ТОП-6 или объявление высшего 0 ранга (2 часть)

            Я даже не успела нормально осмыслить, что именно сейчас произошло. В голове всё ещё эхом звучали слова Эго о нулевой позиции, вокруг продолжал стоять тяжёлый гул чужого недовольства. А на огромном экране по-прежнему висела моя чиби-версия с этим проклятым нулём над головой, который словно специально подсвечивали ярче всего остального. Казалось, что половина присутствующих до сих пор пыталась понять, является ли происходящее какой-то нелепой шуткой или реальностью, с которой теперь придётся жить.       Я стояла чуть в стороне от остальных лидеров и чувствовала на себе десятки взглядов: недоумённых, раздражённых, подозрительных. Некоторые незнакомые участники смотрели на меня так, будто ожидали, что я сейчас сама признаюсь в какой-нибудь ошибке системы. Другие выглядели так, словно уже мысленно записали меня в список личных врагов. Кто-то откровенно не верил увиденному. Кто-то пытался сопоставить услышанное с тем, что знал обо мне раньше.       Именно поэтому я почти не сразу заметила, как тренер проекта слегка наклонил голову набок. Со стороны этот жест выглядел совершенно незначительным. В моем понятии, что ему реакция игроков наскучила, будто всё происходящее перестало его интересовать ещё несколько минут назад.       Но за время пребывания в Блю Локе я успела достаточно хорошо изучить одну простую закономерность. Когда Джимпачи Эго выглядел скучающим, это никогда не означало ничего хорошего.       Наоборот. Обычно после этого становилось только хуже. Намного хуже, и зная его неопределенность в отношениях участников, особенно ко мне, то лучше перекреститься на удачу. — Впрочем… — спокойно произнёс черноглазый, поправляя очки и медленно переводя взгляд с одного игрока на другого, словно уже заранее знал, кто именно сейчас начнёт возмущаться первым. — Раз уж мы заговорили о позициях и составах…       Мужчина замолчал. Настолько надолго, что некоторые ребята начали нервно переглядываться между собой. Кто-то нахмурился. Кто-то заметно напряг плечи. Кто-то уже приготовился услышать очередную неприятную новость.       И, как оказалось, не зря. Потому что следующая фраза буквально добила остатки их самообладания. — То как раз таки, этот игрок автоматически входит в основной состав на матч против японской молодёжки.       На этот раз молчаливость не просто наступила. Она буквально рухнула на зал всей своей тяжестью. На одно короткое мгновение помещение будто перестало существовать. Я почти физически почувствовала тот момент, когда у половины присутствующих одновременно сломалось понимание происходящего. А теперь внезапно выяснилось, что существует человек, который вообще находится вне этой системы и при этом уже автоматически получает место в стартовом составе.       Причём без всяких дополнительных объяснений, ибо так решил Эго. — Чего?!       Первым взорвался кто-то из задних рядов. — Какой ещё основной состав?! — Мы вообще-то ради этого проходили весь отбор! — Это полный бред! — Она даже не в топ-шестёрке! — Да вы издеваетесь?! — Тогда зачем вообще нужен этот рейтинг?! — Что за привилегии такие?!       Недовольство вспыхнуло мгновенно. Голоса начали наслаиваться друг на друга, возмущение прокатилось по помещению словно волна. Кто-то спорил с соседями. Кто-то открыто возмущался. Кто-то уже почти кричал и всего за несколько секунд зал вновь превратился в хаотичный шум, где каждый пытался доказать, что система должна работать именно так, как удобно ему самому.       Я даже не обернулась, ибо прекрасно понимала, чем всё закончится.       Слишком хорошо понимала. Эго никогда не вступал в дискуссии и никогда не объяснялся. Тем более не оправдывался перед теми, кого считал материалом для своего проекта. Поэтому, когда он просто слегка поднял руку, я уже заранее знала, что сейчас будет. — Закройте рты, отбросы.       Черноглазый даже не повысил голос и тон. Однако эффект оказался таким, словно кто-то действительно нажал кнопку выключения звука. Шум оборвался настолько резко, что это выглядело почти неестественно. Ещё секунду назад десятки голосов накладывались друг на друга, а теперь наступила абсолютная тишина.       Эго медленно обвёл игроков взглядом и в этом взгляде не было ни злости, раздражения или усталости. Там присутствовало лишь холодное безразличие человека, который смотрит не на людей, а на набор цифр в таблице. — Вы всё ещё не поняли, где находитесь? — спокойно спросил тренер.       Никто не ответил. Да и ответа он явно не ждал. — Это не школа и не спортивный клуб. И уж точно не место, где кого-то интересует справедливость. Здесь выживают только те, кто нужен для победы.       После этих слов Джимпачи сделал короткую паузу, однако достаточную для того, дабы следующая фраза прозвучала ещё тяжелее. — А она нужна.       Именно эти слова ударили сильнее всего. Не потому что были громкими, а потому что в голосе Эго не было ни капли восхищения. Ни грамма уважения, ни намёка на симпатию, по крайней мере для моего восприятия так и звучало.       Он говорил обо мне точно так же, как говорил бы о рабочем механизме, поэтому слово «нужна» прозвучало не как комплимент. Оно прозвучало как приговор всем остальным.       После чего зал снова попытался поднять волну недовольства, однако уже гораздо слабее. Потому что теперь многие начали понимать неприятную правду. Речь шла не о личных предпочтениях Эго. Не о каком-то особом отношении. Не о жалости. Не о привилегиях. Речь шла исключительно о результате и именно результат сейчас говорил за меня.       Однако на этом Эго не остановился. — Но не забывайте.       Я невольно напряглась. Его голос стал ещё ровнее, холоднее. Черноволосый слегка повернул голову в мою сторону, даже не глядя прямо, словно просто отмечал моё присутствие как очередной элемент общей системы. — Это не привилегия.       Мне сразу не понравилось, к чему окарик ведёт. — Это тест.       После этих слов несколько человек заметно нахмурились. Я же продолжала молча стоять на месте. — Она будет тренироваться вместе с вами.       Он сделал короткую паузу, позволяя словам окончательно осесть в сознании присутствующих. — И если её результаты окажутся ниже моих требований…или если она хотя бы начнёт демонстрировать спад… Я заменю её так же быстро, как заменил бы любого из вас.       И вот после этого зал окончательно затих. Внезапно всем стала понятна самая неприятная часть происходящего. Я не была исключением, не была особым случаем и тем более не была неприкосновенной. И даже этот самый «номер ноль» не делал меня кем-то возвышенным.       Наоборот. Меня просто поставили в центр эксперимента, под самый яркий прожектор и теперь ожидали не прогресса, а постоянного превосходства.       Без права на ошибку и на слабость. Без права однажды показать результат хуже ожидаемого и судя по лицам окружающих игроков, они поняли это не хуже меня.

***

      Я на секунду даже поймала себя на том, что уголок губ дёрнулся в сторону, но это было нечто среднее между нервным смешком и желанием просто закатить глаза. Ситуация уже давно перестала ощущаться как нечто нормальное и всё больше напоминала очередной виток их личного театра абсурда, где я каким-то совершенно непонятным образом оказалась не зрителем, а главным экспонатом. — «Ну спасибо, что хотя бы не выгоните…»       Мысль мелькнула настолько отчётливо, что едва не сорвалась с языка, однако я вовремя прикусила его. Даже здесь существовали вещи, которые лучше было оставить при себе, а проверять границы терпения Эго мне почему-то совершенно не хотелось.       Я лишь тихо выдохнула через нос, стараясь избавиться от остатков раздражения, после чего перевела взгляд в сторону, делая вид, что меня гораздо больше интересует экран с обновлёнными данными, чем собственная судьба, которую только что одновременно возвели на пьедестал и поставили под угрозу.       Именно в этот момент вперёд неожиданно шагнул Юкимия. Движение было спокойным и уверенным, без показного пафоса или попытки привлечь к себе внимание, но благодаря воцарившейся тишине его заметили абсолютно все.       Шатен остановился чуть впереди остальных игроков из топа и посмотрел прямо на Эго. — У меня вопрос, — ровным голосом произнёс знакомый.       Несколько человек тут же перевели взгляды на него. — Объясните, почему я оказался на пятом месте? В чём именно я уступаю первому месту?       Я невольно моргнула, затем посмотрела на Юкимию. Потом на остальных игроков, а дальше снова на парня. — «Он сейчас серьёзно решил сменить тему?»       Подозрение возникло почти мгновенно. Слишком уж удачно прозвучал этот вопрос именно сейчас, когда добрая половина зала продолжала сверлить меня взглядами. — «Или он специально решил отвлечь внимание от моей персоны?»       Я скептически прищурилась. Зная его характер, такой вариант вполне мог оказаться правдой. Хотя, если честно, я не сказала бы, что нуждалась в подобной помощи. Мне было откровенно всё равно, что думают остальные. В конечном итоге здесь всегда решал только результат. Именно поэтому я не слишком переживала из-за возможного недовольства окружающих. К тому же я сильно сомневалась, что Эго станет спокойно наблюдать, если кто-нибудь действительно попытается перейти черту.       Если ему настолько необходим мой талант, что он публично выставляет меня отдельной категорией, значит он будет достаточно заинтересован в том, чтобы этот самый талант продолжал играть в Блю Локе. А следовательно, при необходимости сам поставит особо буйных на место. Хотя справедливости ради стоило признать одну вещь. Из моих знакомых никто за всё это время так и не выразил откровенного недовольства тем, что я оказалась выше остальных.       Ни Исаги. Ни Наги. Ни Бачира. Ни Рео. Ни даже Чигири.       Они выглядели удивлёнными, шокированными, озадаченными, но не злыми. Наверное, это стоило считать хорошим знаком. Хотя каких-то особых эмоций по этому поводу я всё равно не испытывала.       Мои размышления прервал Эго. Он слегка развернул кресло, в котором сидел, после чего лениво махнул рукой в нашу сторону. Практически мгновенно на мониторе появилась большая цифра «35», обозначавшая оставшихся участников проекта. — Всё очень просто, — спокойно произнёс очкарик.       На экране появились силуеты игроков. — Среди тридцати пяти оставшихся футболистов лишь троим удалось забить гол мировой пятёрке.       Его указка скользнула по изображениям. Сначала остановилась на ресничке. Затем на блондине, а после — на мне.       По залу снова прокатился тихий шум. — И это Итоши Рин, Шидо Рюсей и Наруми Аяно.       Рин остался совершенно невозмутим. Шидо же расплылся в такой довольной ухмылке, словно его только что официально признали стихийным бедствием национального масштаба. Меня же в этот момент больше интересовало другое. — При составлении рейтинга учитывались результаты первого отбора, показатели всех матчей внутри проекта, а также индивидуальные оценки, которые были выставлены игрокам представителями мировой пятёрки.       На последних словах мои губы сами собой сжались в тонкую линию. — «Вот это уже интересно…»       Я мрачно посмотрела на экран. — «И что же такого про меня наговорил тот Локи?»       Перед глазами сразу всплыл образ молодого француза с его спокойной улыбкой и раздражающе лёгкой манерой общения. Теперь же становилось любопытно, однако не в позитивном смысле. Если его оценка действительно повлияла на итоговый рейтинг, значит где-то в отчётах Блю Лока существовал документ, в котором один из лучших футболистов мира подробно расписал всё, что думает о моей игре.       И почему-то мне казалось, что часть этих комментариев мне совершенно не понравится. — «Надо было всё-таки добить его рожу, а не останавливаться на одном ударе…» — мрачно отметила я про себя, вспоминая определённого французского гения.       Мысль возникла настолько неожиданно, что я сама поморщилась. Пришлось почти силой отгонять её прочь, ибо в прошлый раз подобные желания уже привели к последствиям, которые потом ещё долго приходилось разгребать.       Да и какой смысл сейчас думать об этом? Мы все равно не встретимся, на какое-то время, а жажда мести — отвратительная вещь, если позволить ей пустить корни. Поэтому я лишь глубоко вдохнула и заставила себя сосредоточиться на происходящем, тем более что Эго уже продолжал. — И наконец, моё личное мнение, — спокойно произнёс черноглазый, поправляя очки. — Такой ответ тебя устроит, очкарик из глянцевых журналов?       Юкимия же выглядел так, словно подобные подколки слышал регулярно. На его лице даже не дрогнул ни один мускул. Наоборот, он лишь слегка улыбнулся и спокойно кивнул. — Да. — А?       Гагамару удивлённо моргнул и ткнул пальцем в сторону шатена. — Так он что, модель?       Раичи заметно скривился. Причём настолько искренне, что я едва удержалась от смешка. — Что-то он меня бесит. — «Зависть тебя не красит, друг мой», — мысленно прокомментировала я, наблюдая за его реакцией.       Впрочем, произносить это вслух я благоразумно не стала, ибо тогда бесить Раичи начала бы уже я. Эго тем временем совершенно проигнорировал начавшееся обсуждение. Ему было абсолютно всё равно, кто где снимался, кто сколько зарабатывал и кто выглядел как модель с обложки журнала. — Что ж, поговорим о следующем отборе.       Едва он произнёс эти слова, как на экране снова вспыхнул символ Блю Лока. Голографическая эмблема медленно развернулась в воздухе, после чего рядом начали появляться новые схемы и диаграммы. Разговоры в помещении почти сразу стихли. Все вновь переключились на экран. — Для начала я разделю топ-шестёрку на три команды по два человека.       Несколько секунд спустя рядом с эмблемой появились фотографии игроков.       Рин и Шидо.       Карасу и Отойя.       Юкимия и Наги.       Возле каждой пары загорелись обозначения. А. В. С.       Я внимательно посмотрела на распределение. По залу тут же пошли новые перешёптывания. — Во-вторых, остальные участники самостоятельно выберут, к какой из команд присоединятся.       На экране схема изменилась. Теперь возле каждой пары появились пустые места. — После этого я буду распределять вас группами по трое к каждой паре лидеров для проведения матчей.       Схема вновь перестроилась. Теперь всё выглядело значительно понятнее. Пять игроков gротив пяти игроков. Несколько отдельных составов. Несколько возможностей проявить себя. — Таким образом каждый из вас сможет сыграть матч в формате пять на пять.       Я задумчиво скрестила руки на груди. — «Понятно…»       Теперь логика Эго становилась очевидной. Он не собирался просто смотреть на индивидуальные навыки. Ему нужны были химические искры между игроками. — «Вся схема строится на том, чтобы разжечь искру между сильнейшими игроками и найти тех, кто сможет раскрыться рядом с ними.»       Чем больше я смотрела на схему, тем понятнее становился его замысел. Лидеры должны были стать центром притяжения. Остальные — показать, способны ли они подстроиться или наоборот. Заставить лидеров подстраиваться под себя. Однако почти сразу возник другой вопрос. — «Тогда какая роль отведена мне?»       Я нахмурилась, ибо моего изображения на схеме пока не было. А это выглядело странно, словно Эго специально оставил один элемент незаполненным. И словно в следующую секунду он действительно прочитал мои мысли. — Также нулевой игрок будет участвовать в каждой группе.       Я медленно подняла голову. На экране появилась моя иконка. — Она проведёт три матча с разными временными промежутками, так чтобы Наруми смогла участвовать и в команде А, B и С.       По залу моментально прокатился удивлённый шум. — Три матча?! — Серьёзно?! — Это же в три раза больше остальных! — Таким образом нулевой игрок будет временно прикрепляться к каждой из трёх команд лидеров.       Эго говорил абсолютно спокойно в констатации фактов. — Её задача — создать стимулирующий эффект внутри каждой группы.       Я пару раз моргнула. — «Чего?..»       Мой взгляд невольно дёрнулся к экрану. — «Стимулирующий эффект — это ещё что должно означать?»       Фраза звучала настолько расплывчато, что могла означать буквально всё что угодно. Мотивацию. Конкуренцию. Провокацию или вообще роль живой мишени для амбиций остальных игроков. Однако объяснять свою мысль дальше Эго явно не собирался.       Он упорно продолжил говорить, будто ничего необычного сейчас не прозвучало. — Учитывайте также, что все игроки, кроме топ-шестёрки и нулевого номера, получат лишь одну возможность проявить себя.       Эти слова моментально сделали атмосферу тяжелее. — Один матч, — спокойно продолжил черноволосый. — Один шанс. И по итогам этих отборочных именно я решу, кто войдёт в состав на матч против молодёжной сборной Японии. — Значит, за один матч нужно доказать собственную ценность, — задумчиво произнёс Арю, лениво перебирая длинный локон волос между пальцами. — Прямо как в профессиональном футболе… — тихо добавил Токимицу. — Шестёрка лучших, идите в соседнюю комнату, — скомандовал очкарик.       Практически сразу одна из дверей, расположенных в дальней части зала, с тихим механическим звуком отъехала в сторону.       Внутри виднелся ярко освещённый коридор. Никто из топ-шестёрки не стал задавать лишних вопросов.       Первым с места двинулся Рин, как и всегда. Он спокойно прошёл через дверной проём, даже не обернувшись на остальных. Следом за ним лениво потянулся Наги, которому, кажется, было одинаково всё равно, отправляют его на отдельное совещание или на очередную тренировку.       Юкимия поднялся следующим. Затем Карасу и Отойя. Последним в проход направился Шидо. Однако перед тем как исчезнуть за дверью, он всё же повернул голову назад.       Разумеется прямо в мою сторону. — Не скучай без меня, принцесса.       Я даже не моргнула. — Иди убейся по дороге. — Как грубо. — Я стараюсь.       Шидо довольно расхохотался и наконец исчез за дверью. — Учтите, что ваше нынешнее положение не является поводом расслабляться, — продолжил Эго. — Даже вы можете потерять свои места, если провалите отборочные матчи.       Ответом ему стало молчание. Впрочем, никто из шестёрки и не выглядел человеком, которого подобное предупреждение могло напугать. Через несколько секунд дверь закрылась, отрезая лидеров от остальных участников проекта.       На мгновение в помещении снова воцарилась тишина, однако почти сразу с противоположной стороны зала открылась ещё одна дверь.       На этот раз значительно меньше и почему-то именно она мне сразу не понравилась. — Нулевой игрок.       Я подняла взгляд на экран. — А ты иди в эту комнату.       Пауза. — Дальнейшие указания тебе даст куратор, который уже ждёт тебя внутри.       Я невольно моргнула. — «Куратор?..»       Само слово прозвучало подозрительно. Очень подозрительно. — «Что значит куратор?»       В голове моментально начали появляться самые разные варианты. От дополнительного тренера. До какого-нибудь сумасшедшего аналитика, который будет круглосуточно разбирать мои действия на поле.       Зная Блю Лок, исключать нельзя было вообще ничего. — «Меня что, решили нагрузить ещё сильнее?»       Чем больше я думала об этом, тем меньше мне нравилась ситуация. Однако выбора всё равно никто не предлагал, поэтому я лишь тихо вздохнула и направилась к двери. Именно в этот момент я особенно отчётливо почувствовала взгляды. Некоторые игроки буквально провожали меня глазами. Кто-то явно пытался понять, почему для меня снова существуют отдельные правила.       Когда я проходила мимо Исаги, тот слегка нахмурился, словно хотел что-то сказать, но так и не решился.       Бачира выглядел откровенно заинтересованным. Настолько заинтересованным, что, казалось, был готов прямо сейчас побежать следом и посмотреть, что происходит за дверью. Наглядно вмешиваться ему мешало только отсутствие возможности.       Рео задумчиво наблюдал за происходящим. Чигири выглядел скорее озадаченным. А Наги, который уже успел скрыться в соседнем помещении, наверняка вообще не понял, что происходит или понял, но решил подумать об этом позже.       Я же просто продолжала идти вперёд, так как за последние месяцы успела усвоить одну простую истину. Если этот очкарик-чебурек что-то задумал, сопротивляться обычно бесполезно. Проще дойти до конца и узнать, в какую именно авантюру тебя втянули на этот раз. Остановившись перед дверью, я на секунду задержала взгляд на тёмном проходе за ней. — «Ладно.»       Глубоко вдохнув, я шагнула вперёд. И в тот же момент дверь за моей спиной начала медленно закрываться, оставляя шум зала где-то далеко позади. Впереди же меня ждала неизвестность.       А опыт подсказывал, что в Блю Локе неизвестность редко означала что-то хорошее.

***

      Я сделала шаг вперёд и за мной с тихим глухим звуком закрылась дверь, окончательно отрезая зал и весь тот шум, который ещё пару секунд назад казался почти оглушающим. Коридор впереди был странным — слишком стерильным и ровным, будто его специально создали не для людей, а для системы, которая предпочитает не отвлекаться на лишние детали. Мягкий неоновый свет тянулся вдоль стен тонкими линиями, отражаясь в гладкой поверхности пола и создавая ощущение, что пространство слегка «плывёт» вперёд, ведя тебя само, без возможности свернуть назад.       Я всё равно не остановилась. Идти назад уже не имело смысла, поэтому я просто пошла вперёд, слушая только собственные шаги, которые в этой тишине казались неожиданно громкими. Коридор оказался длиннее, чем выглядел сначала, и в какой-то момент он мягко расширился, переходя в странное помещение, которое больше напоминало промежуточную зону между двумя секциями здания, чем полноценную комнату. Пространство было широким, почти пустым, с двумя дверьми на противоположных сторонах, и на секунду у меня даже мелькнула мысль, что я снова оказалась внутри очередного теста, где от выбора направления зависит что-то важное.       Однако додумать её я не успела. Потому что в следующую секунду за спиной раздался знакомый голос. — Привет, сестрёнка.       Я резко замерла. Этот голос я узнала бы где угодно, даже если бы его попытались скрыть десятком шумов и помех.       Медленно обернувшись, я увидела сестрицу и рядом с ней стояла Анри-сан. — Рицуки?.. — я на секунду даже не поверила своим глазам, словно мозг отказывался принимать настолько неожиданную реальность. — И Анри-сан с тобой…       Секунды хватило, чтобы все сомнения исчезли. Я сорвалась с места и почти сразу оказалась рядом, крепко обняв сестру, так сильно, будто боялась, что она снова исчезнет, если отпустить хоть на мгновение. Тепло её присутствия мгновенно пробило всю ту холодную собранность, которая держалась во мне последние часы и даже больше, в последние месяца, и на секунду стало почти больно от того, насколько сильно я по ней скучала. — Мы так давно не виделись… — выдохнула я, сильнее сжимая руки, не пытаясь скрыть этого ощущения.       Старшая обняла в ответ так же крепко, как и я, и я почувствовала, как она слегка улыбнулась, даже не видя этого напрямую. — Я тоже скучала, — мягко сказала Рицу, чуть поглаживая меня по голове. — И прости, что не отвечала на звонки. Работа полностью завалила, но я всё время следила за тобой и видела твои матчи.       Я тихо выдохнула, утыкаясь в неё, и на секунду просто позволила себе расслабиться. Её знакомый запах кофе и парфюма сразу же ударил в воспоминания, и я недовольно нахмурилась, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть на неё. — Опять кофе литрами пьёшь?.. — буркнула я, пытаясь вернуть себе привычный тон. — Я же просила тебя пить меньше этой гадости. Куда только Акамацу-сан смотрит, пока меня нет рядом?       Рицуки тихо усмехнулась, чуть закатив глаза, и подняла руки в жесте капитуляции. — Пф… прости-прости.       И в этот момент, несмотря на всё происходящее вокруг, на странную комнату, на Блю Лок, на Эго и на весь этот безумный проект, я вдруг поймала себя на простой мысли. Хотя бы на пару секунд здесь снова стало… нормально. — Вижу, вы всё так же близки, хи-хи, — с мягкой улыбкой заметила Анри-сан, наблюдая за нами, и в её голосе звучало искреннее тепло, словно подобная картина действительно радовала её больше, чем она старалась показать.       Я только успела чуть отстраниться от сестры, как заметила, что красноволосая вдруг оживилась ещё сильнее и, будто забыв про всю официальность ситуации, раскрыла руки в мою сторону с таким энтузиазмом, что это выглядело почти по-детски.       Я на секунду замерла, не сразу понимая, что именно от меня ожидается. — «Она… хочет, чтобы я тоже её обняла?»       Мысль прозвучала в голове почти растерянно, потому что с таким выражением лица отказ выглядел бы чем-то совершенно жестоким, а я, честно говоря, не особо умела сопротивляться людям, которые смотрели так искренне-щенячими глазами. Я тихо выдохнула и слегка пожала плечами. — Ладно…       Подойдя ближе, я осторожно обняла девушку, чувствуя, как она тут же ответила тем же тёплым, немного неожиданно крепким объятием. — Я тоже рада вас видеть.       Анри-сан тихо усмехнулась, оставаясь в объятиях всего на секунду дольше, чем можно было ожидать, и, слегка отстранившись, улыбнулась ещё мягче. — Я тоже рада, — ответила та. — И, слава богу, что это не очередной осмотр или вызов в медпункт из-за травм.       На этих словах я невольно напряглась, а улыбка на моём лице стала заметно менее уверенной. Я медленно опустила взгляд, чувствуя, как привычное ощущение вины поднимается где-то внутри. — По поводу этого… прошу прощения, — тихо сказала я, чуть наклонив голову. — Я не хотела доставлять вам столько неприятностей своими травмами.       Голос прозвучал тише, чем я планировала, и на секунду в комнате повисла лёгкая пауза, в которой даже воздух будто стал спокойнее, чем несколько мгновений назад. Рицуки сразу слегка нахмурилась и подошла ближе, словно не собиралась оставлять эту фразу без ответа. — Опять ты начинаешь, — мягко, но строго сказала сестрица, слегка щёлкнув меня по лбу. — Ты не «доставляешь неприятности». Ты просто живёшь и играешь, как умеешь.       Анри-сан кивнула, всё ещё с той же спокойной улыбкой. — И вообще, — добавила красноглазая, — если бы ты не попадала в такие ситуации, у нас было бы гораздо меньше работы и гораздо больше поводов скучать.       Я на секунду зависла, потом тихо выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. — И всё равно, благодарю вас, — я снова слегка поклонилась, не до конца успев выпрямиться, как почувствовала лёгкое движение рядом.       Красноволосая тут же оказалась ближе и, будто не собираясь слушать никакие формальности дальше, неожиданно потянулась к моему лицу и с совершенно спокойным видом начала слегка тянуть меня за щёки. — Аяно… ты такая милашка, — довольно протянула девушка, будто делала это абсолютно каждый день, а не стояла сейчас в здании, где решается судьба сотни футбольных монстров. — Мне ты и раньше казалась очень милой, прямо как куколка, но сейчас особенно.       Я застыла, моргнув несколько раз подряд, потому что подобное поведение вообще не сочеталось с тем образом Анри-сан, который я знала по работе — собранная, серьёзная, максимально профессиональная. Сейчас же передо мной будто стояла совершенно другая версия человека, что-то вроде… второй Микаэллы, только с уровнем «уси-пуси» на максимум.       И это было настолько неожиданно, что я даже не сразу нашла, что ответить. — Эй, Анри, прекрати, — тут же спокойно, но с лёгким нажимом сказала Рицуки, чуть прищурившись и делая шаг ближе.       Я уже намеривалсь облегчённо выдохнуть, подумав, что сейчас меня спасут от этого внезапного нападения на щёки, как старшая вдруг остановилась рядом и вместо того, чтобы действительно вмешаться. Просто посмотрела на меня слишком внимательно, будто оценивая, с какой стороны удобнее подойти.       И в этот момент до меня дошло — её «прекрати» звучало не как защита, а скорее как «дай, теперь моя очередь». — Рицуки… — тихо протянула Анри-сан с подозрением, всё ещё держа пальцы на моих щеках. — Что? — спокойно отозвалась та, даже не моргнув.       Я почувствовала, как ситуация стремительно выходит из-под контроля. — Погоди-ка…сестра… — я неловко подняла руки, пытаясь мягко убрать чужие ладони с лица, но получилось скорее беспомощно. — Вы вообще себя слышите? — Очень даже, — абсолютно серьёзно кивнула Анри-сан, и снова слегка потянула мои щёки. — Ну правда же, она слишком милая. — Согласна, — тут же добавила Рицуки, делая ещё полшага ближе. — Все же это моя младшенькая. Мягенькая как зефирка, милее любого.       Я резко отступила назад. — Эй!       Однако было уже поздно. Они обе выглядели так, будто моё сопротивление воспринимали как часть развлечения. Я ещё раз отступила, на этот раз быстрее, и в итоге почти отпрыгнула в сторону, прижимая ладони к щекам и дуясь так, будто это могло как-то спасти ситуацию. — Хватит уже… — пробормотала я, глядя на них с явным недовольством. — В каком месте я вообще «милая»?..       Однако вместо ответа я услышала синхронный смешок. — Вот именно это, — довольно сказала Анри-сан. — И это тоже, — добавила сестра.       Я замерла. — Что «это»?.. — Ты так дуешься, — спокойно пояснила Рицу, уже почти улыбаясь. — И пытаешься выглядеть строгой, — подхватила красноволосая. — Но всё равно как куколка, — закончила Рицуки.       Я на секунду просто закрыла глаза. — «Я сейчас их обеих выгоню…» — мрачно подумала я, продолжая держаться за щёки, словно это могло вернуть мне хоть каплю достоинства.       Но, судя по их выражениям, ни одна из них не собиралась воспринимать это всерьёз.

***

— Сестра… Анри-сан… соберитесь, пожалуйста! — пискнула я, наконец заставив себя выровнять голос и принять хоть немного серьёзный вид, хотя после всего происходящего это давалось с трудом. — Так… вы мне объясните, зачем я здесь?       На мгновение обе девушки действительно замолчали, будто синхронно переключились обратно в более деловой режим, и я даже почти поверила, что сейчас услышу нормальный, логичный ответ без сюрпризов и странных поворотов. — Ты здесь, чтобы подготовиться, — спокойно сказала Рицуки. — К чему именно? — тут же уточнила я, прищурившись.       Ответа сразу не последовало, и от этого стало только хуже. Анри-сан мягко улыбнулась и просто жестом пригласила меня следовать за ними, будто вся информация должна была раскрыться сама собой по дороге, и уже через минуту меня провели в одну из тех двух комнат, дверь которой открылась с лёгким щелчком.       Я шагнула внутрь и буквально застыла на месте, судя по увиденному это явно не была просто «комната».       Это была костюмерная. И не какая-то скромная, а такая, от которой сразу становилось понятно, что сюда вложили либо безумное количество денег, либо ещё более безумное чувство вкуса, а возможно и то, и другое сразу. Вдоль стен тянулись стойки с одеждой, где аккуратно висели платья самых разных фасонов и цветов, от строгих до откровенно торжественных, рядом располагались ряды обуви — туфли, балетки, босоножки, всё идеально выстроенное, словно кто-то специально создавал каталог, а не просто гардероб.       Я медленно перевела взгляд дальше и поняла, что это ещё не всё. Потому что напротив стоял огромный косметический стол с зеркалом, заставленный баночками, палетками, кистями и аксессуарами, от количества которых у меня буквально заболела голова ещё до того, как я попыталась понять, что из этого вообще используется и как. — Это… — я на секунду замолчала, пытаясь подобрать слова, — это вообще чей гардероб?.. — Временный, — спокойно ответила Анри-сан, как будто это всё объясняло.       Я медленно повернулась к ней. — Это ничего не объясняет.       Старшая чуть усмехнулась, наблюдая за моей реакцией. — Тебе нужно будет выглядеть соответствующе, — добавила та. — Соответствующе чему? — я нахмурилась сильнее, глядя на сестру.       Ответа снова не последовало сразу, и это уже начинало раздражать. — По словам Эго, — наконец продолжила Рицуки, — мы должны помочь тебе одеться красиво.       Я остолбенела. — Красиво?..       Я перевела взгляд на одежду снова, потом на косметику, потом обратно на них. — Подождите… а причина? — Тебе не сказали? — спокойно уточнила Анри-сан.       Я медленно покачала головой. И это, кажется, только усилило моё ощущение, что я нахожусь в каком-то странном эксперименте без инструкции. — Ну конечно… — тихо пробормотала я.       Я никогда в жизни толком не пользовалась макияжем. Максимум — под давлением Микаэллы, когда она с глазами, полными слёз и энтузиазма, умоляла дать ей «хотя бы чуть-чуть поэкспериментировать», и я соглашалась только потому, что не хотела её расстраивать.       Но это… Это уже выглядело как полноценная подготовка к чему-то совершенно другому уровню безумия. Я тяжело выдохнула, чувствуя, как меня аккуратно, но настойчиво подводят к пуфику. — Садись, — мягко сказала красноглазая. — Мы просто немного тебя подготовим, — добавила сестрица.       Я посмотрела на них обеих ещё раз, потом на гору одежды, и наконец с выражением человека, который уже проиграл этот спор заранее, опустилась на пуфик. — Ладно… — тихо сказала я, сдаваясь. — Но если это окажется чем-то странным, я вас обеих прибью.       И в ответ услышала только довольные улыбки.

***

      Платье, которое в итоге выбрали для меня Рицуки и Анри-сан, выглядело настолько нарядно, что я поначалу даже не поверила, что оно предназначалось именно мне. Верхняя часть платья была выполнена из белоснежной ткани и плотно облегала фигуру, подчёркивая талию и создавая аккуратный, изящный силуэт. Высокий воротник придавал образу элегантность и какую-то почти аристократическую строгость, а полупрозрачные длинные рукава с расширяющимися манжетами делали наряд более лёгким и воздушным.       Особенно красиво смотрелся лиф платья. Белая ткань была скроена так, что напоминала лепестки цветка или тонкие линии дорогого корсета, подчёркивая фигуру без излишней откровенности. Всё выглядело очень аккуратно и со вкусом. Но главным украшением, без сомнения, являлась юбка. Она начиналась нежно-голубым оттенком и постепенно переходила в глубокий насыщенный синий цвет, словно вечернее небо отражалось в спокойной воде. Передняя часть юбки была короче и открывала ноги до колен, тогда как сзади ткань плавно уходила длинным шлейфом почти до самого пола. При каждом движении лёгкая многослойная ткань красиво колыхалась, создавая ощущение, будто за мной тянется волна из синего шёлка.       По поверхности юбки едва заметно мерцали крошечные блестящие элементы, напоминающие звёздную пыль или мелкие снежинки, случайно осевшие на ткань. К платью подобрали светлые туфли на небольшом каблуке с острым носком, которые гармонично сочетались с белым верхом наряда и визуально делали ноги ещё длиннее.       Зелёные волосы аккуратно уложили, оставив их свободно спадать на плечи и спину. Несколько прядей были осторожно убраны назад и закреплены светлой лентой, что делало причёску одновременно простой и очень нежной. Когда меня наконец подвели к зеркалу, я несколько секунд просто молча смотрела на своё отражение. Передо мной стояла вовсе не футболистка, которая ещё недавно бегала по полю, спорила с Шидо и выслушивала очередные безумные речи Эго.       Скорее это была какая-то героиня сказки или принцесса из старых книг. Именно поэтому первой мыслью было вовсе не восхищение. — Это точно я?.. — растерянно пробормотала я, разглядывая своё отражение.       Позади сразу послышался довольный писк Анри-сан. — Видишь, Рицуки?! Я же говорила, что она будет выглядеть очаровательно! — Я и не сомневалась. Ты выглядишь прекрасно, — с мягкой улыбкой согласилась сестра.       А я всё ещё смотрела на зеркало с таким выражением лица, словно кто-то подменил меня, пока я сидела на том пуфике. И тут я внезапно застыла. До этого момента всё происходило настолько быстро, что я просто позволяла событиям нести себя вперёд, не особо задумываясь о причинах. Однако сейчас мозг наконец догнал происходящее и задал вполне закономерный вопрос.       Я медленно повернулась к двум девушкам. — Погодите… — начала я подозрительно. — А почему… то есть зачем меня вообще так наряжать?       Мой взгляд снова скользнул по платью и своему образу и нехилой порцией макияжа, хотя его на мне не было так уж сильно. Однако ощущение, что на меня выели тонну пудри и туши. После чего я ещё сильнее нахмурилась. — Мы что, идём на какое-то празднество?       Анри-сан и Рицуки переглянулись и почему-то от этого мне сразу стало тревожно. — Не совсем, — многозначительно ответила старшая.       Я сразу почувствовала подвох, причём огромный. — Рицуки… — Всё-таки ты стала сильнейшим игроком проекта, — продолжила она с такой улыбкой, словно собиралась сообщить хорошую новость. — Моя любимая младшая сестричка.       Не удержавшись, она снова схватила меня за щёки и слегка потянула их в стороны. — Сестрица! — Какая же ты милая. — Рицуки! — Всё-всё.       Нехотя отпустив моё лицо, она наконец выпрямилась. Однако улыбка почти сразу исчезла и это насторожило меня ещё сильнее. — Но по случаю этого события Эго всё равно настоял на проведении твоего наказания.       Я удивилась с приоткрытым ртом. — Наказания?       Несколько секунд я просто смотрела на неё. А затем память услужливо подкинула нужное воспоминание. Правило и возможностью, которым я воспользовалась. И момент, когда Эго обещал, что позже обязательно разберётся со мной отдельно. — А-а-а… — медленно протянула я. — Точно.       Я прикрыла глаза рукой. — Совсем забыла. — Из-за того, что ты использовала подаренную фигуру королевы во время второго отбора, — подтвердила Анри-сан. — Верно, — вздохнула я.       Если честно, тогда мне было совершенно всё равно. Моя команда побеждала. А последствия казались проблемой будущей меня. Теперь, судя по всему, будущая я наконец получила счёт к оплате. — Ты помогла своей команде, и это достойно уважения, — продолжила красноволосая. — Однако одновременно нарушила установленные условия. — Поэтому испытание всё равно состоится.       Я тихо почесала затылок. — Логично. — Но я ни минуты не сомневаюсь, что ты справишься, — тепло добавила Анри-сан.       Я благодарно улыбнулась ей. После чего снова посмотрела на платье. Потом на туфли. Потом опять на девушек. И чем больше я смотрела, тем меньше мне нравилась общая картина. — Хорошо, — осторожно произнесла я. — Допустим. — Допустим? — переспросили девушки. — Допустим, меня ждёт наказание. — Угу. — Но тогда я всё ещё не понимаю…       Я двумя пальцами приподняла край юбки. — Причём здесь вот это?       В комнате повисла короткая пауза. Анри-сан кашлянула. Рицуки отвела взгляд и вот тогда я окончательно поняла, что мне не понравится ответ. Совсем. — Для усложнения, — спокойно сказала сестра.       Я замерла. — …Что? — Для усложнения испытания. — Усложнения? — Да. — В смысле усложнения? — В прямом.       Я несколько секунд смотрела на неё абсолютно пустым взглядом и только потом медленно подняла голову. — Сестрица. — Да? — Скажи мне, пожалуйста… Эго случайно крышечка не поехала с головы?       Рицуки и Анри-сан одновременно отвели глаза и одновременно начали смеяться. — Эй! — возмутилась я, нахмурившись ещё сильнее. — Я вообще-то серьёзно спрашиваю! — Прости… прости… — выдохнула красноглазая сквозь смех, вытирая выступившие слёзы из уголков глаз. — Просто у тебя сейчас такое лицо, будто тебе сообщили о конце света. — Потому что меня собираются отправить неизвестно куда в платье! — Звучит справедливо, — невозмутимо заметила бирюзовоглазая.       Я посмотрела на неё с искренним предательским разочарованием. — Сестра. — Что? — Ты должна быть на моей стороне. — Обычно да. — А сейчас? — Сейчас мне слишком смешно. — Предательница.       Рицуки только шире улыбнулась и снова потрепала меня по голове. — Не дуйся. Никто не считает, что ты будешь проходить какое-то смертельное испытание в бальном платье. — Но проходить испытание в платье я всё-таки буду. — Да. — То есть это правда. — Правда. — И вас это вообще не смущает? — Нисколько.       Я медленно прикрыла глаза. Где-то внутри меня окончательно умерла надежда услышать хоть одно разумное объяснение. Анри-сан наконец немного успокоилась и подошла ближе. — Если говорить серьёзно, то это просто часть образа. — Какого ещё образа? — Ну…       Она переглянулась со старшей. — Многие наши спонсоры уже называют тебя Принцессой футбола.       Я моргнула и как будто побывав в астрале, уставилась на девушку. — Простите… кем? — Принцессой футбола. — Нет, я услышала. — Тогда почему спрашиваешь? — Потому что надеялась, что ослышалась. Меня…давно не называли так…       Анри приободряющее похлопала меня по плечу, а сестрица тоже поняла смысл мои слов и приобняла меня. Я тяжело вздохнула и потёрла переносицу. Спорить дальше было бесполезно. Судя по довольным лицам этих двоих, они уже давно всё решили без моего участия.       Именно в этот момент по комнате разнёсся тихий механический звук.

Ж-ж-ж…

      Что-то маленькое и металлическое выкатилось из бокового прохода. Я автоматически повернула голову. По гладкому полу к нам приближался знакомый микроботик на колёсиках. Его дисплей радостно мигал голубым светом, а сверху загорелась стрелка, указывающая вперёд.       Железный друг остановился прямо передо мной. Нетерпеливо мигающим микроботиком, как по комнате разнёсся тихий звук его колёсиков. Маленький помощник подъехал почти вплотную ко мне и несколько раз требовательно пискнул, будто напоминая, что у него есть расписание, а я его безбожно задерживаю.       Я невольно улыбнулась. Несмотря на всё происходящее, этого маленького робота я помнила ещё с первых дней в Синей Тюрьме. — О, так это ты, — тихо сказала я, присев и легонько похлопав его по металлическому корпусу. — Давненько не видели.       Робот тут же издал недовольное электронное жужжание и мигнул экраном. — МЕНЬШЕ РАЗГОВОРОВ. БОЛЬШЕ ДВИЖЕНИЯ. — Да иду я, иду, — вздохнула я, поднимаясь на ноги.       Микроботик развернулся на колёсиках и нетерпеливо прокатился вперёд на пару метров, после чего снова остановился и выжидающе посмотрел на меня.       И именно в этот момент позади раздался голос Рицуки. — Аяно.       Я автоматически повернула голову. Наверное, слишком быстро, ибо на голос сестры я всегда реагировала раньше, чем успевала подумать. — Да, сестра?       Рицуки стояла неподалёку, больше не улыбаясь. Уголки её губ оставались мягкими, но взгляд изменился. Исчезло веселье, осталась только тревога. Та самая тревога, которую могут скрывать только близкие люди. Люди, которые знают тебя слишком хорошо.       Анри-сан тоже притихла. Она больше не улыбалась так широко, как минуту назад. И почему-то именно это заставило меня внутренне напрячься.       Сестрица несколько секунд молчала, складывалось впечатление, что она подбирала слова. Будто решала, имеет ли право сейчас спрашивать об этом, а через полминуты всё же тихо произнесла: — Послушай… даже несмотря на всё, что мы сегодня обсуждали, несмотря на то, что мы смеялись и дурачились… я всё равно хочу спросить.       Она сделала короткую паузу. — Как ты себя чувствуешь?       Я многозначно моргнула. — О чём ты? Со мной всё…       Слова застряли где-то в горле. Так внезапно и резко, что мне казалось, кто-то сжал мое сердце рукой. Перед глазами вдруг всплыло лицо Кунигами, которого здесь не было. Того, кто обещал. Того, кто смотрел мне прямо в глаза и говорил, что обязательно дойдёт до конца второго отбора. Что обязательно встретится со мной на финише. Что сдержит своё слово и которого здесь не оказалось.       Я невольно опустила взгляд. — «Что я должна сказать на самом деле?..»       В груди по новой неприятно заныло, но достаточно сильно, чтобы стало трудно дышать. Всё это время я просто шла вперёд и не позволяла себе останавливаться. Не позволяла думать. Не позволяла оглядываться назад. Потому что если остановиться хоть на секунду… Тогда придётся признать, что некоторые люди действительно остались позади. Навсегда.       Я почувствовала, как непроизвольно сжались пальцы. Как зубы впились во внутреннюю сторону щеки, как знакомая боль помогла удержать лицо. Однако я всё-таки заставила уголки губ слабо приподняться. Настолько, что это даже нельзя было назвать улыбкой, скорее имитация её бледной тенью. — Всё хорошо…       Слова прозвучали тихо и насильно пришлось поднять голову и лишь в это мгновением заметила выражения лиц Рицуки и Анри. Обе женщины вздрогнули одновременно. Потому что улыбка осталась на моих губах. А вот глаза… Глаза остались пустыми. Совершенно пустыми, на одно короткое мгновение я просто перестала притворяться. И ощущая это знакомое чувство пустоты в себе, как много лет назад что пробыла в дипрессии. — Я, пожалуй… пойду…       Голос прозвучал ровно, отчего Рицуки нахмурилась ещё сильнее. Она сразу поняла. Конечно поняла, это же была моя сестра. Она всегда понимала. Но прежде чем кто-либо успел что-то сказать, маленький микроботик внезапно подъехал ко мне вплотную и аккуратно ткнулся металлическим боком в мою ногу.       Пик. Звук получился тихим. Почти жалобным. Я удивлённо опустила взгляд. Робот снова коротко пискнул, будто напоминая: — ПОРА ИДТИ.       И почему-то именно этот маленький механический жест помог мне выдохнуть. Я осторожно провела рукой по его корпусу. — Спасибо, дружок.       После чего снова подняла взгляд на старшую. На этот раз моя улыбка получилась чуть более живой. Пусть и совсем ненадолго. — Правда всё нормально.       Сестра несколько секунд молча смотрела на меня, а через секунду тяжело вздохнула. Дело было не в том, что бирюзоваглазая поверила, а потому что поняла — сейчас я всё равно ничего не расскажу. Она подошла ближе и мягко поправила выбившуюся прядь моих волос, совсем как в детстве и на моменте нашего прощание перед поездкой на этот проект. — Хорошо.       Её голос стал удивительно мягким. — Но когда тебе станет тяжело… не тащи всё одна.       Я замерла, а дальше медленно кивнула. Не потому что была уверена, что смогу это сделать, ибо знала — сестрица говорит это искренне. — Постараюсь.       Рицу грустно улыбнулась. Анри осторожно положила ладонь мне на плечо. — Удачи, Аяно.       Я кивнула ещё раз. После чего наконец развернулась и пошла следом за уже заждавшимся микроботиком. А когда дверь за моей спиной начала медленно закрываться, я всё ещё чувствовала на себе обеспокоенный взгляд сестры.       И почему-то именно этот взгляд оказался намного тяжелее любого испытания, которое мог подготовить для меня Эго.

***

Pov Автор       Когда зеленоволосая футболистка скрылась за дверью вслед за маленьким роботом-проводником, в гримёрной неожиданно стало слишком тихо.       Только что здесь звучал смех, раздавались шутки и летели взаимные подколки, а теперь воздух словно потяжелел. Короктковолосая девушка ещё некоторое время смотрела на закрывшуюся дверь, будто ожидала, что Аяно сейчас вернётся обратно и скажет, что всё это была шутка.       Но дверь оставалась неподвижной. Как и ощущение тревоги, которое поселилось в груди. — Я сейчас увидела то же самое, что и ты? — наконец тихо спросила она.       Голос женщины звучал непривычно растерянно, даже немного испуганно. Старшая Наруми не ответила сразу. Она продолжала смотреть в ту сторону, где исчезла её младшая сестра. Затем медленно подняла руку и закрыла ладонью глаза, будто пыталась отгородиться от неприятного воспоминания. — Да… — выдохнула черноволосая.       В её голосе звучала усталость, такая глубокая, которую невозможно скрыть даже за самой искренней улыбкой. — Я думала, что прошлое осталось позади.       Плечи женщины едва заметно дрогнули. — Я была уверена, что больше никогда этого не увижу.       Красноволосая нахмурилась. — Рицуки… — Однако сейчас…       Её пальцы сильнее сжались возле переносицы, а голос предательски дрогнул. — Сейчас я снова увидела это лицо… Такое же, как тогда.       Анри оторопела, ибо прекрасно понимала, о чём идёт речь. — Безжизненное лицо, как у куклы.       Бирюзовоглазая медленно опустила руку, ее глаза были наполнены тревогой. На несколько секунд воцарилось молчание. Обе женщины слишком хорошо понимали, за что им стоило в первую очередь тревожится.       Период, когда Аяно потеряла почти всё, когда еще будучи малюткой перестала плакать, как нормальный ребенок.       Перестала жаловаться и злиться. Именно тогда её лицо стало самым страшным. Не во время истерик. Не во время ссор. А именно тогда, когда она начинала улыбаться пустыми глазами или вообще не выражая никакой эмоции. Словно ничего внутри уже не осталось.       Анри медленно подошла ближе и осторожно положила ладонь на плечо подруги. — Рицуки… — Я видела это всего секунду.       Голос женщины стал ещё тише. — Но этого хватило.       Она слабо усмехнулась. Горько. Без капли веселья. — Я ведь её старшая сестра. Я знаю каждое её выражение лица. Каждую фальшивую улыбку. Каждый взгляд.       Красноглазой не нашлось что ответить, ибо Рицуки была права. Если кто и мог заметить подобное, то именно ее родной человек. Тэйэри в свою очередь была не настолько близка с подростком, дабы понимать ее с первых секунд, что уж говорить девушка и за пару месяцев не особо могла понять участницу проекта. — И хуже всего то…       Черноволосая опустила взгляд. — Что я понимаю причину.       Её пальцы медленно сжались в кулак. — Она думает о нём.       Анри тяжело вздохнула. Имя даже не понадобилось. Они обе знали, о ком идёт речь. О человеке, который обещал дойти до конца второго отбора и которого они смогли уговорить на вторую попытку в темной стороне Блю Лока. — Это нормально, — тихо сказала красноглазая. — Любой бы переживал на её месте. — Нет.       Наруми старшая покачала головой. — Не только поэтому.       Тэйэри вопросительно посмотрела на подругу и тогда женщина наконец произнесла то, что действительно мучило её всё это время. — Я чувствую себя виноватой. — Виноватой? — Да.       Рицуки горько усмехнулась. — Я директор проекта, Анри.       Она обвела рукой помещение Блю Лока. — Все эти правила. Все эти отборы и все эти испытания, придуманные мной. — Её пальцы сжались на ткани собственного пиджака. — Но ведь… — Я директор проекта, Анри.       Её голос стал жёстче при повторном напоминании своей позиции и обязанностей. — Каждый раз, когда кого-то исключают, я вижу цифры в отчётах. Каждый раз, когда кто-то ломается, я получаю результаты тестов. Каждый раз, когда кого-то выбрасывают из системы, я ставлю подпись под документами.       Директор замолчала, а потом тихо добавила: — Но когда это касается её…       Голос сорвался. — Всё выглядит иначе.       Собеседница понимающе опустила взгляд. — Потому что это твоя семья. — Потому что это моя сестра.       Рицуки устало прислонилась к столу. — А теперь каждый из её новых друзей может исчезнуть из её жизни так же, как исчез Кунигами.       При упоминании этого имени обе женщины невольно помрачнели. Анри осторожно вздохнула. — Но мы же уговорили его участвовать в Уайлдкарде.       Старшая Наруми закрыла глаза. — Да.       Ответ прозвучал почти мгновенно. — Да, уговорили. И я действительно рада, что он согласился.       Несколько секунд она молчала, после продолжила уже гораздо тише: — Но проблема не в этом. — Тогда в чём?       Рицуки некоторое время молчала, словно пыталась подобрать правильные слова. — В том, что это лишь вопрос времени.       Анри почувствовала, как внутри начинает расти тревога. — Времени до чего? Наруми медленно подняла взгляд. — До того момента, когда Аяно узнает правду. — Какую именно? — Кто пригласил его в программу Уайлдкарда. Тэйэри замерла. —… — И что именно с ним там происходит.       В её голосе появилась тяжесть. Такая, которую невозможно было скрыть. — Сейчас она всё ещё надеется, что он просто вернулся к своей обычной жизни подростка. Она думает, что рано или поздно встретится с ним, за пределами Блю Лока… Я не удивлюсь, если при коротком перерыве, что я хочу устроить для детей после игры с молодежкой, Аяно попросит меня его контактные данные…       Женщина опустила взгляд. — Но если она узнает, во что постепенно превращают участников Уайлдкарда…       Анри невольно сжала губы, ибо та тоже знала достаточно, чтобы понимать, насколько болезненной может оказаться эта правда. — Думаешь, она не сможет это принять?       Рицуки покачала головой. — Я думаю, что она сможет принять почти всё.       После этих слов женщина горько усмехнулась. — Кроме предательства.       Тэйэри вздрогнула. Черноволосая же продолжила смотреть в сторону двери, за которой исчезла её младшая сестра. — Если она узнает, что люди, которым доверяла, знали правду и молчали… если узнает, что я тоже была частью этого решения…       Её голос дрогнул впервые за весь разговор, так отчетливо, что поднимался тугой ком в горле. — Боюсь, именно тогда всё изменится окончательно.       Красноволосая медленно опустилась рядом с подругой. — Настолько серьёзно?       Рицуки долго молчала, после чего устало прикрыла глаза. — Я не боюсь её гнева, Анри.       Она слабо улыбнулась с застывшими слезами на глазах. — Я боюсь момента, когда младшенькая посмотрит на меня и перестанет видеть во мне старшую сестру.       В комнате снова воцарилась тишина. — Потому что если это произойдёт… я не уверена, что смогу её вернуть. Я боюсь, что Аяно меня возненавидит за ложь и предательство, которое я знаю, что она терпеть не может!..       И впервые за долгое время директор Блю Лока выглядела не как человек, контролирующий ситуацию, а как обычная старшая сестра, которая отчаянно боялась потерять самого дорогого ей человека.