Часть 30

      Четыре часа, много это или мало?       Наверное, сидя за рулём раритетного Мустанга, чувствовать шум мотора, как слегка прогибаться подвеска на редких кочках и выбоинах, позволяя прочувствовать массу автомобиля. Наверняка для автолюбителя вроде Бена, четыре часа поездки пролетели в мгновение ока. Удовольствие от быстрой езды легко читается на его лице. Когда он берёт разгон на прямых участках шоссе, то заставляет Лору и Эт-Джей взвизгивать от лёгкого испуга. Разумеется, Мэй пытается выглядеть возмущенной лихачеством, однако, вряд ли хоть кто-то поверил в её искренность. Они оба словно скинули по двадцать лет. И Шог наконец понял, что их связывает, чопорную леди и лихача. Бунт, давно ушедший в прошлое и переросший во что-то большее.       Но, не всем поездка пришлась по нраву. Питер хотел ехать возле окна. Стараясь даже на небольшом заднем сидении маслкара замкнуться в себе из-за смущения. У Лоры оказались свои планы на поездку, и она сразу поняла, что «ботаник» не станет действовать без встряски. Сперва она задержалась на несколько минут, вынудив Питера сесть по середине. И теперь, он оказался меж двух огней. Кроме того, Лора взяла провизию, чтобы никому не пришлось лезть в багажник. Очень благородно, но цель отнюдь такой не является.       Шоссе сделало плавный поворот, мотор взревел громче, а беспощадная гравитация сделала остальное.       — Упс… — сказала Лора, даже не пытаясь держать равновесие.       Питер вцепился обеими руками в обивку передних кресел, только бы случайно не облокотиться на девушку, которая ему нравится. Его дрожащим, курячим лапкам, по недоразумению зовущимся руками, едва удаётся удерживать вес нелёгкой Лоры. Питер повернул в её сторону красное лицо, покрытое испариной чистого ужаса.       — Ты ещё пожалеешь…       Страшная угроза, но Лора едва сдержала смех, услышав едва слышное сипение. Нервы Питера сдают, пережав голосовые связки.       — Руки коротки, — тихо ответила Лора, с хищной ухмылкой.       Их слова заглушил мотор мустанга и смех Эм-Джей. Они с Лорой продолжили разговаривать, а Питер смотрел вперёд, на бесконечную дорогу.       Четыре часа, много это или мало? Для Питера, это была вечность.

***

      Легкий ветер гуляет по полю, засеянному пшеницей. Шум автострады кажется далёким и несущественным. Стая у границы посёлка, можно насладится тишиной.        — Здесь так… тихо, — тоже заметила Лора.       — «Да. Это умиротворение», — биомасса зашевелились под курткой Лоры… — «Я уже начал забывать это чувство».       Ветерок касается биомассы, донося новые запахи. Запах леса у опушки, скошенной травы, пасущихся зверей.       — «Полезно для разнообразия не чуять выхлопные газы и канализацию».       Не то чтобы Шог ощущает запахи как человек, но, токсичный выхлопы заставляют биомассу реагировать сильнее чем органические запахи.       Элко — небольшой посёлок на сотню частных домов и ферм, живущий за счет сельского хозяйства и экспорта продуктов животноводства.       После долгой поездки двигателю мустанга нужно передохнуть. Все решили отправиться в закусочную, но Лора решила к ним не присоединяться. Может, не захотела слушать новые остроты Питера, разозлённого подставой и желающего отплатить за своё смущение и стыд. Её не сразу отпустили, но та с заговорщицким видом поделилась, что хочет оставить парочку наедине.       К удивлению Шога, сместить фокус внимания получилось легко. И пока дядя с тетей занялись сватовством своего племянника, доводя того до белого каления, Лора отправилась на прогулку по городку.       Элко предстал перед гостями в будний день, рабочее время, когда большая часть жителей заняты работой в поле. Улицы пусты, лишь изредка они видят стариков, сидящих на верандах, бросающие на чужачку мимолётные взгляды, прежде чем вернуться к своим делам. Вдалеке на пастбищах кажется скот, а на пути лежат пастушьи псы, предупреждающе рычащие на идущую мимо Лору.        Но, помимо созерцания неспешной загородной жизни, они решили совместить приятное с полезным, а для этого им нужны заброшенные дома.       Слова Питера о вторичной мутации вызвали у Шога тревогу, заставляя задаваться вопросом — «Всё ли я учёл?».       В конце концов, одно дело податливая и изменчивая биомасса, и другое, человеческое тело, чьи клетки достаточно статичины в сравнении с плотью симбионта. Шог должен убедиться в стабильности изменений Лоры.       У них не так много времени, прежде чем Паркеры решат продолжить путь. Но, у них есть около двух часов, пока двигатель не остынет.        Во всём посёлке нашлась лишь одна заброшенная постройка, которой лучше бы и вовсе не было. За сеткой рабицей, с предупреждающими табличками о частной территории, они увидели полуразрушенную баптистскую церковь.       — Ну разумеется, — с раздражением выдохнув, Лора оглядела полуразрушенное здание, — Разве могло быть иначе?       По определённым причинам, Лоре не нравятся как храмы, так и сами религии. И даже видя столь плачевное состояние оного сооружения не вызывает у неё радости. Шог отметил как напряглись её мышцы, участилось дыхание, а взгляд стал бегающим, словно ища тех, кто должен быть внутри.        — «Это место не подходит», — дал категоричную оценку Шог.       — Я в норме, — в свою очередь твёрдо заявила Лора.       Её слова были бы гораздо убедительные, если бы голос не пытался предательски дрожать.       — «Ясно. Мы возвращаемся».       — Не ты ли вопил, что всё пропало и нужно срочно всё исправить? — ехидным тоном заметила Лора.       — «Я не воплю. Никогда».       — Да-да, просто читаю между строк, — отмахнулась она, — Слушай, я тронута твоим беспокойством. Правда. Но я уже не маленькая девочка. К тому же, ты наверняка будешь страшнее того, что там внутри.       — «Польщен. Но мы возвращаемся.»       Шог попытался силой увести её. На попытку перехватить контроль, Лора ответила сопротивлением. И эта вызвала удивление. Из простого чувства противоречия, столь активные попытки увести её, пробудили подозрения. И всё же, Лора не уверена до конца.        — Шог, ну какой шанс, что история повторится?       Примерно сто процентов, но он не собирался это озвучивать. Увы, интуиция Лоры уже взяла след, а Шог дерьмовый лжец. По крайней мере в отношении тех кто ему дорог.       Из-за долгого молчания со стороны Шога, Лора лишь убедилась в своих подозрениях. Всё напускное веселье испарилось.       — Ты что-то нашел? — напряженно спросила она.       «… Нет», — уверенно ответил Шог.       Лора замерла, глядя на разбитые витражи церкви. Она сделала глубокий вдох, успокаивая пульс.       — Знаешь, когда ты врешь, то мне становится щекотно. — тихо сказала она, — Попробуем ещё раз. Что ты нашёл?       Новые попытки увести её прочь не увенчались успехом. Либо идти на конфликт, либо…       — «Запах крови» — сдался Шог.       В ту же секунду ему пришлось полностью сжать мышцы Лоры в спазме, потому что она попыталась ринуться на частную территорию. Она едва не упала на колени, но Шог вовремя восстановил её равновесие.        — «Это не наше дело. Или у тебя возник гениальный план, включающий в себя вторжение через лавный вход, прямо перед свидетелями?» — с легким раздражением спросил Шог.       Лора наконец отвела взгляд от руин и огляделась, видя, что на нескольких участках есть свидетели.        — Если придётся, — сквозь стиснутые зубы, практически прошипела Лора.       — «Прекрасно. Что потом? Устроим бойню всем кого найдём?» — задал риторический вопрос Шог, -» Мы не в Нью-Йорке, здесь затеряться не выйдет. Плевать на полицию. Раз детектив Карсон нас нашел, то и все заинтересованные уже в курсе. Но, ты забываешь, что Паркеры не знают обо мне. Если меня заметят посторонние, то как минимум Питер сможет сопоставить факты. Со временем».       — Я не могу просто бездействовать, — сказала она, пытаясь преодолеть контроль Шога.       «Ты можешь просто сообщить в полицию. Сделать анонимный звонок».       На что Лора зло фыркнула и даже перестала вырываться.       — П*доры в форме разве что очко товарища могут найти, — зло ответила она, — Они как всегда опоздают, если вообще станут работать.       Были бы у Шога глаза, он бы непременно их закатил. Презрение Лоры к полиции и органам власти не утихло. И это весьма утомительно.        Никакие аргументы не помогли переубедить её. Единственный вариант увести силой. Однако, это лишь подстегнёт её синдром выжившего. Ситуация слишком похожа на её собственную. Обдумав варианты, Шог позволил Лоре отравиться в руины. Ему проще разобраться с гипотетической кучей трупов, чем с подростковой депрессией.       Едва сдерживаясь от желания перейти на бег, Лора начала обходить церковь по периметру, в поисках места из которого их не будет видно.       — «А помнишь времена, когда я мог унять твою тревогу просто изменяя состав крови?» — задал вопрос Шог.       Лора издала согласное «угу», с завидным индуизмом перепрыгивая сетку рабица и пробираясь в предположительное логово убийцы. Шог попытался понизить уровень её адреналина, но биомасса в её мозговом пространстве сразу на это отреагировала, вырабатывая недостающие вещества, восстановив всё как было.       — «Я начинаю по ним скучать».       Разбитые витражи поблекли от времени. Как и большинство старых зданий, церковь построена из каменных блоков. Подойдя к окну, Лора протянула к нему руку, опасливо глядя себе через плечо и ища взглядом возможного свидетеля.        Её рука начала чернеть, пальцы удлинятся и деформироваться. Поток биомассы растекается по стеклу заполняя трещины. Хруст стекла был тихим, остатки витража превратились в стеклянную крошку, осторожно сложенную на полу без звонкого битья стекла.        Лора с легкостью перепрыгнула через подоконник. Эха от приземления не было, при приземлении, из её подошв вырвалась биомасса, подавившая шум и начавшая оплетать её ноги.        Волосы стали единой, чёрной массой, растекаясь по торсу, рукам и голове. Лицо переправилась в защитный покров, оставив лишь глубоко посаженные глаза, покрытые прозрачной плёнкой. Рот закрыт биомассой, чтобы никто не слышал слов Лоры. За её спиной развиваются бесчисленные щупальца, плавящиеся и создающиеся вновь.       Она медленно шла мимо истлевших скамеек, на которых когда-то сидели прихожане. Помост, на котором располагалась трибуна, обрушился из-за сгнивших досок. Трёхметровое распятие, раньше крепившееся к стене обрушилось, доломав помост, но при этом дав проход к отсутствующему алтарю.       Шог пытался найти источник запаха крови. Выбитые витражи вымывают запахи словно воздух, это океан, имеющий разные оттенки и подчиняющиеся своим течениям под властью ветра. Есть участки где нет движения воздуха, и где-то там находится и источник запаха.       Частицы запаха оседают на биомассе и Шог может проанализировать состав и найти источник, играя в своеобразную игру «горячо-холодно». Но, помимо обоняния можно ориентироваться и на другие источники информации.        Лора остановилась, и повернув голову посмотрела на стену с незаконченным граффити. Сам рисунок не особо интересен, но Лора обратила на него внимание из-за того, что тот не закончен.       — В Нью-йорке граффити были границами банд. И рисовать на стенах просто так было опасно. Но что-то сомневаюсь что здесь художнику могли помешать конкуренты. Как думаешь, с ним что-то случилось?        Пока она рассматривала незаконченный рисунок, щупальца Шога отдалились, глядя на картину в целом. Получив удар в бок, Лора удивленно посмотрела на ударившее её щупальце.       — «Что-то ударило жертву вбок, — пояснил Шог, — Взгляни на смазанный край»       Край рисунка резко уходит вбок и обрывается.       — «Его сбили с ног», — продолжил он, ведя Лору по следу на толстом слое пыли, сам след также покрыт пылью. Происшествие случилось давно, — «Потом тащили по полу. Он сопротивлялся.»       Щупальце подняло смятый баллончик с краской. Шог посмотрел дату изготовления на этикетке. Баллончику чуть больше десяти лет.       Они шли дальше по следу: опрокинутая скамья, белые царапины на каменном полу. Словно след из крошек, ведущий к гнилому помосту. Обоняние лишь подтверждает то, что они на верном пути.        Щупальца обвили рухнувшее распятие и оттащили в сторону. После чего, потребовалось ещё немного времени на расчистку от досок.       Ржавый люк выгнут наружу, не смотря на то что, судя по петлям открывался он внутрь. Вокруг люка много крови, засохшей за десятилетия., и судя по разному цвету крови, она проливалась раз за разом, слой за слоем. Последний слой был пролит пару месяцев назад.       Биомасса, покрывающая Лору, пошла рябою, формируя дополнительный мышечный каркас. На лице раскрылась пасть, оскаливая острые клыки.       — «Всё ещё хочешь продолжить?»       Девушка молча кивнула.       Подойдя к люку Лора отогнула люк с отвратительным скрежетом, а Шог растворил засохшую кровь, убедившись, что она человеческая. Вертикальная лестница проржавела и держится на «соплях». Поэтому они просто спрыгнули во тьму.       Двухметровая туша с оглушительным грохотом рухнула на бетонный пол, подняв облако пыли. Эхо от падения пронеслось по по тоннелю длиной около шестидесяти метров, уходящему под небольшим уклоном вниз.       Несмотря на пыль и тьму, Шог и Лора не были дезориентированы. Лишившись зрительной информации, они начали ориентироваться на эхолокацию и обоняние. Вернее, Шог занимался обработкой сигналов от биомассы, а Лора продвигалась вглубь катакомб.       — Заброшенная шахта, — понял Шог по обнаруженному путевому рельсу, — Нужно быть осторожнее чтобы проход не рухнул нам на голову.       Кроме звуков издаваемых незваными гостями, в шахте не было ни единого звука, словно они попали в склеп.       Пройдя тоннель до конца, они уперлись в массивные ворота из стали. Даже не видя их, Шог учуял отчетливый запах ржавчины. Тихое рычание и биомасса уловила отзвук, визуализируя препятствие. В левом нижнем углу видна пробоина. Что-то отогнуло проржавевший метал и вырвалось. Но, прежде чем туда соваться, они решили исследовать ещё одну дверь, расположенную сбоку.       Обычная дверь, из гнилого дерева. Когда когтистая рука стиснула ручку и потянула на себя, то дверная ручка осталась в руке, а дверь переломилась пополам и с гулким эхом рухнула на пол. Они стояли неподвижно, но Шог смотрел спиной на металлическую дверь. Однако, кроме Шога никто не шумит.       За сломанной дверью их встретил небольшой кабинет. …И его хозяин, сидящий за рабочим столом.       Скелет сидит в кресле, откинувшись на спинку, от чего челюсть отвисла, распахнувшись на всю ширь. Черная сутана говорит о том, что мертвец когда-то был священником. Подойдя ближе, они заметили и дробовик, лежащий у его ног. Отсутствующая задняя часть черепа делает причину смерти очевидной.       На столе лежат бумаги, но из-за темноты ничего не видно. Поэтому, Шог решил испробовать новый трюк. Щупальца развивающиеся за спиной начали дергаться, образуя внутри себя полость, заполняющуюся люциферином, аналогичным оному у светлячков.       Стол залит кровью, как стопка бумаг. А на стене, они увидели два герба.       Первый, меч — острием вниз, окруженный ореолом с надписью.       — Аненербе.       Второй символ более известен в этом мире. Алый череп, из основания которого растут шесть щупалец.       — Гидра.       — Нацисты? — неуверенно спросила Лора, — Как они здесь оказались?       — Я знаю столько же, сколько и ты, — ответил Шог.       Он столкнул труп со стула и внимательнее осмотрел надписи, пропитавшиеся кровью. Он ничего не смог прочесть, они все на немецком. Последние листы и вовсе не разобрать. Сперва он решил, что чернила потекли от сырости, но записи такими были изначально.       — Возможно зашифровано, — предположила Лора.       Шог с ней согласился. Он забрал все записи и скрыл их под биомассой. По ночам довольно скучно, а так, у него появилась новое занятие. Находка его не особо пугает. Трупу больше полувека, в любом случае записи устарели.       Осталось узнать, что же скрыто за воротами. Беззвучно выйдя из кабинета, они вернулись к развилке в кромешной темноте и пролезли через пробоину.       Шог был готов к чему угодно, от заброшенного склада, до заброшенного бункера, но то что он увидел... он не был к этому готов.       Широкая пещера с высоким потолком. На стенах запутанные рисунки, в которые вплетены тела. Многие истлевшишие. Другие мумифицированы, но так же он заметил и относительно свежий гниющий труп.       Пещера затоплена но при этом освещается белым светом. Вдалеке, словно Луна в обрамлении семи ярких звёзд, отражающиеся в непроглядно черных водах.       Внезапно, Лора просто потеряла сознание. Гуманоидная форма распалась и биомасса Шога окутала её бесформенной массой щупалец когтей и глаз, пытающихся обнаружить угрозу.       От созерцания Луны, Шог теряет контроль над внешними клетками, которые приходится пожирать и стремительно делением плодить новые.       Вокруг начал нарастать гул. Рисунки начали оживать, оплетая истлевшие тела, заставляя их выбираться из плена корней. Они начали приближаться, и со всех сторон начали доноситься обрывки фраз и слов. Сливаясь в какофонию звуков.       Шог атаковал. Его челюсти с легкостью разрывали тела, удары щупалец сметали одну мумию за другой. но они всё наступали.       Те, кто смог приблизится, не атаковали, они падали на колени, продолжая выкрикивать невнятные фразы и слова.       Схватив одно из тел, биомасса Шога начала ассимилировать врага. И он столкнулся с враждебной биомассой. Это плоть. Клетки очень напоминают человеческие, но изменчивые словно биомасса симбионта. И всё же, это "мясо" примитивнее Шога и он без труда выделил ферменты разрушавшие клеточную структуру врага.       И всё же, во время ассимиляции, что-то проникло к Шогу, попыталось внедриться в его разум.       Завывание окруживших трупов, стоящих на коленях, начало иметь смысл ускользающий от сознания и против своей воли, Шог начал погружаться в транс.       Тишина. Умиротворяющая, бесконечная и вечная. Черное море, над которым нависает серебряный диск Луны, завораживающий своей красотой на беззвёздном небосводе. Тут, тишину начал нарушать странный шум, напоминающий клёкот каких-то птиц.       Это черное море что-то напомнило Шогу. Что-то, что его напугало. И он захотел выбраться, на что инстинкт подсказал как это сделать.       Рёв Шога заставил своды пещеры задрожать. После чего, он переработал всю "зараженную" биомассу в натрий.       И как только натрий соприкоснулся с водой, прозвучал взрыв.       Пещера начала рушиться, погребая всех тоннами земли.       Из последних сил, Шог прогрыз путь наверх, к спасительному свету Солнца. Как только они удалились достаточно далеко, то Лора очнулась, не понимая что вообще произошло. Выбравшись из под земли, Шог начал отделяться от Лоры, в недоумении пытающуюся дозваться до него.       Он не мог ответить, как и не мог разобрать слов, сотрясаемый от боли. Он чувствует чужое сознание, которое Шог сам же и пытается вытравить, продолжая расщеплять собственные клетки.       Лора попыталась взять его в руки и Шог инстинктивно слился с ней, погружаясь в спасительную гибернацию.