Оставайся сама собой

Кира была уверена, что Пушкарёва и Жданов возвращаются на следующий день после финала «Самой красивой». Поэтому его вещи она собрала ещё утром. Днём не находила себе места от напряжения, хотя Малиновский то и дело подмигивал, поднимая большой палец вверх и пытаясь таким глупым образом убедить, что она на верном пути. Воропаева так и не поняла, что такого мог найти в Льве Роман. Обычный мужчина: симпатичный, высокий, вероятно, богатый, но в сердце не ёкнуло при первой встрече. Они танцевали вместе, он вёл её уверенно, говорил немного, улыбался сдержанно. И впечатление произвёл самое лучшее, вот только этого было недостаточно, чтобы накануне приезда Андрея, её уже бывшего (Кира, напоминаю! — Вика тщетно пыталась достучаться до подруги), пойти на свидание с другим. А Лев пригласил. Не раздумывая и не сомневаясь, что повстречал бриллиант. Отказ он воспринял спокойно — как этап на пути к цели. И сдаваться не планировал. А Кира вернулась с работы домой и металась из угла в угол, задавая одни и те же вопросы, что витали в воздухе без ответа: Андрей решил продлить свой отпуск, чтобы остаться с ней? Они сейчас вдвоём, вместе? И Юлиана дала Кате выходной? Это так не похоже на Виноградову. Или она за них? Но почему? Она ведь моя подруга. Кира рухнула на кровать и заревела. Успокоить было некому, поэтому она так и уснула, когда не осталось сил на слёзы и самобичевание. В караоке тем временем Сергей наблюдал за Ждановым. Даже пристальнее, чем за своей спутницей. Он до последнего дня ругал себя, что позволил Андрею этот перелёт. Катя не была в опасности и оказалась девушкой с характером. И с запасным кавалером впридачу. Переживать за неё он смысла не видел. Хотя Юлиана носилась с Пушкарёвой и заботилась, словно о дочери. А сегодня и врач, наконец, прозрел, ради чего было столь длительное тестирование ждановского организма на прочность. Редкая удача, когда люди энергетически полностью совпадают друг с другом, так зажигают друг друга, так любят. А эти двое любят. Он увидел перед собой другую Катю в надёжных руках своего пациента и другого Жданова — совсем не того, который ругался с Кирой в больнице. Пушкарёва выглядела на контрасте с официальными мероприятиями слишком просто, но всё встало на свои места. Рядом с Андреем Катя могла позволить себе быть любой. При первой встрече она выходила из машины на каблуках, в вечернем платье и с тонной макияжа на лице. Рядом с ней был не менее красивый и элегантный спутник. И Сергей задавался лишь одним вопросом: что в этой компании забыл Андрей? Теперь же он разглядел, чья она девушка на самом деле. Он был бы не прочь, если бы кто-то дал оценку со стороны и им с Юлианой, но Малиновский остался в России, а Жданов не спешил разглядывать гостей. Юлиана открыла конкурс и зашла с козырей. «Мой рок-н-ролл» заставил многих отставить бокалы в сторону и задуматься над смыслом жизни. — Надеюсь, у них всё получится с Сергеем. — Думаешь, Юлиана способна впустить кого-то в свою жизнь, кроме собак? — Думаю, да. — Кать, ты — идеалистка. Этому роману суждено остаться на курорте. — Посмотрим, - а нашему, Андрей? Вторым номером выступал мужчина с «Desert Rose». Но слухом его, как и Жданова, вселенная не наделила, поэтому аплодисменты он сорвал, когда композиция закончилась. Все только этого и ждали. Номера 3 и 4 Андрей не запомнил: что-то лирическое, мелодичное, но не более. Лера выбрала Валерия. Меладзе Изотову не выбрал бы никогда. Одна река была как белый день, Другая — черная, как ночь. А волны третьей были пламенем, Но ожидало их одно. Кем видит себя Лера — ночью или пламенем — Андрей предпочёл не задумываться. Если она ночь, то тёмная, пугающая, заставляющая скорее вернуться путника домой. Если огонь, то тот, который спалит всё на своём пути. Кира навсегда останется для него белым днём — на этом ассоциации заканчивались. Хотя в его руках прямо сейчас находилось пламя, от которого не хотелось отходить: тёплое, ровное, не обжигающее. Шестой номер выбрала зажигательную ламбаду. Слова Андрей не запомнил, но от танца хотелось пуститься в пляс вместе с исполнительницей. Девушка точно была танцовщицей, а не певицей. И в чувстве ритма ей равных не было. Выйти после увиденного с лирикой было так же скучно, как представить перед собравшимися финансовый отчёт Зималетто. Но Кате отступать было некуда. Поэтому она собралась с силами и, отпустив руку Андрея, поспешила на сцену. Пушкарёва выбрала совсем новый хит не случайно: в день вылета из Москвы услышала его по радио и влюбилась с первых строчек. Он как нельзя лучше подходил ей. Но если тогда она начала подпевать на втором припеве сквозь слёзы, то сейчас песня стала для неё гимном. Не смотри, не смотри ты по сторонам, Оставайся такой, как есть, Оставайся сама собой. Целый мир освещают твои глаза, Если в сердце живёт любовь. Андрей, Юлиана и даже Изотова понимали, что Катя поёт о себе. В финале Лера первой начала аплодировать. Ей действительно понравилось. Может быть, где-то не хватило диапазона, но исполнение цепляло душевностью и открытостью — тем, что так редко встретишь в современном обществе. Михаил старался на Катю не смотреть, но удивлённо следил за реакцией Изотовой. До прихода Пушкарёвой она успела отпустить не самые лестные комментарии в её адрес. И если бы не Виноградова, рассказала бы больше. Но главного Миша так и не узнал. Хотя ему предоставилась возможность взглянуть своими глазами, и радости зрелище не добавило. Ещё и Катя, которая выглядела довольно просто, но в то же время именно в такую он бы влюбился ещё быстрее: естественная, милая и невероятно обаятельная. Победитель конкурса был выбран, и ею оказалась та, кто побеждает по жизни — Юлиана Виноградова, и только её рок-н-ролл. Песня звучала на бис, а зрители разместились на танцполе. Сергей остался с Виноградовой на сцене. Андрей пригласил Катю на танец, хоть и не был уверен, что потянет новый квест. — Скажи, если нужно будет остановиться. Хорошо? — Кать, просто доверься мне. Она уже доверилась. Когда пару часов назад он произнёс эту фразу впервые. И с тех пор ничего не изменилось. Их объятия можно было скрепить лентой с надписью «никогда не расставаться». Они не были крепкими или страстными, они были какими-то слишком естественными. Мужчина держит в своих руках девушку. Девушка растворяется в его руках. Их не хочется прерывать, им не хочется мешать. Они почти не двигаются, и пока другие пары завершают третий круг, Жданов и Пушкарёва только заканчивают первый. Но они умудрились ни разу не выпасть из ритма. На это обратила внимание уже Юлиана во время победного соло на бис. Она не могла радоваться за Андрея и Катю по целому ряду причин, но химия между ними действительно была. Ещё тогда, в Зималетто. И она никуда не исчезла за время короткой, хоть и насыщенной, командировки Катерины. Остаток ночи Катя и Андрей провели вместе. Жданов провожал её до гостиницы и не захотел расставаться. Проснувшись утром, она всё думала: почему так легко и спокойно стало с Андреем? Ведь раньше они были как на пороховой бочке. Жданов будто успокоился, но не затишье ли это перед очередной бурей? Накануне она не могла не заметить, как смотрят на них окружающие. В этих взглядах были самые разные эмоции, но ни один из них не сводился к выводу, что Пушкарёва Жданову — не пара. В тот момент, когда она сама перестала так думать, мир заиграл новыми красками. И это было непривычно и заманчиво одновременно. Хотелось расправить крылья и взлететь. Андрей тоже проснулся в хорошем настроении, хотя его крылья накануне были подрезаны. Когда он зашёл в номер Катерины, то первым делом в глаза бросился его собственный букет в мусорном ведре; а следом — собранный чемодан. А точно ли собранный? Точно. На нём был специальный чехол сверху, который иногда используют вместо плёнки. У Жданова тоже был такой, но сейчас он вместе с другими вещами ждал своего часа в шкафу. Могла ли Катя сразу по возвращении от него начать собирать чемодан? Могла. Она вообще — девушка организованная, времени даром не теряет. Но интуиция подсказывала, что он был готов несколько раньше. А значит... Быть обманутым оказалось неприятно. Даже в такой мелочи. Сколько раз он сам обманывал Катю? Достаточно, чтобы потерять её доверие. И какого отношения ждёт теперь? Она ещё ничего не решила, и надо быть очень внимательным, чтобы вновь всё не испортить. Эти мысли мешали расслабиться ночью. Поэтому Андрей уснул только когда услышал, как сопит рядом Катя. С утра ему позвонил семейный нотариус Ждановых. У него появилось окно на вечер, и специалист хотел уточнить, готовы ли они приехать. Андрей сам просил на днях держать его в курсе, но не ожидал такой спешки. Что ж, к лучшему, вопрос нужно закрыть как можно раньше, чтобы он больше не стоял между нами. — Кать, я поехал в гостиницу. Нужно собрать вещи. Встретимся в аэропорту. — Да. — Пожалуйста, не планируй ничего на вечер, — и нет, чтобы сразу озвучить свои намерения, Андрей оставил Катю догадываться самостоятельно. Она готова была подписать доверенность. Ей не нужна была компания. Но они ни разу не поднимали этот вопрос, поэтому и сейчас параллель Пушкарёва не провела. Планы на вечер? Интересно, что он задумал? Ну, хорошо. Я хотела увидеть маму, но это подождёт до утра. Катя позвонила Зорькину и попросила её не встречать. — Я приеду сама, утром. Пушкарёва даже на расстоянии видела, как её друг закатывает глаза и ругает её последними словами. Новый мужчина, на курорте не наотдыхалась. — Вот уж не ожидал от тебя, Пушкарёва, не ожидал. Елена Санна себе места не находит, переживает, а ты... — Коль, передай маме, что я буду дома утром. Я и без тебя знаю, что ей нужна моя поддержка. — Знаешь? Нет, Пушкарёва, ты ничего не знаешь! С тех пор, как твой отец оказался в больнице, она сама не своя. — Коля. Поклянись, что ты не рассказал ей обо мне и Жданове? — Да успокойся уже. Ничего я не говорил, — румянец, предательски выступивший на щеках, можно было скрыть от Пушкарёвой, но не от самого себя. Зорькин подруге не врал: прямо он ничего не говорил. Но в день, когда они остались на кухне Пушкарёвых одни и строгий взгляд Валерия не взирал исподлобья, Елена спросила ещё раз, что же такого могло случиться в компании, что её дочь так поступила с Андреем? — Елена Санна, не знаю я, не знаю, понимаете? Ваша дочь ведь мне рассказывает далеко не всё, хоть мы и лучшие друзья. Но вам ли не знать, что у всех женщин есть свои тайны? — То есть, ты хочешь сказать... — Я ничего не хочу сказать. «Зималетто» — огромный конвейер, произойти там могло всё, что угодно. — Но ведь Катя словно мстила за что-то, а между ней и Ждановым всегда было такое понимание. И когда он домой к нам приходил, помнишь, в день рождения Катеньки, поздравлял. — Видимо, Ваша дочь не любит поздравления. Вот и допоздравлялся. — Коля, я же вижу, что ты знаешь правду. — Всё было очень вкусно, но мне пора идти. Спасибо, Елена Санна. Всё, что знал, я уже сказал. — Думаешь, так ты делаешь ей лучше? Я — мать, я имею право знать, что бы там ни было. — Тогда Вам надо спрашивать у неё самой. Или у дневника Кати, она ведь все мысли конспектирует. Коля замолчал: не стоило говорить Елене про дневник. Но Пушкарёва же с ним спит. С дневником, в смысле. Он точно с ней в Египте, поэтому ничего страшного не случится. Елена мучить Зорькина дальше не стала. Но, имея в запасе целую ночь и понимая, что точно не сможет уснуть после всего произошедшего, сразу после ухода Николая направилась в комнату дочери. Сначала просто сидела на её кровати и жалела Катю. Потом пыталась понять, когда они отдалились друг от друга и у Катюши появились от мамы секреты. И сама не заметила, как оказалась за её письменным столом. Открыла первый ящик. Какие-то бумажки и аккуратно сложенные принадлежности. Она закрыла его обратно, но через какое-то время открыла снова и начала вытаскивать одну вещь за другой. Пока в её руках не оказался он — маленький и почти полностью исписанный дневничок. Она открыла страницу с закладкой, быстро пробежалась по ней глазами и тут же закрыла. Имя Андрей упоминалось на развороте трижды. И она понимала, что открывает ящик Пандоры. Елена вернулась на кухню, налила себе рюмочку, из которой любил выпивать муж, и вернулась обратно в комнату дочери. - Катюш, ты обязательно меня простишь и поймёшь, почему мама так сделала. *** Не успели открыться стойки регистрации, за Катю началась настоящая битва. Неожиданно Миша изъявил желание пообщаться с ней по ресторанным вопросам во время полёта, чтобы потом не выискивать свободных окон в Москве, коих в бешеном ритме столицы может и не оказаться. Юлиана на правах начальницы тоже предупредила, что день хоть и пройдёт в дороге, но работу никто не отменял, и они должны успеть выжать максимум из возможного. Жданов со своей стороны не уступал. Он обещал быть с Катей, чтобы она не боялась перелёта, а значит место рядом с ней уже занято. Свою кандидатуру предложила и Оксана Фёдорова, а Пушкарёва, порядком устав от конфликтов, сразу согласилась. Оксана — наиболее приятный собеседник из возможных. Троице соперников оставалось лишь наблюдать, как они удаляются, смеясь, должно быть, над чем-то очень забавным. — Знаешь, Жданов, ты уже плохо влияешь на неё. — Юлианочка, а с чего ты взяла, что это моё влияние? Я только прилетел, это вы, — он посмотрел на Мишу, чтобы и тот почувствовал себя не в своей тарелке, — работали с Катей всё это время. — Ладно, Юлиана, я, пожалуй, пойду. — Всего хорошего, — бросил вслед Жданов. Борщёв его больше не интересовал. — Андрей, чуть вежливее. Михаил — мой клиент, помимо того, что он — мой друг. — Вот и пусть займётся открытием своего ресторана. — Он как раз этим и занимается. Ты мне лучше скажи, ты чего такой нервный? Узнаю московские замашки. Отпуск окончен, можно снова стать самим собой? — Не знаю, о чём ты. Я всегда такой, какой есть. — Пыль ты пустил в глаза Кате очень профессионально. Я вчера наблюдала за вами. Знаешь, никогда не видела тебя таким. — Может быть, потому что до встречи с Катей я никогда не был по-настоящему счастлив? — Ну-ну. Громкие слова, Андрюша — твоя визитная карточка. А как же Кира? — Мы расстались. — Она-то об этом знает? — Жданов громко вздохнул. — Всё ясно. И ты туда же. Мне пора идти на посадку. Сергей перехватил Юлиану, а Андрею достались два свободных кресла. Он разместился поудобнее и решил выспаться. Всё было хорошо и в то же время — просто ужасно. Не умел Жданов ценить то, что даёт ему жизнь. За тридцать лет так и не научился. Перед взлётом отправил отцу смс: Пап, мы вылетаем. Давай встретимся завтра в Зималетто. В десять. У меня есть к тебе важный разговор. Счастливого пути, сын. До встречи, - Павел успел ответить.