Часть 11

Вернон Дурсль широко перешагнул камин, уверенно встав на пол. Его плечи сдавливал терракотовый пиджак с круглыми черными пуговицами, плавно переходящий в линию брюк. Нарцисса никогда прежде не видела таких фасонов и теперь, вдруг позабыв об осторожности, жадно разглядывала детали. В нагрудном кармане маггл хранил платок, но не белый, а синий с крохотными стежками, обозначающими стебельки цветов. Должно быть, эта… Петунья вышила их. Люциус описывал ее как очень худую женщину с выдающейся массивной челюстью. Но Нарцисса прежде заметила яркие, живые глаза под прямыми бровями и тонкие косточки рук, выступающие на запястьях. Петунью нельзя было назвать «трепетной ланью», однако рядом с мужем она напоминала маленькую, кривоватую скрипочку, из тех, которыми музыканты дорожат до последнего вздоха. Ее сын чудесно сочетал в себе черты обоих родителей. Ростом и массой он обязан был отцу, а вот блеском в круглых глазах — однозначно матери, и еще — Нарцисса сощурилась — в широком, сбитом теле чувствовалась прорва энергии, грозящей выплеснуться в любую минуту. Дадли поправил бабочку на шее и скромно улыбнулся. Поттеры мало походили на Дурслей. Лили ступала мягко и осторожно, волосы, чуть-чуть перехваченные заколкой, скользили по спине живым огнем. Нарциссе захотелось сделать колдографию, чтобы посмотреть, как будет выглядеть это пламя на фоне ее собственных, снежно-белых волос. — Здравствуйте, — а вот Гарри оказался маленьким Джеймсом от макушки до пят. Те же непослушные, жесткие волосы, волевой подбородок, круглые очки на кончике носа. Единственными отличиями можно было считать зеленые глаза и, наверное, походку. Джеймс Поттер никогда не мог усмирить свой буйный характер, тогда как его сын печатал каждый шаг. Они по очереди представились друг другу. — Гарри! — Драко с трудом сдерживал радостный визг. — Пойдем, я покажу тебе наших гиппогрифов! — Мне и Дадли, — с нажимом проговорил мальчишка. И сын с легкостью подчинился, вызвав удивленный взгляд Нарциссы: — Тебе и Дадли. Дождавшись согласия взрослых, дети поспешили покинуть гостиную. — Добби. — Да, хозяин, — пролепетал домовик. — Проследи за безопасностью мальчишек. Кивнув, лопоухое создание исчезло. Магглы проводили его потрясенными взглядами. В их мире, должно быть, все приходилось делать самим. — Этот ваш… Добби, он кто вообще? — Домовик, — хором ответили маги, а Лили поспешила объяснить: — Слуга. Вернон Дурсль крякнул, уселся в кресло и вытянул гигантские ноги, ни капли не смущенный правилами приличия. — Ну, — пробасил он, — кого мне нужно позвать, чтобы выпить кофе? Дипси? Дупси? Дарси? Маггл говорил наугад, совсем не ожидая, что по его зову появятся целых три домовика с такими же несоразмерно круглыми и лопоухими головами. — Что угодно гостю? — пролепетали они. — Кхм, кофе с молоком, пожалуйста, — сдавленно прошептал Дурсль. Через секунду он мог довольствоваться тремя горячими чашками. — Наверное, стоило выражаться точнее… Нарцисса почувствовала, как губы сами собой разъезжаются в улыбке и, спрятав лицо в белом платочке, несколько раз кашлянула. Магглы были очаровательными. — Как вам работа в Хогвартсе, миссис Поттер? — Необычный опыт, — фыркнула Лили, — лорд Малфой, позволите вопрос? Почему вы настояли именно на моей кандидатуре? Муж сделал вид, что задумался, но Нарциссе знаком был этот взгляд — хитрый, с прищуром, он означал, что разговор идет по заданному руслу. Герои на своих местах, пьесе пора бы начаться. — Вы не подвержены влиянию Дамблдора, — Люциус загнул первый палец, — беспристрастны по отношению к детям и готовы сделать все, что угодно ради сына. С таким профессором я могу быть спокоен за будущее Драко. — Хотел бы я посмотреть на это, — большое лицо Дурсля вдруг потемнело. — Вы же своим решением мне половину бизнеса загубили! — Вернон!.. — Что? — обернулись к Петунье налившиеся кровью глаза. — Лили была единственным сотрудником, кому я мог доверить работу с партнерами, новые проекты и вообще — прорву всего! Нарцисса приподняла бровь: Лили Поттер занималась маггловским бизнесом? Все годы, в которые волшебники искали ее? — Что вы делаете, миссис Поттер, мистер Дурсль? — Вернон строит корпорацию «Гранингс». Сначала это была небольшая компания по продаже и ремонту дрелей, потом к ней присоединился первый партнер, привнесший струю свежего воздуха. Теперь «Гранингс» работает с деталями для аппаратов и машин. — И это… прибыльно? — Вполне, — шумно выдохнул маггл. — Сириус значительно поменял вектор движения. — Кто?! — Сириус Блэк. Вы не знакомы? Нарцисса с трудом удержала новое восклицание. Ее кузен, этот, с позволения сказать, буйный шалопай участвовал в делах «корпорации»? — Необычно, — согласился с ней Люциус. — Видите ли, Вернон, маги редко соприкасаются с вашим миром. — И еще реже понимают в этом хоть что-нибудь, — закатила глаза Петунья. — Вы же совершенно не приспособлены к жизни! — Простите? — Прощаю. Вы ревностно блюдете «статут», но каждый раз привлекаете ненужное внимание, когда появляетесь на улицах в своих балахонах. Или, что еще хуже, в отвратительного фасона одеждах. Да любая домохозяйка Литтл-Уингинга вызовет санитаров, когда увидит кого-то, вроде вас! В этом был смысл. Семейство многозначительно переглянулось. Лили Поттер собиралась что-то сказать, когда в дверях вдруг появился упомянутый Сириус Блэк. Его тело укрывала мантия аврора с крупной нашивкой главы. — С Рождеством, — холодно поприветствовал он их, — где Гарри? — Мальчики гуляют. Садись к нам, дорогой, — по лицу Блэка было заметно, что прежде Петунья никогда не обращалась к нему так ласково. — Мы только что говорили о тебе как о компаньоне «Гранингс». — Неужели? И Люциус решил поучаствовать? Учти, Вернон, иметь дела с этим… волшебником себе дороже. — Можно подумать, я в восторге, — пробормотал маггл. — Но раз Гарри дружит с маленьким Малфоем, то и мы теперь не чужие люди. Нарцисса спешно сделала глоток — ей домовики принесли зеленый чай. Бедный Люциус! Он так надеялся, что Рождество пройдет спокойно, и магглы, сраженные величием менора, не доставят хлопот! Но что было в головах Дурслей знали, наверное, только они, потому что никакого почтения не выказывали. Это были обычные люди, выдернутые из дома ради общения с незнакомцами, которые, доподлинно известно, терпеть не могли «не-волшебников». Впрочем, это оказалось взаимно.

***

Дадли комментировал все подряд в собственной, издевательской манере: сначала он проехался по физиономии Драко, оказавшейся слишком «смазливой», затем обратил внимание на вычурно-богатый дом, на дорожки, способные вместить толпы людей и, когда они подошли к загону с гиппогрифами, цокнул языком: — Страшные кони какие-то. Гарри возвел глаза к небу, размышляя, в какой момент их прогулка кончится банальным мордобоем. Дадли не походил на Драко ровно так же, как субмарина не походит на катер, и их встреча в открытом море могла обернуться катастрофой. — Держи рот на замке! — а вот и первые залпы. Драко покраснел до кончиков волос, судорожно сжимая кулаки. Он почти открыл загон с топчущимися гиппогрифами, когда Дадли без предупреждения нанес удар. Прямо в ухо. — Слышь, мажорчик, ты мне не указывай, — грохнул он, дожидаясь, пока Драко поднимется с земли. Кони всхрапнули, забили копытами, но, привязанные, не могли ничего поделать. Гарри — тоже. Если Дадли решал с кем-нибудь разобраться, лучше в это не лезть. Таковы правила улицы. Или парни начистят друг другу лица, или сцепятся в следующий раз, причем, куда беспощаднее. Неожиданно они замерли с занесенными руками, словно замороженные порывами ветра. Только глаза бешено вращались. — Добби, — одними губами прошептал Драко. — Немедленно отпусти нас! — Хозяин просил приглядывать за наследником, — пропищал кто-то внизу. Опустив взгляд, Гарри заметил маленького лопоухого старичка в огромной наволочке, едва укрывающей плечи. Не удержавшись, он спросил: — Вам не холодно, сэр? Добби уставился на него блюдечками-глазами и быстро помотал головой: — Нет-нет, мистер Гарри Поттер, сэр! — его уши смешно болтались из стороны в сторону. — Добби никогда не мерзнет! — Ты весь дрожишь. На-ка, — и Гарри совершил новый дурацкий поступок, накинув на старичка свою куртку, в которой Добби немедленно утонул — только лысая макушка торчала. После этого вдруг что-то тоненько свистнуло, снег закрутился в маленький ураган, а к Дадли с Драко вернулась способность двигаться. Один Добби продолжал стоять, моргая прозрачными глазами. — Гарри Поттер, сэр, так добр, — пропищал он, всхлипывая. — Добби никогда этого не забудет! — Конечно, — прошипел Малфой, раздраженно потирая плечо, куда целился маггл. — Ну, Поттер, поздравляю. Рара будет в бешенстве. — В смысле? — не понял Гарри, подспудно чувствуя, как только что стал причиной катастрофы. — Ты отобрал у него домового эльфа. — Этого, что ли? — бесцеремонно ткнул пальцем Дадли. — Как? — Поттер дал ему одежду, теперь Добби — свободный эльф. Или, если верить его чокнутому характеру, перейдет служить вам. Поздравляю. — Я же не знал… — А вот нечего всем подряд оказывать услуги, благородный ты наш! Черт, спасибо, что Уизли не домовик или Грейнджер… Дадли криво усмехнулся, лучше любого зная о характере Гарри. Посмотрев на ругающегося Драко, он быстро протянул ему широкую ладонь и сказал: — Добро пожаловать в клуб. Я — Дадли. — Драко. Они скрепили руки в безмолвном соглашении. — Жаль, подраться не успели. — Везде, где есть Поттер — рушится мироздание. Так отец говорит. — Умный человек. Ну, показывай своих гиппогрифов и потопали отсюда, я уже ног не чувствую. Гарри досадно поморщился, тихо спросил у Добби, не мог бы он оставить их одних и, получив кивок, направился следом за парнями. Какое-то время они молчаливо восхищались громадными конями с крыльями, совершали традиционные поклоны и гладили жесткие перья. — Дадли?.. Ты прости за плакат, не знаю, что на меня нашло… — Да брось. Твой папашка уже откупился. — Правда? — Не деньгами, — загадочно улыбнулся Дадли. — Кстати, у вас есть телик? Драко вытаращился на него так, словно у того выросла вторая голова. — Ну телик, телевизор… Коробка такая с экраном, где двигаются картинки. — Типа колдографий? Настал черед Дадли удивляться. Но когда он увидел волшебный аналог фото, раздраженно закатил глаза: — Да нет же! В телевизоре движение не зациклено, это как смотреть на живых людей издалека. По нему передают матчи, новости, показывают фильмы. Понял? Драко? Эй, Малфой! — Ч-что? — осоловело покрутил головой слизеринец. — Вы можете в любой момент посмотреть игру? Из дома? — Ага. А вы — нет? — Нет… Мы аппарируем к месту проведения матча… Дадли сочувственно похлопал его по плечу, и Гарри с трудом удержался от смеха. Видеть, как рушатся стереотипы было приятно. Драко ведь с пеленок слушал, какие магглы ничтожные создания, а оно вот как получилось. — Надо попросить у отца телик, — сделал вывод Малфой. — Только… у вас, наверное, нет квиддича? — Не знаю, что это такое, но я бы тебе показал матч «Ливерпуль — Челси»! — Кого? И Гарри все-таки рассмеялся. Бедный Драко, он не знал, в пасть какого чудовища только что угодил. Теперь Дадли не успокоится, пока не расскажет ему все о тонкостях футбола. Когда-то Сириус точно так же вникал, мученически возводя глаза к небу. Но ничего, справился, даже пару игр посетил, размахивая хлопушкой. — Значит, магглы гоняют мячик по полю? — разочарованно пробормотал он. — Скучно. — Я те дам «скучно»! Ну-ка, Гарри, достань нам какой-нибудь мяч, мы сейчас его уделаем. — Двое на одного? Дадли задумался. Действительно, с таким количеством игроков Малфой не успеет ничего понять, только зря извозит одежду. — Эх, жаль, здесь нет парней… — Может, родителей попросим? — Мама точно откажется, тетя Лили подумает, а отца с Сириусом маловато. — У меня крестный есть, — вдруг подал голос притихший Драко. — Он рос с магглами и точно знает, что такое футбол! — Кто таков? Не растяпа? Под требовательным взглядом Малфой тут же раскололся, вынудив гаррино сердце остановиться: — Его зовут Северус Снейп, и он… — Снейп здесь?! Дадли мрачно расхохотался, хлопнул Гарри по спине и просветил Драко в тонкостях отношений: — Твой крестный — хлыщ, который вьется вокруг тети. Если он здесь, то мы не должны терять ни минуты! Вдвоем они побежали к дому, оставив Малфоя далеко позади.

***

Северуса Снейпа, по счастью, в гостиной не было, зато были: жизнерадостный дядя, зловредно косящийся на лорда Малфоя, поддерживающая его тетя, мама, Сириус и леди Малфой, тревожно перебирающая в пальцах салфетку. — Вы откуда такие… снежные? Валялись? — Гарри! Где твоя куртка? — взрослые окружили их толпой. Мама отряхивала свитер, колдовала палочкой, согревая красные щеки, и тихонько ругалась. — Я отдал ее Добби. Гарри не имел привычки утаивать своих проступков. Он был готов понести наказание и, когда Люциус Малфой задрожал, вцепившись в подлокотники кресла, честно ответил: — Простите, сэр, я не знал, что одежда освобождает эльфа. — Ну, этот… Добби, он теперь чей? — Похоже, наш, дядя. Дядя Вернон широко улыбнулся, подмигнул и позвал домовика, ожидая, пока по-прежнему тепло укутанный Добби не появится на ковре. — Итак, эльф, ты собираешься жить у нас в доме? — Да, сэр, если этого захочет Гарри Поттер! — Он хочет. В школе ты ему ни к чему. Снять куртку можешь? — Нет, сэр, это… — Твоя униформа, я понял. А уменьшить? Добби щелкнул крошечными пальцами, курточка поползла вверх, пока не оказалась впору, плотно облегая тощее тело. — Отлично. Значит так, эльф. Будешь помогать по хозяйству Петунье, носить документы Лили и приглядывать за Дадли. Понял? — Да, сэр! — Умничка, — вздохнула рядом тетя. — Тебе можно дарить новую одежду? Добби согласно качнул головой: — Если Гарри Поттер захочет, чтобы я ее носил! — Захочет. Свободен, эльф. Повинуясь воле дяди Вернона, Добби исчез, напоследок обведя гостиную влажными глазами. — Далеко пойдешь, крестник, — фыркнул Сириус, начисто игнорируя доведенного до бешенства Малфоя. — Надеюсь, вы не в претензии? Дети, сами понимаете. — Что вы, — отчетливо скрипнул зубами Люциус. — Сущие пустяки. Как раз в этот момент в дверях появился запыхавшийся Драко. Мантия, вся перекрученная, болталась на нем и выглядела просто ужасно. — Отец, — важно начал он, отдышавшись, — во-первых, нам срочно нужен телик! И во-вторых, футбольная команда! — Что, вся?! — крякнул дядя Вернон, осведомленный о финансовом положении Малфоев. — Нет, сэр, только частично. Мы хотели поиграть во дворе, а Гарри сказал, что «двое на одного» нечестно. Люциус Малфой закрыл глаза, шепотом досчитал до десяти, затем что-то сказал на французском и коротко выдохнул: — Драко, не думаешь же ты… — Нет, отец. Ты нам не подходишь. А вот мистер Дурсль, мистер Блэк и, может быть, крестный — вполне, — уверенно кивнул Драко. — Он же рос среди магглов, значит должен помнить, что это такое. Картина играющего в футбол Северуса Снейпа могла стать причиной нервного срыва для многих из присутствующих. Тетя Петунья зажала рукой рот, наверняка, пряча широкую, ехидную улыбку. Им всем — Дурслям — нравилось доводить до белого каления волшебников. Гарри сразу разгадал этот маленький план. Разве мог Дадли так вести себя в гостях? Вот у кого-нибудь из приятелей — и дать в ухо, и сыпать оскорблениями, но здесь? А дядя? Он, конечно, не утруждал себя манерами, но обычно не показывал явного пренебрежения, особенно, рядом с тетей. — Ну, Люциус, — потянулся, хрустнув спиной, — где у вас тут мячики? Мяч пришлось наколдовать из тонкого, явно фамильного подсвечника. Драко невольно дрогнул, прошептав что-то про «кощунственное отношение», но вскоре успокоился, занятый новым увлечением. Северуса Снейпа выдернули из какой-то лаборатории и, с трудом осознающий реальность зельевар молча провел палочкой над одеждой, превратив ее в удобные штаны с тонким свитером. Гарри сощурился. — Делимся следующим образом, — грохнул дядя, удерживая на руке кругленький мяч. — Дадли — к Драко, на ворота поставим Гарри, а мы, парни, уйдем в другую команду. — Взрослые против детей? Не слишком ли… — Тц, Нарцисса, вы просто не знаете, как играют мальчишки! Итак, Блэк, Снейп, кто из вас на ворота? Сириус потопал к сотворенным из каких-то ведер балкам и, согнув колени, развел руки в сторону, приготовившись ловить мяч. Дадли быстро добрался до Драко и тихо начал втолковывать ему тактику: — У отца хороший удар, если мяч попал к нему, лучше уйди с дороги. Гарри справится. А вот с верткостью все плохо, поэтому больше крути ногами и, если видишь, что я открыт — давай пас. Сириус стоит в центре, классно ловит боковые удары, но иногда притормаживает. Целься в самый угол. Драко покивал головой, со священным трепетом уставившись на тренера-маггла. Кажется, Дадли в его глазах достиг небывалых высот. Судьей назначили Лили Поттер. Взмахнув рукой, она послала в воздух ярко-красные искры, которые должны были известить о начале игры. Гарри повторил позу Сириуса, на мгновение залюбовавшись мамой: на шее у нее был повязан большой, теплый шарф в поддержку детской команды. Щеки налились цветом, а глаза горели живым огнем. Дядя Вернон перехватил мяч, с уверенностью торпеды отправившись к воротам. Секунда, две, три и мяч летит точно в центр, Гарри выставил руки вперед, мгновенно перехватывая удар. На импровизированных трибунах громко вскрикнула тетя. Следующим был Дадли. Кузен двигался превосходно: чувствовался опыт, заработанный в дворовых матчах. Он с легкостью обошел отца, пихнув его локтем, и побежал прямо к Сириусу, сильными ногами пиная мяч. Крестный изогнулся, только чудом защитив ворота. Все та же тетя Петунья огорченно шмыгнула носом. Драко не стоял в стороне. Он несколько раз перенимал пас и сначала неуверенно, а потом все с большим азартом пинал мяч по всей площадке, игнорируя Дадли. — Сюда! Сюда, говорю! — орал кузен, вырывая волосы на макушке. — Черт побери! — Дадли! — Прости, мам! Драко не слышал. Он бежал, шустро перебирая худыми ногами, и бежал так, как никогда не бегал ни по утрам, ни на занятиях ЗОТИ. — Гол! — взревели трибуны. — Один-ноль! Сириус весело улыбнулся, отправив мяч обратно в игру. Дядя Вернон быстро принял его, покосился на бледного Снейпа и разрешил ему тоже побегать. Гарри напрягся. Профессор, казалось, не чувствовал мяча, ловко пиная его по направлению к воротам. Секунда, и, поскользнувшись на снеге, Гарри впервые пропустил удар. — Гол, — вздохнула тетя, — Один-один. — Тайм-аут! — рявкнул Дадли. Быстрым шагом подошел к ним и, пихнув Драко, принялся ругаться: — Вы куда смотрите? Ты вообще слышал меня? Я же кричал: «сюда!». А ты, Поттер, еще раз пропустишь мяч, и я тебя своими руками удавлю! Хватит думать о Снейпе! — Я не… — Да ну?! — сверкнули глаза. — Ты никогда не поскальзывался! А тут, стоило мелькнуть какому-то дядьке — и получите, лучший вратарь тычется в снег как какой-то мальчишка. Короче, хочешь уделать его — сделай это на поле. Точка. Гарри резко выдохнул. Он успел забыть, каким бывает Дадли в игре. Бедный Драко позеленел и мотал головой как китайский болванчик. — Парни, — патетично начал кузен, — покажите им, из чего мы сделаны! Вперед! Воодушевленные, они заняли позиции. С противоположной стороны горели энтузиазмом мужчины, правда, всего двое — Северус Снейп был по-прежнему равнодушен. Дальше все шло по накатанной, и Дадли не пришлось кричать. Ему легко посылал мячик Драко, вместе они обходили тяжеловесного Вернона и здорово напрягали Сириуса. — Гол! На последней минуте! — закричала тетя, размахивая невесть откуда взявшейся хлопушкой (Гарри подозревал, ее наколдовал невидимый Добби). — По-бе-да! — Литтл-Уингинг сокрушил Малфой-менор! — вторил ей красный, но жутко довольный Дадли. — Качай новичка! Драко подхватили в несколько рук — и взрослые, и дети, подкидывая до самого неба. Малфой как-то совсем по-девчачьи визжал, неловко размахивая ногами. — Ч-что эт-то б-было, — постукивая зубами, бормотал он, оказавшись на земле. — Лучшая часть любого матча, — авторитетно заверил его Дадли и несколько раз хлопнул по спине, да так, что тот чуть не свалился. — Ну как, понял теперь, что такое футбол? — Ага. Оте-е-ец!.. Лорд Малфой вздрогнул. Все это время он сидел рядом с Петуньей, не проронив ни слова, только сжимая колени. — Да, Драко?.. — Я больше не хочу быть наследником, я хочу заниматься футболом! Это был крах. Безоговорочный.