто-то из них удивился, узнав, что причиной была я и мой очередной срыв. Это был не первый раз, когда я взрывалась и заставляла зрителей в ужасе смотреть на меня, но, судя по моей удаче, скорее всего, это был последний раз. И на этот раз мои люди смотрели на меня не с ужасом, а с грустью, как будто не хотели, чтобы я уходила. Дверь со стороны водителя открылась, и в машину запрыгнул Ниган, аккуратно положив Люсиль на сиденье между нами и пристегнув ее, как будто она была беспомощным младенцем, а не спортивным снаряжением. Типа, я поняла. Моя Берта была моей машиной, с которой я не расставалась, но я не укладывала ее спать по ночам и не кормила с ложечки по утрам. Я все еще была достаточно вменяема, чтобы понимать, что она по-прежнему всего лишь топор. — Ты сумасшедший, — прохрипела я, поморщившись от того, насколько садило горло после недавнего потрясения. Те немногие силы, что у меня остались, были истощены, и глаза наливались тяжестью. Во мне не осталось ничего, что могло бы поддерживать мой гнев. Я была на исходе, и этому не способствовал тот факт, что последние пару дней я почти не ела и не спала. Ниган издал сухой смешок. — После того представления, которое ты только что устроила, я не думаю, что ты вообще можешь судить. — Он повернул ключ зажигания, завел грузовик и, прежде чем переключиться на передачу, повернулся ко мне с улыбкой, самой искренней из тех, что я у него видела, и сказал: — Хотя я начинаю верить, что поговорка «подобное притягивает подобное» — не просто слова. Я подалась вперед на своем сиденье, последний прилив энергии заставил меня вскипеть. — Я совсем не такая, как ты. Грузовик выехал из Александрии, и я решила не оглядываться назад на то, что я неохотно оставляла позади. — Не такая? —Ниган приподнял бровь и бросил на меня быстрый взгляд краем глаза. — Я видел взгляды, которые бросали на тебя твои люди. Они смотрят на тебя не так уж сильно отличаясь, как на меня. — Чушь собачья. — пробормотала я. Он усмехнулся и выдохнул. — Не притворяйся, что ты тоже этого не видела. Я знаю, что ты не такая социально отсталая. — Он переключил передачу, и мы ускорились, сбив с ног одинокого ходячего. Грузовик подпрыгнул, когда мы переехали труп. — Так что расскажи мне эту историю, Дайс. Почему ты отверженная в городе? — Да пошел ты. — черт возьми, я не собиралась говорить с ним об этом. — Что? Тебе не нравится, когда во время поездки рассказывают хорошие истории? — Я услышала ухмылку в его голосе, когда отвернулась к боковому окну. Если бы мои руки не были связаны, я бы уже открыла дверь и выпрыгнула из машины, лишь бы избавиться от раздражающего звука его низкого голоса. — Нам еще около часа ехать до убежища, так что мы можем использовать это драгоценное, очень драгоценное время, чтобы немного лучше узнать друг друга, как думаешь? Раз уж мы теперь лучшие друзья и все такое. Я ответила ему молчанием. — Ладно. Полагаю, это щекотливая тема. — Он долго барабанил пальцами по рулю, и я клянусь, это был самый долгий момент, когда он молчал. Пока ему не пришлось пойти и все испортить еще одним вопросом. — Тогда, может, расскажешь мне, почему тебя называют Дайс? Я имею в виду, что твои родители, конечно, не настолько жестоки, чтобы называть тебя так. Если только они не фанатики «Монополии», но даже в этом случае разве не лучше было бы назвать тебя Пикадилли, Оксфорд или как-то так? Хм, вообще-то, может, и нет. Звучит не намного лучше. Надо отдать ему должное, этот человек, вероятно, мог бы до падения установить мировой рекорд Гиннесса по количеству сказанных им слов. Посади Нигана в пустую комнату, и он, скорее всего, сможет поговорить со стенами. Он продолжил, хотя его никто не просил. — Я так понимаю, твое настоящее имя Марлоу, потому что в этом дерьме больше смысла. Не обижайся, если это не так, но... понимаешь... просто...— Тишина затянулась, и я почувствовала, как он смотрит на меня. Он вздохнул. —Я знаю, что ты злишься на меня... Я усмехнулась и, если бы могла скрестить руки на груди, сделала бы это. — Но ни за что на свете я бы не вернул Дэрила, ты ведь это знала? В глубине души я думаю, что так и было. Но отчаяние толкает людей на крайние меры, в том числе на унижение, когда ты просишь о помощи человека, который без сожаления забил твоих друзей до смерти и смеялся над их страданиями. — И черта с два я бы отказался взять тебя с собой. Мне просто нужна была причина, чтобы оправдать это, ведь я честный человек. Я прикусила язык, отказываясь заглатывать наживку. — Если ты знаешь, как правильно разыграть свои карты, Марлоу, то тебе может даже понравиться там, в Святилище. Я с первого дня, как встретил тебя, понял, что ты больше подходишь на роль спасителя, чем одного из приятелей Рика. У тебя просто такой взгляд. Святилище может стать для тебя домом, каким никогда не была Александрия, и мы оба это знаем. — Я не… — Вот опять я разболталась. — Ты не что? — Александрия всегда будет моим домом, — я хмуро повернулась к нему. — И как только я найду лазейку, как только у меня появится шанс сбежать из Святилища — я уйду. И ты больше никогда меня не увидишь. Ниган небрежно пожал плечами. — Тогда мне просто нужно убедиться, что ты не сбежишь.