Часть 13

Кровь скапливалась вокруг его ног. Лео опустил голову, когда дождь стал сильным, слишком сильным. Здесь было больше крови, чем они могли объяснить. Несмотря на свою скорость, они просто не были настолько быстрыми. Визги становились все громче по мере того, как они продвигались, а свет становился еще слабее, когда кровь заливала светящиеся вены на полу. Теперь у них был только свет от че-фона, который был тусклым даже для трех ветеранов. — Должно быть, мы приближаемся, — сказал Лео. — Откуда ты знаешь? — спросил Раф. Он работал вплотную к своему брату, лишь немного отставая от него. — Они убивают своих, — ответил Лео. — Большая часть этого исходит из самой шахты. Представь, как должно выглядеть самое дно. — Пожалуй, не хочу знать. Крикуны наступали быстрее, сгрудившись так плотно, что потолок и стены, казалось, корчились. Пять крикунов одновременно прыгнули на Феликса, и он разрезал одного, в то время как две пули отбросили назад двух других. Он увернулся от последней пары и услышал, как они шлепнулись в кровь позади него, сбив того, кого Рафаэль не убил, а затем развернулся, чтобы поймать еще одного, целящегося в его руку. Никто из них не мог остановиться, хотя их темп замедлился. — Где, черт возьми, эта комната? — кричала Чанта. — Я не вижу стен. — В пяти футах впереди, — сказал Дон, — справа от тебя. Феликс горько рассмеялся, сражаясь. — Больше похоже на пять миль. Знал, что это плохая идея. Их спасло только плотное строение крикунов. Маленькие существа не могли двигаться так же быстро, как обычно, с другими существами облепляющими их спереди, сзади и сбоку. Каждый удар меча сбивал троих и более. На каждый удар ножом приходилось два монстра. Каждая пуля проходила через одного и входила в другого. Даже если бы их была тысяча, они могли напасть на них только по горстке за раз. Дюйм за дюймом они продвигались, медленно, но верно. Им пришлось поверить на слово Донателло, что они стоят у двери. Они не могли видеть ее из-за закрывавших ее крикунов. Поскольку Феликс был ближе всего, он начал расчищать путь, отбрасывая тела с пути, когда они падали. Рафаэлю нужно было сдерживать больше обычного, так как Лео был слишком занят со своей долей. Майк услышал это первым, звук нарастающего сердцебиения позади них. Он повернулся, не обращая внимания на испуганный крик Чанты, и всмотрелся в темноту коридора. Через мгновение она перестала кричать и тоже посмотрела. Ее собственные глаза были адаптированы лучше, но она тоже ничего не видела. — Что-то приближается, — прошептал Майк. — Что-то большое. Пол начал греметь, разбрызгивая кровь. Чанта посмотрела через плечо на остальных. — Быстрее! — закричала она. — Это демон! — Почти все! — ответил Феликс. Не удосужившись прислушаться к двери, он толкнул ее, описав слепую дугу своим оружием. Его нож врезался в первого прыгнувшего на него крикуна, и его тело удерживало дверь открытой, пока мужчина входил, убивая тех немногих, кто каким-то образом оказался в ловушке внутри. Другие тела и кости валялись на полу, вероятно, съеденные, так как они не могли понять, как снова открыть дверь. Следом Майк нес Чанту, поставив ее на землю, прежде чем отбросить тела. Рафаэль попятился внутрь, и Лео вошел последним, повернувшись, когда за ним захлопнули дверь. Снаружи рев демона эхом разносился по коридору, и стены тряслись, когда он несся к крикунам. Феликс вздохнул с облегчением, но Чанта взяла его руку, чтобы остановить его, и покачала головой, жестом призывая к тишине. Феликс нахмурился. — Но демоны не умеют открывать двери, — прошептал он. Она кивнула, ее глаза были широко раскрыты и полны страха. Она держалась спиной к стене, держа пистолет наготове, чтобы успеть если что поднять его. Феликс и Лео переглянулись, явно не убежденные, но на всякий случай промолчавшие. Как бы он не хотел этого не делать, Майк выключил свет и приглушил звук. У Донателло была привычка говорить в самый неподходящий момент. Они слышали бойню снаружи, когда крикуны отскакивали от демона, и другие прыгали ему на спину и кусали. Он ударялся о стены, сокрушая нападавших, и топал вперед, волоча себя по узкому коридору. Хруст костей и разрывание кожи заполнили зал, пока все снова не стихло. В своей комнате они смотрели друг на друга и ждали, прислушиваясь. Его прерывистое дыхание было рядом с дверью. Медленно, в течение нескольких минут, он дюйм за дюймом проталкивался обратно по коридору, и дверь содрогнулась бы, если бы Лео не прижимался к ней всем своим весом, толкая ее, чтобы она осталось вжатой в проем. Майк мог слышать дыхание товарищей, но только потому, что они не могли перестать хватать ртом воздух. Все они были смертельно уставшими. Первый таран застал их всех врасплох, и Лео впервые почувствовал нехватку силы. Ему удалось снова закрыть ее, но только потому, что внезапное открытие также напугало демона, который отпрянул для следующего удара. Чанта подняла пистолет, готовая выстрелить, как только увидит его глаза, и Феликс присоединился к Лео у двери. Их объединенная сила не помогла, когда он ударил, дверь приоткрылась на несколько дюймов, прежде чем они успели подвинуть ее обратно, и кровь просочилась внутрь. Майк смотрел на их попытки, но это казалось бесполезным. Даже если бы они не были утомлены, они просто не были достаточно сильны, чтобы сдержать его. Бросив телефон на колени Рафаэлю, Майк встал и глубоко вздохнул. Он положил руку им на плечи и оттащил их, немного удивившись, когда Лео споткнулся. Но его старший брат все же полностью приспособился к этой среде, тогда как он был почти бесполезен, слишком силен и слишком медлителен. Он положил руки на дверь, и когда раздался следующий удар, дверь не подвинулась. Демон был настойчив. Он несколько раз ударил в дверь, взревев, словно один только его голос мог сорвать ее с петель. Майку стало интересно, то ли узкий зал мешал ему использовать свою полную силу, то ли он просто был не настолько сильным, но он легко держал дверь закрытой. Он повернулся спиной, соскользнув на пол, чтобы сесть, как Лео ранее. Он оглядел их: Феликс, прислонился к Чанте, которая наконец убрала пистолет, и Лео, прислонился к Рафаэлю, с закрытыми глазами, слишком усталый, чтобы двигаться. Демон снова хлопнул по двери, но Майки почти не почувствовал этого. Майк ухмыльнулся. — Поспите немного. Я буду на страже. — Подожди, — сказал Дон все еще низким голосом. — Бочки внутри, что на них написано? Что еще там есть? Скажи мне хотя бы… Рафаэль поднял коммуникатор, включив экран. — Дон… заткнись. Иди купи себе китайской еды и поспи. Мы тебе позже позвоним, — и он выключил его прежде, чем Донателло успел ответить. Рядом с ним Лео не смог сдержать смех. — Боже, я бы съел китайской еды сейчас, — он использовал плечо Рафаэля как подушку и выдохнул, расслабляясь. К своему удивлению, когда Рафаэль приобнял его, он не вздрогнул. Удары демона стихли, и он заснул, впервые доверившись одному из своих братьев, чтобы защитить его.

***

В лаборатории Стокмана Донателло застонал, когда маленькое окошко компьютера погасло. Он перетащил его в угол экрана и открыл другое окно поверх карты, получая доступ к более подробным заметкам о содержимом комнаты. — Я не могу в это поверить. Даже минуты не мог мне уделить, чтобы сказать, что за химические вещества есть внутри… — Донателло, — сказала Эйприл, накрывая его руку своей. — Ты молодец. Ты помог им добраться в безопасное место целыми. А теперь поспи. Я разбужу тебя, когда Кейси придет с ужином. — Ты права, — он неохотно перестал печатать и кивнул. — Ты права. Разбудишь меня, если они позвонят? — Конечно, — она смотрела, как он встал и направился к спальным мешкам, которые она принесла. Оторвать его от компьютера уже было достаточно сложно, так что она не собиралась вытаскивать его из лаборатории. С его храпом вместо фонового шума она вспомнила про записи Стокмана о монстрах, которых он создал, и нашла записи о едоках и крикунах. Хотя она ничего не нашла о более крупных монстрах, напоминающих демонов, она нашла записи о том, какие биохимические вещества и биологические отходы он сбрасывал. Эти демоны, вероятно, были не чем иным, как генетическими мутантами. Судя по исходному материалу... Она снова посмотрела на экран. Пять белых точек вместе. Десятки черных в шахте чуть дальше по коридору. И ничего больше. Что бы Стокман ни использовал для отслеживания своих созданий, он не мог следить за демонами, бродящими по залам. Она свернулась калачиком в кресле и просто смотрела, не в силах придумать решение. Если в этой шахте есть демоны, они не узнают, пока не станет слишком поздно.

***

Некоторое время спустя Леонардо открыл глаза, прислушиваясь. Казалось, больше никто не проснулся. Он сел, качая головой. После стольких сражений он знал, что его тело должно болеть от постоянного напряжения, но этот мир, казалось, был создан для бесконечных сражений. Это могло быть раем, если бы его братья не были здесь, если бы он был совсем один, с вечным врагом и бездумными, бессмысленными убийствами. — Проснулся? Лео посмотрел на Рафаэля, занимающего место Майка у двери. Он оглянулся на того, с кем спал, и обнаружил, что Майк свернулся калачиком рядом с ним. Хороший трюк. Должно быть, он устал больше, чем думал, раз не проснулся, когда они поменялись местами. — Да. Я не сплю. — Хорошо. — Моя очередь? — Нет. Прошло уже почти двенадцать часов. Я собирался дать вам всем выспаться. Судя по звукам, демон ушел. Лео на мгновение замер, а потом понял, что его мечи все еще лежат на полу. Он поднял их и снова начал чистить. — Ты действительно их отравил? Лео замер. — Как ты...? — Сплинтер заметил. Когда ты вытащил их в логове, — Рафаэль устроился поудобнее, скрестив ноги, и снова облокотился на дверь. — Он сказал, что я должен быть осторожен с тобой. — Я бы никогда не причинил вам вреда. — Ты здорово нас избил. Это не считается? — Ты понимаешь, о чем я. — Нет, не понимаю, — сказал Раф. — Ты придумываешь правила на ходу, убийство — это защита, бегство — это свобода. Но я думаю, что ты начинаешь теряться в своих собственных правилах. Нет ответа. Рафаэль продолжил. — Я не думаю, что ты хочешь причинить нам боль. И я думаю, ты действительно хочешь защитить нас, но ты больше не можешь с этим справляться. И если Сплинтер не позволит тебе отступить хоть немного, тогда ты сбежишь, что бы ни случилось. — …Вот и все, — признал Лео. Его брат не ответил. Он грустно рассмеялся и продолжил чистить меч. — Это просто случилось. В один день я мог, на следующий день я не мог. Я... — он помедлил, затем продолжил. — Я сбежал в ту ночь, когда впервые попал сюда. Я бы продолжил бежать, но я увидел огни эксперимента Стокмана, а потом встретил Феликса на крыше… — А Чанта? — Мы видели, как ее втянуло. Я не знаю, как он это сделал или как втянуло нас. Феликс схватил меня за руку, и вот мы уже здесь. — Мм, — Рафаэль поднял взгляд. — Раз ты сбежал, зачем же ты тогда пришел домой? — Я не знаю. Я не думал ясно, — он сделал глубокий вдох и выдох. — Еще немного. После того, как я вытащу вас отсюда, все закончится. — Так не должно быть... — Но это так. Напротив них начали просыпаться люди, их бормотание испугало Майка, который выпрямился и быстро огляделся, пока не убедился, что они все еще в безопасности. Рафаэль оставил эту тему. Пока. — Раз мы все проснулись, — сказал Лео, — тогда давайте посмотрим, что здесь есть. Рафаэль снова включил телефон. Никто не ответил, и он решил, что его брат и Эйприл все еще спят. В слабом свете он нашел два ящика с аптечками, таблетками и боеприпасами. Чанта получила большую часть этого. Было несколько батончиков какой-то еды, но никто не чувствовал голода. Затем они направили свет на заднюю часть комнаты и обнаружили пять металлических бочек, все изъеденные ржавчиной, с опасными желтыми знаками, нарисованными спереди. Увеличив громкость, Рафаэль несколько раз пытался достучаться до Донателло и недоумевал, почему тот не отвечает. Лео взял у него коммуникатор, увеличил громкость до предела и рявкнул: — Донателло! Просыпайся! Голова умника показалась, когда он сел, явно пробудившись от глубокого сна. Он дико огляделся, когда Лео вернул че-фон Рафаэлю, который знал, что у него самого была бы такая же реакция, поскольку обычно Лео приходилось будить их. — Мы нашли то, о чем ты говорил, — сказал Раф. — Что теперь? — А? Ах да. Да. Мм, детонаторы в светошумовых бомбах Лео. Достаньте их и прикрепите к контейнерам, один к щелочи, а два других к кислоте. Лео отделил детонаторы от бомб и передал их Феликсу, который связал провода вместе и сумел повесить их на края. — Что дальше? — Теперь вам нужно затолкнуть их в шахту. У двери должен быть узкий проход. Затем вы стреляете в детонаторы и прячетесь. Все посмотрели друг на друга. Донателло, находящийся в безопасности в лаборатории, понятия не имел, с чем они сражаются и что ждет их в этой шахте. Даже если зал был достаточно свободен, там все еще были сотни крикунов. Любой, кто войдет в эту шахту, даже в дверной проем, будет укушен. Вопрос только в том, насколько сильно. — Я сделаю это, — сказал Лео. — Ты не можешь, — сказал Майк. — Они слишком тяжелые, чтобы ты мог их сдвинуть в одиночку. Я тебе помогу. — Майк-- — Тогда мы останемся у двери, — сказал Феликс, — охранять ее, пока она будет стрелять. — И следить за этим демоном, — сказал Раф. Леонардо посмотрел на Микеланджело, но спорить не стал. Он просто схватил верхнюю часть одной из бочек и начал тащить ее к двери. Микеланджело взял две и дотащил их так же быстро. Рафаэль проверил дверь и, увидев, что путь свободен, выпустил их. Чтобы дотащить их до прохода, потребовалось меньше времени, чем они рассчитывали. Ничего не осталось после нападения демона. Когда они подошли к двери в шахту, Майк передвинул бочки так, чтобы все детонаторы были обращены в зал. Лео обнажил мечи. — Когда я открою дверь, — прошептал он, — вталкивай их так быстро, как сможешь. Майк кивнул и приготовился. Лео пнул дверь и поймал первого крикуна своим мечом, прежде чем она была полностью открыта. Майк толкал изо всех сил, но все три, даже при всей его силе, двигались мучительно медленно. Крикуны вылетали из открытой двери, как жуки, мгновенно разрезались на части и падали на пол. Майку хотелось, чтобы они могли оставить бочки только наполовину внутри, но чтобы это сработало, они должны были быть там целиком. Со своей позиции Леонардо находился под паршивым углом, вынужденный хлестать мечами по бочкам. Один из монстров прыгнул к Майку, и лидер разрубил его пополам, но это движение оставило его слишком вытянувшимся, и мгновение спустя острые зубы глубоко вонзились в его левую руку. Он вздрогнул, но не закричал, проигнорировав это на минуту, продолжая защищать своего брата. Кровь струилась по его руке ручейками, пока монстр готовился к более глубокому укусу. Внезапно бочки оказались внутри полностью, и Майк попятился, выбираясь больше из досягаемости мечей своего брата, чем крикунов. Поскольку дверь была несколько заблокирована, Лео мог позволить себе избавиться от того, что висел на его руке, и последовал за своим братом обратно по коридору, бежав в безопасное место в комнату снабжения. Когда они приблизились к двери, раздались три выстрела, а затем горячий взрыв бросил их вперед. Рафаэль поймал Майка и втянул его внутрь, а Лео, спотыкаясь, забрел следом, закрыв дверь перед ревущим пламенем. Через несколько секунд дверь стала слишком горячей, чтобы до нее можно было дотронуться. — Думаю, это сработало, — сказал Феликс. — Теперь мы должны дождаться, когда огонь утихнет. Когда Майк кивнул, что с ним все в порядке, Раф оставил его и посмотрел на своего старшего брата. Лео рухнул на пол, тяжело дыша. Он встал на колени рядом с ним и осторожно взял его за руку, крепко удерживая, когда Лео попытался отстраниться. — Дай-ка посмотреть, — сказал Раф, беря предложенный Феликсом рулон бинтов. — Все нормально, — сказал Лео. — Просто укус. — Кровь все еще идет, — возразил Раф, туго перевязывая бинты. — Должно хватить, пока Дон не сможет на это взглянуть. Лео встретился с ним взглядом, и они оба знали, о чем он думает. Что даже если они выберутся, он не задержится достаточно надолго, чтобы их брат мог за ним присмотреть. Рафаэль проигнорировал эту тему. Они могут поспорить об этом позже. — Вы не можете ждать слишком долго, — сказал Дон. — Огня достаточно для одного залпа, и он будет гореть некоторое время, но вы на шестом этаже. Вы должны идти, как только лестницы достаточно остынут. — Тогда пошли, — сказал Лео, вставая и выходя, прежде чем Раф успел его остановить. Когда люди последовали за ним, Майк положил руку на плечо Рафа, чтобы они немного поговорили наедине. — Все плохо? — он спросил. — Нет… но я боюсь, что он не сможет лезть, — Раф обменялся с ним взглядом, и они последовали за ними к шахте, вход которой превратился в расплавленную дыру. Собираясь войти, Чанта вдруг остановилась и посмотрела на них. — Эти лестницы идут до конца. Здесь нет ни плацдармов, ни комнат, где можно спрятаться. Если кто-то отстанет… останавливаться ради него будет бесполезно. Тишина. Майк и Раф смотрели на Лео, но он не смотрел на них. Выбора не было. Внутри лестницы все еще дымились, но через несколько секунд они смогут начать. Им придется уйти. Если бы они решили попробовать пройти через залы сейчас, все крикуны из шахты добавились бы ко всему, что уже бродит вокруг. Визги немногих выживших становились все громче. Феликс глубоко вздохнул и кивнул. — Тогда вот оно, — мягко сказал он. — Живем или умираем, решится прямо сейчас. Он смотрел в темноту и слушал ужасные звуки, заполнявшие ее. — Господь — мой пастырь, — прошептал он. — Я не буду нуждаться. Он покоит меня на зеленых пастбищах, Он ведет меня к водам тихим. В темноте остывающий металл стонал, сжимаясь, звуча как скорбные вопли, эхом доходящие до потолка. — Он восстанавливает мою душу. Он ведет меня по путям праведности во имя Своего имени. Привлеченные взрывом шаги демона снова стали слышны, пол загремел, как кости. Он ревел, волоча свое массивное тело по залу, и никто не знал, что произойдет, когда он достигнет шахты и большего пространства для движения. Голос Феликса стал громче, сильнее. — Да, хотя я и пойду долиною смертной тени, не убоюсь зла, ибо Ты со мной. Твой жезл и Твой посох утешают меня. Помажь голову мою елеем, чаша моя переполнена. Майк положил одну руку в руку Рафа и почувствовал ободряющее сжатие. Они сделают это. Что бы ни случилось, ни один из них не останется позади. Леонардо не потянулся к ним, и только вложил свои мечи в ножны. Ему придется восходить с силой, с которой он не знал, есть ли у него. — Поистине, благость и милость будут сопровождать меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем во веки. И они начали подниматься.