вечная тень от сожаления

Тем вечером, пока Ника лежала на кровати, обдумывая всё, что произошло за день, её телефон завибрировал. Она лениво потянулась к нему, думая, что это, скорее всего, Ваня или Наташа, но вместо привычных имён на экране высветилось незнакомое сообщение. Отправитель был подписан как Анна, менеджер Luna Com. > "Добрый вечер, Вероника! Меня зовут Анна, я менеджер ЛуныКом(Эвелины Тархановой). Мы заметили вас в недавнем стриме с Иваном Дипинсом и хотели бы предложить вам прийти завтра на интервью для нашего YouTube-канала. Ваша харизма и стиль отлично впишутся в наш проект. Если вы заинтересованы, напишите, я вышлю все детали!" Ника уставилась на сообщение, не веря своим глазам. Это был шанс, о котором она раньше могла только мечтать. Она тут же села на кровати, словно её кто-то подтолкнул. Сердце начало колотиться. "Это из-за стрима," — подумала она. "Люди заметили меня… Но почему это происходит так быстро?" Девушка медленно напечатала ответ: "Добрый вечер, Анна. Большое спасибо за приглашение! Я с радостью приду. Пожалуйста, пришлите время и адрес." Ответ пришёл практически моментально: "Отлично! Интервью пройдёт завтра в 14:00 в нашем офисе на Тверской 15. Мы очень рады, что вы согласились. До встречи!" Вероника отложила телефон и глубоко вдохнула. Волнение смешивалось с радостью и лёгким страхом. "Неужели это реальный шанс?" В тот момент ей так хотелось рассказать обо всём Ване, но мысль, что он мог бы воспринять это как свою заслугу, остановила её. Она решила сначала разобраться сама. Проведя несколько минут в раздумьях, Ника начала обдумывать, что надеть, как себя вести и что говорить. Она не знала, чего ожидать от интервью, но была полна решимости произвести впечатление. Завтра ей предстояло сделать первый шаг к тому, чтобы её мечта стать заметной и успешной начала сбываться. Брюнетка не выдержала. Её мысли были переполнены вопросами и сомнениями, и ей нужен был кто-то, кто бы мог помочь. Она схватила телефон, быстро нашла имя Вани в списке контактов и нажала на кнопку вызова. — Ваня, ты не спишь? — её голос был слегка взволнованным, хоть она старалась это скрыть. — Ника? Да нет, я еще не ложился, монтировал кое-что. Что случилось? — Бессмертных ответил удивлённо, но с ноткой заботы. — Мне… мне тут написали от ЛуныКом. — Она сразу выпалила всё, пока не потеряла решимость. — Попросили прийти завтра на интервью для их канала. И я не знаю, что говорить! — Серьёзно? Ника, это же офигенно! — Ваня чуть ли не смеялся от радости. — Я же говорил, что тебя обязательно заметят. — Да, но я не знаю, как себя вести, что отвечать на вопросы. Вдруг они меня спросят о карьере, целях, мотивации. А я просто... даже не знаю, кто я сейчас. Парень замолчал на секунду, видимо, пытаясь собрать мысли. — Во-первых, не парься. Они уже заинтересованы в тебе, раз написали. Это значит, что им важно просто увидеть тебя. Никаких сложных проверок. Просто будь собой, как на стриме. — А если они будут спрашивать про планы? Или что-то личное? — Планы? Скажи, что ты хочешь делиться энергией с людьми, работать с творческими проектами. Ну, придумай что-то красивое, — он усмехнулся. — Личное? Тут уже аккуратнее. Если что-то не хочешь говорить, прямо скажи, что для тебя это слишком личное. Поверь, они поймут. — А как быть уверенной? — её голос был чуть тише, словно она стеснялась этого вопроса. — Просто вспомни, как держалась на стриме. Там ты не пыталась впечатлить кого-то, ты была настоящей. Сделай то же самое. Она не могла сдержать улыбку, слушая его спокойный голос. — Спасибо. Без тебя я бы точно провалилась. — А ещё, если хочешь, я могу помочь тебе подготовиться. Придумаем парочку стандартных ответов. Позвоню тебе утром? — Было бы здорово, — ответила она с облегчением. — Тогда так и сделаем. Интервью — это просто формальность. Всё получится. — Ты всегда знаешь, что сказать, — вздохнула девушка, чувствуя, как ей становится легче. — Потому что я верю в тебя, — прозвучал ответ. Когда разговор закончился, Вероника положила телефон на тумбочку и уставилась в потолок. Его слова, его уверенность заразили её. Завтра её ждёт что-то новое и важное, но теперь она знала: она справится. Брюнетка аккуратно положила телефон на тумбочку и глубоко вдохнула. Голос Вани всё ещё звучал в её голове, будто рядом. Его спокойные, ободряющие слова развеяли большую часть страха, оставив только лёгкое волнение, которое было даже приятным.

Она встала с кровати и подошла к зеркалу. Её отражение слегка смущало: усталый взгляд, лёгкий румянец на щеках от переживаний. "Надо ложиться", — подумала она и направилась в ванную. После вечернего ритуала ухода за собой, чувствуя запах увлажняющего крема и расслабление от горячей воды, она забралась под тёплое одеяло. За окном был слышен шелест машин — Москва никогда не спала. — Завтра всё получится, — прошептала она сама себе, но больше для того, чтобы убедить себя окончательно. Воспоминания о звонке с Ваней мелькнули в голове. Она улыбнулась. Его поддержка была именно тем, что ей нужно. Настроение немного улучшилось, и Ника мысленно прокручивала разговоры, которые могут быть на интервью. Ей хотелось выглядеть уверенной, но при этом остаться собой. Где-то между этими мыслями глаза начали закрываться сами собой. Мягкое тепло одеяла укутало её, убаюкивая. Ночной город продолжал жить своей жизнью за окном, но для Ники он стал лишь фоновым шумом, помогающим расслабиться. "Завтра наступит раньше, чем я успею оглянуться", — пронеслось у неё в голове, прежде чем сон окутал её целиком. Впереди её ждал важный день, полный сюрпризов и, возможно, новых шагов к мечте.

***

Ника проснулась с чувством лёгкого волнения и ожидания. Быстро приняв душ и сделав лёгкий макияж, она подошла к шкафу, чтобы выбрать одежду. Она остановилась на чёрном элегантном платье до колен с длинными рукавами и аккуратным воротником. Чтобы добавить немного строгости, Ника накинула лёгкое серое пальто. Причесав волосы в аккуратный пучок и добавив несколько аксессуаров, она мельком взглянула на себя в зеркало и улыбнулась. "Идеально",— подумала она. Доехав на такси до офиса, она вышла из машины, осматриваясь вокруг. Элегантное здание с зеркальными окнами выглядело внушительно. Сердце Ники замерло от волнения, но она взяла себя в руки и направилась к входу. Она уже почти зашла внутрь, но что-то резко пронзило её сознание. Туфли. Паспорт! Их не оказалось в сумке. Сначала девушка стояла в ступоре, мысленно пересчитывая всё, что упаковывала. Проверила пальто, оглянулась назад к такси, но… нет. — Вот дура! — воскликнула она вслух. Вероника тут же схватила телефон и набрала Ваню. — Алло! — ответил он чуть хриплым, только что проснувшимся голосом. — Ваня, только ты спасёшь мою жизнь! — начала она быстро, задыхаясь от волнения. — Я забыла туфли и паспорт дома. Ты можешь привезти их сюда? Очень срочно. На другом конце линии несколько секунд молчания, а затем Бессмертных расхохотался. — Паспорт и туфли, да? Хорошо, я спасу тебя. Только ты должна мне потом прогулку. — услышала Ника, и по его спокойному голосу стало легче. Она скинула ему адрес офиса и с облегчением выдохнула. Ваня вскоре перезвонил: — Через 20 минут буду там.

***

Парень влетел в её квартиру, точно зная, что искать. Туфли стояли на тумбе у двери, а рядом лежал паспорт, небрежно брошенный поверх какого-то блокнота. Он схватил вещи и уже собирался вылететь обратно, но, оказавшись на светофоре, рука сама собой потянулась к паспорту. — Ну, посмотрим, как эта загадочная выглядит на официальном фото, — пробормотал он, смеясь. Он открыл паспорт и чуть не выронил его из рук. Дата рождения смотрела на него, как приговор. 2007 год…17 лет. — Блять, — прошептал он, чувствуя, как холодный пот скатывается по спине. В голове начала крутиться мысль: "Она же сказала, что ей 19…" Светофор сменился на зелёный, но Ваня не двигался. Машины за ним начали сигналить, и он резко сорвался с места, прокручивая в голове все их разговоры. Он вспомнил, как она ловко сменила тему, когда он спрашивал про возраст. Вспомнил, как пыталась выглядеть старше на стриме. Вспомнил её скромные рассказы о семье и учёбе, и вдруг всё сложилось. — Какого хуя?! — пробормотал он, стиснув руль. Ему хотелось развернуться, вернуться к её дому, зайти и задать прямой вопрос: "Зачем ты солгала?" Но он не мог. Вместо этого он продолжил путь к офису, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Она ребёнок, — сказал он сам себе. — Я идиот. Когда он подъехал к офису, Бессмертных остановился в нескольких метрах от входа. Он увидел Нику через стеклянную дверь, сидящую на диване. Она нервно перебирала пальцами сумку, явно волнуясь. Её вид только сильнее давил ему на грудь. Он взял туфли и паспорт, вышел из машины и направился к ней. — Вот, — сказал он, протягивая вещи. Ника подняла на него глаза и улыбнулась, не замечая его странного выражения лица. — Спасибо! Ты лучший! — радостно сказала она. — Удачи на интервью, — коротко ответил он, развернулся и ушёл, прежде чем мог сказать что-то ещё. Сев обратно в машину каршеринга, Ваня закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. "Теперь что?"— подумал он, чувствуя, как гнев, замешанный на собственном смятении, начинает подниматься в груди.

***

Интервью началось спокойно. Вероника сидела напротив Эвелина, делая всё возможное, чтобы выглядеть уверенно. Её чёрное платье идеально сидело, аккуратно уложенные волосы подчёркивали её острые черты лица, но в глазах скрывалось волнение. Луна, привычная к диалогам с множеством молодых блогеров, начала с чего-то лёгкого: — Итак, Вероника, расскажи немного о себе. Кто ты, откуда и чем увлекаешься? Вероника улыбнулась и начала отвечать, выбирая каждое слово. Она старалась ничего не выдать лишнего, зная, что любое слово может мгновенно разлететься по интернету. — Ну, я из Риги, но недавно переехала в Москву, совсем недавно начала снимать в тик ток, — сказала она, спокойно держа себя в руках. — Ваня Дипинс мне в этом очень помогает. — О, Ваня? Мы как раз к этому вернёмся, но сначала — о твоих интересах. Чем ты увлекалась до тик тока? — улыбнулась Луна, будто аккуратно подводя её к более личным вопросам. Интервью шло в спокойном темпе, пока Луна не затронула их отношения. Её тон оставался дружелюбным, но Вероника сразу поняла, что напряжение в комнате возросло. — Скажи, Вероника, твои подписчики часто спрашивают: как же ты познакомилась с Ваней? История такая волшебная, не так ли? Вероника коротко улыбнулась, скрывая нервозность. — Да, мы встретились сначала в спорт зале а потом через общего друга, Сашу. Просто совпадение. И потом начали общаться больше, работать вместе, — ответила она уклончиво. — Вот как, интересно, — ответила Луна, приподнимая брови. — Знаешь, ваши стримы буквально взорвали интернет. Особенно последний, где ты... как это было... уснула на его плече? Вероника чуть дернулась, но быстро взяла себя в руки. — Да... — протянула она. — Это было немного неловко. Я тогда очень устала, и Ваня предложил посмотреть вместе фильм... Я просто вырубилась. Даже не поняла, когда это произошло. — Это было невероятно мило! — Луна засмеялась. — Интернет просто взорвался от умиления. Все начали гадать: а есть ли между вами что-то большее? Вероника чуть пожала плечами. — Мы хорошие друзья. Рабочие отношения, — ответила она, но её голос звучал чуть слабее, чем в начале интервью. Луна не сдалась. — Ну а как же тот случай после клуба? Ты же помнишь фотографию, где он несёт тебя на руках? Девушка замерла. Она заметила, что дыхание сбилось, но старалась не показывать растерянности. — Это было давно. Я тогда выпила лишнего, и Ваня просто решил мне помочь, — сказала она, немного натянуто улыбаясь. Но Эвелина заметила, как та с трудом держится, и сменила тон на мягкий: — Слушай, Вероника, мы все видим ваши тёплые отношения. Пусть это останется вашей историей. Но... скажу одно: ты точно создаёшь невероятное впечатление. А Ваня — редкий человек, готовый заботиться так. Брюнетка лишь кивнула, но внутри чувствовала, что девушка коснулась её уязвимого места. Интервью закончилось спустя ещё полчаса, и, покидая студию, Вероника снова начала прокручивать слова Луны в голове.

***

Ваня не знал, куда себя деть. Сердце было будто в тисках после того, как он увидел её возраст в паспорте. Внутри всё кипело — смесь злости, беспомощности и растерянности не давала ему даже собраться с мыслями. Единственное место, куда ему захотелось пойти, — это к Саше. Он вломился к нему без стука, толкнув дверь, и сразу же снял куртку. — Саша, какого чёрта?! — выпалил Ваня, даже не глядя на друга, который сидел за столом с кружкой кофе. Петров, привыкший к эмоциональным всплескам Вани, лишь поднял взгляд. — Ваня, ты чего так залетел? Проблемы с сетью или твою идею для стрима кто-то слил раньше времени? — съехидничал он, поставив кружку на стол. — Да поебать мне на стримы! — рявкнул Ваня и начал метаться по комнате, как лев в клетке. — Вероника… Она... ей семнадцать, Сань. Семнадцать! Саша замер, и его лицо изменилось. Ехидная усмешка растворилась, уступая место настороженности. — Подожди… Что? Ты серьезно? — уточнил он, вставая со стула. — Серьезно, блять! — выкрикнул Ваня. — Я только что посмотрел её паспорт, когда ехал забирать туфли. СЕМЬНАДЦАТЬ, Саша! А она мне что сказала? Девятнадцать! — Эээ... — протянул друг, пытаясь понять, как ему реагировать. — Ну... Может, не хотела, чтобы ты подумал что-то не так? — Что не так?! — вспыхнул Ваня, хватая себя за волосы. — Мы постоянно общаемся, стримим. Я ей доверял! И вдруг она... — его голос сорвался, и он остановился, тяжело дыша. Саша подошел ближе и похлопал друга по плечу. — Вань, ты перебарщиваешь, — наконец сказал он. — Да, окей, она моложе на пять лет. Но ты что, не видишь? Она до чёртиков в тебе… — он сделал паузу, подбирая слова. — Не наивная какая-то, а реальная девушка, которая просто к тебе тянется. — Сань, а я что теперь? Что мне с этим делать? — тихо спросил Ваня, в глазах которого блестело отчаяние. — Это ведь всё неправильно... Друг усмехнулся. — Знаешь, в чём ты реально фрик, Вань? Ты слишком много думаешь о том, что правильно, а что нет. Иногда нужно просто перестать бегать от себя. — Брось свои тупые философии, — резко отрезал Бессмертных, но в голосе уже не было той злости. — Ты уже сам ответ знаешь. Она для тебя значит больше, чем кто-либо до этого. Ты не успокоишься, пока не поймёшь, что за этим скрывается. Ваня тяжело опустился на диван, закрыв лицо руками. — А что, если я всё испорчу? Саша сел рядом, крепко хлопнув его по плечу. — Это называется жить, бро. Иногда мы рискуем. Главное — не забывай о том, кто ты есть, и не сдавайся, когда трудно. Слова друга прозвучали неожиданно серьёзно. Ваня поднял на него взгляд, и они некоторое время просто молчали.

***

Бессмертных сидел за рулем, крепко сжимая руль обеими руками. Лицо его было напряжённым, взгляд — устремлен в никуда. Когда Вероника села в машину, её легкая улыбка сразу угасла. — Что случилось? — мягко спросила она, глядя на него своими тёмными глазами. Он молчал несколько секунд, будто обдумывал, стоит ли вообще что-то говорить. Ваня пару раз глубоко вдохнул, потом бросил на неё короткий взгляд и тихо сказал: — Ты мне что-то не договаривала. Вероника почувствовала, как холод пробежал по её телу. Сердце замерло, будто ожидало приговора. — Что ты имеешь в виду? — попыталась она держаться уверенно, но голос предательски дрогнул. Парень взглянул на неё снова, прямо, без всякой защиты в глазах, но с едва уловимым разочарованием. — Я видел твой паспорт. Она замерла. Мозг лихорадочно пытался придумать оправдания, но их не было. Тёплый салон машины вдруг показался ей душным, словно ей не хватало воздуха. — Ты... ты смотрел мой паспорт? — произнесла она сдавленным голосом. — Да, когда забирал твои туфли, — ответил он так просто, будто говорил о погоде. Потом добавил: — И увидел там твой возраст. Молчание. Такое тяжёлое, что казалось, оно давит на них обоих. — Ваня... — начала Вероника, но остановилась, не зная, что сказать. Её руки дрожали, и она сжала их на коленях. — Зачем ты соврала? — наконец спросил он, не сводя с неё взгляда. — Зачем было говорить, что тебе девятнадцать, если на самом деле… Он не договорил. Но ей и не нужно было. — Потому что я боялась, что ты перестанешь со мной общаться, — прошептала она, опустив голову. — Ты всегда шутишь про то, что младше восемнадцати — это «тиктокерские малолетки». Я просто… Я хотела, чтобы ты не смотрел на меня как на ребенка. Её признание прозвучало искренне, почти отчаянно. Ваня на светофоре откинулся на спинку кресла и долго молчал, глядя вперёд. Её слова ударили его сильнее, чем он ожидал. — Вероника, я... — начал он и снова запнулся. — Я ценю твою честность, но понимаешь, в чём дело? Ты меня поставила в дурацкое положение. Мне важно знать, с кем я общаюсь, особенно когда это настолько серьёзно. — Настолько серьёзно? — переспросила она, подняв глаза. Его лицо было невозмутимым, но в глазах горел неясный огонь. Он кивнул. — Ты для меня — не просто человек на стриме, не просто кто-то в кадре. И ты это прекрасно знаешь. Её глаза округлились от удивления. Она хотела что-то сказать, но он продолжил: — А сейчас… ты сделала так, что я не знаю, как быть. Машина замерла на обочине, среди суеты города. Они сидели рядом, но каждый ощущал пропасть между собой и другим. Бессмертных отвернулся к окну, напряжённо потирая пальцами висок. Глубокий вдох, выдох. Всё, что ему приходило в голову, звучало либо слишком жестко, либо недостаточно ясно. Но молчание только раздражало его ещё больше. — Скажи честно, — вдруг выпалил он, снова посмотрев на неё, — ты была моей фанаткой? Всё это время ты притворялась, чтобы быть рядом? Чтобы устроить что-то вроде… как это называют… фанфикшена в реальной жизни? Вероника открыла рот, но слова никак не находились. Сердце билось так громко, что она была уверена — он это слышит. — Я… — она замялась, отводя взгляд. — Это не так, как ты думаешь. — А как? Объясни тогда, — Ваня говорил жёстче, чем хотел, но ситуация его слишком задела. — Ты притворялась кем-то другим. Сначала с возрастом соврала, а теперь… это. Всё, что я знал о тебе, оказывается, могло быть просто сценарием? Её голос предательски дрогнул, когда она наконец заговорила. — Да, я была твоей фанаткой. Но не из тех, кто пишет странные комментарии или гоняется за автографами! Я просто смотрела тебя, любила твоё творчество… Ты казался таким недосягаемым. И когда я встретила тебя вживую, всё это… растворилось. Ты стал для меня… обычным человеком. Ты другой. Настоящий. Её слова прозвучали искренне, почти отчаянно. Но Ваню это не успокаивало. — Настоящий, говоришь? — с горькой усмешкой произнёс он. — А ты хоть раз пыталась быть со мной настоящей? Или всё это была игра? Маленький квест, чтобы очутиться рядом с кумиром? Как там у Лиды трек есть? Ты хочешь фото со звездой, но не знаешь зачем? Вероника резко вскинула голову, на глазах блеснули слёзы. — Как ты можешь так говорить?! — почти выкрикнула она. — Это никогда не было игрой! Ты… ты для меня важен, чёрт возьми! Я просто боялась, что ты никогда не увидишь во мне что-то большее, если узнаешь, что я обычная девушка, которая когда-то смотрела твои стримы. Он не ответил. Только сжал губы в тонкую линию, опустив взгляд на руль. Внутри него бушевала буря. С одной стороны, он понимал её мотивы: страх, желание быть принятой, попытка скрыть свою уязвимость. Но с другой стороны… доверие. Это доверие она нарушила. — Я устал, Ника, — тихо сказал он спустя несколько секунд. Его голос прозвучал холодно, но внутри было только выгоревшее разочарование. — Я не знаю, что с этим делать. Она молчала, сжав руки на коленях так сильно, что костяшки побелели. Всё, что она могла, — это смотреть на него. На его серьёзное, напряжённое лицо. И осознавать, что он был слишком прав. Молчание в машине давило. Ваня крепко держал руль, взгляд его был устремлён строго вперёд, будто любое движение глаз могло нарушить хрупкое равновесие внутри него. Вероника, притихшая, сидела рядом, боясь произнести хоть слово. Она понимала: сейчас каждое сказанное ею слово только усугубит ситуацию. Единственный звук — ритмичное тикание указателей поворота. Машина плавно остановилась у её подъезда. Ваня выдохнул, словно собираясь с духом, повернулся к ней и, наконец, заговорил. — Это был наш предел, Ника, — холодно сказал он, не глядя ей в глаза. — Я не могу быть рядом с человеком, который начал с меня с обмана. Мне это… слишком больно и неприятно. Её сердце замерло. Глотнув ком в горле, она наконец нашла силы выдавить: — Ваня, пожалуйста… Ты всё не так понял. Я... Но он оборвал её на полуслове, резко махнув рукой. Его голос звучал твёрдо, но с оттенком глухой усталости. — Не надо, Вероника. Я думал, мы что-то строим. Хотел верить, что ты другая. Настоящая. А теперь? Я просто... я не могу. Она смотрела на него, на его серьёзные глаза, на сжатую линию губ. Что-то внутри неё надломилось. Хотелось крикнуть, достучаться, разорвать эту стену непонимания. Но вместо этого она тихо произнесла: — Извини. Это было всё, что она могла сказать. Со слезами на глазах, девушка открыла дверь и вышла в холодный вечерний воздух. Парень, даже не взглянув на неё, убрал передачу и уехал, оставив её одну перед пустым тёмным подъездом. Мир Вероники рухнул. Всё, что она боялась потерять, в этот момент исчезло. Девушка стояла перед подъездом, глядя вслед исчезающим в ночи задним огням его машины. Холод обжигал лицо, но ей было всё равно. На её щеках медленно текли слёзы, и она уже не пыталась их вытереть. Всё внутри сжалось в тяжёлый узел боли и обиды. Она не могла понять, как всё оказалось так разрушено, так стремительно. Она поднялась к себе домой. В квартире было тихо, только свет у кровати напоминал о её утренних надеждах на этот день. Она опустилась на диван, обхватив себя руками, чувствуя себя потерянной. Каждая его фраза эхом отзывалась в голове: "Ты меня обманула", "Я не могу быть рядом с тобой". Она закрыла глаза, стараясь остановить эту бесконечную мысль, но она никак не уходила. Вероника взяла телефон. Хотелось написать, объяснить, крикнуть ему, что это всё не так. Но экран только отражал её растерянное лицо. Он ясно дал понять, что не хочет больше ничего слушать. Она бессильно отбросила телефон на диван, снова пряча лицо в ладонях.

***

Тем временем Ваня сидел в тёмной кухне у себя дома. Его взгляд был устремлён в пустоту, а голова раскалывалась от собственных мыслей. Банка колы стояла перед ним нетронутой. Его терзала не только правда о её возрасте, но и то, как легко всё рухнуло из-за его собственной реакции. Ему казалось, что он сделал правильный выбор, но внутри словно разорвался какой-то невидимый провод, оставив сердце пустым. Он вспомнил её глаза — растерянные, полные боли. Секунда, в которой он увидел, как она попыталась ему что-то объяснить, застряла у него в памяти. Может, он всё-таки был несправедлив? Телефон в его руке едва не выскользнул, когда он задумался над этим. Захотелось написать ей, узнать, как она, но что-то останавливало. Ему нужно было дать себе время разобраться. Прошла ночь. Они оба не могли найти покоя, каждый в своём уголке, с грузом обид и сомнений.

***

Девушка весь следующий день провела как в тумане. Она едва понимала, что происходит вокруг. Звуки, лица, голоса — всё сливалось в однообразную серую массу. Университет, однокурсники, пара лекций — она машинально двигалась от одной задачи к другой, но в голове был только он. В её мыслях бесконечно прокручивались сцены вчерашнего вечера. "Ты просто притворялась…" Эти слова отзывались в её груди острым, почти физическим, ударом. Её злость и разочарование сменялись болью и виной. Она действительно виновата.Но почему тогда всё так несправедливо? Почему её возраст, этот простой факт, вдруг стал барьером между ними? Она избегала Сашу и Наташу, никому не отвечала. Каждый раз, когда телефон подавал сигнал, её сердце замирало, но каждый раз это были не те сообщения, которых она так ждала. Когда она вернулась домой, скинула пальто на пол и, не раздеваясь, рухнула на диван. "Ему плевать. Меня больше нет в его жизни…" Она зарылась лицом в подушку, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам.

***

У Вани дела обстояли не лучше. Он пытался отвлечься, занимаясь какими-то делами: составил расписание стримов, почистил подписчиков в соцсетях, даже подумал запустить стрим. Но всё валилось из рук. Он ощущал, что потерял что-то важное, как будто в его доме стало вдруг пусто и холодно. Он понимал, что был жёстким, что мог поступить иначе, но правда ударила в него слишком резко. Он закрылся в своей комнате, избегая звонков друзей, игнорируя даже Братишкина, который обычно мог рассмешить его в любой ситуации. Ложась ночью в кровать, он снова почувствовал её пустоту. Она больше не согревала. Одеяло было тяжёлым, подушка — неудобной. Каждый раз, как он закрывал глаза, он видел Веронику: её глаза, голос, смущённую улыбку. "Зачем ты ей так сказал? Зачем выгнал? Какой из тебя мужик, если ты не можешь справиться даже с этим?" Мысли его рвали на части. Он хотел писать ей, звонить, даже рвануть к её подъезду. Но каждый раз что-то внутри твердило: "Не делай этого. Ты всё испортишь ещё больше." Оба они пытались существовать, но безуспешно. И эта боль, непроходимая пустота, казалось, будет с ними вечно.

***

Вероника решила не позволять себе утонуть в собственной грусти. Если она чему-то и научилась за последнее время, так это тому, что жизнь не стоит на месте. Она зашла в тикток, посмотрела десятки видеороликов популярных блогеров и вдохновилась идеей снять что-то своё. Это был её первый самостоятельный шаг, и она хотела, чтобы он был особенным. Она взяла телефон, установила штатив и начала записывать: сначала забавный скетч с переодеванием, потом легкий танец под популярную мелодию. В её глазах был блеск, хотя внутри всё ещё щемило от боли. Её тикток начал набирать лайки почти мгновенно. Люди в комментариях писали: "Ника, ты такая классная!" "Чего ты раньше не снимала?" "Какая красавица!" После этого маленького успеха она почувствовала прилив уверенности. Раз она смогла — значит, стоит идти дальше. Она давно задумывалась о своём стриме, но всё время казалось, что её никто не посмотрит, что это будет провал. Но теперь это не имело значения. Вероника почувствовала: ей нужно двигаться самостоятельно. Девушка настроила оборудование, подключила микрофон, проверила освещение и выбрала уютное место в своей комнате, чтобы фоном была её коллекция книг и несколько гирлянд. Включив стрим, она сначала волновалась. — Привет всем! Это мой первый стрим… не судите строго!— с улыбкой сказала она. Через несколько минут зрители начали подключаться. Сначала их было десять, потом двадцать, а затем — сто. Комментарии полетели рекой: "Ура ура Вероника стримит!!" "Ты великолепно выглядишь!" "Ждём историй!" Вероника рассказывала о себе, о своих интересах, о жизни в университете. Но все ждали одного. Комментарии всё чаще касались Вани: "Где дипинс?" "Будут ли у вас ещё совместные стримы?" "Что между вами произошло?" Девушка ловко уходила от этих вопросов, отвечая что-то нейтральное и улыбаясь, но её сердце в этот момент бешено колотилось. Однако одна мысль стала для неё неожиданной: "Я справляюсь. Я иду своим путём. Может, я больше и не нужна ему, но теперь я точно нужна себе." Этот стрим стал для неё первым шагом к собственной популярности. Её аудитория была немного другой, чем у Вани, но она быстро обретала свой стиль и своих зрителей. И хотя боль от потери ещё не ушла полностью, она начала понимать, что не стоит зависеть от кого-то. Вероника с каждым днём становилась всё увереннее. Её стримы начали превращаться в маленькие шоу. Наташа часто приглашала её к себе в гости, и они устраивали совместные эфиры, где разыгрывали сценки, обсуждали актуальные темы и даже проводили мини-игры для зрителей. Каждый раз, когда Вероника появлялась в кадре, её окружала атмосфера лёгкости и тепла. На заднем фоне её комнаты начали мелькать букеты цветов. Сначала это были небольшие композиции, но затем кто-то прислал ей огромный букет красных роз, который занял половину экрана. Зрители активно обсуждали: "Кто это ей присылает?!" "Ника, это от поклонника?" "Рассказывай, что за тайный поклонник!" Брюнетка только смущённо улыбалась и отводила глаза. Она благодарила за подарки, но не вдавалась в подробности. Однако внутри она прекрасно понимала, что такие жесты — это новая глава её жизни, где она становится центром внимания, независимой и успешной.

***

Тем временем Ваня не мог отвести глаз от её трансляций. Он смотрел в записи, иногда в прямом эфире, но всегда молча. Каждый раз, когда в кадре появлялся очередной букет, его сердце сжималось от раздражения и боли. Он видел, как она смеялась, как её глаза сияли. Она казалась по-настоящему счастливой. "Кто дарит ей эти цветы? Почему она принимает их? Может, это кто-то из зрителей... а может, кто-то ближе?" — мысли Вани становились всё мрачнее. Однажды во время её стрима он не выдержал. На экране мелькнул ещё один букет, и зрители начали активно обсуждать, от кого он: "Дипинс, ты тут? Признавайся!" "Ника, скажи, это кто-то из нас?" "А может, это тот чел с интервью?" Ваня знал, что комментарии скорее шуточные, но его гнев закипал. Он резко стукнул кулаком по столу, отчего мышка подпрыгнула. Он уже тянулся к ней, чтобы выбросить её в стену, но остановился. Вместо этого он встал из-за стола, прошёлся по комнате и глубоко вздохнул. "Ты же сам всё разрушил. А теперь сидишь и злишься, что она продолжает жить. Молодец, Ваня. Прямо гений." Он пытался переключиться, заняться делами, запустить стрим. Но все его мысли снова возвращались к Веронике. Каждый её успех, каждая улыбка, которую он видел на экране, казались уколом в сердце. Он открывал комментарии под её видео и видел сотни сообщений поддержки. "Ты даже представить не можешь, сколько у неё поклонников. Ты был для неё всем, а теперь… теперь ты просто зритель." Его бесили букеты, но больше всего его бесило то, что он не мог прийти и просто сказать, что скучает по ней. Вместо этого он бесцельно листал её профиль, изучал каждую деталь её стримов, мучил себя мыслями, кто же так старается ради неё. Каждый раз, когда он видел её счастливой, ему казалось, что она забывает о нём. И каждый раз, когда она упоминала общие моменты в шутку или рассказывала что-то на стриме, он чувствовал странное облегчение. "Она сильная. Я знал это. Я всегда это знал," — подумал он однажды, закрывая её трансляцию. "Но почему мне от этого так больно?" Ваня долго боролся с чувствами, которые разрывали его изнутри. Обида за то, что Вероника врала, не давала ему покоя. Она притворялась старше, скрывала, что знала его раньше. Всё это, казалось бы, рушило ту искренность, которая была между ними. Но с другой стороны, он осознавал, что, возможно, именно благодаря этим обманам они стали настолько близки. "Если бы она сказала правду сразу, я бы оттолкнул её. Я смеялся над такими ситуациями. Всегда думал, что знаю, как правильно. А теперь… Теперь её обман — это причина, почему она вообще оказалась в моей жизни. И я…" Он тяжело вздохнул, проведя рукой по лицу. Взгляд скользнул на телефон, где в уведомлениях светилось её имя. Очередной стрим, где её смех разливался по комнате. Он включил его, не в силах сопротивляться. На экране Вероника рассказывала зрителям о забавных моментах из университета. Её голос был наполнен искренней радостью, а глаза сияли. Каждый раз, когда она смотрела в камеру, Ване казалось, что она смотрит прямо на него. "Я ведь счастливее с ней был, чем за всю свою жизнь до неё,"— признался он самому себе. Парень вдруг осознал, что весь этот хаос — её враньё, её присутствие, даже её букеты на стримах — наполняют его жизнь чем-то, чего раньше не было. Она была другой. Она перевернула его устоявшийся порядок с ног на голову. И, чёрт возьми, ему это нравилось. "Я злюсь на неё, но при этом понимаю, что без неё я пустой. Смешно, не правда ли? Я бы бросил любого за подобное. А её? Её я отпустил, и теперь это самая большая ошибка, которую я совершил." Он начал вспоминать их моменты: ту ночь после клуба, её сонливый голос на стриме, её первую неуверенную попытку найти своё место рядом с ним. Её страхи и мечты. Особенно мечту сделать мать счастливой — такую искреннюю и простую. "Чёрт, как же она смогла так ворваться в мою жизнь? Я хочу быть с ней, несмотря на всё это. Даже больше — я счастлив, что она врала. Она сделала это не ради себя, а чтобы быть рядом." Мысли не давали покоя. Ваня поднялся с кресла, провёл рукой по волосам. Голова кружилась от эмоций. "Хватит! Я не могу просто сидеть и страдать. Я знаю, что мне делать," — он решительно посмотрел на своё отражение в зеркале. В глазах светилось то, чего давно не было — настоящая решимость.