болен тобой

Ночь в городе была тихой, но мысли Вани шумели громче проезжающих машин за окном. Он лежал в своей кровати на спине, без футболки, в одних пижамных штанах, прикрытый тонким одеялом, но чувствовал, как прохладный воздух комнаты будто пробирается через стены, цепляет кожу, оставляет на плечах и спине холодное ощущение пустоты. Часы показывали половину третьего ночи, а сон всё никак не приходил. Его кровать, обычно такая уютная, казалась холодной, почти чужой. Постельное бельё будто не грело. Он ворочался с боку на бок, хватался за одеяло, но внутри всё равно оставалась пустота, из-за которой казалось, что ничего не поможет. Единственная мысль, которая не отпускала парня, была о Веронике. Об этом странном моменте, когда он едва не потерял контроль. О том, как она смотрела на него тогда у подъезда. Эти глаза, полные непонятного тепла и растерянности, не выходили у него из головы. Он потянулся к телефону, пролистал сообщения. Снова открыл её переписку. Слова, которыми она благодарила его за сироп от кашля, звучали в его голове теперь совершенно по-другому. Всё выглядело обыденно, но почему-то вызвало желание что-то сказать. Вот только что? Промотав пустой экран, Ваня с силой выдохнул и нажал на контакт Саши. Телефон несколько раз пикнул, прежде чем сонный, но всё ещё узнаваемый голос выдал: — Идиот, снова ты. Это рекордный второй звонок за день. — Ты спишь ? — резко ответил Ваня, больше для вида. Саша хмыкнул. — Как видишь, не особо. Твой ночной марафон явно важнее моего сна, блять. Что там опять стряслось? Ваня замолчал на несколько секунд, прикусив губу, но потом честно выпалил: — Саш, я... Мне хуёво. Я лежу в кровати и не могу заснуть. У меня странное чувство в груди. — Ну, братан, это называется "всё пропало". Поздравляю, ты влюбился, — усмехнулся Петров. — Да не! — Ваня с такой силой откинулся на подушку, что кровать скрипнула. — Это же... не может быть так. Я её вообще почти не знаю. — Так, — тянул Саша голосом психотерапевта, — ты её не знаешь, но застрял на её глазах, носишь сиропы от кашля и чуть не чмокнул у подъезда. Давай ещё скажи, что она тебе безразлична. — Ну, я же говорю… — начал оправдываться Бессмертных, но голос прозвучал слабо даже для него самого. — Вань, — Саша сменил тон на более серьёзный, — если ты не признаешь хотя бы себе, что она тебе не безразлична, то сделаешь только хуже. Для неё. Да и для себя. — Ты думаешь, я не знаю? — едва слышно проговорил Ваня. — Это и есть проблема. — Тогда решайся. Хочешь быть с ней — иди ва-банк. Войди с ноги, так сказать. Не хочешь — отпусти, пока не стало ещё больнее. Только пойми одно: ты уже не можешь оставаться между этими двумя точками. Не можешь быть рядом просто "по-дружески". — И если всё пойдёт наперекосяк? — шёпотом спросил парень. Друг тяжело вздохнул. — Тогда я угощу тебя пивом, как старого фрика. Но ты хотя бы будешь знать, что попытался. После этих слов на линии повисла тишина. Ваня сжал телефон так сильно, что костяшки побелели. — Спасибо, — наконец, коротко бросил он. — Не за что. Теперь дай поспать, уёбище. Саша бросил трубку, оставив Ваню в темноте спальни с размытыми мыслями. Он понимал, что время решиться ещё не пришло, но внутри всё же появилось странное ощущение лёгкости, как будто решение уже на горизонте. Парень с силой отбросил телефон на подушку, будто друг был виноват в его состоянии. Всё внутри словно скручивало, каждая мысль возвращалась к одному — Вероника. Её взгляд, её тихий голос, даже то, как она морщила нос, когда пыталась отмахнуться от разговоров, отразилось в его памяти слишком чётко. Он не знал, что именно мучило его больше: то, что он не мог быть рядом с ней прямо сейчас, или то, что он понятия не имел, что именно с ним происходит. В груди было напряжение, которое напоминало ломку. Он чувствовал себя как наркоман, которому срочно нужно получить новую дозу... Ваня поднялся с кровати и начал ходить по комнате. Мысли будто рвали его на части. «Ну что я делаю? Почему не могу просто лечь спать? Зачем мне ехать? Что я скажу? „Привет, ты прости, что ночью ворвался, просто без тебя дышать тяжело“?» Но чем больше он спорил с самим собой, тем сильнее желание её увидеть вытесняло всё остальное. Его взгляд упал на ключи от машины, которую ему оставил Вова, пока был в отъезде, лежащие на тумбе. Всего 20 минут — и он у её подъезда. А там, может, просто увидит свет в окне, поймёт, что с ней всё хорошо, и вернётся домой. Он резко схватил ключи и куртку, намеренно избегая смотреть на своё отражение в зеркале у двери, чтобы не столкнуться с собственным вопрошающим взглядом: «Ты совсем с ёбнулся?» По дороге к машине он чувствовал, как руки дрожат, не от холода, а от тревожного волнения. Стоило завести двигатель, как напряжение сменилось еле уловимым чувством облегчения — словно только действие успокаивало эту внутреннюю бурю. Прежде чем выехать из двора, он снова достал телефон. Его пальцы замерли над именем Вероники в мессенджере. Написать? Позвонить? Или приехать молча? На миг он засомневался, но внутри что-то хлестнуло сильнее. «Я не могу просто сидеть. Я должен её увидеть». Наконец, Ваня вышел из приложения, выбросив лишние мысли, и рванул к её дому. Ему казалось, что только так он сможет справиться с этой абсурдной, но всё поглощающей ломкой. Додж Челленджер разогнался за 3,5 секунды и Ваня гнал сотку по ночным улицам Москвы, словно стараясь убежать от собственных мыслей. Пустынные дороги с редкими встречными машинами создавали ощущение одиночества, будто весь город заснул, оставив его наедине с этой нелепой, мучительной одержимостью. Он свернул к её дому, припарковался у знакомого подъезда и заглушил двигатель. Тишина машины показалась гнетущей. Парень опустил голову на руль, пытаясь прийти в себя. В окнах её квартиры был выключен свет. «Спит», — подумал он с лёгким облегчением. Но легче не стало. Все планы, с которыми он рвался сюда — подняться, постучаться в дверь, сказать что-то, — рассыпались в прах. «Что я ей скажу? Что не смог просто сидеть дома? Что схожу с ума без неё? Это ненормально». Он стукнул ладонью по рулю, еле сдерживаясь, чтобы не накричать на самого себя. Ваня посмотрел на подъезд. Стоило подняться всего лишь пять этажей, и вот она, Вероника. Но ноги будто приросли к сиденью. Каждая мысль была путаницей из желания и сомнений. Он перебирал варианты в голове: позвонить, написать сообщение, просто уйти... Ваня открыл дверь машины, чтобы вдохнуть свежего воздуха, но даже это не помогло. Секундное облегчение сменилось новым приступом нервного напряжения. Он встал рядом с машиной, сгорбившись от внутреннего напряжения, как будто это помогало думать яснее. — Ты долбаёб, Ваня, — тихо пробормотал он сам себе, упёршись руками в крышу авто. В итоге он так и не решился войти в подъезд. Вместо этого сел обратно в машину, снова посмотрел на окна её квартиры. Прошептал еле слышно, будто ей: — Спокойной ночи, Ника. Повернул ключ зажигания, и машина сорвалась с места, растворяясь в ночной тишине города.

***

Ника проснулась ранним утром от случайного луча света, пробивающегося сквозь не до конца задернутую штору. Голова всё ещё казалась тяжёлой после бурной ночи, а сердце то странно замирало, то ускоряло ритм. Она потянулась за телефоном, но на экране не было новых уведомлений — ни от Вани, ни от кого-то ещё. Этот странный вечер всё ещё был у неё в голове. То, как он смотрел на неё, как будто видел что-то большее, чем просто девушку на стриме. То, как она заметила это во взгляде, но быстро отвела глаза, притворяясь, что ничего не происходит. Девушка прошлась босиком по холодному полу до кухни, приготовила себе чай и задумчиво присела на стул. Почему-то в её голове звучал его голос: «Я думал, ты ненормальная...» Она прижала ладони к щекам, пытаясь вытеснить это воспоминание. — Перестань думать о нём, Ника, — тихо сказала она себе, но мысли всё равно возвращались. Закончив завтракать, она решила отвлечься: взяла книги для учёбы, уселась за письменный стол. Однако, через минуту учебник оказался закрыт. Вместо решения задач брюнетка бездумно рисовала узоры на полях тетради, снова возвращаясь к его лицу, его голосу, к той напряжённой секунде, когда всё словно остановилось. Когда она всё-таки взяла телефон, чтобы открыть телеграмм, сердце непроизвольно кольнуло разочарование — ни одного сообщения от него. — Хватит, — снова убеждала себя девушка, но в глубине души понимала, что за вчерашний вечер что-то изменилось. Она не знала точно, что именно, но чувствовала, что Ваня стал кем-то чуть ближе, чуть важнее, чем раньше. Кто-то стукнул в дверь её квартиры. Это был почтальон. Ещё пару секунд после его ухода Ника стояла, держась за дверную ручку, как будто чего-то ждала. От кого-то другого. После утренних раздумий Ника решила не тратить выходной на тоску. Она убрала телефон подальше, включила музыку и взялась за уборку. Это было единственное, что могло хотя бы ненадолго занять её голову. Но мысль о вчерашнем Ване, о его взгляде, о странной тишине после их встречи никак не отпускала её. Ей хотелось думать, что это всего лишь эффект их взаимного недоразумения или неловкости, но сердце шептало другое. Она слишком ясно помнила, как он смотрел на неё в тот миг около подъезда, как будто хотел сказать что-то важное, но удержал себя.

***

Тем временем на другом конце района Москвы, в своей квартире, Бессмертных тоже не мог прийти в себя. Бессонная ночь оставила свой след — его мысли продолжали возвращаться к этой чёртовой девушке. Саша, похоже, стал его эмоциональной линией поддержки. Они разговаривали, пока не рассвело, Ваня пытался объяснить, что с ним происходит: — Брат, я не могу перестать о ней думать. Она просто... слишком странная. Я чувствую себя идиотом, мне даже ночью к ней ехать хотелось. — Ты и есть идиот, Ваня, — усмехнулся Саша. — Она просто девчонка, ты, наверное, себе накрутил. Ну или ты на неё залип конкретно. Такое тоже бывает. — Да не просто, Сань. Она… Не знаю. В ней что-то есть, что меня разрывает изнутри. Я даже понятия не имею, как это объяснить. Петров вздохнул: — Если она так на тебя влияет, то не упускай её, только, ради бога, сдерживай себя. Всё-таки она младше, к тому же девочка явно с характером. Попробуй сначала понять, как она к тебе относится. Но это был именно тот вопрос, на который Ваня хотел получить ответ немедленно. Ему казалось, что не узнать этого было равносильно медленной пытке. По пути на кухню он мельком заметил своё отражение в зеркале: потёртый вид, красные глаза, ничего привлекательного. «Ахуенно выглядишь, что за девушками бегать, придурок, — усмехнулся он сам себе. — Ещё ведь стрим скоро». Он резко остановился, когда вспомнил, что вчера она ненадолго заходила в его телефон. Что-то внутри заставило его разблокировать экран и найти её телеграмм. Но Ваня вдруг понял, что за всю свою жизнь никогда никого так не добивался — обычно девушки бегали за ним. Вернувшись на диван, он набрал короткое сообщение: «Как ты там, болеешь ещё? Кстати, хочу твоё мнение по одной штуке, если вечером будешь свободна.» Он так долго раздумывал над текстом, что успел прокрутить его тысячу раз, но в итоге решился отправить. Ника быстро ответила: «Привет! Днём у меня пары в универе, но вечером я свободна. Что за штука?)» Она чуть заметно улыбнулась, отправив сообщение. Её настроение с утра начало налаживаться, и даже мысли о странной ночи понемногу отошли на второй план. Ваня, увидев ответ, сразу же задумался, как поступить. Напрашиваться с новой встречей было рискованно — он не хотел показаться слишком навязчивым, но и упускать возможность поговорить с ней больше, чем пару слов в переписке, было невозможно. Через минуту он написал: «Отлично. Тогда, может, ко мне? Поможешь мне с одним проектом. Ну и заодно перекусим?» Он специально не уточнил, что за проект, чтобы сохранить интригу. Его предложение звучало вроде бы невинно, но в то же время заставляло сердце колотиться быстрее. Ника прочитала сообщение, слегка нахмурившись. Конечно, она знала, что не сможет отказаться. Её потянуло к этому парню с первой их встречи, и теперь, после их короткой прогулки, она чувствовала, что между ними есть какая-то невидимая связь. Но что, если это всё просто плод её воображения? Она набрала короткий ответ: «Окей, давай. Во сколько быть?» Ответ пришёл мгновенно: «В семь. Как обычно, адрес помнишь.» Сердце Ники слегка ёкнуло, но она быстро взяла себя в руки. "Это просто встреча, ничего больше", — напомнила она себе, собирая вещи для университета. Тем временем Ваня отложил телефон и наконец выдохнул. Вечер был определённо его шансом, и он знал, что должен воспользоваться им, чтобы разобраться в своих чувствах к этой загадочной девушке.

***

Когда Ника убрала телефон, рядом с ней уселась Наташа Генсуха— её одногруппница и подруга, с которой они частенько пересекались как на учёбе, так и в разных компаниях. — Ну? Кто писал? — поинтересовалась Наташа, склонившись поближе и заглядывая на экран телефона, хотя Ника уже заблокировала его. — Так, никто, — Ника пожала плечами, пытаясь не выдать волнения в голосе. Но девушка была слишком проницательной. — Да ладно тебе! — сказала она с хитрой улыбкой. — У тебя лицо загорелось, как у школьницы на первом свидании. Признавайся, это он? — Кто он? — невинно переспросила Ника, хотя отлично понимала, о ком идёт речь. — Дипинс, кто же еще ? Ну, давай, рассказывай! Я же вижу, что у вас там что-то... Брюнетка не сдержалась и тяжело вздохнула. — Он... позвал меня вечером к себе, — тихо произнесла она. Наташа заулыбалась ещё шире и подтянула стул ближе. — Вот это да! Слушай, а ты ему правда нравишься, — убеждённо заявила она. — Нат, не начинай, — оборвала её Вероника. — Это просто встреча. Он что-то придумал, говорит, что проект какой-то, ну вот, и всё. Наташа сделала вид, что задумалась. — Знаешь, Вероника, — сказала она, изображая важный тон. — У парней есть кодовое слово «проект», которое часто обозначает... ну, короче, не проект. Ника не смогла не рассмеяться на это. — Ты слишком много сериалов смотришь, — усмехнулась она. — Ага, и при этом всё знаю! Слушай, а ты уверена, что он не слишком... ну, взрослый для тебя? — вдруг серьёзно спросила Наташа. — Он даже не знает, что мне 17, — тихо сказала Ника, покусывая губу. — Я сказала ему, что мне 19. — Ого, девочка моя! — Наташа округлила глаза. — С такими вещами осторожнее. Мало ли... Девушка молчала, её мысли метались между сомнением и внутренним любопытством. Она знала, что одна только встреча с Ваней меняла для неё всё, и в то же время это пугало. — Ты уверена, что справишься? — мягче спросила подруга. — Я попробую, — ответила Ника, ощущая, как волнение смешивается с предвкушением.

***

Вероника долго стояла перед зеркалом в гардеробе уника, проверяя каждый элемент своего образа. Её чёрное длинное платье из мягкой ткани идеально подчёркивало фигуру: скромное, с длинными рукавами, но с элегантным вырезом на ноге. На ногах были чёрные лакированные ботинки на массивной платформе, которые придавали её образу лёгкую дерзкость. Поверх она накинула пальто классического кроя, подчёркивающее её изящность и сдержанность. Волосы, аккуратно уложенные локонами, мягко спадали на плечи, а лёгкий макияж подчёркивал природную красоту. Она выглядела просто, но так утончённо, что привлекала внимание. Сев в автобус, девушка вытянула наушники из кармана пальто и включила музыку, пытаясь унять дрожь в руках. Всё внутри неё трепетало от волнения. Она смотрела в окно на медленно уходящий за горизонт свет зимнего дня, а в голове прокручивала моменты их прошлых встреч. «Зачем я так стараюсь? Он ведь и так меня видел по-разному. Но... может, это единственный шанс, чтобы он понял, кем я могу быть рядом с ним?» Автобус остановился возле нужной остановки, и Вероника вышла. Ночь дышала прохладой, свет фонарей вырисовывал мягкие силуэты прохожих. Улица была тихой, почти безлюдной, лишь время от времени проезжали редкие автомобили. Она шла по тротуару к его дому, держа руки в карманах пальто, чтобы скрыть дрожь от волнения. Когда она подошла к его подъезду, сердце замерло на миг. Она остановилась у двери, выдохнула, собираясь с духом, и подняла руку, чтобы нажать на звонок его квартиры. Вероника нажала на звонок, и через несколько мгновений дверь открылась. Девушка поднялась на 12 этаж, нашла квартиру номер 167 и позвонила в неё, после чего дверь открылась. Перед ней стоял Ваня. На нём была простая чёрная футболка, спортивные штаны, волосы растрёпаны, будто парень только что проснулся. Он на секунду замер, увидев её. Она выглядела... великолепно. Чёрное платье, подчёркивающее её утончённость, и аккуратно уложенные волосы заставили его задуматься, как он заслужил, что такая девушка сейчас стоит на пороге его квартиры. — Заходи, — произнёс он, чуть улыбнувшись, отходя в сторону. Вероника шагнула внутрь, стараясь выглядеть спокойной, хотя её сердце колотилось так, будто хотело выпрыгнуть из груди. В квартире пахло кофе и чем-то ещё уютным, неуловимым. Ваня провёл её в гостиную, где уже горел мягкий свет настольной лампы, создавая тёплую атмосферу. — Ты как добралась? — спросил он, пока она снимала пальто и вешала его на крючок у двери. — Нормально, на автобусе, — ответила она, оборачиваясь. Он не мог отвести взгляд от её фигуры. Чёрное платье подчёркивало её хрупкость, а уверенные движения добавляли ей изящности. — Ты выглядишь... — Ваня замялся, подбирая слова, — очень красиво. — Спасибо, — она слегка улыбнулась, чувствуя, как по щекам пробегает жар. — Может, чаю? — предложил он, отходя к кухне. — Да, будет здорово, — кивнула она, следя за тем, как он уверенно двигается по квартире. Когда он ушёл на кухню, она присела на диван и осмотрелась. Всё было чисто и аккуратно, но в этом месте чувствовался характер парня: книги на полках, гитара в углу, пара кроссовок у двери. Это была его жизнь, его пространство, и она сейчас была частью этого. Ваня вернулся с двумя чашками чая и поставил их на стол. Он сел рядом, но оставил между ними достаточно места, чтобы не создавать лишнего напряжения. — Я рад, что ты пришла, — сказал он, встретившись с её взглядом. — Я тоже, — тихо ответила Ника, чувствуя, как этот момент будто бы застыл во времени. Ваня провёл Веронику в свою комнату, где всё выглядело как рай для любого геймера: массивный компьютер с двумя мониторами и неоновыми подсветками, несколько мониторов, полки с фигурками и книгами, и мягкая, уютная кровать. — Присаживайся, — сказал он, указывая на соседний стул у рабочего стола. Вероника села, скрестив ноги, и, наконец, решилась задать вопрос, который у неё крутился в голове ещё с утра: — Ты писал про какой-то проект… Что за идея? Ваня откинулся в кресле, улыбнулся и чуть потёр лоб, как будто подбирая слова. — Это что-то вроде интерактивного стрима, — начал он. — Донатеры смогут управлять нашими действиями. — Нашими? — переспросила она, слегка удивившись. — Да. Я хочу собрать небольшую команду. Ты, я, ещё пара стримеров. Например, Саша, Денис Дрейк, может, Вова. Она нахмурилась, стараясь осознать, о чём идёт речь. — То есть зрители будут диктовать, что мы делаем? — Именно. Они смогут голосовать за задания, и нам придётся их выполнять. Конечно, в пределах разумного. Никаких странных или опасных вещей. — Интересно… — протянула она, крутя прядь волос на пальце. — И что это даст? — Во-первых, это весело. Люди любят, когда они могут влиять на происходящее. Во-вторых, это шанс для тебя. Если ты хочешь попробовать себя в стримах, это идеальный старт. Вероника задумалась. Она помнила, как когда-то мечтала быть популярной, но идея подвергнуться суду интернета пугала её. — А ты уверен, что я справлюсь? — наконец спросила она, с сомнением глядя на него. Ваня посмотрел на неё с такой уверенностью, что у неё перехватило дыхание. — Я уверен. Ты интересная, яркая, настоящая. Людям это понравится. — Но это же огромная аудитория… — пробормотала она. — Вероника, — мягко сказал парень, наклоняясь ближе. — Тебе нечего бояться. Я буду рядом. Его слова прозвучали настолько искренне, что у неё больше не осталось причин сомневаться. Она слегка кивнула. — Ладно. Я согласна. Его лицо осветилось широкой улыбкой. — Отлично. Тогда завтра встречаемся с остальными и всё обсудим и стрим назначен на пятницу. Вероника не могла не улыбнуться в ответ. Её ждали приключения, о которых она даже не подозревала, когда впервые переступила порог его квартиры. — Слушай, Ника, я тут подумал… Стримы — это круто, но сейчас всё решают соцсети, — сказал Ваня, потягиваясь. Девушка подняла на него любопытный взгляд. — Соцсети? И что ты хочешь сделать? Он повернулся к ней с хитрой улыбкой, держа в руках телефон: — Снимем что-то для твоего тик тока. Вероника смущённо засмеялась: — Мой тик ток? Там вообще ничего интересного, я ведь почти не выкладываю видео. — Вот это и нужно исправить, — ответил он, разминая плечи. — У тебя уже есть тысяча подписчиков. Надо их увеличивать. — А что снимать? — с сомнением спросила брюнетка, чувствуя, как её щёки краснеют от мысли о подобной авантюре. — Липсинг под трек Егора Крида. Это сейчас в топе, да и ты сама подойдёшь идеально. Вероника нахмурилась, нервно скрестив руки. — Ваня, ну я не привыкла… это как-то неловко. Он присел рядом с ней, уверенно положив руку ей на плечо: — Ты же сказала, что хочешь быть популярной. Надо просто начать. К тому же я с тобой. Всё будет круто. Её неубедительное «ладно» стало для него зелёным светом. Через пару минут в телефоне уже играл трек, и Ваня настроил камеру так, чтобы был виден их общий план. — Давай встань сюда, — направлял он её. — Я начну сзади, а потом выйду вперёд к припеву. Ника только закатила глаза, но всё же послушалась. Она медленно начала входить в ритм, её движения становились более раскованными, а голос в голове переставал нашёптывать, что она делает что-то глупое. Когда запись закончилась, Ваня тут же включил видео, чтобы посмотреть результат. — Это пушка! — восторженно заявил он, показывая ей. — Ты уверен? — спросила она, глядя на свою нервную улыбку на экране. — Полностью. Давай зальём. Она, немного сомневаясь, нажала «Опубликовать». Затем Ваня, как и обещал, снял свой вариант уже для своей огромной аудитории. — Вот увидишь, завтра у тебя будет не тысяча подписчиков, а сто тысяч, — сказал он с уверенностью в голосе. И хотя Ника не решилась об этом сказать, она чувствовала, как в ней загорается уверенность, которой ей всегда не хватало. Когда они сняли второй ролик для Ваниного аккаунта, атмосфера полностью изменилась. Вероника видела, как он с лёгкостью справляется с камерой, как подбирает ракурсы и выстраивает их слаженные движения. — Ну, тут мы уже профи, — с усмешкой заявил Ваня, останавливая запись. — Сейчас выложу, и… поехали. — Ты уверен, что это нормально? — осторожно спросила Ника, зная, насколько масштабной была его аудитория. — Ника, расслабься, это развлечение. Да ещё какое классное! Пойдём, глянем, как полетит. Он загрузил видео, и в тот же момент всё взорвалось. Число просмотров росло на глазах, пока Ваня ходил за очередной банкой колы. — Смотри! — выдохнул он, показывая экран. — Уже пятьдесят тысяч лайков! — Что?! — Ника буквально подпрыгнула на месте. Он рассмеялся: — А я тебе говорил. С каждой минутой донаты, комментарии и новые подписчики начинали наполнять аккаунт. Окно чата в тик токе, куда стекались сообщения фанатов, двигалось так быстро, что даже сам Ваня с трудом успевал их читать. — «Это кто такая?», — начал читать он с ухмылкой. — Вот, ещё: «Красивая какая» «Я помню её, она сидела у него на стриме». Вероника смутилась, и щёки залил румянец. — Это как-то… неловко. — Неловко?! — воскликнул он с восторгом. — Ты понимаешь, что они все тебя обожают? Ещё спустя двадцать минут просмотры перевалили за сто тысяч, а число новых подписчиков росло в геометрической прогрессии. Вероника удивлённо моргнула: — Это нереально. Ваня внимательно посмотрел на неё и спокойно сказал: — Ты сама не понимаешь, какая ты крутая. Она замолчала, не зная, как реагировать, но глубоко внутри почувствовала себя невероятно счастливой. Это был день, который мог перевернуть её жизнь. Когда просмотры TikTok достигли вершины, Ваня неожиданно предложил: — Слушай, а давай сейчас стрим сделаем? Такой ламповый, посмотрим фильм с чатиком. Есть второй аккаунт, чтоб аудитория поменьше была, свои ребята. Вероника смущённо нахмурилась: — Прямо сейчас? Я не знаю… — Ну что ты теряешь? — улыбнулся он. — Ты уже за сегодня стала звездой тик тока. Давай добьём вечер чем-то крутым. — Ладно, — наконец согласилась она. Ваня запустил стрим на своем «крысинном» аккаунте, который обычно не имел такого активного онлайна, как основной. Этот канал был для "домашней" аудитории — уютные стримы с фильмами, обсуждениями и шутками. Когда трансляция началась, он настроил камеру так, чтобы в кадре было видно и его, и Веронику. Они сидели в больших мягких креслах, поставив их рядом. На фоне играл спокойный свет, создавая ощущение тепла и уюта. — Ну что, сегодня смотрим классику? — спросил парень, выбирая фильм в приложении. — Давай что-нибудь лёгкое, я не готова к драмам, — ответила Ника, закутываясь в плед. Чат уже кипел: «О, новая парочка стримеров?» «Она такая милая!» «Ваня, не тупи, смотри, как она смотрит на тебя!» Фильм начался, а девушка тихо сидела, попивая чай. Ваня иногда бросал на неё взгляды — особенно, когда она не замечала. Он видел, как она выглядит в свете монитора: расслабленная, с мягкой улыбкой на лице. Но через какое-то время он заметил, что она начинает клониться к его плечу. — Устала? — тихо спросил он, не глядя на неё, чтобы не смутить. — Нет-нет, всё нормально, — пробормотала она, но через несколько минут её голова мягко опустилась ему на плечо. Чат взорвался: «Ааааа! Она уснула на нём!» «Только попробуй двинуться, кабан!» «ОАОАОАОАОА» Ваня посмотрел на неё, притворяясь, что не замечает тысячи комментариев, и тихо усмехнулся. Осторожно, чтобы не разбудить, он поправил плед, укутывая её плотнее. Его движения были такими бережными, что зрители были на грани истерики. «Он заботится о ней! Я не могу, это слишком мило!» «Так, я отправляю донат на свадьбу.» «Иван, мы всё видим!» Он притворно вздохнул, читая комментарии. Затем шутливо обратился к камере: — Так, чат, хватит. Вы смотрите фильм или следите за нами? Но поддразнивания чата только усилились, когда Ваня, после пары минут тишины, рефлекторно коснулся её волос, осторожно убирая выбившуюся прядь. «ВСЁ! Он сломался! Ваня, ты попал!» «Оказывается, этот фимозник умеет не только рыгать и орать.» «Эхх… потеряли мы нашего фрика…» Бессмертных слегка улыбнулся, пытаясь держать лицо, и тихо сказал в микрофон, чтобы не разбудить её: — Ну что, ребят, теперь я не могу двигаться. Так что наслаждайтесь фильмом. Он продолжал смотреть, делая вид, что полностью сосредоточен на сюжете, но его взгляд иногда всё-таки опускался на неё. Глубоко внутри он чувствовал тепло, которое невозможно было игнорировать. Когда фильм закончился, он тихо выключил стрим, чтобы не шуметь, и аккуратно разбудил её: — Ника… Ник, стрим закончился. Она слегка открыла глаза, всё ещё полусонная. — Уже? — Да, уже, — мягко сказал он, не убирая руки, которой поддерживал её плечо. В эту секунду он понял, что для него эта ночь была особенной. Даже более особенной, чем все его стримы и видео до этого. Ника медленно пришла в себя, но была ещё в плену сонливости. Она подняла голову с его плеча и попыталась привести себя в порядок, прикрывая рот, чтобы скрыть зевок. — Прости, я, кажется, совсем вырубилась, — тихо сказала девушка, слегка краснея. — Да ладно, я привык быть подушкой для друзей, — усмехнулся Ваня, но взгляд его выдавал, что он вовсе не против был быть именно её подушкой. Она посмотрела на экран, который теперь показывал только заставку сервиса, и заметила: — Ты выключил стрим? — Ага, — он поднялся и потянулся. — Чат начал дразниться слишком сильно, не хотел, чтобы тебе было неудобно, когда ты проснёшься. — О… спасибо, — она опустила взгляд, поправляя край пледа. Тишина, что повисла между ними, казалась одновременно уютной и наполненной какой-то электрической напряжённостью. Ника вдруг вспомнила про телефон и решила проверить, что там в сети. Она открыла приложение и тут же наткнулась на многочисленные вырезки из стрима. Одно видео особенно бросилось ей в глаза — момент, где Ваня поправляет ей плед и убирает прядь волос. — О, нет… — выдохнула она, закрывая лицо ладонями. — Чего? — Бессмертных наклонился ближе, чтобы увидеть экран её телефона. Она быстро спрятала его, но было поздно. Ваня уже понял, о чём речь, и хмыкнул: — А, это. Ну да, это разлетелось. Ничего нового. Обычная нарезка. — Как ты можешь так спокойно к этому относиться?! — она посмотрела на него, поражённая его невозмутимостью. — Ну, во-первых, я уже привык. А во-вторых, это же просто нарезка. Завтра они забудут, — сказал парень, пожимая плечами и отпивая немного колы. — Но они же… подумают что-то не то! — Ника нервно кусала губу. — А что тут думать? — он поднял бровь. — Если честно, мне всё равно, что они думают. Мне важно, что ты думаешь. Её сердце на мгновение остановилось. Он смотрел на неё серьёзно, но с лёгкой улыбкой. Она не знала, что сказать, поэтому просто отвела взгляд. — Ты, наверное, устала. Я отвезу тебя домой, — сказал он после небольшой паузы, беря ключи со стола. — Нет, всё нормально, я сама… — Ника, ты серьёзно? Уже ночь, я не позволю тебе ехать одной. Всё равно мне не спится. Вероника сдалась. Они вышли из квартиры и спустились в гараж. Пока Ваня вел машину по ночным улицам, в салоне царила странная смесь напряжённости и спокойствия. Она пыталась игнорировать тот факт, что её взгляд то и дело падал на его руки на руле. — Ты ведь знаешь, что всё это… — начала брюнетка, но замялась. — Что? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги. — Всё это странно, правда? — Она посмотрела в окно, избегая его взгляда. — Возможно, — сказал Бессмертных, слегка улыбнувшись. — Но странное — это не всегда плохо. Они доехали до её дома, и он остановил машину. Она повернулась к нему, чтобы поблагодарить, но он вдруг наклонился вперёд. Она замерла, думая, что сейчас произойдёт что-то особенное, но он просто протянул руку и достал зарядку из бордочка. — Тебе пора спать, — тихо сказал он, отстраняясь. Ника кивнула, чувствуя, как её сердце колотится. Уже выходя из машины, она повернулась и сказала: — Спасибо за… всё это. — Всегда пожалуйста, Ника, — ответил он. — Если что-то понадобится, просто напиши. Когда она закрыла дверь и скрылась в подъезде, он ещё долго сидел в машине, думая о том, как одна встреча могла так сильно изменить его жизнь.