Подготовка

Последующий вечер и ночь Арнольд пытался обработать информацию, но почему-то в голове была какая-то пустота. Все способы откосить от опасности заключались в двух пунктах. Первый: настаивать на том, чтобы оставаться на базе. Второй пункт это расторжение контракта, если дела пойдут совсем плохо. Но ничего из этого не выйдет, он все равно окажется в лагере. Похоже что единственный вариант покинуть военную зону это продержаться указанный период в пятьдесят две недели. Но что если его и тогда не выпустят? Арнольд задумался, знал ли он лично каких либо ветеранов-добровольцев? Пришел к выводу, что о таких говорили лишь в газетах. Хотя вряд ли тут держат людей дольше назначенного срока, иначе бы все солдаты взбунтовались, а армии это не к чему. Отчаянно размышляя о подобном почти всю ночь, Арнольд разработал для себя новый план, который оказался намного проще предыдущего. Держаться изо всех сил на протяжении года и постараться не умереть. Утром он почувствовал себя относительно готовым, признал безысходное, но боевого настроя все же не было. Карлу повезло остаться на базе, Людвиг и Бернард полетели вместе с Арнольдом. После недавней перестрелки они разделяли его напряжение и нежелание отправляться на смену. В кабине дирижабля была унылая атмосфера. Лампы слегка потрескивали, за окном шумел ветер. Куча солдат молча сидели рядком, сгорбившись смотрели на стены и в пол, держали в руках винтовки. При встрече с Джеффом Арнольду очень хотелось высказать много всякого, но он решил держать себя в руках. Лучше сохранять товарищеские отношения, или хотя бы нейтральные, ведь неизвестно сколько еще дней придется работать в такой группе. Оказалось, что далеко не один и даже не два. Обстрелы сильно участились и, как и описывал Джефф, пришлось несколько недель кататься на фургоне туда-сюда по всей лагерной полосе и латать дирижабли. Прятаться в землянке довелось раз десять, но к счастью всегда все обходилось. В первые пару дней Арнольд никак не мог унять тревогу, но со временем она то ли прошла, то ли стала чем-то привычным. Вечером в столовой Людвиг и Бернард рассказывали все, что знали о ситуации на холмах. Враги также начали продвигать свои лагеря, но в более крупных масштабах. Один из разведывательных дирижаблей заметил далеко немаленькую строительную зону с множеством людей и техники. Дирижабль сбили с гаубиц, но с помощью телеграфа разведчики успели передать примерное местоположение этого нового, вражеского лагеря. Бернард вникал во все, что слышал от старших и предполагал, что ситуация накаляется, вскоре стычки могут участиться и у них, а не где-то дальше по полосе. Из-за той перестрелки они сильно усомнились в своей безопасности на патруле и после нескольких часов, проведенных вне лагеря, были сами на себя не похожи. Людвиг стал молчать еще больше, Бернард перестал отпускать шуточки и хохотать, все чаще говорил о семейных планах. Арнольд тоже заметил растущее напряжение в лагере. Сюда привозили все больше снарядов, танков, гаубиц и, конечно, людей. Он постепенно привык к новой рабочей среде. Раньше хотелось оставаться на базе и не отправляться в лагерь. Теперь же он свыкся с лагерем и боялся лететь вместе со всеми на сражение, как военный механик. Чинить дирижабль прямо во время боя, настраивать бомбардировочный механизм где-то в небе над врагами, в случае чего стрелять с пулеметов. Карлу он откровенно завидовал, но вскоре и его начали порой засылать в лагерь. Слишком быстро он научился инженерному ремеслу, стал чересчур хорошо показывать себя на базе. Вот Старшие и решили, что Карл готов к ходкам. Арнольд считал, что студенту следовало скрывать свои способности и оставаться в безопасности, но ничего уже не поделаешь. После первой же командировки Карл попытался поговорить с главнокомандующим, но получил тот же ответ, что и Арнольд.

***

Очередным утром он проснулся от громкого голоса, дающего команду на всю казарму. — Подъем! — Лейтенант Берц кричал чуть громче обычного. Арнольд резко встал, привычными движениями надел форму механика и встал к остальным напротив Берца. Бернард, Людвиг и Карл не заставили себя долго ждать и вскоре тоже стояли рядом. — Сегодня у нас особенный день. — начал Лейтенант. Он выглядел серьезнее обычного, Арнольду показалось, что Берц немного волнуется. — Весь наш взвод отправляется в лагерь! — объявил он. — Работы будут приостановлены на некоторое время. Вам расскажут план завтрашней миссии, а также будем проводить необходимую подготовку! Главные опасения последних дней начали оправдываться. Напряженная атмосфера, новые партии снарядов, все говорило об одном. Будет какая-то миссия, скорее всего это слово обозначает сражение. Арнольд предполагал, что такое могло произойти и успел морально подготовиться. Даже немного устал ждать рокового часа, но все же настал он неожиданно. — Сегодня без завтрака и без тренировки. — продолжал Лейтенант. — Возьмите ваше оружие и постройтесь у ангара, на взлетной площадке. Шагом марш! Солдаты организованно зашагали из казармы в сторону оружейного склада. — Как вы, товарищи? — поинтересовался Бернард. — Как спалось? Арнольд услышал явное напряжение в голосе друга. Сам он тоже волновался, в желудок будто навалили льда, его подташнивало, сосало под ложечкой. — Как обычно. — ответил Людвиг. — Да. — выдавил Карл. — Тоже. — сказал Арнольд. — Тогда что вы все такие кислые? — спросил Бернард, попытавшись хохотнуть. — Сказали же, что эта загадочная миссия будет завтра. Значит сегодня можно не волноваться! — А сам трясешься. — скептично заметил Людвиг. — И голос дрожит. Как санный осиновый лист. — Да это так, просто. От холода. — заверил Бернард. Они добрались до склада и Арнольд полностью экипировался. На поясе был набор базовых инструментов, в кобуре револьвер, рядом висела маска. «Вооруженный» до зубов он со всеми направился к ангару. На площадке уже собралась толпа из нескольких сотен солдат, на первый взгляд чуть ли не вся база. Дирижабли выкатывались из ангара один за другим, все разных размеров, все выпускали белые клубы и стреляли паром. По сравнению с рутинными, тихими сборами, было шумно. Били колеса по рельсам, пыхтели двигатели, начальники орали приказы своим взводам. Отряд Арнольда также выстроился на площадке, Берц встал перед ними. — Пока ничего нового! — заявил он. — Вы заходите и занимаете места! Шагом марш! Взвод прошел внутрь кабины и все расселись по знакомым креслам. Через некоторое время остальные отряды так же распределились по дирижаблям и начались первые взлеты. Машины медленно взмывали в воздух и постепенно исчезали вдали, в облаках. Наконец и их дирижабль последовал за основной чередой. Ближе к лагерям дирижабли пошли в рассыпную, опускаясь и занимая все свободные, вырубленные площадки. Берц вывел взвод из кабины и отдал очередной приказ. — Следуйте за мной, в штабную землянку! Вход в это сооружение был вырыт по центру крупного холма и укреплен деревянными балками. Солдаты один за другим протиснулись сквозь дверной проем и оказались в большом помещении. Дощатый потолок поддерживался толстыми бревнами между которых была видна земля, на гвоздях висели керосиновые горелки, по центру стоял стол. Лейтенант Берц вытащил какой-то большой свиток из ящика и резким движением расправил его на столе. Это оказалась карта, Арнольд узнал территорию. Вот лес с длинной полосой лагерей, параллельно была настолько же длинная и широкая полоса холмов, а за ней вражеская зона. Они будто находились на другом береге реки, только в их случае вместо воды были холмы. Один сектор был обведен красным. — Здесь! — воскликнул Берц. — Здесь их новый лагерь! Они продвинулись гораздо дальше нашего! Если так продолжится, то они займут вообще весь центр холмов, разделяющих наши лагеря. Поэтому цель завтрашней миссии такова: уничтожить этот участок. Лейтенант выждал паузу. — Сейчас я подробно опишу план миссии. — продолжил он. — Все начинается с налета двух бомбардировщиков. Погода относительно облачная, если повезет, то враг их не заметит до начала бомбежки. А если заметит, то все равно мало вероятно, что достанет, просто успеет подготовиться. Далее, когда гаубицы и основная техника будет уничтожена бомбами, в ход пойдет эскадрилья пулеметных дирижаблей. Когда весь воздушный флот отступит, то начнется наступление рядовых, то есть нас. Зачистим остатки. Услышав весь план, Арнольд немного расслабился. Похоже, что его дело — это лишь подготовка машин. Вряд ли его отправят с пехотой или с воздушным флотом, шанс этого очень мал, но уточнить стоило. — Лейтенант Берц, разрешите спросить! Берц кивнул, ожидая вопроса. — Каков мой приказ? Я механик, а не рядовой. — Я тоже. — добавил Карл. — Точно, у нас же еще механики в отряде. — вспомнил Лейтенант. — Дайте секунду, надо взглянуть. Он взял в руки толстую папку с заголовком, обозначающим название миссии. В папке были подробно описаны план и цели операции, затраты и распределение людей. — Так, механики, двенадцатый взвод. Арнольд, Карл, Роберт? — Так точно. — кивнул Арнольд. Карл и Роберт повторили. — Так точно. — Хорошо. — Берц вернулся к документу. –Вы летите на бомбардировщике. Арнольд тут же пожалел, что спросил. — Итак, подытожим! — вновь сказал Лейтенант серьезным тоном. — Выходит так, что сегодня механики готовят бомбардировщики и остальные дирижабли! Рядовые, вы со мной! Большая часть солдат покинула землянку, оставив лишь Арнольда, Роберта и Карла. — Писец, ребятки. — протянул Карл. Роберт вопросительно взглянул на него. — Я про завтрашнее. Да и сегодня задача не из простых, я плох с бомбардировщиками. Они покинули землянку и направились к дирижаблям по одной из тропинок. На этом же месте Арнольд работал здесь впервые, но на этот раз вместо двух дирижаблей был один гигантский бомбардировщик. Вдруг из-за длинной кабины вышел Джефф и зашагал навстречу группе. — Сегодня у нас много работы. — без приветствия заявил он. — Чинить ничего не придется, но вот подготовки не мало. Предлагаю начать с вот этой махины. — Джефф махнул в сторону дирижабля, занимавшего всю поляну. — Ты тоже на нем завтра летишь? — спросил Арнольд. — Ага. — кивнул Джефф в ответ. — Мы все в одной группе что ли? — Выходит что так. — без особого энтузиазма вздохнул Роберт. — Давайте уже браться за дело. — С чего начинать? — спросил Карл. — Думаю можно разделиться на две группы. — предложил Арнольд. — Одна подготовит бомбардировочный механизм, другая займется топливом и прочими простыми задачами. — Я не против взять на себя механизм. — Джефф пожал плечами. — Я тоже. — кивнул Роберт. — Тогда топливо на нашей группе. — подытожил Карл. Роберт с Джеффом направились в бомбардировочный отсек дирижабля. Это была большая, темная комната, большую часть которой занимал непростой механизм. Множество рельс и цепей были соединены в несколько-ярусную конструкцию. В ней было почти три десятка ячеек с толстыми, черными бомбами. Рельсы шли сверху вниз зигзагами и обрывались прямо над люком. Сейчас он был закрыт, открывался обычно уже в небе. Вокруг люка были установлены железные перила, чтобы никто туда ненароком не упал. Механизм имел несколько режимов. Можно было задать временной промежуток между сбросом каждой бомбы, можно было сбрасывать по одной, нажимая на кнопку. Все управление происходило в капитанской рубке, сигнал отправлялся оттуда. Главная задача Джеффа и Роберта — убедиться, что ничего не заклинит в самый неподходящий момент, так же было необходимо проверить все режимы. Арнольд с Карлом же занимались более ординарными делами. Отыскали цистерну, протянули шланг, установили насос и заполнили баки. Провели такую же процедуру с дирижаблями поменьше, проверили работоспособность пулеметов, в каждый дирижабль принесли по несколько ящиков с пулеметными лентами. В эскадрилье было десять дирижаблей, все далеко друг от друга, оружейный склад разделен с обычным. Из-за этих факторов работа заняла несколько часов, почти всю смену. После Джефф с Робертом подключились к процессу и дело пошло быстрее. Уже окончательно стемнело когда они закончили. Вскоре весь взвод выстроился около штабной землянки и Берц сообщил достаточно неожиданную вещь. — Сегодня мы ночуем здесь! — объявил он. — Все за мной, в жилую зону! Арнольд наделся на то, что перед важным днем удасться хотя бы выспаться, но похоже не суждено. Жилой участок находился не так далеко и представлял из себя несколько больших палаток, стоящих рядом. Внутри они почти не отличались от помещения в казарме. Тоже несколько рядов двухъярусных кроватей. — Что вы делали сегодня? — спросил Карл у Бернарда с Людвигом, когда все заняли места. Бернард выглядел еще более взволнованно чем утром. — Готовились. — протянул он. — Учили план пешей зачистки. — Да. — задумчиво произнес Людвиг, смотря под ноги. — И каков план? — спросил Арнольд, чисто чтобы поддержать беседу. Он сам находился в состоянии мандража. Смена была закончена, голова очистилась от мыслей о работе, заполнилась осознанием того, что завтра будет сражение, стопроцентная встреча лицом к лицу с опасностью. — Наши отряды сформируют полукруг вокруг лагеря. И нападем со всех трех сторон. — ответил Бернард. — Наш взвод наступает спереди. — Волнуетесь? — спросил Карл. — Сам как думаешь? — саркастично бросил Людвиг. Его голос дрожал, пятка быстро стучала по полу, пальцы чесали тыльную сторону ладоней и то и дело переплетались с друг другом, сжимаясь в замок. Людвиг понимал, что завтра уже не получится ни откосить, ни прохлаждаться как раньше на патруле. Успокоиться было крайне тяжело, особенно без спиртного. — Мне бы промочить горло. — произнес он, вспомнив о эффектах выпивки. — Завязывал бы ты с этим. — сказал Карл. Людвиг недовольно посмотрел на него, призывая не начинать тирады, но Карл продолжил. — Лучше начни относиться к армии как к терапии для алкашей, переставай хотеть бухать постоянно. Иначе эффекта не будет. — А если не хочу? — спросил он. — Почему не хочешь-то? — Арнольд присоединился к беседе. — Есть вещи получше алкоголя. — Ну да, создание карьеры, семьи. — перечислил Бернард со своей койки. — Ты ж ничего из этого не пробовал, вся твоя мотивация это возможность вернуться в город и взяться за старое. — Что в этом плохого? В такой мотивации? — Ее недостаточно. — заявил Бернард. — Вот возьмем Арнольда. У него сумасшедший карьерный рост не за горами. Или Карл, светлая голова. Тоже все впереди. — рассуждал он. — Ну, у меня семья, понятно, хотим завести детей. А ты ничего из этого не хочешь. Людвиг промолчал, размышляя о том, почему же он не горит желанием заниматься всем этим. К определенному ответу не пришел. — Я подумаю. — бросил он, принимая лежачее положение. — А сейчас пока пожалуй посплю. Через пару минут свет отключили и палатка погрузилась в темноту.