Глава 2. Под покровом сомнений.

Ночь прошла тихо, но утро началось с лёгкой тревоги. Солнечный свет пробивался сквозь тонкие шторы, мягко освещая комнату Марэльды. Она встала с постели, ощущая лёгкое напряжение в груди. Письмо Ферида, словно тень, не покидало её мыслей. После утреннего чая и привычных процедур она вновь вернулась к своему столу. Письмо всё ещё лежало в ящике, как напоминание о вчерашнем вечере. Она медленно вытащила его, вновь пробегая глазами текст, который вчера вызывал у неё столько размышлений. Марэльда не спешила принимать решение. Её рассудок говорил о том, что приглашение Ферида может быть чем-то больше, чем простой вежливостью. Этот человек был для неё загадкой, а загадки — это то, что она привыкла разгадывать с осторожностью. Но в то же время её не покидал интерес, некая тяга узнать, что именно скрывается за его словами, за его улыбкой, за этим странным предложением. К полудню она наконец приняла решение. Если это приглашение — часть какой-то игры, она готова в неё сыграть. Но на её условиях. Марэльда позвонила служанке и приказала подготовить наряд для визита. — Попросите слугу сообщить, что я приму приглашение, — спокойно сказала она, не выражая особых эмоций. Её взгляд оставался холодным, но внутри пробуждалось странное чувство предвкушения. Она знала: встреча с Феридом принесёт что-то новое, что-то, что может изменить её понимание не только о нём, но и о мире вокруг. Марэльда провела остаток дня в спокойной, но напряжённой тишине. После принятия решения её мысли будто стали ещё более бурными. Она осторожно подбирала наряд, понимая, что её визит к Фериду потребует безупречной утончённости. В доме всё шло своим чередом, но служанки замечали необычайное спокойствие своей хозяйки. Позже, ближе к вечеру, она отправила своего верного слугу с ответом, коротким и лаконичным: "Я принимаю ваше приглашение, буду завтра утром." Марэльда решила не затягивать и уточнила время, чтобы не дать повода для двусмысленностей. Когда слуга отправился с посланием, она направилась в сад, где провела немного времени в раздумьях. Её взгляд скользил по закату, который окрасил небо в багряные и золотые оттенки. Она не могла отделаться от ощущения, что каждый её шаг ведёт её к чему-то большему, чем просто обычный визит. Воспоминания о той ночи, о Фериде, о его улыбке вновь возникли в её сознании, и это не давало ей покоя. "Что ты хочешь от меня, Ферид Батори?" — подумала она, но её лицо осталось холодным, почти равнодушным. Ночь снова принесла свои тревоги. Она улеглась в постель, но сон не приходил. Луна заглядывала в окно, заливая комнату серебряным светом. Казалось, что даже ночное небо ждёт завтрашнего дня. Марэльда несколько раз поворачивалась в постели, но в итоге заставила себя успокоиться. Когда наступило утро, дом проснулся раньше обычного. Служанки готовили её дорожный наряд, скромный, но изысканный. Марэльда приказала не нагромождать излишними деталями, но каждый штрих подчёркивал её природную элегантность. Когда карета подъехала к дому, служанка осторожно подошла к Марэльде. — Всё готово, мадемуазель, — сообщила она. Марэльда кивнула и неспешно подошла к двери. Её руки слегка дрожали, но она не позволила себе показать это. Перед тем как выйти, она ещё раз оглядела дом, словно прощалась на время. Когда она села в карету и двери закрылись, Марэльда вздохнула. За окном мелькали знакомые пейзажи, но внутри неё нарастало странное ощущение неизвестности. Она смотрела на проносящиеся деревья, но её мысли вновь и вновь возвращались к письму, его тону и словам. Карета мягко покачивалась, увозя её навстречу неизвестности, а в голове Марэльды одно имя звучало громче других: Ферид Батори. Карета плавно качалась на ухабах дороги, убаюкивая пассажирку лёгким покачиванием. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь редким скрипом колёс и шорохом листьев за окном. Марэльда сидела прямо, с безупречной осанкой, но её руки были сложены на коленях чуть крепче, чем следовало бы. Глубоко внутри её сердца шевелился еле заметный оттенок тревоги. Она внимательно следила за окружающим её миром. За окном проплывали густые леса, затянутые утренним туманом. Высокие деревья, их изогнутые, словно старинные статуи, ветви, то и дело заслоняли солнечный свет, оставляя в карете полумрак. Этот ландшафт был одновременно пугающим и завораживающим. Леса вокруг их поместья были ей знакомы с детства, но именно в эту поездку всё казалось иным — более чуждым, даже опасным. Мысли возвращались к письму. Слова Ферида были точными, будто бы вымеренными для того, чтобы привлечь её внимание, но не вызвать излишней настороженности. «Почему я приняла его приглашение?» — спрашивала она себя. Ведь могла бы просто отказаться, сославшись на приличия или дела. Но тогда в её воображении всплывали сцены: наглый лорд Де Валье, настойчиво добивающийся её расположения, и загадочная улыбка Ферида, скрывающая, казалось, больше, чем показывающая. "Возможно, я просто предпочитаю меньшую из двух тягот," — сухо подумала она, глядя на окна кареты. Её лицо оставалось холодным, безмятежным, словно маска, которую она давно научилась носить. Карета продолжала свой путь, а солнце начинало проглядывать сквозь плотные деревья. На горизонте стали заметны очертания поместья. Даже издалека оно выглядело величественно. Высокие шпили здания вздымались в небо, а тёмные стены напоминали Марэльде об истории, которой, казалось, дышал каждый камень. Слуга, сидящий на месте возничего, обратился к ней: — Мадемуазель, мы приближаемся. Ещё немного, и мы будем на месте. Она кивнула, не удосужив слугу ответом. Глаза её оставались устремлёнными на виднеющийся впереди особняк. По мере того, как карета подъезжала всё ближе, детали дома становились яснее. Изящная лепнина, готические окна и величественные ворота свидетельствовали о богатстве и изысканном вкусе хозяина. Карета остановилась перед огромной чугунной аркой, которая вела к главному двору. Слуга открыл для неё дверь, и Марэльда аккуратно спустилась на землю, придерживая платье. Окинув взглядом окружающее пространство, она заметила, как несколько слуг спешат навстречу, чтобы проводить её внутрь. На пороге поместья её встретил дворецкий — высокий, худощавый мужчина с проницательными глазами и чёткими чертами лица. Его чёрный костюм был настолько безукоризненным, что казалось, он вовсе не знал, что такое пыль или грязь. — Добро пожаловать, мадемуазель, — произнёс он глубоким, спокойным голосом. — Лорд Батори ожидает вас в библиотеке. Позвольте проводить вас. Марэльда кивнула, сохраняя сдержанное выражение лица, и последовала за ним. Её шаги были уверенными, но сердце в груди билось немного быстрее, чем обычно. Длинные коридоры поместья поражали её своим убранством. Повсюду висели картины — портреты предков, пейзажи в богатых рамах, сцены охоты. Тяжёлые ковры заглушали звук её шагов, а в воздухе витал слабый аромат лаванды и пряностей. Когда они подошли к двери библиотеки, дворецкий слегка постучал. — Лорд Батори, мадемуазель прибыла, — произнёс он и, получив разрешение, открыл дверь. Внутри царила полутьма, нарушаемая лишь мягким светом лампы на массивном дубовом столе. Стены, до самого потолка уставленные книгами, создавали ощущение почти святого пространства. А в центре этого мира знаний, полуобернувшись к двери, стоял он — Ферид Батори. Его светлые сиреневые волосы, падающие на плечи, казались почти серебряными в мягком свете. Красные глаза, яркие и внимательные, встретили её взгляд. Улыбка тронула его губы — тёплая, но с ноткой скрытой насмешки, словно он уже знал, о чём она думает. — Мадемуазель, — произнёс он, легко поклонившись, — я рад, что вы приняли моё приглашение. Надеюсь, дорога была комфортной? Марэльда остановилась на пороге, склонив голову в знак вежливого приветствия. — Благодарю за беспокойство, милорд, дорога была вполне сносной, — сухо ответила она, держа расстояние. Ферид чуть наклонил голову, словно разглядывая её более пристально. — Выглядите вы, как всегда, прекрасно. — сказал он с лёгкой улыбкой, жестом предлагая ей пройти к креслу возле камина. Марэльда, с трудом скрывая раздражение, слегка кивнула и направилась к указанному месту. Её холодная грация, словно броня, сохраняла её невозмутимость, но внутри неё всё ещё шевелилась тревога. — Надеюсь, моя библиотека вас не разочарует, — начал он непринуждённо, усаживаясь напротив. — Здесь собраны редкие экземпляры, которые могут заинтересовать даже столь утончённую леди, как вы. Разговор начался с вежливых фраз и ничего незначащих тем, но каждая минута в его обществе наполняла атмосферу комнаты едва уловимым напряжением. Марэльда не могла решить, был ли он всего лишь любезным хозяином или же за его словами скрывался тайный умысел. Когда чай был подан, и вечер начал угасать, Марэльда почувствовала, что её терпение начинает истощаться. Поместье Батори оказалось ещё более величественным внутри, чем Марэльда могла себе представить. Несмотря на внешнюю строгость и готическую мрачность, внутреннее убранство поражало вниманием к деталям. Каждая мелочь, начиная от витражей с нежными узорами до изысканных позолоченных подсвечников, рассказывала о вкусе и богатстве его владельца. Марэльда сидела в библиотеке, обдумывая странное развитие событий. Чувство неуютности от столь откровенного приглашения ещё не покинуло её. Она ловила себя на том, что старается сосредоточиться на деталях помещения, чтобы не думать о самом Фериде, который с лёгкой, но всё же излишней непринуждённостью вёл их разговор. Ферид, словно в своём собственном спектакле, играл роль гостеприимного хозяина. Его движения были плавными, как у хищника, привыкшего всегда держать контроль над ситуацией. Он вёл разговор, подбирая темы, которые, как ему казалось, могли заинтересовать Марэльду. Её внешнее спокойствие, впрочем, не давало ему чётких сигналов — слушала ли она его, думала ли о чём-то своём? – Леди Марэльда, – сказал он, прерывая свои размышления, – могу ли я надеяться, что этот вечер не покажется вам слишком скучным? Она повернулась к нему, взглянув в его глаза – такие яркие, алые, они словно пытались проникнуть в самую глубину её души. – Лорд Батори, – ответила она ровным тоном, – скука - не то чувство, которое я сейчас испытываю. В её голосе он уловил лёгкую уклончивость. Это заинтриговало его. – Позвольте предположить, – сказал он, пододвигая к ней серебряный поднос с чашкой чая, – что вам сейчас ближе всего любопытство. Она не ответила. Вместо этого её взгляд упал на книги, которые стояли на ближайшей полке. Их тёмные корешки с золотым тиснением словно манили её. – У вас изысканная коллекция, милорд. Я редко видела подобные книги. Здесь есть даже копии трудов, которые мне хотелось бы изучить. – Правда? – с видимым интересом спросил Ферид, откидываясь на спинку кресла. – Какая тема вас интересует? – История. Особенно хроники времён Столетней войны, – ответила она, подняв на него взгляд. Ферид слегка улыбнулся, и его взгляд стал немного мягче. – Прекрасный выбор, мадемуазель. История всегда даёт нам возможность заглянуть в прошлое и лучше понять, что происходит в настоящем. Его слова были сказаны так, будто в них скрывался иной смысл, но Марэльда не подала виду, что заметила это. Её внимание отвлекли часы, пробившие десять вечера. Она осознала, что провела здесь больше времени, чем ожидала, и захотела наконец уехать. – Лорд Батори, мне было приятно познакомиться с вашим домом, но, боюсь, мне пора возвращаться. Ферид не выглядел разочарованным, хотя в его глазах промелькнуло что-то, напоминающее сожаление. – Разумеется, я позабочусь о том, чтобы вас отвезли обратно. Но прежде, позвольте мне кое-что вам показать. Это займёт всего несколько минут. Марэльда колебалась. Она не знала, что именно он задумал, но, сочтя, что несколько минут не сделают большой разницы, она всё же встала. Ферид повёл её через длинный коридор, освещённый лишь мерцающими свечами. Его шаги были едва слышны, словно он не касался пола, тогда как её каблуки слегка гулко стучали. – Куда мы идём? – спросила она, глядя ему в спину. Он обернулся, его улыбка была загадочной. – Просто хочу показать вам одну вещь. Уверяю, вам понравится. Они остановились перед огромной двойной дверью, украшенной сложной резьбой. Ферид распахнул их, и перед Марэльдой открылся вид на балкон, с которого был виден ночной лес. Лунный свет заливал всё вокруг, создавая сказочную картину. – Это одна из причин, почему я люблю этот дом, – сказал Ферид, выходя на балкон и жестом приглашая её последовать за ним. – Здесь даже ночью всё кажется живым. Марэльда сделала несколько шагов вперёд. Она не могла не признать, что вид был завораживающим. Лес казался океаном теней, а звёзды на небе – его маяками. – Прекрасно, – тихо произнесла она, не глядя на Ферида. – Рад, что вам понравилось, – мягко ответил он, становясь рядом. Несколько минут они молчали, наслаждаясь моментом. Однако Марэльда чувствовала себя неуютно от его близости. Она решила, что пора прервать это затянувшееся гостеприимство. – Лорд Батори, благодарю за это зрелище, но я действительно должна идти. – Конечно, – он слегка поклонился, не настаивая. Возвращаясь к карете, Марэльда чувствовала странное облегчение, словно вышла из мира иллюзий обратно в реальность. Но мысли о Фериде не отпускали её даже в пути домой. Она не могла понять, что именно тревожило её в этом человеке – его загадочность или то, как он без труда завоёвывал внимание. Когда она вернулась в своё поместье, ночь уже вступила в полную силу. Слуги встретили её у ворот с лампами, быстро помогая выбраться из кареты. – Надеюсь, ваша поездка прошла благополучно, мадемуазель, – произнесла её главная горничная, беря её плащ. – Да, благодарю, – сухо ответила она и направилась к своим покоям. Едва коснувшись кровати, Марэльда почувствовала, как усталость одолела её. Но, закрыв глаза, она вновь и вновь видела его лицо, слышала его голос. "Почему я так о нём думаю?" – пронеслось в её голове перед тем, как сон окончательно унес её прочь. __________________________________________ Солнечные лучи проникали сквозь витражные окна утренней гостиной, окрашивая пространство в нежные оттенки золота и лазури. Марэльда сидела в резном кресле, её изящные руки покоились на бархатных подлокотниках. Дом был ещё тих, и только лёгкий скрип двери вывел её из задумчивости. Молодая служанка, низко поклонившись, протянула на серебряном подносе письмо с алой восковой печатью. — Это доставил посланник от лорда Батори, мадемуазель, — осторожно сообщила она. Марэльда едва заметно кивнула, отпустив служанку, и осторожно взяла письмо. Печать была украшена витиеватым гербом, в котором легко угадывалась элегантность и некоторая театральность, свойственная самому Фериду. Она провела ногтём по краю конверта, неторопливо вскрывая его, будто обдумывая, что может скрываться за этими изысканными символами. Текст письма был простым, но обволакивал тонким налётом интриги:

"Мадемуазель Марэльда,

надеюсь, что утро этого дня принесло вам покой и ясность. Позвольте мне выразить свою благодарность за вашу компанию вчера. Могу ли я рассчитывать на честь вновь встретиться с вами завтра вечером?

Моя карета прибудет к вашему дому в назначенный час, если вы сочтёте это предложение достойным вашего внимания.

Искренне ваш,

Ферид Батори."

Слова, написанные чётким, чуть наклонным почерком, создавали ощущение, что каждая фраза продумана до мельчайших деталей. Марэльда сложила письмо и некоторое время просто смотрела на его печать, оставленную на столе. Её лицо оставалось непроницаемым, но где-то внутри начали подниматься противоречивые чувства. "Почему он так настойчив? – подумала она, погружаясь в размышления. – И что он хочет этим показать?" Она подошла к окну, раздвинув тяжёлые бархатные портьеры. Глядя на залитый солнцем сад, она вспоминала его пронизывающий взгляд, его тонкие намёки в словах. Ферид явно не был простым человеком. Марэльда не могла отрицать, что его внимание льстило ей, но вместе с этим вызывало лёгкое беспокойство. Она решила, что не станет спешить с ответом. Оставив письмо на туалетном столике, Марэльда дала себе время подумать. Её разум требовал ясности, а сердце — осторожности. "Я отвечу завтра," — решила она. Оставшийся день прошел спокойно, без каких-либо проблем или изменений. Даже скучно. Засыпая, девушка обдумывала события последних дней. Ее разум волновала одна деталь: До недавнего времени, она никогда не ездила к кому-либо. Почти ни с кем не разговаривала. Что случилось с ней за эти пару дней? На следующее утро в поместье Марэльды царила непривычная тишина. Солнце только начинало освещать изящные линии её покоев, мягко проникая сквозь лёгкие занавески. Она проснулась рано, хотя ночь её была неспокойной. События предыдущего вечера всё ещё крутились в её голове: загадочный разговор с Феридом, его манеры, странное чувство напряжения, которое он оставлял за собой, как шлейф духов. Она спустилась в столовую, где её ждала чашка горячего чая и тарелка с лёгким завтраком. Однако аппетита не было. Мысли то и дело возвращались к пригласительному письму, которое она всё ещё не решилась уничтожить или спрятать. Оно лежало в кармане её домашнего платья, будто напоминая о принятом решении. Слуги внимательно наблюдали за хозяйкой, чувствуя её рассеянность. Одна из горничных, Марта, робко поинтересовалась, всё ли в порядке, но Марэльда отмахнулась. – Всё хорошо, Марта. Просто много мыслей. Её голос звучал так же, как всегда – ровно и спокойно, но сама она чувствовала, что лукавит. Она отправилась в сад, надеясь, что свежий воздух поможет ей избавиться от навязчивых образов. Высокие розовые кусты, только начинающие распускаться, были её гордостью. Она медленно прогуливалась вдоль аллей, любуясь их совершенством, но в какой-то момент заметила, что её мысли вновь возвращаются к Фериду. Что было в этом человеке такого, что заставляло её вспоминать его снова и снова? Казалось бы, встреча была незначительной, простой, но её беспокойство росло с каждым воспоминанием. "Зачем он меня пригласил? Что ему нужно? Может ли у такого человека быть истинно благородный мотив?" Её размышления прервал шум шагов позади. Она обернулась и увидела управляющего поместьем, господина Лекруа. – Мадемуазель, к вам прибыл курьер с письмом, – сообщил он, делая лёгкий поклон. Марэльда нахмурилась, ощущая тревогу. – Принесите его мне, – сказала она, направляясь к беседке. Лекруа передал ей небольшой конверт, запечатанный воском с незнакомой ей печатью. Аккуратно вскрыв его, она прочла несколько строк.

"Мадемуазель Марэльда,

я надеюсь, ваш сегодняшний день будет столь же прекрасным, как ваш вчерашний вечер. Если позволите, я хотел бы ещё раз встретиться с вами.

С уважением, лорд Де Валье."

Её пальцы чуть сильнее сжали письмо. Воспоминание о навязчивом лорде вызвало у неё неприятное чувство. Она бы предпочла вовсе не встречать его больше, но, видимо, он не собирался так просто сдаваться. Её взгляд упал на письмо Ферида, лежащее рядом. Она вдруг осознала, что, возможно, его предложение было не таким уж и странным. Оно давало ей возможность уйти от необходимости общаться с Де Валье. Марэльда поднялась и быстро направилась в свои покои. Её решение было принято. __________________________________________ День пролетел быстро. Вечером, ближе к заходу солнца, чёрная карета Ферида вновь стояла у ворот её поместья. Она не ожидала, что он пошлёт за ней столь роскошный экипаж, но теперь пути назад не было. Её платье было чуть скромнее, чем на балу, но всё равно подчеркивало её изящную фигуру. Тёмно-синий бархат переливался в последних лучах света, а небольшой жемчужный кулон на шее добавлял образу утончённости. Слуга помог ей подняться в карету, и та мягко тронулась с места. С наступлением ночи лес вокруг дороги выглядел иначе, чем накануне. Марэльда смотрела в окно, замечая, как лёгкий туман стелется между деревьями. Звуки ночных птиц и шелест листьев создавали ощущение оторванности от реальности, как будто они ехали в другой мир. Внутри кареты было тепло и тихо, но её мысли оставались напряжёнными. Она задавала себе вопрос: правильно ли она поступила, согласившись на это приглашение? Что её ждёт, когда карета достигнет своей цели? "Будь начеку, – подумала она. – Этот человек слишком умен и... необычен. Не позволяй ему завладеть твоими мыслями." Когда карета остановилась у поместья Ферида, слуга открыл дверь и помог ей выйти. Перед ней раскинулся величественный дом, освещённый десятками фонарей. В этот раз она заметила, как тени играли на стенах, придавая им странный живой облик. На крыльце, как и следовало ожидать, стоял сам хозяин дома. Он выглядел таким же безупречным, как всегда. Светло-сиреневые волосы, свободно падающие на плечи, подчёркивали его аристократическую внешность, а в его алых глазах сверкала лёгкая насмешка. – Леди Марэльда, – произнёс он, делая глубокий поклон, – рад видеть, что вы приняли моё приглашение. Она кивнула, сохраняя холодное выражение лица. – Спасибо за то, что пригласили меня. Ферид предложил ей руку, и, немного поколебавшись, она положила на неё свои пальцы. Они вместе вошли в дом, где уже был накрыт изысканный ужин. __________________________________________ Во время ужина Ферид снова проявил своё обаяние, ведя разговор легко и непринуждённо. Однако в его словах чувствовались скрытые подтексты, словно он постоянно проверял её реакции. – Надеюсь, вам здесь комфортно, – сказал он, наблюдая как прислуга подливает ей вина. – Да, ваш дом прекрасен, – ответила она, но её голос оставался осторожным. Он заметил это и чуть улыбнулся. – Леди Марэльда, Вы всегда столь сдержанны? Или только в моём обществе? Она выдержала его взгляд, стараясь не показать волнения. – Возможно, вы просто не привыкли к тому, что люди держат дистанцию. Ферид рассмеялся, откинувшись на спинку кресла. – О, я привык ко многому. Но вы, мадемуазель, определённо умеете держать оборону. Его слова оставили её в раздумьях. Этот человек был странным, непредсказуемым, но, как ни странно, в его обществе она не чувствовала себя в опасности. Напряжение, которое она испытывала раньше, начало немного ослабевать. После ужина они прошли в гостиную, где разговор перешёл на более нейтральные темы: искусство, литературу, музыку. Ферид оказался весьма образованным собеседником, и Марэльда даже на мгновение позволила себе улыбнуться его остроте. Когда часы пробили полночь, Марэльда встала, сообщив, что ей пора возвращаться. – Конечно, – мягко ответил он, поднимаясь. – Но, пожалуйста, подумайте о том, чтобы заглянуть сюда ещё раз. Мне бы хотелось продолжить нашу беседу. Она ничего не ответила, лишь слегка кивнула. Карета отвезла её домой, и, оказавшись в своей комнате, она долго не могла заснуть. Её мысли снова и снова возвращались к этому человеку, его манерам, его странному обаянию. "Кто ты, Ферид Батори?" – подумала она, засыпая.