Ⅳ. Сигарета

— ... — Он говорит, что хочет сигарету, — сказала девочка, вытирая рукавицей заплаканное лицо и с испугом смотря на Келвина. Она крепко сжимала ладонь брата, тот придирчивым взглядом обводил собеседника с ног до головы. Дети, играющие на площадке, были уже давно позади. Здесь, в почти безлюдном переулке, только они трое. Не хватало только перекати-поле. — Келвин! Ты не ответил на мой вопрос. Цепкий взгляд поймал странную фигуру, идущую к Алексу. Сам Алекс и его сестра не могли заметить ее. Келвину показалось, что человек медленно, как будто крадясь, приближался к спине парня. — А. Точно. Да. Извини. Не хотел. Алекс выжидающе смотрел на него, желая поскорее получить от него объяснения. Келвин прочистил горло, прежде чем ответить с кивком: — Я сказал, что хочу сигарету. — Ты ведь специально игнорируешь первый вопрос? — спросил рыжик. Келвин развел руками: — Нет. Просто ты сразу же задал второй, а я не могу отвечать на два вопроса одновременно. — Ну тогда сейчас у тебя полно времени. Я слушаю ответ на первый вопрос. А именно, почему ты довел ребенка до слез? Теперь лицо фигуры, выросшей из-за спины Алекса, можно было хорошо разглядеть. Это был мужчина примерно двадцати семи лет с короткими каштановыми кудрями. Он приложил указательный палец к губам, прося таким образом не выдавать его, и лучезарно улыбнулся, поприветствовав Келвина жестом руки. «Кто это?» — Разве она не объяснила тебе? — спросил Келвин, с подозрением смотря за его спину. — Не отвечай вопросом на вопрос. Я хочу услышать объяснения от тебя. Мужчина с кудрями самодовольно без шума похлопал себя по груди и жестом показал, что прибьет Алекса. Келвин приподнял бровь и тоже начал активно жестикулировать, прося этого странного парня не наносить вред Алексу. Он боялся, что если предупредит Алекса, мужчина без раздумий повалит того на землю. Алекс начал мять точку между бровей: — Услышать, а не увидеть. Ты резко стал немым? Если так, то предоставь мне сурдопереводчика. Кудрявый мужчина с недовольством посмотрел на Келвина. Тот вообще ничего не понимал. Кто этот парень? На чьей он стороне и чего добивается? В любом случае к Алексу он явно настроен недоброжелательно, а Келвин не хотел бы, чтобы с ним что-то случилось. Потом явно будут проблемы и недопонимание. «Надо действовать аккуратно» — Нет, нет. Просто холодно, и я решил согреться таким образом. — Слушай, Келвин, не разыгрывай этот бесконечный спектакль. Я всего лишь хочу, чтобы ты извинился перед сестрой. Келвин облегченно выдохнул. На фоне радости от того, что ему ничего не сломают, он почти позабыл про неизвестного, стоявшего позади Алекса. Келвин открыл рот, собираясь принести слова извинения, которые он, впрочем, хотел произнести и до этого, но им не дано было сорваться с губ. Мужчина резким движением ударил Алекса по голове. Ноги рыжика подкосились, и он без сознания упал лицом вниз. «Аккуратно...» Мужчина перевел взгляд с Алекса на удивленного Келвина, потом на испуганную девочку. Он немного виновато улыбнулся, почесав затылок, и молниеносно схватил ее. Взяв девочку на руки, он что-то сказал ей и побежал прочь. Девочка не сопротивлялась. — Стой! Убедившись, что с Алексом все относительно в порядке, он побежал за ними. Мимо мелькали дома, кусты и дворы. Солнце слепило глаза. Келвин не отличный бегун, но даже он смог почти догнать странного парня с девочкой на руках, несмотря на то, что тот выглядел довольно-таки подтянутым. Трудно назвать его качком, хотя намек на это был. Они бежали около четверти часа, петляя по переулкам. В одном из них мужчина забежал в кафе, на котором висела табличка с надписью «закрыто». «Ловушка», — подумал Келвин, останавливаясь перед дверью. Само кафе снаружи было небольшим, но опрятным. Рядом с ним стояли столики и стулья. У всего этого был единый стиль, сделано явно со вкусом. Нельзя было разглядеть, что было внутри из-за штор. Келвин пообещал себе спасти эту девочку и как следует извиниться перед ней и Алексом. Иначе зачем ему извинения, если его сестра пропадет без следа. Более того, любой человек на месте Алекса подумает о том, что Келвин соучастник, и подаст заявление в полицию. Поэтому он резким движением открывает дверцу, трижды пожалев о том, что сорвался на ребенке. Хлопок, второй хлопок, всевозможных цветов ленты, плавно летящие вниз и падающие на черные волосы. Келвину оставалось только удивленно округлить глаза, слушая очередной залп из праздничных хлопушек. — Какого...

***

В комнате было светло, несмотря на закрытые окна. У каждого стола, стоявшего сбоку от окна, были два двухместных кресла, расположенные друг напротив друга. Пока снаружи улица жила своей жизнью, за одним из столиков в кафе, наполненным праздничными декорациями и различными вкусностями, удобно расположились четыре человека. Один из них — черноволосый парень с очками на носу, в волосах которого запутались праздничные ленты из хлопушек. Он сидел у окна и разминал висок, как будто у него болела голова. Рядом с ним — рыжая девочка. Она беззаботно болтала ножками и отпивала маленькими глотками сок из стакана. Напротив них — кудрявый мужчина, следивший за девочкой. Его глаза были теплыми, и он, кажется, умилялся этой картине. И наконец — Стивен. Он разрезал всем по куску торта. Келвин не хотел отвлекать его от такого важного занятия. Он скосил взгляд на кудрявого мужчину и, убрав руку с виска, сказал, наконец нарушив тишину: — Давай еще раз по порядку. Эта девочка на самом деле твоя дочь? — Верно, — он щелкнул пальцами и облокотился на спинку кресла. — Схватываешь на лету! — И всё, что сейчас произошло, было сделано лишь для того, чтобы я пришел сюда? — Да, — в унисон говорят все трое собеседника, кивая. — Дурдом. Стивен, зачем тебе этот... кто это? Какая от него польза? — спросил Келвин. Кудрявый мужчина нахмурился и обвинительно сказал: — Эй! Поаккуратнее с выражениями. В исполнении плана участвовали все мы втроем... Ну хорошо, вчетвером, если считать того рыжего парня. В любом случае неправильно из всех здесь присутствующих выделять именно меня. Тем более не я разрабатывал эту многоходовочную игру. — Насчет того рыжего парня я и хочу с тобой поговорить. Тебе обязательно было применять грубую силу? Ты же слышал, что он попросил от меня обычных извинений и не был настроен агрессивно. Он ведь даже решил заступиться за твою дочь, притворившись ее братом. Тебе плевать? Или ты хочешь сказать, что и Алекса вы тоже подговорили? Или ВЫ хотите сказать, что не придумали ничего лучше, как втягивать в это дело совершенно посторонних людей? В чем, черт возьми, проблема просто сказать мне напрямую? — Да в том-то и про... Стивен с легкой улыбкой, растягивающей шрам от губы до уха, положил всем на блюдце по куску торта. Оба как по команде прикрыли рты, уставившись на еду. Келвин не заметил, как Стивен мягко взял его ладонь в свои две. Он немного удивился такому странному жесту и растерянно вырвал свою руку из его и резким голосом сказал: — Да что мы празднуем в конце концов?! — Твой первый рабочий день, — ответил Стивен. — Келвин, ты задаешь слишком много вопросов. Тебе не кажется? — Позволь, — произносит кудрявый мужчина. — Значит, тебя зовут Келвин? Знай, что мое имя Джек. Итак, — он насадил на вилку кусок торта. — Во-первых, на свою дочь я не плюю, а люблю. Во-вторых, всё это было спонтанным планом Стивена. Изначально я должен был сообщить тебе напрямую. — Господа, давайте выражаться кратче и понятнее, — Стивен сел рядом с Джеком. — Я арендовал это кафе, чтобы сообщить о задании. Счет идет на минуты. — Это очень важное задание? — спросил Джек. — Нет. Я арендовал кафе на время и, боюсь, скоро нас выгонят, а вам еще убираться. Джек: — Нам? Разве не Вы это затеяли? Стивен, игнорируя: — Келвин, Джек просто захотел, чтобы ты слегка поволновался за его дочь. Вот и всё. Надеюсь, ты больше не будешь пугать детей? — он улыбнулся, глядя на обоих. — А я захотел, чтобы ты на всех порах прибежал сюда, ни о чем не подозревая. О-о-о, видел бы ты свое лицо! Это что-то с чем-то. — Ты невыносим, — сказал Келвин, проводя рукой по лицу. Он вздохнул и поднял взгляд на Джека. — Просто не избивайте в следующий раз несчастного Алекса. — А ты не пугай в следующий раз несчастных детей, — подхватил Джек. Келвин поправил очки: — Хорошо, хорошо. Я извинюсь. И сам понимаю, что поступил слегка резко, — он протянул девочке свое блюдце с тортом. — И ты меня прости. Прими это в качестве извинения. — Уверен? — спросил Стивен, приподнимая бровь. — Ты несколько суток как следует не ел. Девочка удивленно посмотрела на кусок, улыбнулась и покачала головой: — Не надо. Не хочу. — Я ведь знаю, что дети любят сладкое... Ну же, за папу! — Это никогда не работало, — небрежно сказал Джек, махнув рукой. — Ты прощен. Келвин не стал дальше настаивать. Он в последний раз посмотрел на всех троих, поставив блюдце на стол, прежде чем сказать, не совсем аппетитно смотря на торт: — И все же это ловушка...

***

Джек любил шумные компании, но только не эту. Нет, неправильное начало. Он любил любую компанию, шумную или не очень, какую угодно, но только не эту. Один из его собеседников, которого он мысленно называл «босс», беззаботно сидел за столом с его любимой дочерью, что Джеку совсем не нравилось. Он часто смотрел в сторону Стивена, чтобы убедиться, что всё в порядке, но тот, кажется, не замечал его, а копался в своих записях, между делом перекидываясь фразами с Келвином, который внимательно слушал и изредка кивал, убирая со столов тарелки. Дочка играла в какие-то игры на телефоне. Одним словом, скука смертная. Джек скучающе прикрыл глаза, глядя в сторону троих и медленно работая метелкой. Стивен, найдя нужную бумагу, пробежался глазами по тексту и произнес: — Мы отвлеклись от основной темы. Как я уже сказал, я собрал вас здесь не просто так. Итак, слушайте внимательно. Наш заказчик — большой человек с большими проблемами, миллионер, занимающийся незаконной деятельностью, и у которого обманом украли около десяти миллионов. Он хочет, чтобы мы нашли похитителя и позаботились о нем. Сам заказчик пожелал остаться инкогнито. Всё, что нам известно про него, так это то, что в прошлом он был директором одного из сейчас уже заброшенного приюта для детей. Представьте себе, он подозревает, что один из его воспитанников и есть похититель. — Видимо, у него были серьезные причины для кражи, — прокомментировал Келвин. Наполненный желудок позволял ему ясно мыслить. — Возможно, что таким образом он желал отомстить заказчику? — видя, какой Джек бесполезный, он отобрал у него метелку и сам начал подметать праздничные ленточки. — Очень может быть. Заказчик также назвал имя своего друга, которому он полностью доверяет и который может дать нам некоторые сведения. Его зовут Джон Паркер. — Джон Паркер? — Келвин перестал работать метелкой и вопросительно посмотрел на Стивена, не заметив, как Джек вырвал орудие труда из его рук и начал подметать более активно. Имя требовательного преподавателя из его университета было еще свежо в памяти. Он скосил взгляд на Джека, но ничего не сказал. Стивен перечитал одну из строк: — Да, Джон Паркер. Запомнили? Джек, перестав подметать и обернувшись в сторону Стивена: — Что? Келвин, сев напротив Стивена: — Главное, что я запомнил. Что еще нам известно? — По словам заказчика, на месте прошлого приюта должен остаться архив. Джону Паркеру известно его расположение. Это всё, что мы знаем на данный момент. Ваша задача — прежде всего найти архив и сфоткать все документы с информацией о воспитанниках. Позже я отправлю их заказчику, он опознает преступника, и дело за малым. Думаю, ты знаешь, где находится университет, в котором работает Паркер? — Да, знаю. Как давно заказчик дружит с ним? — Этого я не знаю. Как ты понял, у него нету нужной фотки, что усложняет нам жизнь. Найдя архив, мы сможем узнать личность нашей жертвы. Вопросы? — Она с нами? — спросил Келвин, кивком головы показывая на девочку, которая до сих пор играла в телефоне. — Хм? Нет. У нее хорошие актерские способности, и это не та ситуация, где они могут пригодиться. Келвин нахмурился: — Обязательно расследовать это дело с Джеком? — Да. — Но, Стивен, — вставил слово Джек. — Ты уверен, что с тобой ничего не случится? — Нет. Ты ведь сам говорил, что я бессмертен, — ответил он со смешком. Келвин озадаченно повернул голову в сторону Джека, который успел все идеально убрать и выискивал место, где можно оставить метлу. — Стоп. Ты его телохранитель? — Ну да, я. Теперь он с вопросительным знаком на лбу посмотрел на Стивена. Тот ухмыльнулся и кивнул, сказав: — Вы все равны, но можете поменяться ярлыками, если хотите. Кстати говоря, нам уже пора. Время, выделенное для аренды, закончилось, — Стивен встал из-за стола и, убедившись, что все убрано на совесть, направился к выходу. Все трое последовали его примеру. Эта фраза произвела на Келвина странное впечатление. С ощущением недосказанности и потери чего-то значимого он шел позади троих человек, идущих к выходу. Джек посадил девочку к себе на плечи и прощался с Стивеном, который твердо и уверенно шагал с несколько задумчивым выражением лица без привычной для Келвина улыбки. Они все вышли из здания и остановились у входа. Стивен взял связку ключей и, найдя нужный, с шумом повернул его в замочной скважине, говоря: — Вот и все. Объявляю вас коллегами. У вас ровно неделя.

***

Воздух был пропитан холодом и дымом от машин. Трое человек, точнее, два. Шли в одном направлении. Один из них — Джек со своей дочерью на плечах, а второй — Келвин. Джек шел сзади, так как не поспевал за ним. Улица была тихой и мирной, ведь сегодня воскресенье. Коллеги тоже молчали, и неясно из-за чего. Джек спустя продолжительное время молчания заговорил, желая нарушить тишину: — Эй, Келвин. Я хочу кое-что спросить. Не мог бы ты замедлить шаг? — Сперва сними микронаушник, — Келвин остановился и обернулся через плечо, заставив окаменеть удивленного Джека с не менее удивленной девочкой. — Откуда ты, черт возьми, знаешь? — Стивен не мог иными способами передавать тебе указания.