Проводник Божий

— Браня говорил, что сейчас не стоит проверять.. — Встревоженно продолжил уговаривать крестоносцев Асадей. Руки сами вспотели и тёрлись друг об друга, а в голове помощника всё стояло не очень спокойно. — Мы не собираемся вредить нашему брату, лишь помочь ему на будущее. — Лоргон взмахнул рукой, недовольно щурясь. — Тебя это вообще не касается. — Отрезал крестоносец, давая понять - разговор об этом закрыт. Развернувшись, Лоргон пошёл к двери, не сомневаюсь, что и другие крестоносцы пойдут за ним. Так и получилось. Вот подростка уже ведут по госпиталю, с которым соединяется церковь. Место, где его и Крестили. И где он умер. Никаких тревожных воспоминаний и чувств этот факт не нагонял, голове совсем наплевать, что произошло там, буквально сутки назад. Шарнэль теряется и не понимает - есть ли это та самая пустота, насильно привязанная Смерть или слова людей, сказанных когда-то давно, оправдались? Странный ребёнок. Раньше он честно считал, да и говорили ему это, что он очень эмоциональный. Это создавало проблемы в семье, но отказываться полностью от эмоций не собирался. Ни под какими ударами отца или матери, их криками и орами. Шарнэль ценил, то, что от бабушки ему досталась самая добрая улыбка — со слов его сестры. Сколько раз он подходил к зеркалу, разглядывая себя и растягивая глупую улыбку, сразу же вскакивая, когда слышал скрип половиц возле своих дверей. Шарнэль был зашуганным до ужаса ребёнком, которого тревожило абсолютно всё, внутри от чужих слов внутренности лопались, а лицо продолжало быть пустым. Так как эта лживая пустота пустила корни в самую душу? Он научился быть спокойным, вертким и уверенным для своих лет ребёнком - Шарнэль стал гордостью своих родителей, спрятав детские - горячо любимые - эмоции где-то в пыльном ящике. Но когда все зашло настолько далеко? Шарнэль чудом не врезается в Айвена, не заметив, как они пришли к залу. Кинув взгляд на алтарь, подросток поднял голову наверх, сам замечая в неком удивлении, что следов от удара молний не было. Пальцы дрогнули от резкой боли, стоило прикоснуться ко лбу, украшенным теперь крестом. Лицо не дернулось, даже если позвоночник по каким-то причинам начинал трещать. — Удары прошли сквозь крышу и алтарь, не оставив никаких следов. — Лоргон подкрался, положив руку на плечо младшему крестоносцу, от чего тот дёрнулся, скорее от неожиданности, чем в испуге. — Мы имеем понятие о будущих способностей наших братьев и сестёр к концу обряда. — Вице-капитан подошёл к идеально вымытому столу, скользя пальцами по нему. Чуть задевая бедром цепи и наручники, Лоргон отходит в сторону. — Кто-то пылает огнём, от кого-то чумой несёт. Кто-то три голоса в себе несёт, кто-то жизнь свою на благо людей отдаёт. — Гордость в голосе была настолько яркая и чёткая - Шарнэль никогда не слышал от родителей такой честности. Лоргон искренне гордился всеми своими братьями и сёстрами, не смотря на их способности, особенности рождения и происхождения. — Мы выясним твои способности сейчас, чтобы лучше понять, в каком направлении тебе двигаться. — Раздался голос Айвена, что положил обе руки на его плечи. — Процесс необходим, хоть и сложен в исполнении. Следуй указаниям и не думай. — Успокаивающе промолвил капитан, внушая какое-то спокойствие, которое Шарнэлю казалось изначально ни к чему, а теперь же он готов оборачиваться каждые пару секунд, ища глазами прожигающий спину взгляд. Лоргон опёрся об ритуальный стол, кивая обоим. Айвен ободряюще сжал плечи подростка, и тот без сопротивлений прикрыл глаза, готовый слушать. Что-то подступало. — Почувствую кровь Его в венах своих, мысли Его в голове своей. Поддайся воле Его. — Шарнэль дышал тише, стараясь принять весь смысл слов своего нового брата. В душе и крови его собственной есть от Бога плоть, что осталось почувствовать всем своим телом. За душой пойдёт и его тело, значит, нужно искать в глубине сердца. Словно рукой потянувшись к главному органу, стараясь почувствовать силу Божью, подростка накрыла паника. Такая, что его дернуло в сторону. Казалось, сама Смерть начала дышать в его затылок, издеваюсь над крестоносцем в очередной раз. Потому что ощущать Смерть в Её покоях и в жизни - совершенно разные, не похожие друг на друга, вещи. Сердце забилось как тогда, на алтаре. Подросток было уж хотел обернуться назад, но его крепко держали за плечи, продолжая что-то говорить. Немыслимая тревога завопила в затылок, прошлась стадом иголок под кожей и комната сузилась до небольшой комнатушки, что душила, убивала. Первое, что пришло в голову, чтобы исправиться от самых ненавистых ощущений, Шарнэль в спешке попытался найти ту связь между ним и Богом. Ведь хоть где-то Он должен его спасти? Тусклый крест медленно замерцал и засветился ярко-жёлтыми цветами, ослеплеющими. Трещины побелели, переливаясь золотистым оттенком. Казалось - золотой кровью. Лоргон довольно улыбнулся, подбадривая Айвена продолжать. Капитан нахмурился, сомневаясь, стоит ли оно того. Даже оборвать такой ритуал и связь будет тяжело, не говоря про ощущения, что почувствует Шарнэль - не нормальная реакция на ритуал вызывала тихие замирания души в страхе. Последние сомнения исчезли, когда Шарнэля повело в сторону на ослабших ногах. Продолжать надо до конца, остановят - станет хуже. И, в пределах допустимого, ускоряться. Капитан одними губами прошептал заклинание, направляя его ровно в младшего брата. Комнату озарила яркая вспышка. Показалось - солнце взорвалось. Глаза зажгло, заслезились, но не смотря на жуткую боль, крестоносцы продолжали смотреть на подростка, напряженные сами до предела. Свет под утих и можно было разглядеть младшего крестоносца, замершего в страхе. Волосы стали совсем белоснежные, только только выпадающий снег, трещины светились невероятно ярко, лучше звезд на чисто небе и солнца в середине дня. Шарнэль пропускал сквозь себя заклинание, не получая вреда в физическом плане, хоть и остолбенел в одно мгновение, не поняв смысл эксперимента. Зрелище было невероятно красивым, божественным. И ведь сила креста невероятна. Даёт тебе творить всё от лица самого Высшего, прощая тебе почти все грехи. Ты вступишь на любую землю и каждый правитель этой земли склонит перед тобой голову. Ты можешь слышать мысли Его, проповедовать думу и цели Божьи. Каждый поверит тебе и руки в молитвенном жесте сложит, да за имя Его тебе всего счастья пожелает. Это крестоносцы и боится их каждый. Подросток вырвался из рук капитана, отлетая на метр-полтора от крестоносцев, не понимая, откуда взялась такая сила в ногах, а ещё голос на самом ухе. Не голос капитана - чего-то отвратительнее, страшнее и опаснее. Глаза с ужасом смотрели куда-то Айвену за спину, на лестницу. Шарнэля чуть трясло, глаза метались, дыхание стало тяжелым. Сердце колотилось так, что аж болело, грудь свело. Ноги сами собой задвигались назад. — Вы видите кого-нибудь на лестнице? — Шёпотом спросил подросток, стараясь дышать чуть более глубокого, замечая, как тени на лестнице склоняют голову к плечу. Это люди? Крестоносцы отрицательно покачали головами, осматривая всё помещение - не только лестницу -, встав спинами к Шарнэлю и огораживая его для безопасности. А подросток видел. Видел двух странных существ, с красными как кровь, глазами. С телами, что дым при пожаре. Смертью от них несло так - тошнило и кружилась голова, а руки тряслись от животного ужаса. Голова отрицала мысль того, кто именно это был - да все факты были за самый страшный вариант. Шарнэль не заметил, как его взяли под локти и потащили по второй лестнице. — Как именно выглядели те, кого ты видел? — Их было двое, тела дымообразные, глаза ярко-красные и сощуренные. Стояли на лестнице и не двигались. — Уже спокойно отвечал Шарнэль, чувствуя, как опять голова быстро пустеет и всё становится для него не таким уж и важным. Она вырывает из него по кусочку. — Ты смог понять, когда именно эти "существа" пришли? — Спрашивал Лоргон, надеясь, что это не отголосоки безумия. Слишком рано и слишком странно - все вело именно к этому. — В начале ритуала. — Пустым голосом ответит подросток, чуть оборачиваясь назад, когда они почти покинули зал. Они были не внизу лестницы, а уже наверху, на равне с ними. — Я опять их вижу. — Душа предательски задрожала. Лоргон обернулся назад, куда смотрел подросток и громким голосом прорычал заклинание. На секунду вице-капитан сам увидел Их, щурясь. Айвен тоже стоял, готовый в любой момент атаковать нечесть, что осмелела и пришла за их братом. А потом эти твари исчезли, что даже воздух стал легче и душа спокойно вздохнула. Крестоносцы молча переглянулись, принимая решение, что этот вопрос решается за пределами церкви, а не на руках с беспомощным как олененок, братом. Шарнэль же глубоко вздохнул, принимая мысль, что сейчас пришли Вестники Смерти с двух других материков.