Нежданное приглашение, первый матч с ошибкой и упавшая к рукам "королева" (1 часть)

      Когда этот красавчик-нарцисс скрылся за дверью поля к помещению состава Троицы — гордый, ледяной, самоуверенный до отвращения — я осталась совсем одна. Взгляд всё ещё был прикован к тому месту, где ресничка стоял секунду назад. А потом я просто… вздохнула.       Медленно, с тяжёлым выдохом. Потерла лоб. Всё. Дуться на него — бессмысленно. В конце концов, выжигаюсь здесь я, а не он. С каждой игрой, с каждым словом, с каждым его пренебрежительным взглядом — это моё терпение сгорает, моё сердце сдавливается. А ему? Да ему чисто побарабану. Мир, скорее всего, рухнет в бездну синим пламенем, чем Рин Итоши сам попросит или возжелает меня в команду. Это даже не обида. Это… факт. Признанный, принятый, как гравитация. Холодный и неоспоримый.       Я дёрнулась было вслед за ним — хотела просто уйти в ту же комнату, дожидаться своих знакомых, Йоичи, Мегуру, Хёма, Ренске… хоть кого-то из тех, с кем не придётся воевать за каждый вдох. Однако тут передо мной, словно из воздуха, возник микроботик. — Эм… — я замерла, делая шаг влево. Он — за мной. Шаг вправо. Он снова перед носом.       Я приподняла бровь. И даже хотела сказать что-то ехидное, но железный друг заговорил первым. — УЧАСТНИЦА НАРУМИ АЯНО, — прогудел он своим металлическим, безэмоциональным голосом. — В СВЯЗИ С НЕСТАНДАРТНЫМ ИСХОДОМ ПРЕДЫДУЩЕГО ЭТАПА, ВАМ НАЗНАЧЕНО ИНДИВИДУАЛЬНОЕ ЗАДАНИЕ ДЛЯ ДОПУСКА К СЛЕДУЮЩЕМУ УРОВНЮ ОТБОРА, КОТОРОЕ БУДЕТ СОВМЕЩАТЬСЯ И С ТЕКУЩИМ, ОБЩЕСТВЕННЫМ ЗАДАНИЕМ.       Я моргнула. Медленно. Как будто он только что предложил мне сыграть один на один с атомной бомбой. — Что ещё за индивидуальное?.. — пробормотала я, присев на корточки ближе к другу.       Тем временем микроботик протянул мне свёрток бумаги — завязанный аккуратным чёрным шнурком, будто это приглашение на магический бал, а не очередной виток безумия. — ВНУТРИ — ИНСТРУКЦИЯ И ПЕРСОНАЛЬНОЕ СООБЩЕНИЕ, — продолжал он. — НАСТОЯТЕЛЬНО РЕКОМЕНДУЕТСЯ ОЗНАКОМИТЬСЯ В ОДИНОЧЕСТВЕ, ВНЕ ПОЛЯ ЗРЕНИЯ ДРУГИХ УЧАСТНИКОВ. В БЛИЖАЙШЕЕ ВРЕМЯ БУДЕТ ВЫДАНО ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ СНАРЯЖЕНИЕ.       Я приподняла бровь, не удержавшись от сарказма. — Снаряжение? Я что, с кем-то воевать пойду? — пробормотала, с нажимом, словно мне уже вручили военную повестку. — Дробовик несите тогда. Сразу. С запасом патронов и желательно без сюрпризов. — ЗАПРОС НЕ ПРОИЗВЕДЁН, ПОЛЬЗОВАТЕЛЮ НЕЧЕГО БОЯТЬСЯ. ТАМ НЕ БОМБА, МОЙ СОЗДАТЕЛЬ НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ЖЕЛАЕТ ВАМ ЗЛА, КАК И ЭГО ДЖИМПАЧИ.       С этими словами он резко развернулся, колесики его тихо зашуршали по полу, и уже через секунду он исчез в дальнем коридоре, как будто его и не было.       Я осталась стоять с этим странным посланием в руках. Бумага была плотной, чуть шероховатой. Шнурок затянут намертво, как будто кто-то очень не хотел, чтобы я открыла его просто так, между делом. Что-то в этом было… тревожное. И в то же время — волнующее.       Я обвела взглядом опустевший полигон, посчитав это место идеальным для любопытства. Вес бумажки в ладони казался странно ощутимым, как будто внутри было что-то важнее, чем просто бумага. — Ну что ж, — пробормотала я, опуская взгляд и сжимая свёрток чуть сильнее. — Секретики пошли…       Не в силах сдерживать больше интереса, я развязала шнурок на скорую руку. Если Эго-сан хотел, чтобы я почувствовала себя героиней шпионского фильма — у него получилось. Ящик Пандоры открыт.       И в тот же момент, как только бумага развернулась, в мою ладонь что-то тяжело упало. — Что?.. — вырвалось у меня, когда я увидела странный предмет.       Шахматная фигура. Я поднесла её ближе к лицу.       Это был ферзь. Высокая, изящная, полностью чёрная с белыми декоративными вставками. Её корпус украшал ромбовидный узор, словно выкроенный из шахматной доски. Внизу — ряд маленьких жемчужных точек по кругу, будто пояс, отделяющий её от основания. Венчала фигуру крупная, тяжёлая корона цвета кости — чисто белая, матовая, с плавными резными изгибами. Она выглядела как артефакт, как часть какого-то таинственного кода. — Красивая фигура, конечно… — пробормотала я, покрутив её в пальцах. — Но щас не о ней…       Я аккуратно перевернула оставшийся в руке клочок бумаги и внезапно — что-то мелкое, круглое и металлическое скатилось с неё. Нечто вроде кнопки, слегка поблескивающее красным огоньком в самом центре. — Что это ещё?.. — нахмурилась я, недоверчиво прищурившись.       Секунда — и я, скорее по инерции, чем осознанно, нажала на алую кнопку. И вдруг… прямо передо мной, в воздухе, без малейшего звука — будто из пустоты — вспыхнула голограмма. Из полупрозрачного света сформировалось лицо. Чёткое, узнаваемое, абсолютно безумное и гениальное одновременно. — Эго-сан… — выдохнула я, инстинктивно выпрямившись.       Он смотрел прямо на меня. Улыбка шире нормы. Глаза сверкали. — Добро пожаловать в свой персональный ад, Аяно Наруми, — прогремел его голос, хрипло и напевно, — где каждый ход имеет цену, а королева теперь — ты.       Голограмма мигнула, и лицо очкарика стало крупнее, как будто приблизилось ко мне сквозь пространство. Он сложил руки перед собой, как театральный режиссёр перед началом великой пьесы. — Ты, наверное, уже поняла, что обычный путь — не для тебя, — начал он с хищной полуулыбкой. — Тебя выбрали не из-за баллов. И не потому, что ты выиграла у кого-то. А потому, что ты — аномалия. Переменная, которую я хочу бросить в уравнение.       Я нахмурилась, стискивая шахматную фигуру в ладони. — Аномалия?.. — пробормотала я. — Это вы сейчас комплимент сделали или диагноз поставили? — И то, и другое, — не моргнув, отозвался он. — Ты отличаешься. И, как ты сама, возможно, уже догадалась… второй этап отбора для тебя будет нестандартным.       Он посмотрел прямо на меня, и в его взгляде сквозила особая острота, как будто он не просто наблюдает, а сканирует, просчитывает, вскрывает под кожей каждую мысль. — Прежде чем ты начнёшь паниковать, — начал он, откинувшись на спинку своего виртуального кресла, — давай сразу обозначим главное.       Я приподняла бровь, сжимая в руке шахматную фигуру. Нервно, на автомате. — Во время первой фазы испытания, ты — единственная, кто завершил игру с «тюремщиком» за рекордное время. Быстрее всех. Так быстро, что наши системы не смогли корректно обработать твою игру, — он на мгновение замолчал. — В прямом смысле. Сканеры перегрелись. Часть оборудования просто вышла из строя.       Я удивлённо моргнула. Оборудование… сломалось? Из-за меня? — Что?.. — тихо выдохнула я, не веря. — Серьёзно?.. — Весьма, — Эго усмехнулся, будто это был его любимый момент презентации. — Такой «перебор» параметров бывает крайне редко. Поэтому тебя и вывели из стандартной системы отбора. Ты — переменная, которую нельзя просчитать привычными средствами. И теперь у тебя будет особая роль.       Он указал на фигуру в моей руке: — Ферзь, который ты получила, — не просто символ. Это — весомая ставка. Согласно твоему досье, ты раньше увлекалась шахматами. Знаешь, что ферзь — самая сильная фигура на поле. Универсальная. Ударная. Маневренная. Но при этом — хрупкая в значении. Потеря её часто означает проигрыш, в чем-то.       Я сжала губы. В голове закрутились мысли: шахматы. Значит, уже и здесь мое досье подыграла его больному увлечению. — И теперь к сути, — голос черноволосого стал ровным, почти механическим. — Тебе назначено пять условий, как Особому Игроку второго этапа. Щёлкнув пальцами, и передо мной воспроизвелась панель с кучей текста.

Первое: при выборе команды для третьего этапа особая аномалия не имеет права собрать стандартную «тройку». Вы обязаны собрать четвёрку: себя и ещё троих игроков. Это усложняет баланс — но именно в этом и суть.

Второе: в первом матче вы не имеете права вступать на поле. Вообще. Только наблюдение. Вы не должны говорить с товарищами, не имеете права советовать, комментировать или как-либо влиять на ход игры, словесно.

— Тебя будет сопровождать микробот, — добавил черноволосый. — Он зафиксирует любые нарушения. Если ты нарушишь условие — последствия будут… необратимыми. — То есть я буду просто… смотреть на первый матч, третьего этапа? — переспросила я с неприкрытым возмущением. — Именно. И принимать. Потому что это не просто игра — это испытание твоей выдержки.

Третье: если ваша команда проиграет первый матч, в котором вы не участвуете вы получаете шанс использовать «ферзя». То есть — пожертвовать этой фигурой и всё же пройти дальше, и остаться на 3 этапе, забрав с собой оставшихся двоих товарищей. Вы пойдёте дальше… но цена будет высока.

      Я снова посмотрела на фигуру в руке. Ферзь. Сила, но и последняя карта.

Четвёртое: во всех следующих матчах, начиная со второго, от аномалии требуется забивать минимум один-два гола. Каждая игра. Без исключений. Не забили — вылет. Мгновенно. Без объяснений и оправданий.

      Грудь сдавило. Никаких «почти получилось». Видимо подобным образом меня душат и держат в узде.

Пятое — и, пожалуй, самое интригующее: если вы воспользуетесь возможностью жертвы ферзя, то в финале второго этапа вас ждёт индивидуальное испытание.

      Очкарик не назвал его. Не уточнил ни формат, ни правила. Только сказал: — Оно будет… адекватным твоему выбору. И гораздо жёстче, чем ты можешь представить. Возможно, даже жестче, чем любой матч на этом этапе.       Тот наклонился ближе, словно собирался прошептать: — Ты — мой особый элемент. Играй аккуратно, но не забывай: в этой партии ты либо сделаешь ход первым… либо окажешься пешкой. В чужой игре. — А теперь, — он ухмыльнулся краешком губ, — возвращаясь к твоим замечаниям…       Голограмма отмотала короткий фрагмент записи:

«Вы правда думаете, что я настолько низкосортная или бездарная, чтобы проходить настолько легкие испытания?»

      Мой голос. Моя интонация. Моя недавняя фраза. Я чуть не провалилась сквозь землю. — Серьёзно, вы это записали?.. — А ты думала, — Эго подался вперёд, в голосе появился еле уловимый сарказм, — что если скучно, мы не усложним тебе жизнь?       Мужчина сцепил пальцы перед собой, как преподаватель перед особенно трудным учеником. — Что ж, раз тебе стало скучно, то я официально удовлетворяю твоё желание. И даю тебе… вызов. Уникальный. Сложный. И крайне интересный.       Он наклонился ближе, в голосе появился ледяной азарт: — Играй по особым правилам, наблюдай, жертвуй, забивай — и запомни: ты сама это выбрала. Тебе было недостаточно. Теперь — будет слишком много.       И, выпрямившись, с жестом, будто снимает с доски чужую фигуру, добавил: — Фигура на твоей стороне, Наруми. Только не перепутай доску с шахматным полем жизни.       Голограмма погасла. Я осталась одна. С ферзём в руке, тяжёлым как свинец. И с головокружительной смесью ужаса и предвкушения в груди. Теперь мне точно не будет скучно. — Ну спасибо… — буркнула я, закатив глаза и уставившись на подарочек, которую всё ещё держала в ладони. Королева поблёскивала в свете неона, и теперь, после слов очкарика, казалась чуть более зловещей, чем минуту назад. — Похоже, Эго делает всё, чтобы я в какой-то момент вынуждена была её использовать. Как последнюю карту.       Я перевернула ферзя в руке, поднося его ближе к лицу. Чёрно-белая поверхность была отполирована до блеска, а узор в ромб будто издевался своей театральной аккуратностью. — Ну что ж… — я глубоко выдохнула. — Не стану, пожалуй, отрекаться от подарка. Кто знает, может, он действительно мне ещё как пригодится.       Я сунула фигуру во внутрь рукава униформы, мысленно закрепив её там как заложенный козырь, на случай, если всё пойдёт не по плану. — А если и придётся ею пожертвовать… — пробормотала я, уже разворачиваясь к выходу с полигона, — что ж. Не такое уж это и поражение. Всего-то пройду какие-то там «испытания» после второго отбора. Как будто это меня когда-нибудь останавливало.       И с этими мыслями я направилась к комнате ожидания. Спина прямая. Лицо спокойно. А внутри — гулкая, ослепляющая смесь дерзости и глупой уверенности. Да, теперь будет интересно.

***

      Покинув мини-поле, я направилась обратно в зал, где собирались остальные игроки после прохождения испытания с Тюремщиком. Двери с тихим шипением разошлись в стороны, и уже на пороге я пожалела, что вообще вернулась. Как только я ступила внутрь, десятки взглядов уставились на меня — прямые, слишком уж навязчивые. Челюсти приоткрыты, глаза распахнуты, будто я по воздуху сюда приплыла. Впервые, что ли, девушку видите? Что за сборище дикарей с острова Том Крузов? Пялиться, как на призрака.       Отвернулась, мысленно добавив в список мечтаемых преступлений массовое убийство в спортивной форме. Судя по количеству людей в комнате, большая часть ещё не прошла свой тест — или я действительно так засиделась с этим перфекционистом Рином, что пришла последней. Однако догадки отпали, как только я заметила знакомые лица — бывшая команда V. Зантецу среди них пока не было видно, но глаза ребят явно были приклеены ко мне.       Странно, будто они ждали не его, а меня… — «Небось думают, что я тут с кем-то сцепилась… Ну и пусть. Пусть ждут Зантецу, мне не жалко. Подожду своих…» — я толком не успела облокотиться на стену, как кто-то влетел в меня сзади, вцепившись в плечи с такой радостью, будто мы были разлучены годами. — Ая-чааан! Наконец-то ты пришла! — раздался знакомый голос прямо у уха, а в следующее мгновение Мегуру сжал меня в медвежьих объятиях, почти отрывая от пола. — Я уж боялся, что не дождусь… то есть мы не дождёмся тебя! — Бачира… ты меня сейчас задушишь… — прохрипела я, ощутив, как рёбра хрустят в такт его энтузиазму. Однако как только я подумала, что теряю сознание, меня резко освободили. — Бачира, ты с ума сошёл? Не бросайся на неё вот так, — отдёрнул его Исаги, став между нами и мягко положив руку мне на плечо. — Ты как, Аяно? Всё хорошо?       Я посмотрела на него. Его тёплый, внимательный взгляд, непривычно заботливый, даже немного смутил меня. Я улыбнулась — искренне, почти с благодарностью: — Ха, да. Спасибо, Исаги. Всё нормально. Просто… немного удивилась. — Ты надолго там застряла. Мы уже начали волноваться, — заметил он. — Всё в порядке, просто… моё испытание было немного необычным, — ответила я с намёком, явно не желая углубляться в детали. — И… да, Эго всё ещё держит свою линию «гениального безумца». — Ну, теперь это определённо звучит как ты, — рассмеялся Бачира, вновь придвигаясь ближе, но на этот раз — осторожно.       Я слегка качнула головой, бросив мимолётный взгляд на свою ладонь, где недавно лежал тот самый подарочек с подвохом. Похоже, спокойной жизни мне точно не светит. Затем пчёлка весело хлопнул в ладоши и с привычной, неуёмной энергией заявил: — Ну чё, можно выдвигаться дальше! Нас вроде как уже собрали.       Я моргнула. — В смысле, «выдвигаться»? — переспросила, чувствуя, как между бровей уже начинает закладываться морщина подозрения.       Жёлтоглазый, сияя, будто всё на свете шло именно по его плану, подался вперёд, сцепив руки за спиной: — Мы с Исаги специально ждали тебя, чтобы вместе пройти дальше. Командой! Ну, типа, логично же! — «Э-э-э… А моего мнения вы вообще хотели спросить, или сразу из пушки по факту, мол, ты теперь с нами?» — мысленно я закатила глаза.       Вот просто, не здрасьте, не хочешь ли, Аяно, а давай сразу — всё, ты наша третья, ходить с нами будешь, есть с нами будешь, жить с нами будешь, умирать, возможно, тоже с нами… Однако я не стала это озвучивать. Не тогда, когда на меня уставились две пары глаз с таким искренним ожиданием. Я тяжело вздохнула, вытерла со лба уже начавшую капать потливость от всех этих резких решений и фырнула с натянутой полуулыбкой: — Ладно. Я и сама думала, что неплохо было бы объединиться. Так что… соглашаюсь.       Мой ученик чуть кивнул и на секунду его лицо посветлело от облегчения. — Честно говоря, я на это и надеялся, — сдержанно сказал он, опустив взгляд.       И тут я, не теряя времени, сразу вскинула руку ладонью вперёд, как бы мягко их остановить: — Но, к сожалению, мы не сможем пройти дальше втроём.       Парни одновременно подняли на меня взгляд. Вопрос в глазах у обоих был одинаково недоумевающий, хотя у Бачиры ещё и с оттенком: «Ты чё, опять загадки говоришь?» — С чего вдруг? — озадачился Исаги.       Я на секунду задумалась: Стоит ли рассказывать им о задании? Уточняли ли мне, что это должно быть секретом? Кажется, нет. Эго вероятно имел посыл: «не на виду других игроков», но прямо о запрете — ни слова. А они мои потенциальные напарники. Или уже почти подтверждённые друзья. Приняв решение, я снова заговорила: — У меня есть… особое условие, — медленно начала я. — В рамках второго этапа мне выдали индивидуальное задание. И суть в том, что моя команда не может состоять только из нас троих. — Чего? — выдохнул Бачира, нахмурив брови. — Почему? — Потому что, — я на миг прищурилась, словно проверяя, как воспримут, — я обязана собрать команду из четырёх человек. Я, вы двое… и кто-то ещё. Без четвёртого нас просто не пропустит система.       Повисла короткая пауза, во время которой Исаги и Бачира обменялись взглядами. — Ну… это, конечно, неожиданно, — пробормотал сдавленно синеглазый. — Зато прикольно! — Мегуру в своей привычной манере уже светился идеей. — Больше игроков — больше веселья! Только вот… кого брать четвёртым? — Вот это и надо решить, — кивнула я. — Потому что у нас мало времени. А мне не хочется, чтобы из-за моего условия вы остались в пролёте.       Йоичи вздохнул и покачал головой. — И всё же, что за задание тебе выдвинул Эго? — спросил тот, прищурив глаза. — Именно из-за него ты задержалась? Да? — Угу… можно и так сказать, — неловко почесала затылок, держа в правом рукаве свернутого в бумажку ферзя и ту самую кнопку с голограммой, которую так и не решалась активировать повторно. Рядом послышался заинтересованный голос: — Эй, Ая-чан, а что это у тебя на запястье? — Бачира, заглядывая через плечо, чуть наклонился, чтобы разглядеть, что я прячу. Я резко прижала руку к себе, будто бы машинально. — Н-ничего. Просто… — отведя взгляд, сделала вид, что тоже удивлена. — Честно говоря, я сама ничего не понимаю. И вообще не представляю, почему у меня одной какая-то игра с двойным напряжением. — Хммм… — протянул желтоглазик, при этом взгляд его не стал менее внимательным. — Странно это всё. У нас ни у кого такого не было. Но тебе ведь не впервой отличаться, да?       Он подмигнул, явно стараясь разрядить атмосферу. Но я почувствовала, как во мне всплывает всё та же тревожная мысль — почему только мне досталась эта штука? И почему мне кажется, что она важнее, чем просто часть испытания? — Может, потом расскажешь? — почти шепотом добавил он, отводя взгляд. — Когда захочешь? — Ага, может, — кивнула я, всё ещё стараясь скрыть, как крепко сжимаю эту дурацкую голограмму в ладони. — «Не сейчас. Сначала найду четвёртого. А потом… потом подумаю, кому можно доверять.»       Молчание повисло на несколько секунд, но я почувствовала на себе взгляды — настороженные, будто они ждали, что я всё-таки скажу правду. — Так ты не знаешь, что это? — переспросил синеволосый, сдвинув брови. — Без понятия, — я приподняла руку, слегка покачивая свёртком, и тот издал лёгкий звон.       Пчелка наклонил голову набок: — Но интересно! Прямо как тайный квест! — фыркнул он с привычной игривостью. — Только если этот «тайный квест» не взорвётся у меня в руках, — пробормотала я себе под нос и, спрятав свёрток назад. — Хм, — Исаги всё ещё глядел на меня, будто собирая в уме пазл. — Ты что-то скрываешь… но я пока не буду давить. — Потому что мы команда? — попыталась я перевести всё в шутку. — Потому что ты — ты, — коротко сказал с улыбкой и пошёл вперёд.       Бачира, обернувшись, подмигнул: — Ну, раз так, четвёртого давайте искать! Надеюсь, он не прячется в вентиляции.       Я слабо усмехнулась, но в душе чувствовала, как холодок тревоги тянется от ладони вверх к плечу. Что бы ни задумал Эго — он начал это не просто так. И если моё задание действительно «двойное», значит, что-то будет совсем не по правилам…

***

      Мегуру почесал затылок и с лёгким беспокойством в голосе спросил: — Однако… кого возьмем-то?       Я чуть наклонила голову, скользя пальцем по губам в задумчивом жесте. — Ну… в голову приходит лишь одно, — протянула я, нахмурившись. — Либо Кунигами, либо Чигири. Мы уже были в одной команде с каждым из них, знаем их стиль, их сильные и слабые стороны. С кем-то из них нам будет проще сыграться вновь — всё-таки уже есть опыт совместной игры, да и доверие не с нуля строить придётся.       И тут, как по команде, парни синхронно, почти хором произнесли: — Это ты знаешь о них всё.       Я резко обернулась, удивлённо уставившись на них. — Что?       Их выражения были странно напряжёнными, будто за этими словами скрывалось больше, чем просто наблюдение. В лице Йоичи мелькнула тень растерянности, и хмурости, а Мегуру, как-то по тёмному улыбаясь, на мгновение стал каким-то… слишком серьёзным. Однако вместо ответа оба промолчали, будто сдерживая то, что не следовало говорить вслух. Я прищурилась, почувствовав, как что-то внутри кольнуло — неуверенность, догадка? Но слов не последовало. Только короткая пауза, тишина, где даже воздух, казалось, застыл. Казалось, даже стены прислушивались. — Но выбрать можно лишь одного, — напомнил желтоглазик, переводя взгляд с одной закрытой двери на другую. — Кого же возьмем?       Я медленно подняла глаза и обвела несколько дверей взглядом. Решение давалось не так легко, как хотелось бы. — Хм… — вздохнула я, затем выпрямилась и повернулась к своим товарищам. — А что если мы не будем выбирать сами?.. Просто дождемся, кто из них откроет дверь первым. Так будет справедливей. Пусть решит случай — значит, так и должно быть.       Исаги одобрительно кивнул, его лицо стало серьёзным, но в глазах вспыхнул знакомый боевой огонёк. — Поддерживаю, — произнёс он уверенно. — Пусть это будет началом новой команды. — Справедливая команда, — добавил Бачира, вытягиваясь, будто готов к стартовому свистку.       Я скрестила руки на груди, вглядываясь в неподвижные двери. — Надеюсь, кто бы ни вошёл первым, не пожалеет, что сделал этот шаг.       А внутри я уже чувствовала, как ритм ускоряется — как перед рывком. Однако… Не успели мы договориться о дальнейших планах, как к нам с невозмутимым выражением на лице приблизился знакомый беловолосый. — Эй, Нара, — прозвучал ровный голос Наги. Он остановился прямо передо мной, не меняя привычной ленивой осанки, и протянул мне руку. — Хочешь к нам в команду? — А?.. Что?.. Я? — невольно указала на себя пальцем, хлопая глазами от неожиданности. — «Опять это прозвище… Откуда он его вообще вытащил?» — Да. Давай к нам, — без тени колебаний повторил ленивец, всё с той же полусонной интонацией, но на этот раз в ней звучала едва уловимая нота… желания? Интереса? Или это мне только показалось?       Сбоку, словно молнией прошибло, двое моих товарищей сразу напряглись. На их лицах отразилось недоумение, и, если честно, откровенное недовольство. — Эй, Наги, постой, — вмешался пупуриска, подходя к нему и почесывая шею в неловком жесте. — Ты это… всё это время ждал именно её? — Угу, — кивнул беловолосый, будто обсуждали не стратегию, а выбор чипсов на полке. — В последнем матче она была самой крутой на поле. Я хочу играть с ней в паре.       Он сделал акцент на слове «паре», отчего в воздухе заметно потяжелело. Бачира нахмурился, Исаги сжал кулаки, а даже Микаге на мгновение замер с выражением «ты серьёзно сейчас?». В воздухе запахло грозой. Молнии в глазах не нужны — достаточно было взглядов. — Эх, Наги, — вздохнул Рео, сначала опуская голову, будто сдается, но тут же вскинул её с дерзкой ухмылкой. — Бежишь впереди меня. Я, между прочим, тоже хотел пригласить её в нашу команду. — «Я вам что, лот на аукционе?..» — мысленно скривилась я, сжав в руке спрятанную в бумагу шахматную фигуру. — « «Я хочу её», «играть с ней в паре»… Куда катится ваш мозг, мальчики? Вот серьёзно…»       Мегуру, вынырнув из-за моей спины, ткнул в меня пальцем и серьёзно спросил: — Так что, Ая-чан? Пойдёшь к ним?       Я вскинула бровь, покачала головой и с лёгкой улыбкой отмахнулась: — Ясень пень, нет. Я уже с вами договорилась, и бросать слова на ветер — точно не в моём стиле. Тем более вы были первыми, кто… — я на секунду обернулась к Исаги и Бачире, — …зарезервировал меня.       От этих слов оба засветились — словно дети, победившие в своей воображаемой игре. Не то гордость, не то что-то вроде самодовольства мелькнуло в их глазах, но, чего уж скрывать, приятно было видеть их довольные лица. Я снова повернулась к ленивцу, сохраняя ровный и спокойный тон, но со стальным посылом в голосе: — Прости, белобрысик, но я не смогу пойти к вам. Я согласилась играть со своими товарищами и менять своего решения не намерена. Особенно, когда я сама этого хотела и добровольно дала согласие.       И, подумав, добавила про себя: — «Тьфу… Такое ощущение, что мне предложения сделали. А тут ещё одно подъехало — с ленивцем и пафосом в комплекте. Прямо как будто выбираю женихов на шоу.» Сей, к слову, не выглядел расстроенным. Он просто слегка пожал плечами — лениво, почти равнодушно. Но потом, будто вспомнив что-то важное, указал на меня пальцем: — Ну… тогда я могу присоединиться к твоей команде, Нара. — Что?! — выпалил Исаги, глаза которого расширились до размеров блюдец. — Чего?! — почти одновременно вскрикнул Бачира, не веря своим ушам.       Наги повернулся к ним спокойно, будто речь шла о выборе места за обеденным столом. — Это ведь всех устроит. Вы же говорили, что в команде с Нарой должен быть ещё один человек. Так вот… я подхожу же тебе. Не так ли, Нара? Я застыла, не веря своим ушам. — «Как он может говорить об этом так спокойно?!» — пронеслось в голове. И не успела я и рта раскрыть, как вмешался Рео. — Ты… ты о чём вообще, Наги?! — голос у него задрожал, а лицо стало смертельно бледным, будто у него из-под ног выбили опору. — Ты должен быть в команде со мной! С ума что ли сошёл?! А как же я?!       Ленивец медленно перевёл взгляд на своего напарника, чуть щурясь. Его голос остался тем же — монотонным и спокойным, но в нём чувствовалось нечто новое. Глубина. Осознанность. — Рео, ты научил меня играть в футбол. Благодаря тебе я начал двигаться. Я точно знаю: мы станем лучшими. Когда-нибудь. Но…       Он на мгновение замолчал. Его взгляд метнулся ко мне, словно вымеряя нечто. И в это же мгновение моё тело прошила резкая дрожь. Что-то вокруг него изменилось. В воздухе сгустилось нечто странное, а из-за плеч беловолосого, едва различимо, возникло нечто — призрачный силуэт черепа. Мерцание тьмы, тянущееся дымкой.       Я замерла, в ужасе наблюдая, как аура Наги становилась плотнее. Темнее. — «Что за… черт? Это что, галлюцинация?.. Мы же не на поле! Почему я это вижу?..»       Однако самое странное — дымка мелькнула и в его глазах. Мягкий, сонный взгляд вдруг вспыхнул яркой, пугающей целеустремлённостью. — Вот почему… — продолжил он медленно. — Мы с тобой, Рео, проиграли ей. Нара победила нас. И это… во второй раз заставило меня почувствовать нечто… странное. Это не раздражение. И не злость. Это… досада. И жажда. Что-то, чего я раньше никогда не испытывал и не говорил тебе.       Он снова посмотрел на меня — пристально. И от этого взгляда у меня по спине побежали мурашки. — Я хочу… проиграть вместе с Нарой. Чтобы понять, что это такое. И, возможно… впервые в жизни попробовать выложиться на все сто.       Мне пришлось сжать в кулаке спрятанного ферзя, чтобы не дрогнуть. Воздух вокруг словно уплотнился. Исаги и Бачира переглянулись, луковица застыл, будто в трансе. А я… смотрела на белобрысика и не могла понять: почему я снова вижу это? Почему теперь его «аура» стала такой же, как у противников на поле?.. Почему от этого ленивого парня исходит ощущение опасности — и притягательности одновременно?.. — «Что за фигня со мной происходит?..»       Но я знала точно: всё менялось. И дальше будет только сложнее.       Рео стиснул зубы, и тяжело вздохнув, приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать… но вместо слов — тишина. Он лишь отвёл взгляд вниз, опуская плечи и словно что-то в себе ломая. — …Чёрт, да делай что хочешь, — сквозь зубы прошипел он, глядя куда-то в пол, будто боясь встретиться глазами ни с Наги, ни со мной.       Воздух вокруг будто остыл. Все на миг замерли, даже Бачира, который обычно никогда не терял бодрости, смотрел с неуверенностью и тенью сочувствия на молчаливого Рео. Я перевела взгляд на беловолосого, сжав в руке ферзя, и сдержанно, но твёрдо заговорила: — Наги, ты уверен в своём решении?       Четверо парней одновременно уставились на меня. То ли их удивило, что я обратилась к названному по имени — без прозвищ, без иронии, прямо. То ли сам тон — спокойный, но не без вызова. — Ты и Рео… вы лучшие друзья, так ведь? — я сделала шаг вперёд, глядя прямо ему в глаза. — И зная, как Эго усложнил мне этот этап… зная, как он всегда подстраивает новые столкновения, я почти уверена: мы ещё встретимся на каком-то из следующих этапов. Вы не пропадёте из моего пути. Мы обязательно пересечёмся. И тогда — у вас ещё будет шанс сыграть со мной. И, возможно, против меня.       Сей молчал, но его глаза не отрывались от моих. Ни капли сомнения. Ни дрожи. — Я бы хотела, честно, чтобы вы оба — ты и Рео — развивались индивидуально. Вы оба сильные и в месте и по раздельности не пропадете. Гораздо сильнее, чем, возможно, сами о себе думаете. У вас есть талант. Есть игра. Но главное — вы вдвоём, даже с такой разницей в характерах… держитесь друг за друга. Это видно и важно, как по мне. Поэтому… подумай ещё раз, Наги. Тщательнее. Уверен ли ты в том, что хочешь сделать? Действительно ли хочешь быть с нами?       Гробовая тишина. И даже воздух будто затаил дыхание. Пупуриска чуть приподнял голову, и впервые за весь этот разговор в его глазах промелькнула не боль, а удивление. Почти благодарность. Я вдохнула глубже, сбавляя тон: — Откровенно? Я бы присоединилась к вам. Как говорила ещё после нашего матча — я бы не отказалась сыграть с вами в коопе. Это был бы мощный союз. Очень мощный. Но… Исаги и Бачира — они первыми протянули мне руку. И я не из тех, кто отмахивается от друзей, только потому что поступило что-то «поинтереснее». Такая я уж… человек. Я всегда сдерживаю слово, сказанное мной.       Я бросила тёплый взгляд на своих товарищей, и те, как по команде, чуть выпрямились. В глазах Йоичи снова вспыхнула привычная уверенность, а пчелка беззвучно, но весело выдохнул. — Так что… прости, Наги. Если бы ты предложил чуть раньше — возможно, всё сложилось бы иначе. Но сейчас… мой выбор сделан.       И в этот момент — все снова замолчали. Не потому что нечего было сказать. А потому что так было правильно. Сейширо слегка наклонил голову, будто задумался, глядя куда-то мимо. Но длилось это недолго — через пару секунд он уверенно сказал: — Я уверен. Я хочу в вашу команду. — А?.. Эм… — я чуть отшатнулась, опешив, и в задумчивости нахмурилась. — «С Кунигами или Чигири мне было бы как-то спокойней. Особенно после того, что я увидела вокруг этого белобрысого… Но, черт, он действительно крут. И чувствует игру, как никто.» — Ладно, по рукам, белобрысик, — хмыкнула я, возвращаясь к прежней манере речи и легкости в голосе. Мы коротко ударили ладонями — не как соперники, а как новые товарищи.       Тут я заметила, как Рео, сжав кулаки, тихо удаляется прочь — и внутри что-то неприятно кольнуло. — Парни, идите пока без меня. Я догоню, — обратилась я к товарищам. — Хорошо, — отозвался мой ученик, коротко кивнув, и вместе с желтоглазкой и новым членом команды — Наги — они направились к следующему этапу.       Я, тем временем, направилась к фиолетоволосому. — Рео, — окликнула я его, и он обернулся без слов, с немного упрямым, но всё же спокойным лицом. — Я понимаю, что ты чувствуешь. Правда. Но прошу… не держи зла на Наги, пожалуйста. Он не предавал тебя. Он просто… он тоже хочет стать лучшим, как и ты. Он ищет свой путь, чтобы однажды… встать рядом с тобой на поле. Плечом к плечу. Не за твоей спиной. Не в твоей тени. Тем более Наги не просто из прихоти или желание побыть со мной, захотел к нам.       Луковица слегка сжал губы, и прошептал, почти не слышно: — Не думаю, что только игра в вашей команде — единственная причина… — Что? — я нахмурилась, не расслышав. — Забудь, — быстро бросил он, отворачиваясь. — …Окей. Но всё же, не злись на белобрысика, ладно? У него своё чувство темпа. Просто… позволь ему идти своей скоростью.       Фиолетовоглазый кивнул медленно. — Хорошо… — И ещё, — сказала я, мягко, но с твердостью в голосе, делая шаг ближе. — Я хочу попросить тебя кое о чём.       Тот поднял на меня взгляд: — О чём же? — Пройди этот отбор, Рео. Пройди его до самого конца. Сделай всё, чтобы мы с тобой снова встретились. Где-нибудь в финале ли на следующем отборе. И не смей мне сдуваться уже на старте. Потому что…       Я наклонилась ближе и, почти касаясь губами его уха, прошептала: — …у тебя есть невероятно уникальная способность. Ты её пока не раскрыл, но я это вижу. И знаешь, я бы не прочь пробудить её в тебе, лично.       От моих слов он, словно ошпаренный, покраснел до кончиков ушей. Я же, сохранив невозмутимое лицо, легко коснулась его ладони: — Хорошо?       Луковица сглотнул, будто подавив тысячу эмоций в одно движение, и тихо ответил: — Да. — Отлично, — с улыбкой произнесла я, делая пару шагов назад. — Тогда… удачи тебе, Пупуриска. — И тебе тоже, невидимка, — отозвался он уже с гораздо спокойнейшим выражением лица. Улыбка, лёгкая, немного усталая, но искренняя, скользнула по его губам.       Я развернулась, легко махнув ему на прощание, и пошла догонять свою команду. Впереди нас ждал третий этап, 2 отбора.

***

      Покинув комнату, где остался Рео, мы вчетвером направились по длинному, неуютному коридору. Атмосферу нарушали только шаги, отскакивающие эхом от стен, да свет тусклых ламп, лениво моргающих над головой.       Мегуру, как всегда, не сдержался первым, и с лёгкой улыбкой протянул кулачок Наги: — Хорошей нам игры, Наги. — Угу, согласен, — без эмоций, но искренне, отозвался тот, мягко столкнувшись кулаком в ответ.       Бачира фыркнул с хитрой ухмылкой: — Ха, другу твоему явно было грустненько. Ты выходишь, жестокий человек.       Белобрысик слегка пожал плечами, глядя куда-то в потолок, будто за ним прятались ответы: — Что? Ну… мне без него тоже одиноко. Но играть с вами волнует сильнее. А я ведь должен следовать своему эго, так ведь? Разве не это главное правило Синей Тюрьмы? — «А в чём-то беловласик и прав…» — подумала я, шагая позади троицы, незаметно вертя в руке фигуру ферзя. Его холодный, гладкий пластик будто отдавал мне свои мысли. — «Здесь правит эго. Только те, кто действительно эгоисты — пройдут дальше. Однако… Я сама-то? Хоть раз я здесь была по-настоящему жадной? Эгоисткой? Хм…»       Память молчала. А между тем в голове всплыло, как Бачира не раз называл меня «настоящей эгоисткой» или «жадиной». — «Но при чём здесь жадность? Не могу уловить суть…»       Пока я продолжала свои мысленные витки, впереди Наги и Исаги уже обменялись кулачками, и оба повернулись ко мне с лёгкими, но прямыми взглядами. — Ая! — позвал Мегуру. — И ты давай!       Я мигнула, улыбнулась, отогнав ненадолго внутренние вопросы, и тоже выставила кулак. Все четверо мы в одно мгновение стукнулись — короткий, но важный жест, что скреплял нашу новую команду. Команду, в которой не всё было идеально, но где каждый выбрал идти своим путём.       Спустя пару шагов мы остановились у очередной двери. — Похоже, это и есть следующий этап, — тихо сказал синеволосый.       Дверь выглядела массивной, с чёрной глянцевой панелью и красным мерцающим индикатором. Она излучала что-то тревожное… или судьбоносное? — «И всё же… я не могла даже представить, что совсем скоро наши пути с «ресничкой» снова переплетутся. Причём куда плотнее, чем я ожидала…»       Мой ферзь в ладони стал вдруг чуть тяжелее. Или это просто ощущение.

***

      Как только мы вошли в помещение, я сразу поняла — мы здесь не одни. Посреди просторного зала, оформленного как миниатюрная комнатка, уже стояла другая команда. Трое игроков. И двое из них — до боли знакомые. Я почувствовала, как что-то щёлкнуло внутри. Моя осанка невольно выпрямилась, а пальцы сжались в кулак. — Ого… — выдохнул Бачира, чуть прищурившись. — Это ж… — Рин Итоши? — спросил Исаги, переглянувшись с Мегуру.       Я кивнула, не сводя взгляда с одного из парней. Изумрудные глаза напротив буквально сверлили меня. Холодно. Осторожно. С каким-то наэлектризованным презрением. — «Чего на меня он так пялится? Я ему как кость в горле? Или я что, в прошлой жизни съела его тост?»       Зеленоволосый не отвёл взгляда. И когда Арю, с ухмылкой, уже хотел подойти — очевидно, чтобы что-то мне сказать, возможно о своем шике или просто покрасоваться, — вдруг глухо загудели стены, и на огромном экране вспыхнуло знакомое лицо. — Приветики, неогранённые алмазы, — как всегда с садистской игривостью, протянул Эго. — Виделись уже, Эго-сан. Даже больше, чем хотелось, — не удержалась я, сказав это вслух. Уж слишком часто эта физиономия всплывает.       Но он, конечно, проигнорировал мою колкость. — Вы попали на третий этап второго отбора. Здесь начнётся матчевое столкновение — 3 на 3. Ах да, — с недобрым блеском в глазах добавил он. — С учётом моего… личного эксперимента, команда, в которой состоит игрок Наруми Аяно, получает фору — четвёртого игрока.       Я мрачно скосила глаза на своих. — «Спасибо, удружили. И добили. Теперь я точно кость в горле — не только у зелёного.» — Суть эксперимента раскрывать не буду — не вашего ума дело, — лениво бросил черноволосый. — Формат прост: мини-поле, матч 3 на 3. Вратари — наши созданные «тюремщики». Побеждает та команда, которая первой забьёт 5 голов. И в придачу, победившая команда имеет право выбрать одного игрока из проигравшей — и забрать его в свою команду. — Забрать игрока?.. — медленно повторил синеглазый. — О, я что-то такое уже слышал… как там называлась игра? — задумчиво сказал желтоглазик, подпрыгивая на месте. — Цепикованные, — отозвался Сей, не сводя взгляда с экрана. — Чем дальше проходите, тем больше ваша команда растёт. Финальный матч второго отбора — 5 на 5. — Что тогда проигравшая команда? — поинтересовалась пчелка, подняв руку вверх. — Проигравшие возвращаются на предыдущий уровень и продолжают набиваться себе команду. Если остаются вдвоём и победители забирают одного себе, то тот кого не выбрали вылетает из Блю Лока. Навсегда. — Вылетает?.. — прошептала я, ощущая, как что-то сдавило грудь. — Суть второго этапа — соперничество. Отбирать. Забирать. Делать чужое — своим. Вы сами выбираете, с кем играть. Достаточно согласия обеих команд — и я разрешу матч.       На секунду экран будто завис, но тут Эго повернулся ко мне сквозь изображение, словно заглянул внутрь. — Что касается тебя, Наруми Аяно… Ты в курсе своей второй задачи.       Его голос стал ниже, темнее и я молча кивнула. — «Спасибо… Если бы здесь уже были собраны ещё две команды, я бы уже стояла с десятком мишеней на спине. Спасибо, Эго. Благословений тебе на год вперёд.»       Я скользнула взглядом по игрокам напротив. Изумрудные глаза продолжали смотреть прямо в мои. Они не моргали. Не дрогнули. И если я раньше думала, что мы встретились случайно… теперь я уже не была так уверена. — «Достал уже пялиться на меня… Он хоть моргал все это время, пока Эго говорил?» — раздражённо подумала я, всё ещё ощущая, как изумрудный взгляд сверлит меня насквозь. — Похоже, ещё придут команды, — произнёс желтоглазик, глядя по сторонам, словно выискивая новых соперников за пределами зала. — «Ну вот и отлично. Значит, нам необязательно играть против этих троих. И слава богам, потому что… после выходки Рина я до конца не пришла в себя. Если оказаться с ним на одном поле сейчас — это точно закончится убийством. Причём неважно, кого.» — Если за победу мы получаем игрока, — заговорил ленивец, глядя в пространство перед собой, — то выбирать нужно тех, кто тебе нужен.       Его слова прозвучали буднично, с ленивой интонацией… но меня будто ударило током. — «Тех, кто тебе нужен…» Перед глазами промелькнули три образа: Чигири, Кунигами и, наконец… Рео. И тут очкарик подтвердил: — Да, совершенно верно. Противники — ваш ключ к следующему этапу. От того, кого вы решите победить, зависит, кем вы станете.       В груди сдавило. Что-то тяжёлое — как будто открылась старая, запертая дверь внутри меня. — «Ключ к следующему этапу…»       И тогда в моей голове появилось странное, тягучее, незваное чувство. Оно росло изнутри — вязкое, холодное и при этом пульсирующее жгучим желанием. — «Я хочу их…» — гулко прозвучало внутри меня. — «Хочу их… себе в команду. Хочу Чигири. Хочу Кунигами. Хочу Рео. Чтобы они были со мной. Чтобы мы стояли плечом к плечу. Чтобы я видела, как их способности сияют рядом со мной — не против меня, а для общей цели. Я заберу их себе.» — «Это эгоизм? Или моя жадность наконец пробудилась? Пусть. Пусть так. Но если уж выбирать… я хочу лучших. Моих лучших.»       Мир вокруг будто стал чуть ярче. — Ты вся зажглась, — заметил Мегу, обернувшись ко мне с широкой улыбкой. — Похоже, у тебя появилась цель.       Я не ответила. Просто сжала кулак. — «Появилась. И я не позволю ей ускользнуть.» — И с учётом выше сказанного, — вновь заговорил Эго, сверкнув в камеру своими цепкими глазами, — я объявляю новый рейтинг «Синей тюрьмы».       Как только он это произнёс, цифры на наших плечах вдруг вспыхнули, начали хаотично вращаться, меняясь местами, словно бешеный автомат с комбинациями. Мерцание прекратилось — и вот, каждый стоял уже с обновлённым номером. — На этот раз они подлинные, — продолжил Эго. — Они отображают ваше истинное место — как вы прошли первую часть индивидуального этапа.       Я, как и остальные, тут же обвела взглядом свою команду.

У Исаги — 15.

У Бачиры — 16.

У Наги — 7.

— «Неплохо. Даже очень. Особенно у белобрысого — с таким рангом не просто так шутят.»       Перевела взгляд на другую тройку. Никаких сюрпризов:

Арю — 3,

Токимицу — 2,

И…

Рин — 1.

— «Первый?!» — глаза невольно расширились. — «В смысле? Разве не я первая прошла первый этап, ещё и закимарить успела, от ожидания.»       Повернула голову, чтобы посмотреть на свой номер. И тут… сердце пропустило удар. На моём плече — ничего. Чисто. Просто белый фон на фоне эмблемы. Ни цифры. Ни тире. Ни даже прочерка. — Что?.. — вырвалось у меня тихо. Затем, громче: — Эго-сан, а мой номер? Почему у меня он не обозначен вовсе?!       Тишина разрезала воздух, а все взгляды тут же обратились ко мне. Даже Рин приподнял бровь. Эго помолчал, а потом с привычной невозмутимостью ответил: — Аяно Наруми. Разве мы с тобой это уже не обсуждали?       Тот поправил очки, а в его голосе сквозила едва уловимая ирония. — Подумай. одумай — что произошло, когда ты проходила первую часть? Почему именно у тебя — пустое значение?       Он не говорил напрямую. Его голос, как и раньше, был полон намёков, ловушек и проверки. — «Это снова игра. Он снова заставляет меня думать.»       Я обернулась мысленно в прошлое — к первому этапу, после потасовка с младшим Итоши, а затем… Я вспомнила разговор с очкариком о том, что приборы дали сбой и не сумели оценить мои способности и те вышли из строя. — « …Они не смогли обработать мои движения…» — пронеслось в голове. — Ты — аномалия. — проговорил черноволосый, как будто читая мои мысли. — В прямом смысле этого слова. В базе данных ты значишься как [null] — пустая ячейка. Неопределённая. Ты — сбой в системе. — Сбой?.. — повторила я тихо, словно эти слова что-то во мне задели. — Но не путай это с недостатком, — добавил тот. — Это может быть и твоим проклятьем, и твоим преимуществом. Всё зависит от того, что ты с этим сделаешь. Пока мы не сможем присвоить тебе ранг — ты вне системы. — «Вне системы… Пустая…» — я сжала кулак, ощущая неприятное покалывание под кожей. — «Значит, меня даже оценить не смогли. Как будто я — что-то чуждое для этой структуры.» — В любом случае, — продолжил Джимпачи, уже отворачиваясь, — пустота тоже может быть фигурой на доске. Если ты докажешь свою ценность в этом этапе — возможно, ты получишь не номер… а нечто большее.       На секунду комната погрузилась в тишину. — …Ха… — тихо хмыкнул Бачира и наклонился ко мне. — — Похоже, ты у нас особенная, а? Даже Эго не может тебя распознать. — Н-ну… — пробормотала я, чуть покраснев. — Не думаю, что это прям комплимент. — Наоборот. — добавил Йоичи. — Если ты вне системы — ты не обязана играть по её правилам. — Это… даже круче, чем быть первым, — протянул Наги, уставившись на меня своим задумчивым взглядом. — Наруми, твой шик даже бесчувственные машины не могут определить — промолвил Арю, встав в позу. — Аха, эта девочка кажеться такой крутой. Уверен, что она лучше меня в футболе — как-то странно начал вести себя третий в ух группе, паникуя. — Эхе, спасибо — нервно почесала щеку.       Спереди послышался резкий голос Рина: — Только не возомни себя избранной, нулевая. — …Что ты сказал?.. — я обернулась, нахмурившись. — Ты не [null], ты просто пустота. Пустое место. И если тебя нельзя оценить — это значит, что ты пока ничего собой не представляешь.       Я сжала кулаки. Хотелось сказать что-то колкое, но я… удержалась. — Может, ты и прав, — холодно ответила я. — Но знаешь что? Пустота тоже опасна. Потому что в ней скрыто всё, чего ты не можешь предугадать. Он нахмурился, но ничего не сказал. А я мысленно добавила: — «Если я не вписываюсь в вашу систему… значит, я её перепишу.» — В любом случае, все, кто добрался до сюда, уже в состоянии превращать из нуля в единицу. Теперь же вам предстоит битва единиц. Только перемешавшись, вы станете сильнее. Лишь тот, кто сможет зажечь искру между своим эго и чужим, получит билет в следующий этап. Ради победы не останавливайтесь ни перед чем… — хлопнул в ладоши очкарик и экран погас.       Эти слова продолжали звенеть в голове, словно незримое эхо, отдающееся на подкорке.       Я осталась стоять, не шелохнувшись, вглядываясь в потухший экран — в какой-то наивной надежде, что он снова оживёт и даст хоть какую-то конкретику. Но ничего подобного не было. — Искра между своим эго и чужим… — прошептала я себе под нос, опуская взгляд. — То есть… теперь это не просто каждый за себя? — Однако условия действительно жестокие, — протянул Мегуру, с привычной лёгкостью закинув руки за голову. Он, как всегда, делал вид, что всё это почти игра. — Выходит, мы пройдём весь этап, если выиграем командой из пяти человек? — уточнил Наги, лениво глядя на одного из нас, будто не до конца веря в услышанное. — Верно, — коротко ответил Исаги. Его глаза, как обычно, горели сосредоточенностью. Он уже просчитывал сценарии — видно было по его лицу. — Как-то всё это муторно, — зевнул беловласик, не меняя интонации. — Не сказать, чтобы я был в восторге… но сыграть с тобой, Нара, у меня было в планах с самого начала, когда мы сюда шли. Так что не рассчитывай, что я передумаю.       Он чуть наклонил голову и бросил на меня взгляд сбоку — ленивый, но с едва заметным теплом. Уголок его губ приподнялся — почти незаметно, но я уловила посыл: «Ты ведь знала, что так будет».       Я слабо улыбнулась и кивнула, чувствуя, как по спине пробежал тёплый ток. Не от тревоги, не от страха — а от уверенности. Чего-то надёжного. Хотя бы на мгновение. — В любом случае, торопиться с выбором соперника нам нет смысла, — сказала пчелка, оглядывая нас. — А вы что думаете, Исаги, Ая-чан?       Мы с парнем почти синхронно приложили руки к подбородку, будто замирая в общей задумчивости. — «Против Рина и его команды?» — пронеслось в голове. — «Да ни за что. Во всяком случае — не сейчас. К тому же… я ведь не смогу участвовать в первом матче…»       Джимпачи-сан этого не озвучил, но я поняла по его взгляду. Он оставил деталь «в тени», чтобы я сама сделала выбор. «Как будто опасается, что я всё переосмыслю и снова откажусь…» — Лучше взять кого-то послабее, чем лезть в потоп, — пробормотала я, больше себе, чем остальным. — Ох, как же ж так… — внезапно раздался жалобный голос с другой стороны зала. — Что же делать, как же быть… Не хочется играть… Если мы продуем, меня ведь не выберут… А если потом проиграю ещё раз… Я же совсем один останусь… Кошмар. Я не хочу этого. Не хочу…       Я резко обернулась. Это был тот самый третий участник команды Рина. Мрачный, с поникшими плечами и абсолютно поглощённый собственной паникой. — «Не поняла… Почему он такой неуверенный?» — я всматривалась в него, будто пытаясь прочесть ответ на лице. — «Пессимист в квадрате. И что сподвигло Арю и Рина выбрать его, пока меня не было?..» — Если и играть против кого-то, так с игроками четвёртого, пятого или шестого ранга, — протянул Арю, витиевато наматывая на палец блестящую прядь волос. — Только тогда будет полный шик. А победа над ничтожеством меня не украсит.       Тот бросил в мою сторону взгляд — слегка ленивый, но явно заинтересованный. Уголок его губ приподнялся. — Однако… — он сделал шаг вперёд, чуть наклонив голову, — я был бы не против сыграть с новой шикарной знакомой, которую, по моему мнению, совершенно не оценили по достоинству.       Он помахал рукой. Я машинально сделала то же, но с полуулыбкой. — Вы знакомы? — спросил синеглазка, слегка удивлённо приподняв бровь. — Да, пересекались до вашего появления, — кивнула я. Говорить больше не хотелось. Особенно при Рине, который всё это время ни слова не говорил — только прожигал меня взглядом, будто пытался взломать код, которым я сама себя защитила.       Хотя Бачира, кажется, уже начал что-то подозревать — слишком внимательно на меня уставился. — Оу, и в каких это обстоятельствах вы пересекались, мм? — с хитрым прищуром спросил он, наклоняя голову. — В абсолютно нормальных, Бачира, — сдержанно отозвалась я, но внутренне криво усмехнулась.       «Нормальных» — это если не учитывать полуголого Арю, виляющего бедрами, как будто в подиумном шоу. — Ох, эта шикарная встреча оставила во мне след… — в этот момент влез сам длиноволосый, театрально прижав ладонь к груди. — И я почувствовал тогда — эта девушка умеет зажечь искру эго… Хотя бы одним взглядом.       Я закатила глаза. — Всё, хватит флиртовать, — раздражённо буркнул младший Итоши, не отрывая от меня взгляда. Его изумрудные глаза по-прежнему были прикованы ко мне, и от этого было неприятное ощущение, будто сквозь униформу смотрит. — Если уж и играть — то с теми, кто может стать реальной угрозой. Не вижу смысла размениваться по мелочам. — «Какой же он заноза…» — подумала я, сжав кулаки. — «Удивительно, как такой человек вообще способен сотрудничать в команде. Если вообще способен.» — Быстренько выиграю и пройду дальше, — холодно отозвался ресничка, скользнув по нам взглядом, будто по воздуху. — Мне нет смысла играть с дряхлой девчонкой в составе соперников.       Он не то чтобы сказал это лично мне — скорее, просто выплюнул, почти равнодушно, будто я была просто статистикой. — Вы мне нужны только для числа, — добавил тот и отвернулся от своих же сокомандников, будто больше не считал нужным поддерживать даже зрительный контакт. — «Что?..»       Я едва не дернулась вперёд. — «Он это сейчас серьёзно?» — Признаю, видок у тебя просто шик, — с лёгкой усмешкой подал голос Арю, обратившись к Рину. — Но кто ты такой, чтобы смотреть на нас свысока?       В его голосе зазвенел лёд. Его вкрадчивость сменилась оскорблённым шиком. Он откинул волосы с плеча так демонстративно, словно это было вызовом. — Эй, эй, вы чего, не ругайтесь, а? — вмешался Токимицу, разводя руки в стороны. Его голос дрожал, будто он и сам боялся собственной же попытки примирить. — Посмотрите правде в глаза, — продолжил Рин с каменным лицом, не реагируя ни на один выпад. — Мы стали командой не потому, что хотели. А потому, что мы первые прошли первый этап. Мы здесь потому, что были лучше. Эта девчонка — не в счёт.       Я почувствовала, как кулаки сжались сами по себе. — «Чё? По роже захотел?»       Он снова повернулся к нам. На этот раз — лицом. Его глаза будто прожигали сквозь кость. В них не было ни уважения, ни интереса — лишь ледяное презрение. — Вы для меня — ступеньки. Не только вы, но и Синяя Тюрьма в целом.       Зеленоволосый говорил это так, будто мы — просто статисты в его личной драме. — Если я выиграю здесь — я смогу вступить в молодёжную сборную. И только ради этого я сюда пришёл.       Он на секунду прищурился, глаза слегка сощурились, а голос стал холоднее, чем прежде: — Всё, чего я хочу от футбола — это уничтожить Итоши Саэ.       В комнате повисло напряжение. Некоторые даже выпрямились, не скрывая удивления. По его телу прошлась слабая дымка смешанная с цветом его глаз и черноты. Желтоглазик перевёл взгляд на меня, и я, не сдержавшись, тоже прищурилась. — «Так он и правда брат того самого какого-то там гения, или еще что-то фиг пойми.?.. Однако даже если так — с чего он решил, что мы тут просто мусор под ногами? Он совсем офигел?» — Мне одному кажется, или у них в команде одни чудаки? — негромко проговорил Сей, лениво опираясь на плечо Исаги. — Не кажется, — сухо отозвался Исаги, слегка качнув головой. — Так у тебя и происхождение полный шик… — наконец подал голос Арю, явно не собираясь мириться с чужим высокомерием. Он театрально протянул руку, указывая на Рина: — Так уж и быть… позволяю находиться со мной в одной команде. — «Серьёзно?..» — я едва сдержала смешок. — «Один строит из себя вершину мира, другой — павлина на троне. Третий — нервный комок тревог. А между ними — ледяная пропасть эго.»       Я не выдержала. Всё, что копилось — с самого момента нашей первой встречи, с той его снисходительности, с этого вечного ледяного взгляда, будто он выше всех нас… всё просто взорвалось. — Ты всегда такой, Ринчик?! Холодный, надменный, думаешь, что если ты талант, то можешь плевать на всех остальных? — голос мой дрожал от эмоций. — Хватит смотреть на всех сверху вниз и считать отбросами! Только и умеешь, что строить из себя неприкасаемого гения, которому никто не нужен!       Мои кулаки сжались, и я почти прошипела: — Если ты ещё раз посмеешь обращаться со мной как с пешкой, я тебе… — Что? — Рин слегка вскинул бровь, уголок его рта едва заметно дёрнулся, как будто он то ли насмешливо ухмыльнулся, то ли сдержал настоящую эмоцию. — Ты меня ударишь?       Он шагнул ко мне — медленно, спокойно, словно вовсе не испугался моей реакции. Взгляд его стал другим… не таким отстранённым, как обычно. В нём появилось что-то странное. Почти… живое. Почти… мягкое. Как будто он на секунду увидел во мне не просто раздражённую участницу проекта, а настоящего человека.       Я замерла на долю секунды, ошеломлённая его выражением. В этот миг он поднял руку, будто хотел дотронуться — до моего плеча, до руки… кто знает. Она тянулась ко мне медленно, как будто и сам он не до конца понимал, зачем.       Но я уже замахнулась, чтобы дать ему пинка — скорее, порывом, чем с настоящим намерением. И тут… С двух сторон меня ловко подхватили — Наги и Бачира, словно по команде. Кто-то ещё, возможно, тоже подскочил, чтобы не дать мне совершить глупость. Я в прямом смысле оказалась в воздухе, как котёнок, которого уносят от лужи, в которую он только собирался нырнуть. — Эй-эй, полегче, тигрица, — усмехнулся Бачира, не без труда удерживая меня за плечо. — Мы же не хотим, чтобы тебя выгнали отсюда за драку, да? — Даже если это ради великой цели! — буркнула я сквозь зубы, всё ещё дёргаясь, но уже понимая, что сопротивляться бесполезно.       Я обернулась через плечо. Итоши всё ещё стоял на месте. Его рука всё так же висела в воздухе, словно забытая в каком-то недосказанном движении. Он смотрел мне в след — и больше не усмехался. Его глаза были… странными. Словно он пытался что-то понять. Или… вспомнить?       Но меня уже поставили на землю. — Иди-ка лучше в конец очереди, буйная ты наша, — со смешком сказал желтоглазик. — Да я… я просто… — начала я, всё ещё немного ошалевшая от эмоций. — Просто хотела залететь в чёртову тюрьму ещё до старта следующего матча, ага, — подытожил Наги, держа меня за талию.

***

      Когда Наги и Бачира наконец отвели меня назад — как капризного котёнка, вытащенного из драки у подвала, — я злилась. На младшего Итоши, на себя, на собственную вспыльчивость, но больше всего — на то, что он, чёрт побери, смотрел на меня так… как никто до этого. Словно что-то в нём дрогнуло. И это злило даже сильнее.       Я выдохнула, тряхнула головой, пытаясь сбросить напряжение, но вдруг почувствовала, как атмосфера изменилась.       Исаги стоял чуть поодаль. Всё это время он молчал. Молча наблюдал за нашей стычкой, сжав губы и нахмурив брови. И теперь — внезапно — шагнул вперёд. — …Бачира, Наги… Аяно, — произнёс синеглазый медленно, но уверенно. — Простите меня. — Чё?.. — обернулась пчелка, его глаза округлились, — Э, Исаги, ты чё там надумал?! — «О нет…» — в груди у меня что-то кольнуло, когда я увидела выражение его лица. — «Я знаю этот взгляд. Только не это. Не то, о чём я подумала… Исаги…»       Он шёл прямо к команде Рина. Прямо в пасть льву. Без колебаний. И когда остановился перед ними, я увидела то самое — его эго. Оно пульсировало в его взгляде. Я узнала этот блеск — зелёная дымка, словно нечто нереальное окружало его. — Тебе ведь всё равно, с кем играть, если это не Аяно? — бросил Йоичи, протягивая руку вперед. -… моё эго требует одного. Сыграй с нами. — Да, — бросил Рин, холодно, резко. — Если она не будет лезть, мне всё равно.       Эта фраза, сказанная без эмоций, но с таким напором, пробила меня хуже пощёчины. — «Исагииии, ты балбес,» — сквозь зубы процедила я, хлопая себя по лбу. — «Я так и знала. Видно, в кого он пошёл с этой привычкой рваться в бездну… мой ученик всё-таки.»       Но одновременно… я знала. Это и есть Синяя Тюрьма. И, чёрт возьми, именно этому я его и учила. — …Балбес, — тихо выдохнула я, отводя глаза. — Но мой балбес. Пока что.