Глава 30. Метка и Голоса

      

***

             Ират Рексарион.       Слова Алдуина застали меня врасплох. Взбираясь на вершину Глотки Мира, ведомый жаждой крови, я не ожидал встретить здесь самого Пожирателя. Хоть чувство надвигающейся тревоги и было мне знакомо еще со времен Хелгена, в этот раз оно несколько отличалось. Почему-то оно было заметно слабее, чем раньше, отчего я даже не предполагал увидеть здесь Алдуина.       И, как оказалось, очень даже зря.       Теперь я вынужден был стоять практически без оружия напротив огромного и черного, как смоль, дракона. Алдуин заслонял собой и без того едва пробивающееся через облака солнце. Казалось, что Пожиратель стал больше. Его алые глаза пылали злобой и легким любопытством. За прошедшие с нашей последней встречи несколько дней он словно стал еще сильнее, что заставило меня нервно дернуть уголком губ.       «Вот ведь Пекло», — пронеслась в моей голове мысль от осознания того, в какой дерьмовой ситуации я оказался.       С трудом оторвав взгляд от Алдуина, я посмотрел ему под ноги, где был еще один дракон. Он был прижат к земле огромной лапой Пожирателя. Дракон казался старым, даже старше Алдуина, чего быть просто не могло. Именно он был источником того первого странного ощущения, возникшего, когда я только приблизился к Высокому Хротгару.       Этот старый ящер с серой чешуей немного извернулся, чтобы посмотреть на меня. Удивительно, но в его глазах не было ни злобы, ни страха, только спокойствие и даже капелька сострадания. В следующий миг в глазах древнего дракона промелькнула решимость, которая последовала вслед за пониманием. Похоже, он успел понять, что произойдет дальше.       — Беги, joor, — произнес дракон, после чего попытался извернуться, чтобы вырваться из захвата.       Но стоило ему только направить свою морду в сторону Алдуина, чтобы использовать Крик, как огромная лапа вбила голову старого дракона в землю.       — Не дергайся, брат, — прорычал Алдуин, бросив короткий взгляд на дракона у своих ног.       После он перевел свой взгляд на меня.       — Птенец, — вновь заговорил он, — не ожидал увидеть тебя так скоро. Неужто ты уже передумал и решил принять мое предложение?       — Самомнения тебе не занимать, — процедил я, надевая на лицо маску и одновременно с этим лихорадочно думая о том, как выйти из сложившейся ситуации. — Мой ответ остался прежним. Я никому не служу.       Я ожидал любой реакции и даже приготовился отражать атаку, но вместо этого произошло нечто иное: Алдуин рассмеялся.       — Забавно, — прорычал он, опустив свою морду и вглядываясь в меня, — ты отказываешься служить мне, но при этом носишь на себе маску Морокеи. Маску драконьего жреца. Смешной птенец. Ты слышал его, Партурнакс?       С последними словами он еще сильнее вдавил голову серого дракона в землю. Но очень скоро его веселье улетучилось, и алые глаза черного дракона уставились на меня.       — Ты отказываешься от того, чтобы встать под мое крыло, — сказал Алдуин, и его голос сквозил злобой, — заявляя, что служишь только себе. Но так ли правдивы твои слова?       Слова Пожирателя не вызвали ничего, кроме вспышки гнева, за которой практически мгновенно последовала моя атака. В одно мгновение я оказался возле черного дракона. Клинок, переполненный силой гравитации, от количества которой пространство вокруг меча начало искажаться, метил в открытую грудь дракона. И в момент, когда моя атака должна была достигнуть цели, мое тело резко прострелило от боли. А мгновение спустя я осознал себя сползающим на землю с полуразрушенного куска скалы.       Из моих легких выбило весь воздух. Я, подобно рыбе, раскрывал рот, пытаясь вдохнуть.       — Глупый птенец, — донесся до меня голос Алдуина, в котором чувствовалось превосходство. — Не знаю, кем ты себя возомнил, но ты всего лишь раб. Марионетка! Теперь я отчетливо чувствую ее. Метку Лжеца. Да, это она! Никогда не забуду эту грязную и мерзкую силу. Старый знакомый почерк… Лорхан!       Алдуин вновь громогласно рассмеялся, но в смехе его не было ни грамма веселья. Только чистая злоба и ярость.       — Этот мертвец снова обвел всех вокруг пальца, — прорычал Пожиратель. — Снова и снова его интриги. Обман за обманом. Предательство за предательством. Не знаю, откуда он достал тебя, птенец, но ты не более чем марионетка в его руках. Ты лишился своей свободы, когда оказался втянут в паутину его интриг! Тебя используют, а после выбросят! Как и всех, кто был до тебя! Ты думаешь, что какой-то особенный? Герой? Спаситель мира?       С каждым словом голос Алдуина становился все громче. Даже будь у меня возможность закрыть уши, я бы все равно слышал его.       Тем временем Пожиратель продолжал говорить, распаляясь все больше:       — Ты ничто! Блоха! Всего лишь инструмент в руках кукловода. Сам того не зная, ты помогаешь Лжецу. Ты совершаешь ошибку! Такую же фатальную ошибку, как и этот предатель!       На последних словах Алдуин снова с силой впечатал голову серого дракона в землю.       — Присоединяйся ко мне, птенец, — уже спокойнее произнес черный дракон. — Встань под мое крыло, и я помогу тебе. Избавлю от влияния Лжеца. Служи мне, и я дам тебе силу. Сделаю истинным дова!       Уже спокойно вдыхая столь желанный воздух, я не спешил отвечать. Я медленно поднялся на ноги и посмотрел в глаза Пожирателя. В голове в этот момент роились совершенно разные мысли. Я вполне допускал, что Алдуин не лгал хотя бы потому, что он не был единственным, кто говорил мне о некой метке.       «Лорхан», — произнес я про себя имя этого самого Лжеца, чувствуя, как промелькнули в голове несколько воспоминаний из числа полученных от Шеогората.       Слегка поморщившись от головной боли, я безотрывно смотрел на Алдуина. Несмотря на возможную правдивость слов черного дракона, мне было плевать на них. Я не собирался подчиняться.       — Истинным драконом? — переспросил я с кривой ухмылкой на устах. — Странно слышать это от червяка переростка.       Я пытался спровоцировать Пожирателя на нападение, но, вопреки ожиданиям, тот не спешил атаковать, хотя было заметно, что его задели мои слова.       — Это твой последний шанс, птенец, — на удивление спокойно произнес Алдуин. — Хорошо подумай, прежде чем дать ответ.       Заглянув в алые глаза дракона, я оскалился.       — Катись в Пекло, — практически выплюнул я. — У меня аллергия на хозяев, особенно на таких высокомерных, как ты. Но я должен сказать тебе «спасибо», что назвал имя очередного ублюдка, которого надо убить.       Я сжал кулаки, понимая, что остался без оружия, но мне было уже наплевать. Оскалившись, я с силой сжал челюсти до треска в зубах. Сила гравитации начала закручиваться вокруг меня, отчего камень под ногами потрескался. Я смотрел прямо в глаза Алдуина. Мне хотелось разорвать его прямо на месте. Хотелось уничтожить дракона, что слишком много о себе возомнил.       — Я, Ират Рексарион, первый своего имени! — прокричал я, собираясь перед броском. — И я никому не служу! Ни Лорхану! Ни кому бы то ни было еще! И уж тем более не червяку переростку!       Прошла всего секунда. Стоило эху моего голоса стихнуть, как я ринулся вперед. Земля под ногами треснула и просела от чудовищного ускорения, что я придал своему телу. Грубо манипулируя векторами притяжения, я практически летел в сторону Алдуина. Вокруг моих рук начали закручиваться вектора и образовываться точки притяжения. Пространство вокруг них уже не просто искажалось, а, казалось, стягивалось в одну точку. Я вложил в разы больше сил, чем совсем недавно в меч, и метил в морду Пожирателя. Я хотел убить эту крылатую тварь одним ударом.       — Ты выбрал, — внезапно прорычал дракон за мгновение от нашего столкновения.       Раздался грохот. Руки прострелило болью, а от силы удара меня отбросило в сторону. Прокатившись кубарем по земле, я смог ухватиться трясущимися руками за выступ и остановиться.       С трудом поднявшись, я хотел как можно скорее оценить результат своей атаки. Я чувствовал, что в этот раз мне удалось нанести урон.       Во все глаза уставившись на то место, где совсем недавно была огромная туша дракона, я с удовольствием отметил, что у меня получилось отбросить его. Это дало возможность серому дракону подняться, хоть тот и сделал это очень медленно. Похоже, удары головой об землю не прошли для него бесследно.       Но я быстро потерял к нему интерес. Вместо этого, я во все глаза смотрел на черного дракона и надеялся, что тот не поднимется. Вот только стоило этой туше дернуться, как все надежды были разбиты. Вскоре он начал медленно подниматься, а я с каждой секундой чувствовал нарастающую тревогу.       И вот, наконец, Алдуин вновь поднялся на лапы, загородив собой солнце.       Он повернул свою голову и уставился на меня. Его алый глаз горел огнем едва сдерживаемой ярости, в то время как второй представлял собой месиво. К сожалению, своим ударом я смог только лишить его глаза. И теперь Алдуин был зол. Очень и очень зол.       Внезапно я вновь почувствовал, что мое бренное тело оказалось отправлено в полет. Уже будучи в полете, я осознал, что Алдуин использовал Крик. И стоило только этой мысли сформироваться, как все тело вновь прострелило болью. Только теперь это было значительно сильнее и не ограничилось выбитым из легких воздухом.       Я почувствовал, как сломались мои ребра. Вместе с воздухом я выплюнул и кровь. Дышать не получалось, а каждая попытка вздоха вызывала очередной приступ боли.       — Я давал тебе выбор, — вновь раздался голос Алдуина. — Теперь же… умри! YOL!       Алдуин использовал всего одно слово из Крика, а из его пасти вырвался самый настоящий вал огня. Сильнейший огненный поток приближался ко мне, а я не мог ничего сделать. Каждое движение отдавало болью.       «Надо использовать Крик», — пронеслась в моей голове мысль, и я попытался вдохнуть, чтобы использовать хоть что-нибудь.       Но, вместо Крика, я смог только харкнуть кровью. Огонь уже был близко. Шансов защититься оставалось крайне мало.       «Отбегался, — как-то невесело подумал я, прикрыв глаза, — Интересно, что сказал бы Росс, увидь он меня в таком положении?».       Вот только проходили секунды, но я так и не почувствовал, как мое тело сгорает заживо. Открыв глаза, я увидел, что на пути огня встал серый дракон.       — Партурнакс! — раздался яростный рев Алдуина.       Но серый дракон ему не ответил. Он обернулся и обеспокоенно посмотрел на меня. Я смог увидеть, что серый дракон выглядел не лучшим образом.       — Ты смеешь помогать ему, жалкий предатель?! — продолжал тем временем реветь Пожиратель. — Шавка Кинарет! Подстилка смертных! Мало того, что ты обучил людей Ту’уму и обучаешь довакина. Так теперь ты решил помочь марионетке Лорхана?!       Мгновением позже раздался очередной грохот, а округу огласил рев двух драконов. Мне же оставалось только сидеть на земле и наблюдать за битвой двух драконов. Хотя это и битвой то назвать было сложно, скорее избиением. К сожалению, спасение стало лишь отсрочкой неизбежного.       В действительности, даже атака огнем была лишней. Я чувствовал, как изо рта вытекала кровь. Ребра пробили легкие и дышать становилось тяжелее. В обычном состоянии я бы мог восстановиться, ведь бывали раны и похуже. Но в этот раз сил на восстановление было мало. Откат от чрезмерного использования силы практически настиг меня.       С каждой секундой сил оставалось все меньше. Тело пыталось восстановиться, но сил катастрофически не хватало. Наверное, жизнь во мне поддерживало только пламя гнева.       «Гнев», — пронеслась в голове мысль, после чего глаза начали медленно закрываться.       Последним, что я увидел, было то, как Алдуин оторвал крыло Партурнаксу.       …       …       …       «Хватит отвлекаться, щенок!»       …       Голоса. Знакомые голоса.       …       «Вставай, отдых закончился.»       …       Берик? Какого хрена мне вспомнился в такой момент именно он?       …       «Эй, командир, ты долго еще?»       Джон?       «Уже сдаешься, сопляк?», — вдруг отчетливо прозвучал очень знакомый голос.       «Катись в Пекло, старик», — вторил ему другой голос. Мой голос.       Какого?       «А ты изменился, сопляк», - голос в голове стал еще отчетливее.       Росс.       «Размяк, — продолжал он говорить, — Стал слабее. Куда подевался наш командир? Наш король? Почему на его месте какой-то сын шлюхи?»       Сердце пропустило удар. В груди стало горячо.       «Сдохнуть захотел?», — подумал я, до боли сжав челюсть.       «А силенок хватить убить, а, сопляк?», — продолжал насмехаться Росс.       Из груди вырвался тихий рык.       «Давай, сопляк, вставай, — голос Росса стал тише, — докажи мне, что я не прав. Смерти вопреки!».       Смерти вопреки.       Рука легла на холодный камень. Я сжал ее, чувствуя, как камень крошится под моими пальцами.       «Хватит играться», — раздался другой голос в голове.       Сарра.       Я на секунду застыл, как током пораженный.       «Разговоры, интриги, союзники, поиск ответов и знаний, — продолжала говорить Сарра, — Это не ты».       Огонь гнева начал разгораться с новой силой.       «Ты стихия! — набатом бил в голове голос Сарры, — Ты разрушение! Так разрушь своими руками все, что сдерживает тебя!»       Рык, вырвавшийся из груди, стал громче. Кажется, он заглушил собой даже звуки боя.       «Дай мне снова почувствовать запах крови», — уже тише проговорила Сарра.       Голоса приходили один за другим. Одни звали. Другие обвиняли. Кто-то издевался. Друзья, союзники, любимые, семья, враги. Все до единого. Все они распаляли огонь гнева все больше.       Я чувствовал, как мое тело медленно, словно нехотя, изменялось. Чувствовал силу, что подпитывала меня. Чувствовал гнев.       «Ират Рексарион… Мой гневный король», — последний голос был самым тихим, но от этого не менее родным.       В этот самый миг я раскрыл глаза вновь.       «Смерти вопреки, ублюдки!», — подумал уже я сам.       И у меня была только одна цель — убить. Убить всех.