Тайна за дверью

Хенджин сидел с другом у него дома, наблюдая за тем, как Чан весело беседует с его женой Мари. Он знал её ещё с тех времён, когда они познакомились в Австралии, а теперь, спустя год, они были уже женаты. — Кстати, — Чан взглянул на друга с улыбкой. — Ты знал, что у нас чудесные новости? Хенджин не сдержал улыбки и передразнил: — Неужели Мари беременна? — сказал он, лишь для того чтобы пошутить. Но, увидев удивление в глазах Чана, он мгновенно осознал, что был прав. — Серьёзно? — потрясенно уставился на них. Мари с Чаном активно кивнули, а девушка, смущенно улыбаясь, тихо засмеялась. — Поздравляю! Когда появится маленькая копия моего друга? — с восторгом спросил Хенджин. Мари снова засмеялась. — Через две недели. Возможно, к концу месяца. — Отлично! Как раз заберу его с собой в Италию на каникулы, — радостно сказал Хенджин, но тут же получил подзатыльник от Чана. — Нет уж, — сказал Чан, отводя взгляд. — Мы даже не знаем пол ребёнка, а ты тут уже строишь планы на моего малыша. Лучше строй отношения и детей имей. — О, нашёл кому советы давать, — Хенджин прищурил глаза. — Я, конечно, безумно рад за вас и желаю вам счастья, но отношения — это не мой конёк. — Разве ты не был в отношениях раньше? — удивлённо спросила Мари, откусывая кусочек торта, который она только что испекла. — Сколько тебе лет? — Да, два года назад были, — Хенджин почесал затылок, пытаясь вспомнить, что происходило два года назад. — Но что-то не хватало. Я чувствовал, что мной восхищаются, вот только… — Ты не любил, — перебила его Мари, и оба парня удивлённо посмотрели на неё. — О чём ты, милая? — не понял Чан. Мари спокойно продолжила: — Думаю, Хенджину нравилось, когда им восхищаются, и он хотел чувствовать это всё чаще. Она перевела взгляд на Хенджина: — Но тебе стало скучно, потому что ты почувствовал, что обязан ответить тем же. Твои партнёры тебя любили и ценили, и тебе это нравилось. Но в ответ ты не мог дать им ничего, кроме пустоты. Ты банально не был влюблён. Хенджин задумался, на мгновение замолчав. Его взгляд стал более серьёзным. — Это действительно так? — спросил он, стараясь осмыслить её слова. — Я… просто любил внимание, а не самих людей? — Не совсем так, — ответила Мари, немного улыбнувшись. — Но да, это скорее всего так. Ты был в отношениях, но не было той искренней привязанности, которая делает любовь настоящей. Хенджин немного отвел взгляд, размышляя о её словах. В какой-то момент ему стало ясно, что Мари права. — А как мне понять, что я влюблён? — спросил он, немного смущенно. — Когда ты будешь молиться, чтобы этот человек всегда был счастлив, тогда можешь быть уверен, что ты влюблён, — сказала она, кивая, подтверждая свои слова. — Тебе будет достаточно того, что человек, в которого ты влюблен, счастлив и радуется жизни. А ещё в тебе проснётся чувство защитника. — А это что? — не понял Хван, приподняв брови. Чан обнял жену и ответил: — Это когда ты хочешь защищать её, даже если нет реальной опасности. Я не про войну или похищение, скорее это то, что тревожит её, беспокоит её душу, — он перевёл влюблённый взгляд на Мари. Хенджин тихо сидел и смотрел на них. Друг выглядел таким счастливым. И если какая-то «стерва» сейчас пытается разрушить его ещё не начавшуюся счастливую жизнь, Хенджин этого не позволит. Его друг не заслуживает этого. — А как завоевать чьё-то сердце? — неожиданно спросил Хенджин, на что Мари удивленно перевела взгляд. — Всё зависит от того, чье сердце ты хочешь завоевать и зачем, — объяснил Чан. — Тебе кто-то понравился или ты что-то у родителей хочешь спросить? — ухмыльнулся он. Хван не мог рассказать, что хочет отомстить одной девушке ради друга. Чан сразу встанет на его пути. Он слишком добрый и послушный работник, поэтому Хенджину пришлось соврать. — Вообще-то, есть та, кто мне симпатична, — сказал он, пытаясь изобразить смущение. — Ох, как я рада за тебя! — нежно улыбнулась Мари, хлопая в ладоши. — Кто она? Ты уже с ней знаком? Хенджин неловко улыбнулся, а Чан ухмыльнулся. — Скорее всего, ты знаешь, кто она, просто ты с ней не говорил, — скрестил он руки. — Это случайно не Хван Йеджи? — Как ты догадался? — удивился Хван. — Во-первых, ты только с ней познакомился, а вчера из дома не выходил. Не бойся, я тебя не осуждаю, — понял Чан. — Я даже рад, что ты выбрал её. — Правда? — недоумевал Хван. — Она человек... — немного замялся Чан, подбирая слова, — хороший, — выдохнул он. Хенджину такой ответ не понравился. Видимо, шантаж дошёл до того, что друг не осмелится сказать о ней ничего плохого. — Она ведь генеральный директор компании, в которую ты часто ходишь? — догадалась Мари, глядя на мужа, а затем посмотрела на Хенджина. — Хенджин, тебе стоит хорошенько постараться, потому что она славится своей незаинтересованностью в мужчинах. — Но ты точно можешь быть уверен, что она никогда не была в отношениях, — сказал Чан, уверенно кивая. Мари нахмурилась, услышав это. — Подожди, ты что, считаешь, что если девушка была в отношениях, с ней нельзя общаться? — спросила она, слегка удивленная. Чан растерялся, нервно улыбнувшись. — Нет-нет, не так, — поспешил он оправдаться, переводя взгляд на друга, который, видя ситуацию, посмеялся. — То есть если бы я была чьей-то бывшей, ты даже не поздоровался бы со мной? — продолжила Мари с игривым упреком. Чан смутился. — О, нет-нет, милая, это я просто так сказал! — начал оправдываться мужчина, глядя на друга с просьбой о помощи. Хенджин, улыбаясь, поднял руки. — Ладно, я пошёл, — сказал он, поднимаясь и уходя, оставив Чана с разочарованным взглядом. *** Поздняя прогулка по ночному Сеулу — то, чего Хенджину так не хватало. В Италии в это время шумно: музыканты играют на каждом углу, влюбленные пары танцуют под светом уличных фонарей, создавая новые воспоминания. Но вместо романтики это лишь усиливало его одиночество. Здесь же, в Сеуле, ночи были тихими и умиротворяющими, словно город давал ему время и место разобраться в мыслях. А их в голове было слишком много. Радостная новость о будущем ребёнке Банчана всё ещё согревала его сердце, но её затмевали слова Джисона о Йеджи. Неужели эта женщина действительно собирается портить жизнь человеку, который через несколько месяцев станет отцом? Хенджин сжал кулаки. Чан был его другом с начальной школы, всегда помогал и вытаскивал его из любых передряг. И теперь настал его черёд защитить друга. Вибрация телефона вырвала его из раздумий. Разблокировав экран, он увидел сообщение от Джисона: «Собрал кое-какую информацию. Надеюсь, пригодится». К сообщению прилагался файл. Хенджин ухмыльнулся, его взгляд стал сосредоточенным. «Интересно, что ты там накопал», — подумал он. Уже собираясь закрыть чат, он получил ещё одно сообщение: «Чаще появляйся в офисе. Кажется, ей нравятся рискованные и уверенные в себе люди». Хенджин покачал головой и усмехнулся. «Рискованные? Ну что ж, Йеджи, узнаем, насколько ты любишь риск», — с этими мыслями он убрал телефон в карман и продолжил свой путь по освещённым улицам ночного Сеула. Ночной Сеул выглядел совсем иначе, чем днём — тихий, спокойный, будто город тоже решил немного отдохнуть. Парень шёл по улице, освещенной мягким светом неоновых вывесок. Хёнджин остановился перед своим домом, наслаждаясь прохладой ночного воздуха. Вокруг было тихо, слышался только шорох ветра среди деревьев. Он толкнул калитку, прошёл по небольшой дорожке к двери и легко её открыл, чувствуя приятное облегчение от того, что наконец вернулся. Внутри дома было темно и спокойно. Он быстро разулся, оставив обувь у порога, и прошёл в спальню. Скинув куртку и аккуратно повесив её на стул, он переоделся в мягкие домашние штаны и свободную футболку. Всё в доме дышало уютом и привычной простотой — место, куда всегда хочется возвращаться. Прежде чем лечь отдыхать, он задержался у своего рабочего стола. Рядом с окном лежал блокнот и гуашь, которую он недавно приобрел. За окном виднелся ночной Сеул — город, который вдохновлял его снова и снова. Он взял кисть, смешал несколько цветов на палитре и, проводя линию за линией, начал переносить на бумагу огни и тени, которые видел совсем недавно. Каждый штрих отражал его эмоции — усталость, спокойствие и тонкую нить вдохновения. Картина так и осталась незаконченной, когда Хёджин отложил кисть и взглянул на телефон. В голове невольно всплыло имя девушки, о которой рассказывал его новый знакомый. Открыв файл, он нахмурился. Информации было крайне мало — всего несколько строк. «Хван Йеджи. Дата рождения: 26 мая. Любит работать, часто кричит на подчиненных и вечно чем-то недовольна. Фирма принадлежит её отцу. Лучшая подруга — Лиа, других друзей не найдено. Всё время проводит в офисе. Никогда не выходит без веской причины. Ненавидит мужчин. Лесбиянка (возможно).» Он перечитал текст дважды, но ничего нового для себя не нашёл. Не было ни личных предпочтений, ни слабостей, ни интересов. Только поверхностные наблюдения. Хёджин недовольно выдохнул, откинулся на спинку стула и закрыл глаза. — Сложновато будет, — пробормотал он с лёгкой усмешкой, а затем покачал головой, на его губах заиграла хитрая улыбка. — Но трудно — не значит невозможно. С этими словами он поднялся и вернулся к холсту. Он углубился в работу, думая о том, как много ещё ему предстоит узнать о Хван Йеджи, и что из этого может выйти. Однако мысли постоянно возвращались к её образу — девушки, о которой он так мало знал, но которая уже начала занимать его ум. Необычная личность, судя по той информации, которую он успел собрать. Странная смесь строгости и закрытости. Сложный человек, как и его собственные картины. Он взял новый цвет, добавив несколько мазков на фоне. Он выдохнул, почувствовав, как расслабляется его тело. Сложный день подошёл к концу, и теперь, в этом тихом вечере, единственное, что оставалось — это отдохнуть. Отложив кисть и протерев руки, Хёджин выключил свет в студии и направился в свою комнату. Его мысли продолжали крутиться вокруг девушки, но теперь, скорее, с любопытством.