Предатель и взломанные оковы скорости (часть 2)

      Мир погрузился в молчание и холодную атмосферу, казалось, что каждый звук исчез. Однако молчание длилось недолго. — Погоди, Рэн, о чем ты говоришь? — встревоженно произнёс Нарухая, нарушив напряжённую тишину. Его глаза метались от меня к остальным, а голос дрожал от нервозности.       Я не ответила сразу, лишь подняла голову, чтобы оглянуть остальных. Мой взгляд был холодным и безжизненным, от чего многих передёрнуло. Моё переменчивое состояние заставляло их чувствовать себя неуютно. — Неужто никто из вас не видит очевидных вещей? — мой голос был ровным и уверенным, даже отстранённым. Я перевела взгляд на каждого по очереди, будто выискивая что-то в их лицах. — Все факты налицо, начиная с того момента, как Куон задержался в ванной комнате. — Что ты имеешь в виду? — вмешался Игараши, его голос звучал неуверенно, словно он боялся узнать правду.       Я выпрямилась, перекрестив руки на груди, и начала излагать: — Во-первых, он всегда первый рвался составлять план. А в тот раз он пришёл последним. Это уже само по себе странно.       Некоторые из команды начали переглядываться, осознавая, что раньше об этом даже не задумывались. — Во-вторых, — продолжила я, — Куон предложил оставить тот же план. Тот самый, который, по его же словам, нуждался в кардинальных изменениях, чтобы запутать противников. С каких пор он стал настолько непоследователен? — И что это доказывает? — всё же вставил реплику Игараши, его лицо выражало замешательство. — В-третьих, — резко парировала я, — все голы, что забивала команда Z, принадлежат Куону. Все до единого. И не просто голы, а настолько лёгкие, что даже пятилетний ребёнок закинул бы их в ворота!       Нарухая помрачнел, а кто-то из команды вскинул брови в удивлении. — И самое важное: команда W намеренно не опекала Куона, освобождая ему направление. Они, как по сигналу, будто специально оставляли ему мяч. Да, притворяться он умеет. Настоящий двуличный ублюдок.       Моё последнее заявление заставило всех окончательно замереть. Они пытались сопоставить мои слова с недавними событиями. — А ещё? — тихо спросил Гагамару, нахмурив брови. Его голос звучал жёстче, чем обычно, но было видно, что он искренне хочет докопаться до сути.       Я глубоко вздохнула, словно собираясь с мыслями, и затем продолжила: — Тогда скажу самый весомый аргумент. Посмотрите, как команда W душила связку Кунигами, Бачиры и Исаги. Даже с закрытыми глазами было видно, что они знали эту комбинацию заранее. Их взаимодействие блокировали намеренно, не давая развернуться.       Моё лицо стало ещё холоднее, и голос прозвучал почти как обвинительный приговор: — И ещё одно. Куон специально ронял мячи, чтобы братья Ванимы их подбирали и били по нашим воротам. Это было слишком очевидно.       В наступившей тишине каждый пытался переварить сказанное. Казалось, что слова нависли над командой, давя своим весом. — Это не может быть правдой… — пробормотал кто-то из ребят, но в его голосе не было уверенности.       Я взяла в руки мяч, который валялся у моих ног, и, смахнув с него невидимую пыль, мягко произнесла, даже с какой-то усталостью: — Это ваше право — верить или не верить. Но если бы вы не закрывали глаза, то заметили бы это сами и намного раньше. Благо мы на одно очко впереди. — Я медленно шагнула назад, приближаясь к нашему предателю. В моих глазах отражались ледяное безразличие и едва сдерживаемое желание избить этого мерзавца.       С язвительной ухмылкой я слегка опустила голову, позволяя злорадству проступить в моём выражении. — Что же? Оправдывайся, дорогой наш Куон, — мой голос стал тише, почти шепот, но в нём звучала угроза. — Если хочешь, чтобы я раздавил тебя, как Киру в отборе на 11 человек, то копай себе яму дальше. Я даю слово: ты сгниёшь в поражении. Эти три жалких гола — мусор, который тебя не спасёт. Ведь я могу забить и пять, и семь, а ты окажешься на самом дне пищевой цепи.       От моих слов Куон вздрогнул, и я заметила, как его глаза наполнились страхом. Уголки моих губ дрогнули, и я маниакально прищурила глаза, покачивая головой. — Умница. Сам понимаешь, куда встрял… — я выпрямилась, вновь смотря на него сверху вниз, и с серьёзным выражением лица добавила: — Куон, отвечай немедленно. Ты нас предал?       Но Куон молчал. Его взгляд был направлен в землю, а наши взгляды, полные презрения и ярости, давили на него с каждой секундой всё сильнее. Моё терпение, как и у остальных, было на пределе. Боль в груди становилась невыносимой, дыхание было сбивчивым, как при приступе астмы. Узел в животе с каждым мгновением тянул сильнее. Но я держалась. Хотелось бы сейчас разорвать его на части, однако я стиснула зубы.       Гормоны, чёрт бы их побрал. Сейчас мне хотелось убить кого-то, а через секунду, возможно, я бы захотела кого-то обнять.       Атмосфера становилась всё напряжённее. Казалось, тучи сгущались прямо над нашими головами, давя не только на него, но и на нас. Чувствовалось, будто кто-то приставил ко мне пистолет с двумя патронами и держал палец на курке.       Я не отрывала взгляда от Куона, когда позади раздался голос младшего Ванимы. Его тон был настолько спокойным и уверенным, что меня чуть не стошнило. — Именно так… — я повернулась резко, инстинктивно подняв руки, готовясь к удару, но остановилась. Братья Ванима не подошли ко мне — они направились к Куону. — Ну что, — ухмыльнулся младший Ванима, смотря на него, словно на бесполезного щенка. — Если даже ваш самый мелкий понял, что происходит, то скрывать больше смысла нет. Куон, пора подтвердить слова. Мы знали всё: вашу тактику, сильные и слабые стороны, оружие. Всё, кроме… — он перевёл взгляд на меня и указал пальцем, — тебя.       Я не пошевелилась, лишь подняла бровь, демонстрируя безмолвный вопрос. — Вчера вечером, — продолжил младший брат, — когда вы обсуждали игру, он ускользнул и пришёл к нам с особым предложением. Правда, Куон?       Тот, ухмыляясь в две рожи, хлопнул Куона по плечу, добавляя: — В таком случае победа обеспечена. — Это шутка, да? — наконец выдохнул Исаги.       Его голос дрожал от шока и недоверия. Он не мог поверить, что кто-то из нашей команды предал нас.       Но Куон молчал, пряча глаза и делая вид, что его тут нет. — Ай-яй, серьезно? — нахмурился наша пчелка, явно не слишком расстраиваясь.       Вот кто действительно вышел из себя, так это Раичи. Как только он услышал подтверждение моих слов, его будто сорвало с цепи. Он подскочил к Куону, схватил того за шкирку и поднял с искусственного газона. — Ты совсем страх потерял, что ли?! Я тебе сейчас ноги переломаю! Ты головой думал или чем?! — Я просто… делаю всё, чтобы выжить в «Синей Тюрьме», — пробормотал Куон, опустив взгляд. — Черт возьми! Раичи, не пачкай об него руки! — воскликнула я, шагнув вперед и перехватив его сжатый кулак, который вот-вот мог врезаться в лицо предателя. — Если ударишь, вылетишь с поля, а без тебя мы точно не справимся. — Отвянь, мелкий! Этот гнусный предатель заслуживает куда большего! — И что дальше? — я встретила его взгляд, не отпуская кулак, хотя уже начала ощущать, как ноги понемногу подкашиваются от напряжения. — Что дальше, Раичи? Да, он нас предал, но если ты сейчас всё испортишь, от этого легче не станет. Драки оставим на потом. — Ты сам-то понимаешь, что говоришь?! — Раичи вскинулся, но его тон стал заметно тише, когда я злобно зыркнула на него, не отпуская его руку. — Думаешь, только ты хочешь его разорвать? — я сжала его кулак сильнее, упираясь на него, чтобы не упасть от накатывающей слабости в ногах. — Я тоже готов размазать его по стенке, но это только усугубит наше и без того шаткое положение. Нас осталось всего десять человек, Раичи. Куон, конечно, будет играть кое-как или просто стоять, как бревно, но сейчас не до выяснения отношений. Успокойся и помоги нам атаковать. Пожалуйста.       Клыкастик, к моему удивлению, послушался. Он отпустил растерянного Куона, который выглядел так, будто планировал продолжать свою тактику пассивного сопротивления. Я медленно отошла от них, но вдруг пятка за что-то зацепилась, и я пошатнулась, готовясь рухнуть на землю.       Однако падение не случилось — меня удержали за плечи, позволив опереться спиной на чью-то грудь. — Ты как, Рэн? — тихий голос прозвучал прямо возле моего уха, и от тепла его дыхания я почувствовала, как мои щеки заливаются легким румянцем. — Я же говорил тебе, если плохо себя чувствуешь, просто скажи мне. — Спасибо, Кунигами, правда, — слабая улыбка скользнула на моем лице. Я мягко кивнула и посмотрела на него. — Всё нормально. Сейчас нам нужно думать только о победе. Без полного состава будет тяжело, но мы справимся.       Его взгляд остался серьёзным, но в нём читалась искренняя забота. Это придало мне сил.       Слабо, но всё-таки попыталась одарить его искренней улыбкой. Руки, которые удерживали меня за плечи, слегка дрогнули, и рыжик быстро отвел взгляд в сторону, будто смутился. — Эм… Ты как всегда, слишком упёртый, — пробормотал он, но я успела заметить, как его уши начали краснеть.       Почувствовав, как напряжение в его руках немного спало, я осторожно коснулась его тыльной стороны ладони, пытаясь успокоить его. — Спасибо, что подхватил. Просто, пожалуйста, не волнуйся так за меня, ладно? Всё под контролем, — проговорила я, стараясь звучать уверенно.       Однако рыжик смотрел на меня так, будто бы видел насквозь. Очевидно, мои слова его не убедили, в который раз. — Не говори ерунды, Рэн, — тихо, но твёрдо ответил он, снова впиваясь в меня взглядом. — Я же вижу, что тебе плохо. — Всё нормально, правда, — я попыталась улыбнуться ещё шире, но получилось не очень.       Мои губы дрогнули, но я быстро отвернулась, чтобы никто не заметил, как мне трудно. Только Кунигами чутко замечал, что со мной что-то не так, а вот остальные, судя по их взглядам, думали совсем о другом.       Да и к тому же их нахмуренные взгляды остальных начали прожигать мне спину.       Бачира смотрел на нас с характерной ухмылкой, в его глазах мелькало что-то весёлое, но явно недоброе. —«Хех, они так близко. Серьёзно? Кунигами уже и поддерживать его начал? Не знаю когда, но я не допущу, чтобы они стали еще ближе… Рэн мне нравиться и я его не отдам, хи~хи.»       Исаги выглядел более сдержанным, но его взгляд всё равно был пристальным, словно он пытался разгадать некую загадку. — «Хм, странно. Он всегда держался особняком и поддерживал нас, а теперь позволяет Кунигами так близко к себе. Это просто он такой заботливый, или тут что-то ещё?.. Черт! Почему я не тот, кто его поддерживает? Если стану сильнее он меня похвалит и станет доверять сильнее, чем кому-либо в Синей тюрьме.»       А вот Чигири… Его взгляд был самым тяжёлым. Мы с ним недавно повздорили, и это явно оставило осадок. Но даже сейчас, когда он сверлил нас глазами, я чувствовала скорее не злость, а раздражение. — «Чёрт, они стоят так близко, будто весь мир для них остановился. Хотя… почему меня это вообще волнует? Мы же с ним не друзья, и тем более мы поругались. Но всё равно, видеть это неприятно.»       Красноволосый фыркнул, сложив руки на груди: — Эй, вы двое, собираетесь там долго стоять? Может, напомнить, что у нас игра идёт? — его голос звучал колко. — Чигири, хватит, — твёрдо сказал Кунигами, слегка нахмурившись. — Мы все хотим победить. Может, перестанешь злиться из-за всяких мелочей?       Я закатила глаза, чувствуя, как ситуация может накалиться. — Ребята, хватит. Сейчас не время для ваших разборок, — отрезала я. — Нам нужно сосредоточиться на игре, а не на личных обидах. — Ладно, что-то тут слишком горячо, — подал голос пчёлка, ухмыляясь и подмигнув мне. — Может, вернёмся к игре? Всё-таки забивать голы — это поважнее.       Чигири фыркнул, отворачиваясь, но его раздражение было очевидным. — «Чёрт, он защищает его. Да какого вообще? И почему это так выбешивает?!»       Кунигами молча помог мне выпрямиться, его взгляд оставался обеспокоенным. — Всё будет нормально, — тихо сказал он, а потом добавил, обращаясь ко всем: — Идём. Нам нужно побеждать.       Я кивнула ему в знак благодарности, понимая, что смущение, которое рыжик пытался скрыть, всё ещё никуда не исчезло. — «Хотелось бы подшутить над ним, но сейчас не время»,— подумала я. — Внимание! Команда Z и команда W, вернитесь в игру и продолжайте матч, — раздался голос из мегафона. Тем временем братья Ванима уже вернулись на свою половину поля. — Каким образом?! Как вообще играть в таких условиях? — громко возмутился клыкастик, подняв руки вверх. — Эй! И что это значит? — озадаченно спросил Исаги, подбегая к Куону, который молча поднял мяч. — Это уже какой-то самовлюблённый Синдбад, честное слово, — пробормотал Гагамару, моргая в недоумении. — Нас же всех выгонят из этого проекта, если мы проиграем! Какой смысл в том, чтобы специально сдавать матч? — взволнованно заговорил Игараши, размахивая руками. — Нет, Игараши, ты ошибаешься, — сказала я, и все замолчали, настороженно наблюдая за мной. Казалось, моё спокойствие заставило их всерьёз воспринять мои слова. — В первом этапе есть особое правило: лучший голеадор проигравшей команды всё равно проходит на второй отбор. Именно на это и надеется Куон, пытаясь занять первое место в рейтинге. — Именно так, Рэн, — спокойно подтвердил Куон, наступив на мяч и глядя на нас холодным взглядом. — Ты единственный, кто действительно опасен на этом этапе. Поэтому я заставлю тебя заработать красную карточку и выкину с поля. — Вот оно что… — протянула я, хмурясь. — Значит, именно поэтому ты включил меня в свою «ротацию плана». Чтобы меня избили и я не смог играть. — Верно, — хладнокровно ответил он.       Рядом стоящий Исаги сжал руки в кулаки от возмущения. — Ты — единственный игрок, которого невозможно разобрать за пару матчей. Твои навыки и твой стиль игры не поддаются анализу, а значит, устранить тебя обычным планом невозможно. Поэтому мы сожмём тебя, как только сможем, — продолжал Куон, его голос звучал уверенно и безразлично.       Я слегка улыбнулась, прикоснувшись к руке Исаги, чтобы успокоить его. — Попробуй, — произнесла я, медленно и уверенно. — Однако, Куон, тебе стоило сосредоточить внимание исключительно на мне. Если бы ты действительно хотел меня изучить, у тебя, возможно, был бы шанс. — Плевать. Твои слова — пустой блеф, — холодно бросил он и передал мяч младшему из братьев Ванима. — С этого момента мы играем 12 на 10.       Его слова прозвучали как вызов, который я точно не могла оставить без ответа. — «Спасибо за тавтологию моих слов и мыслей, подкреплённых твоим тупизмом в этот момент»,— мысленно усмехнулась я, глядя на Куона с раздражением. — «Ничего оригинальнее, чем выползти как червь из моих логических выводов, ты не придумал?»       Пока все переваривали его слова, я повернулась к Исаги и тихо сказала: — Не обращай внимания на его болтовню. Забудь об этом. Давай просто играть. Мы можем вырвать победу, но мне не справиться без тебя. Поэтому соберись, взбодрись, и давай сыграем так, чтобы взять победу, а не довольствоваться ничьей. — Рэн? — удивлённо переспросил он, внимательно всматриваясь в моё лицо. — Меня ничья интересует ровно так же, как и тебя, — с вызовом продолжила я. — Победим и оставим их у подножия горы нашего превосходства. Тем более… — я слегка наклонила голову вбок, позволив разозлённой улыбке проявиться. — У меня появилась двойная мотивация разнести в щепки и Куона, и этих одноклеточных.       Синеглазка внимательно смотрел на меня. На его лице появилось понимание, а затем — решимость. Его глаза, глубокие и синие, словно морская бездна, вновь загорелись уверенностью. — Хорошо. Я тебе доверяю, Рэн, — твёрдо произнёс он. Его уверенность заставила меня улыбнуться чуть мягче. — Спасибо, Исаги, — ответила я, легко погладив его по голове.       Словно одумавшись, я быстро убрала руку, стараясь сделать вид, будто ничего не произошло. Но Исаги явно был ошарашен этим жестом — его глаза округлились, а лицо приобрело лёгкий румянец.

***

      После передачи Куона на сторону наших оппонентов, 3-й номер команды W уверенно повёл мяч, но его передача на старшего Ваниму вышла слегка кривоватой. Тот, не теряя времени, отдал пас младшему брату-болтуну и устремился к воротам. Они действовали слаженно: обойдя Игараши и Нарухаю, младший Ванима уже готовился нанести удар в штрафной зоне.       Но перед ним выскочила я.       Мяч с огромной силой врезался в мою грудь. В лёгких мгновенно вспыхнуло жгучее давление, словно меня ударили в самое солнечное сплетение. Воздух с силой вырвался из лёгких, и боль резким толчком разошлась по телу. Я заскрипела зубами, стараясь не согнуться от удара. — «Чёрт… Какого хрена он так пуляет?!»       Но нельзя было дать боли взять верх. В следующий миг я обвела этого идиота лёгким дриблингом, проскользнув мимо него, как призрак. Однако лёгкие будто сжались в тисках. Дыхание сбилось, грудная клетка сдавливалась так, словно кто-то сжал её ледяными пальцами. Я ощущала, как сердце бешено колотится в груди, требуя воздуха, которого я не могла вдохнуть полной грудью. — «Твою мать… Если так дальше пойдёт, я просто выдохнусь.»       Не имея возможности продолжать атаку самостоятельно, я быстро сделала передачу на Гагамару. Тот, несмотря на неожиданность паса, среагировал моментально и отбил мяч головой прямо к Кунигами.       Рыжик принял передачу, но тут же оказался зажат с двух сторон защитниками команды W. Его взгляд метался, пытаясь найти свободного партнёра. Однако это была не только неприятность, но и шанс — ведь меня никто не опекал.       8-й и 5-й номера зеленых метались глазами, отчаянно пытаясь меня найти. Я подбежала к парню и, стараясь скрыть тяжёлое дыхание, тихо шепнула: — Пасуй вперёд…       Кунигами даже не раздумывал. Он доверился мне и отправил пас.       В этот миг я рванула вперёд, преодолевая сопротивление собственного тела, заставляя лёгкие работать на пределе. В груди всё ещё пульсировала боль, каждый вдох давался с трудом, но я не могла остановиться.       Мгновение — и я уже в штрафной зоне. Вратарь команды W напрягся, готовясь к удару. Но я знала, что обычным способом его не взять. Поэтому сделала обманное движение.       Вратарь дёрнулся влево, уверенный, что я пробью именно туда, но в следующий миг мой удар изменил всё.       Мяч сорвался с моей ноги резким толчком, мгновенно закрутившись в мощную спираль. Его траектория была нестабильной — сначала он резко ушёл вправо, словно магнитом притянутый к краю ворот, затем внезапно сменил направление, двигаясь по дуге. Воздух вокруг него будто сотрясался от напряжения, а сам мяч напоминал бушующую бурю, непредсказуемую и хаотичную.       Вратарь попытался среагировать. Его мышцы напряглись, он дёрнулся в другую сторону, но было поздно. Его взгляд расширился от осознания собственной ошибки — он прыгнул не туда.       Мяч, словно капризный вихрь, кружащийся в своём безумном танце, наконец, пронзил сетку ворот, ударившись о неё с глухим хлопком. — ГОООООЛ!!! — загремел голос ребят, а я тяжело выдохнула, ощущая, как боль в груди сменяется приливом адреналина.       Но мне было плевать. Я забила и счет стал на нашей стороне 4:2.       Как только мяч влетел в сетку ворот, мои товарищи по команде рванули ко мне, явно намереваясь зажать в радостных объятиях. Я мгновенно сориентировалась и ловко увернулась, отступая назад. Ещё не хватало, чтобы кто-то случайно допёр, что я девчонка, да и лишние резкие движения мне сейчас не на руку.       Мегуру, ухмыляясь, без всяких предупреждений приобнял меня за плечи, а затем ткнулся подбородком мне в макушку, весело покачивая нас из стороны в сторону. — Ха-ха! Да ты зверь, Рэн! Вот это голище! — засмеялся он, явно наслаждаясь моментом.       Исаги облегчённо выдохнул, глядя на меня с благодарностью: — Спасибо… Ты нас буквально вывел на этот гол. — Хорошая работа, Рэн, — спокойно сказал Кунигами, похлопав меня по плечу, но деликатно, будто чувствовал, что мне сейчас не особо приятно любое лишнее прикосновение.       Тем временем наши противники бесились не на шутку. Особенно эти два одноклеточных близнеца: младший Ванима орал, будто его режут, размахивая руками в попытке доказать, что это был нечестный гол, а старший корчил рожи, явно не веря в происходящее.       Куон же… Наш предатель, казалось, уже начинал нервничать. Его взгляд дёргался, руки были сжаты в кулаки. Видимо, план не идёт так, как он хотел. Но мне было плевать на это отребье. Пусть бесятся, кричат, корчат свои рожи — их эмоции для меня ничего не значили. Однако кое-что всё же тронуло меня.       Чигири.       Он был единственным, кто не подошёл ко мне. Просто стоял в стороне, глядя в пол, будто отрезанный от всей этой суматохи. И почему-то мне стало грустно. Я не знала, откуда это чувство, но видеть его таким подавленным… это было невыносимо.       С превеликой ошибкой я не могла долго стоять на месте. Пока я мешкала всего на долю секунды, братья Ванимы уже отобрали мяч у Исаги и рванули в контратаку вместе с Куоном. — Вам уже конец, сдавайтесь, это бесполезно! — лепетал этот предатель, но вот хрен тебе!       Я рванула на защиту, не давая им ни секунды покоя. Однако стоило мне приблизиться, как старший из близнецов грубо оттолкнул меня локтем прямо в живот.       Резкая, пронзительная боль пронеслась по всему телу. Дыхание перехватило, лёгкие сжались, словно кто-то схватил их железным кулаком. Я почувствовала, как ноги подкашиваются, и в следующий миг рухнула на траву.       Но свистка не было. Судья не остановил игру. Значит, это не считалось фолом. — Твою… мать… — выдохнула я сквозь сцепленные зубы, одной рукой сжимая живот.       А тем временем команда W, воспользовавшись этим моментом, с лёгкостью пробила по воротам. Мяч со свистом влетел в сетку, а они, воодушевлённые своей «победой», жаждали раздавить нас окончательно.       Ребята тут же подбежали ко мне, окружив плотным кольцом. Их лица выражали беспокойство, а в глазах читалась тревога. — Ты в порядке?! — Исаги наклонился ко мне, его голос дрожал, а в глазах мелькнул страх. — Чёрт, ты выглядишь неважно… — пробормотал Гагамару, хмурясь и вглядываясь в моё лицо. — Ты побледнел, ещё и дышишь как-то… слишком тяжело. — Может, попросить остановить игру? — вставил Игараши, но тут же получил испепеляющий взгляд от пчелки, а Кунигами нахмурился ещё сильнее.       Я молча провела рукой по лицу, вытирая пот, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Боль в животе всё ещё пульсировала тупыми ударами, отчего в глазах на миг потемнело, но я сжала зубы и не позволила себе сдаться.       Я резко подняла голову, выпрямившись, и, несмотря на слабость, сжала кулаки так, что ногти больно впились в ладони. — Отдохнуть всегда успеем, — мой голос прозвучал твёрдо, холодно и даже немного резко, отчего ребята невольно напряглись. — Я сдохну, но добьюсь нашей победы, чего бы мне это ни стоило! — Ты упрямый осёл, — усмехнулся Бачира, но в его взгляде читалась обеспокоенность. — Тогда дожмём их до конца, — серьёзно кивнул Исаги.       Мой взгляд метался по лицам товарищей, цепляясь за каждую эмоцию. Исаги сжал кулаки, его губы дрогнули, но он ничего не сказал, лишь кивнул, принимая моё решение. Кунигами крепко сжал моё плечо, будто пытаясь передать мне часть своей решимости. — Я не собираюсь подыхать и закапывать себя в гроб, — процедила я сквозь зубы, сжимая челюсти, чтобы не выдать боль, что вновь пронзила живот.       На их лицах отразилась смесь шока, уважения и… какого-то странного восхищения. Они видели, что мне плохо, но знали — если я сказала, что продолжу, значит, я продолжу.       Мне не нужно было, чтобы они волновались обо мне. Мне нужна была победа. Оставалось всего пять минут — времени, чтобы передохнуть или сыграть наобум, уже не было. — «Чёрт, чёрт, чёрт! Сил почти не осталось… Ноги немеют, в голове полный хаос, а перед глазами всё плывёт и темнеет. Если я продолжу так выкладываться, то физически не смогу продолжать играть в «Тюрьме».” — «Рэн… Почему ты так стараешься? Почему выкладываешься больше, чем способен? Как твои глаза всё ещё горят, несмотря на ту боль, о которой ты рассказал мне? Почему?» — думал Хёма, глядя на меня с выражением смеси оторопелости и печали. — «Прекрати, сдавайся уже Рэн. Хватит так напористо гнаться за мячом с таким огнем в глазах. Кончай уже настолько слепо верить в себя…»       Я с трудом поднялась на ноги, скрипя зубами от усталости. Решив оставить атаку на Исаги, Бачиру и Кунигами, я объявила команде, что сосредоточусь на защите. Они согласились, но отреагировали на моё решение как-то слишком резко. В ответ мне оставалось лишь криво улыбнуться и сказать, что это лишь мера предосторожности — ведь соперники наверняка будут активно атаковать наши ворота.       Наступили самые тяжёлые пять минут.       Синеволосый, завладев мячом, лихорадочно искал возможность для передачи. Не найдя подходящего варианта, он вдруг рванул напролом, оставив в недоумении Куона и младшего из братьев Ванима. Однако его прорыв прервали — старший Ванима перехватил мяч и устремился в нашу сторону.       С лёгкостью обманув Раичи, заставив его сместиться вправо, он в последний момент резко сменил направление и двинулся влево, добегая до края штрафной зоны. — «Вот же чёрт, дело плохо.»       Цокнув языком, я бросилась на помощь Гагамару, который удерживал позицию в лобовой защите. Оставаясь в его слепой зоне, я выжидала момент. В этот же миг на помощь сопернику примчался игрок под номером пять из команды W, преграждая мне путь.       Но прежде чем он успел что-то предпринять, появился Бачира — с ловкостью хищника он выцарапал мяч и мгновенно направил его в противоположную сторону от наших ворот. За ним рванули все, и я тоже. — «Что он творит?! Он что, идиот?!» — мысленно вскрикнул Чигири, потрясённо глядя мне вслед. — Я снова забью! Любой ценой!       От моих слов малиново-розовые глаза парня расширились от удивления, в них вспыхнул белый огонёк. — «Если мы проиграем… это будет конец. Я покончу с футболом. Оставлю его в прошлом и, наконец, обрету покой. Мне больше не за что держаться…»       Он опустил голову, прикрыв глаза, но в памяти вспыхнули давно услышанные слова, в которых таилась крохотная искра надежды:

«Мне бы хотелось сыграть с тобой. В будущем, надеюсь, это будет взаимно.»

— «Ах, точно… Эти слова… и упрямство Рэна. Они похожи… Чем-то идентичны между собой. А ещё, Рэн… ты ведь такой же, каким был я раньше. Ты веришь, что станешь лучшим в мире, отдаёшь всего себя футболу. Так чего я боюсь? Что перестану быть гением? Что снова порву связки?»       Он бросил взгляд на своё правое колено. — «На самом деле мне плевать. Сейчас, в эту самую минуту, я не могу потерять связь с человеком, который, даже не зная меня, всё это время вёл вперёд и не давал опустить руки. А ещё… с огнём, что ты, Рэн, зажёг во мне своей игрой.»       В это время обе команды отчаянно сражались за мяч. Мы опережали на одно очко, но ничья нас не устраивала, поэтому каждая секунда на поле была наполнена яростью и борьбой. Всё ускорялось, напряжение росло, мяч катился к боковой линии поля.       Я рванула в ту сторону и встретилась взглядом с красноволосым. — Беги, Чигири! Это ещё не конец! Не твой конец! Разорви эти оковы, которые сам же наложил на свою ногу! Мы ещё не проиграли в Синей тюрьме! — Рэн…       Поймав мяч носком, я прижала его к ноге, быстро оценивая ситуацию. Всё складывалось не в нашу пользу. Ключевых игроков из нашей команды попросту блокировали, и я никак не могла им пасовать. Всё вело к тому будущему, в котором мы потеряем этот мяч.       Неожиданно меня накрыло знакомое ощущение — точно такое же, как тогда, когда я играла с синеглазкой и пчёлкой. Но на этот раз оно было другим… наэлектризованным, словно вспышка молнии. И в тот момент, когда я заметила розовую дымку, окутывающую пустующий противоположный фланг, до меня дошло, кто это. — «Вижу… Я тебя вижу, Чигири. Чувствую. Ты там, на самой кромке боковой линии.»       Мы пересеклись взглядами. В его глазах читался немой запрос, а я мысленно ответила: — «Хочешь получить от меня пас? Тогда лови, молния. Покажи наконец-то своё оружие!»       Сделав навесную передачу через поле, я бросила взгляд на Чигири. — Чё, куда ты пас отдал?! — возмутился Раичи, клацнув зубами. — На той стороне никого из наших нет! — воскликнул шатен, ошарашенно наблюдая, как мяч летит по дуге. — Идиот! Ты хоть и жуткий, но всё такой же балбес! Мы отберём этот мяч и добьём вас! Лови его, Куон! — ехидно бросил младший Ванима.       Наш предатель лишь поддакнул и бросился к мячу. — «Давай, Чигири! С такой скоростью ты их всех обгонишь за секунду.»       Куон уже почти добежал до мяча, самодовольно ухмыляясь, но в этот момент перед ним, словно вспышка молнии, возник Чигири. Он рванул вперёд с такой бешеной скоростью, что уследить за ним было невозможно. Игроки команды W и вовсе не успевали за ним. — Реально, что ли?.. — ошеломлённо пробормотал Агираши, стоя как вкопанный. — Быстрый… — коротко выдохнул Кунигами.       Близнецы отчаянно пытались отобрать у него мяч, не брезгуя возможным фолом, но всё было бесполезно. А когда красноволосый пробросил мяч вперёд, чтобы догнать его, мои глаза расширились до пяти копеек. Это было настолько круто и невероятно, что я не могла отвести взгляд.       Вдобавок я ясно видела, как его тело окутывает розоватый дым, смешанный с малиновым оттенком. Он сгущался вокруг него, словно вспыхивающий пламень.       Оставив всех противников позади, Чигири вырвался к штрафной линии, встретился взглядом с вратарём и, поймав момент, с подлётом мяча пробил точно в ворота.       Гол.       На поле воцарилась тишина. Мы стояли в шоке, осознавая, что только что произошло. А у этих одноклеточных и предателя на лицах застыло отчаяние.       Прозвучал свисток, означающий конец матча.       5:3.       Мы их в сухую разделали.       Чигири сжал руку в кулак и подпрыгнул от радости, выкрикивая: — Да-а-а! — перевозбуждённый от победного гола, он широко улыбнулся, сияя уверенностью. — «Смотри Рэн, все смотрите… Вот такой Чигири Хёма!» — Ура! — радостно орали Иемон и Нарухая, забегая к воротам.       А затем последовали радостные возгласы остальных ребят.       Но я, переполненная восхищением, рванула к Чигири, даже не замечая боли в теле. —Чигири!       Он повернул голову на мой крик: — Рэн? — Вот это да! Офигеть! Ты просто нечто! — я едва переводила дыхание от эмоций. — Ты так бежал, словно молния!       На последнем слове его лицо на мгновение озарилось чем-то… Может, удивлением, может озарением, или чем-то ещё, но я не обратила на это внимания и продолжила тараторить с восхищением: — Такая скорость! Я аж засмотрелся! Даже забыл, как дышать на минуту. Ты удивителен! Когда я восторженно хвалила Чигири, его лицо едва заметно порозовело.       Он отвернулся на секунду, словно стараясь скрыть это, но я всё равно заметила, как его уши слегка покраснели. — Это ты виноват, — пробормотал он, избегая прямого взгляда. — Ч-что? — я моргнула в замешательстве. — «Я же только и делала, что орала на всех.» — Ты меня взбудоражил и восхитил… — он глубже вдохнул, его голос был чуть тише обычного. — Всего секунда — и я побежал.       Я не сразу поняла, что именно сейчас произошло, но внутри вдруг стало тепло. А с другой стороны была поражена его словами.       Тот глубоко вдохнул и добавил: — Наверное, я просто не знал, что для меня важно. Но теперь всё позади. Пусть я уже не тот непобедимый гений, каким был до травмы… Сейчас я снова загорелся бегом — и всё благодаря тебе.       Он медленно провёл рукой по своему колену, его губы тронула лёгкая улыбка. — Спасибо, Рэн, за то, что помог мне вырваться из этих оков. Теперь я буду бегать, пока ноги не откажут. Пока огонь внутри меня не угаснет.       Я широко улыбнулась, переполненная радостью за него. Сердце еще бешено колотилось после матча, но теперь этот ритм был другим — не от напряжения, а от восхищения. — Ага, рад слышать. Теперь мы будем сражаться вместе.       Я протянула ему руку, предлагая помощь, но Чигири лишь усмехнулся, глядя на меня своими пронзительными малиново-розовыми глазами, в которых еще пылал азарт. — Вместе? Ничего себе ты напридумывал, улитка. Мы в Синей Тюрьме, — его голос был легким, даже немного насмешливым, но эти слова заставили мою ладонь дрогнуть.       Моя улыбка слегка ослабла, и я медленно опустила руку. — Ах, и правда… — пробормотала я, ощущая странную горечь осознания.       Однако прежде чем я успела окончательно отпустить этот момент, Чигири вдруг крепко схватил меня за руку. Его хватка была тёплой, уверенной, будто он не собирался позволить мне так просто отступить. — Лучшим бомбардиром стану я, — сказал он, его губы тронула азартная улыбка.       Я моргнула от неожиданности, а затем моя улыбка вспыхнула с новой силой. — Ну попробуй, потому что я уступать тебе не собираюсь! Именно я стану лучшим! — с вызовом заявила я, помогая Чигири подняться на ноги.       В этот момент мне показалось, что воздух между нами искрился от напряжения. Он смотрел на меня пристально, его пальцы задержались на моей руке на мгновение дольше, чем требовалось. И вдруг я заметила, как на его щеках появился легкий румянец. Чигири быстро отвёл взгляд, убирая прядь алых волос за ухо, но я успела заметить, как он слегка прикусил губу, будто борясь с какой-то внутренней эмоцией. — Не расслабляйся, улитка, — бросил он, но в его голосе больше не было той колкости, что раньше.       Я хмыкнула, чувствуя, как на губах расплывается довольная улыбка. — А ты не сбавляй темп, молния.       Чигири явно собирался что-то сказать мне, но не успел — его резко перехватил Игараши, ловко обхватив за плечи, словно пленника. — Поймал! Твое оружие просто нечто! — воскликнул он, сияя от восторга. — Спасительница ты наша! — добавил шатен с игривой ухмылкой, в его голосе слышались поддразнивающие нотки. — А ты у нас, оказывается, не просто принцесска.       Я лишь закатила глаза, готовая было ответить, но Чигири вмешался, явно смутившись. — Заткнитесь, если бы не я с Рэном, мы бы проиграли, — нахмурился он, стараясь выглядеть серьезным, но я заметила, как его уши слегка покраснели. — «Милашка.» — пронеслось у меня в голове, пока я смотрела на его недовольную, но чертовски забавную моську. — Да, Чигири, эта победа вырывает нас вперед сильнее, чем мы думали, — подытожил Кунигами, вытирая пот с подбородка. — Это действительно офигенно круто, — кивнул Исаги, выдыхая с облегчением. — Еще до начала матча я не мог представить, что мы выиграем, да еще и с таким отрывом, да еще вдесятером! — Мы балансируем на грани, но благодаря Рэну мы рвёмся вперед! — хихикнул Бачира, неожиданно пристраиваясь рядом со мной, словно котенок, требующий внимания. — «Вот хитрец, в любой момент найдет способ воспользоваться ситуацией.» — подумала я, но, поддавшись порыву, все же позволила себе аккуратно потрепать его по голове.       Однако этот жест не остался незамеченным — я чувствовала, как в воздухе повисла волна ревности, исходившая со стороны. Кто именно ее источал, я уже и не думала выяснять, просто наслаждаясь моментом победы.       Тем временем Раичи скрипел зубами так, словно был готов вцепиться в горло любому, кто окажется у него на пути. — Теперь Куон от меня не отвертится! — прорычал он, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.       Но наш гнев привлек другой шум — команда W окружила Куона, громко крича на него, а затем и вовсе принялась пинать его ногами. — Эй! Чё за фигня?! — гневно орал младший Ванима, его голос звенел в ушах, как раздражающий звон. — Ты обещал нам помочь, а в итоге что?! Какого хрена ты не сказал, что этот четырнадцатый номер такой сильный?! Почему умолчал про ноги Чигири?! А, ублюдок?! Мы из-за тебя продули этому мелкому недомерку и его шайке! — «Мелкому недомерку, говоришь?» — меня аж передернуло от злости. Вот же гаденыш. — Я не знал… — залепетал Куон, явно дрожа от страха. — Правда, я не знал, что Рэн способен на подобное… — Хорош врать! Я тебя сейчас так отделаю! — Прекратите уже! — рявкнула я, подходя ближе.       Однако внимание младшего Ванимы тут же переключилось на меня. Он зло сузил глаза и шагнул вперед. — А?! Тоже захотел получить, урод?!       Я не успела отреагировать, как рядом оказался его брат. Старший Ванима схватил меня за ворот формы, резко дернув. Я невольно вскрикнула от боли, ожидая удара, но в следующий момент на запястье противника с силой сжалась мощная рука. — Хватит, убери свои руки от моего друга, иначе… — грозно промолвил Кунигами, его голос звучал низко и опасно. — «Мне сейчас показалось, или я услышала хруст?» — промелькнула мысль, пока я смотрела на его стиснутую челюсть и пылающий взгляд.       Под давящей угрозой Кунигами меня наконец отпустили. Я глубоко вдохнула, ощущая, как облегчение разливается по телу. — Чёртов предатель дал деру! — послышался голос кого-то из команды W. — «И пускай катится, мне на него плевать,» — безразлично подумала я, бросая последний взгляд в сторону Куона.       Я повернулась к Кунигами и с лёгкой улыбкой поблагодарила его: — Спасибо, рыжик, ты вовремя.       Тот слегка смутился, почесав затылок, и… покраснел? Я не смогла удержаться и тихонько хихикнула.       Но момент был прерван резким голосом из мегафона: — Матчи 7 и 8 завершены!       Все сразу расслабились, хотя бы на время. Нам разрешили идти переодеться, принять душ и отдохнуть, и команда с радостью направилась к раздевалке.       Я плелась позади всех, чувствуя, как с каждым шагом тело становится всё тяжелее. Как только мы покинули футбольное поле, меня словно ударило ледяной волной — резкая боль пронзила грудь, будто синяк на ребрах был не просто ушибом, а кровоточащей раной. Бинты, которые я замотала перед игрой, врезались в кожу, превращаясь в настоящий инструмент пыток. — Чёрт… — выдохнула я, но шагу не сбавила.       Низ живота тоже ныл, ноющей, изматывающей болью, отдавая во всё тело. Каждое движение отзывалось спазмом, а мышцы словно свело судорогой. К горлу подкатил тошнотворный ком, а перед глазами всё плыло. Темнота медленно заполняла обзор, будто кто-то выкручивал яркость мира до минимума.       Головная боль накрыла с новой силой — резкая, давящая, словно внутри черепа кто-то сжимал раскалённое лезвие. Лоб стал горячим, пот стекал по вискам, а воздух вокруг внезапно показался вязким, будто стало нечем дышать. — Эй, Рэ~эн… ты чего так медленно идёшь? — раздался где-то впереди голос Бачиры.       Я попыталась сделать ещё один шаг, но ноги предательски подкосились. Тело дрогнуло, а мир перед глазами опасно накренился.       Я не успела ничего сказать. Ноги отказались слушаться, и тело вдруг стало чужим, невесомым. Перед глазами всё поплыло, и вот уже тёмные пятна начали поглощать мой обзор. — «Чёрт… только не это… Не сейчас…»       Я попыталась моргнуть, но зрение стремительно угасало. — Эй! Рэн, ты чего?! — голос Исаги прозвучал глухо, словно из-под воды.       Я чувствовала, как сердце глухо бьётся в груди, каждый удар отдавался болью в висках. Дыхание стало тяжелым, горячий пот стекал по спине, а кончики пальцев онемели.       Последнее, что я увидела, — силуэты, спешащие ко мне. Бачира, Исаги, Кунигами… Чигири, а за ними и остальных ребят. Они бежали, их лица были напряжёнными, встревоженными. — «Не хочу, чтобы они волновались…» — пронеслось в сознании, но в следующую секунду мир перед глазами окончательно померк.