Глава 26 — Дуэльный клуб (2)

Флёр стиснула зубы. Особенно когда увидела хищную улыбку профессора Блэк, едва поднявшись на сцену. Девушка поклялась себе, что заставит Гарри поплатиться — даже если это будет последнее, что она сделает. Но Беллатрикс не стала сразу же выпускать чары. Вместо этого она повернулась к собравшимся у подножия сцены ученикам и сказала: — Во-первых, у меня к вам вопрос: сколькими способами можно не дать заклинанию попасть в вас? — Окинув взглядом множество поднятых рук, она изменила подход: — Хм, давайте так. Ученики из разных факультетов — по одному варианту от каждого. Начнём со Слизерина. Да, мистер Флинт? Пятикурсник — он вообще-то должен был быть шестокурсником, но не сумел сдать экзамены в начале года — громко ответил : — Уклонение! Насколько бы ни было опасным заклинание, оно вам не повредит, если не попадёт! — Верно. Теперь кто-нибудь из Гриффиндора. Есть ещё вариант? Да, мистер Уизли? — Какой именно? — одновременно спросили Фред, Джордж и Перси Уизли, поскольку все трое подняли руки. — Перси, ты отвечай. Гриффиндорский староста кончиком указательного пальца подвинул к переносице оправу очков и произнёс: — Защитное Заклинание может блокировать почти все чары. Исключения — Смертельное проклятие и Круциатус. — Отличный ответ! — признала профессор Блэк. Поскольку клуб был внеучебным, баллы факультетов она давать не могла — только похвалить вслух. — Ещё способы? Кто может сказать? Кто-нибудь из Хаффлпафф? Да, мистер Корт? Крепко сложенный шестикурсник с светлыми волосами и карими глазами уверенно сказал: — Блокировка, или перехват. Но для этого требуется глубокое знание проклятий, их движений палочки и контрзаклинаний, так что неопытным волшебникам и ведьмам этот способ обычно недоступен. — Как и ожидалось от начинающего дуэлянта. Идеальный ответ! Лицо парня просияло от счастья — не каждый день Беллатрикс Блэк хвалит тебя так открыто. — Теперь кто-нибудь из Рейвенкло может назвать ещё один способ предотвратить попадание вредоносного заклинания? Да, мисс Ларк? Семикурсница с короткими каштановыми волосами и карими глазами ответила: — Прервать заклинание противника на полпути. Но нужно очень точное чувство времени, так что, как и блокировка, это сложная дуэльная техника, доступная не всем. — Ещё один идеальный ответ! — сказала Беллатрикс, и рейвенкловка довольно улыбнулась. — Кроме этих четырёх, существуют ещё два способа. Но к ним мы вернёмся позже. А пока — демонстрация. — Она повернулась к блондинке, стоящей перед ней на сцене: — Начнём с уклонения. Мисс Делакур? Я буду посылать в вас заклинания — безвредные, не волнуйтесь. Просто постарайтесь уклониться. Петрификус Тоталус! Хотя она произнесла заклинание вслух, чтобы младшие ученики понимали, что именно делает, сам выбор заклинания, не имеющего видимых эффектов, дал Флер понять: Беллатрикс не собирается облегчать ей задачу. Флер быстро шагнула в сторону. Она едва успела завершить движение, как в новое положение тут же ударил багровый луч света. — Стуфефай! Флер присела, и Оглушающее заклинание пролетело над её головой, ударившись в Защитный Купол, который профессора ниже помоста наложили для безопасности зрителей. Но едва она оказалась в приседе, как следом полетел ещё один красный луч: — Экспеллиармус! У неё не осталось выбора — пришлось перекатиться в сторону. Ученики под сценой удивились её скорости. Меньше секунды — и она не только перекатилась, но и уже стояла на ногах, палочка в руке, готовая к бою. Беллатрикс прекратила обстрел и сказала: — Гарри сказал мне, что ты по утрам бегаешь. Похоже, это действительно окупилось — отличная физическая форма. Она повернулась к аудитории: — Уклонение может казаться простым, но у него есть проблемы. На мой взгляд, это выбор новичков. Оно тратит вашу энергию, делает движения предсказуемыми… Что такое, мистер Флинт? Что-то не так? — остановилась она, услышав недовольное ворчание Маркуса Флинта, недовольного тем, что его способ назвали дилетантским. — Она же уклонилась от ваших заклинаний, — упрямо сказал Флинт. — Атлетичные люди могут, да. Но что делать физически слабым или полным? Даже у такой спортивной девушки, как мисс Делакур, есть предел — рано или поздно одно из заклинаний её настигнет. Смотрите: Флёр пробормотала что-то похожее на французскую ругань себе под нос, когда Беллатрикс внезапно послала в неё невербальное заклинание. Она увернулась от голубого луча, шагнув в сторону; от второго — красного — успела уклониться, резко присев. Но избежать третьего заклятья она уже не успела. Из воздуха соткнулась тонкая верёвка, мгновенно опутывая её тело. Флёр рухнула на деревянный помост с довольно громким стуком. Из зрительного зала раздался свист — на вид вейла, плотно стянутая верёвками, выглядела… чересчур эффектно. Верёвки, созданные заклинанием несомненно Инкарцеро, вонзались в весьма показательные места… из-за чего её выдающиеся формы были подчёркнуты ещё сильнее. Беллатрикс быстро развеяла чары — лицо Флёр пылало от смеси негодования и смущения под смех студентов. Она метала в стоявшую перед ней ведьму кинжалы взглядом. Не обращая внимания на убийственный взгляд блондинки, Беллатрикс обратилась к зрителям: — Как видите, на одно лишь уклонение полагаться нельзя. Когда я колдую невербально, я могу выпускать около трёх заклинаний в секунду. Профессор Флитвик, насколько мне известно, способен творить четыре. А чрезвычайно искусные волшебники, вроде профессора Дамблдора, могут накладывать сразу несколько чар одновременно — и через палочку, и без неё, левой рукой. Как от такого увернуться? Слова Беллатрикс вызвали настоящий шок среди студентов, особенно подробность о Дамблдоре. Они, конечно, знали, что он — легендарный волшебник, но никогда не задумывались, как его сила выглядит в цифрах. Никто из молодого поколения не видел его в деле: для них он был скорее полусумасбродным стариком, любящим сладости и всегда улыбающимся. Лишь некоторые родители — те, кто участвовал в войне десятилетие назад — наблюдали собственными глазами могущество единственного мага, которого когда-либо боялся Тёмный Лорд. Вернувшись к Флёр, Беллатрикс сказала: — А теперь я продемонстрирую Щит — или, правильнее сказать, это сделает мисс Делакур. Готовы? Флёр жёстко кивнула и приняла стойку. — Ступефай! — раздалось от Беллатрикс. — Протего! — выкрикнула Флёр, и красный луч рассыпался в россыпь искр, столкнувшись с прозрачной стеной голубого света. — За такой Щит я бы поставила рейвенковцам десять баллов, будь мы на занятии. Очень неплохо! Несмотря на похвалу, Флёр продолжала хмуриться. Для человека её уровня хороший щит был не чем-то выдающимся. — В целом щит — хороший способ остановить вредоносные чары. Но помните: из трёх Непростительных проклятий два — Круциатус и Убийственное — нельзя остановить Щитом. Есть и другие Тёмные заклинания, которые могут либо обойти его, либо разрушить. Так что это полезный инструмент, но полагаться на него слепо нельзя — иначе можете сильно пострадать, — пояснила Беллатрикс. — Теперь перейдём к демонстрации Блокирования или Перехвата. Вот почему в первые два года на Защитe от Тёмных Искусств так много внимания уделяется движениям палочки, а контрзаклятья остаются основным направлением обучения вплоть до пятого курса. Мисс Делакур, прошу — бросьте в меня пару заклятий. Для Флёр это прозвучало как второе Рождество. Указав на неё белой палочкой, она произнесла: — Локомотор Мортис! Узнав движение палочки и услышав заклинание, Беллатрикс быстро, вслух, произнесла контр-чары: — Либеро! Заклинание Флёр было перехвачено ещё до того, как успело проявиться полностью. После этого она попыталась наложить Проклятие Слизняков, но Беллатрикс блокировала и его. — Как сказал мистер Корт, это продвинутая техника дуэли. Не жду, что вначале вы будете блистать, но мы постепенно к этому придём. Поэтому я и говорила, что от участников клуба мне нужна постоянность. Нужны время и усилия. А теперь продемонстрируем, как прервать чужое заклинание на середине. Как сказала мисс Ларк, тут важно только одно — время. Но при этом этот метод проще Блокирования и, честно говоря, куда надёжнее, если не сбиться с момента. Мисс Делакур? — Да, профессор? — откликнулась Флёр. — Произнесите по мне заклинание с длинной формулой. Просить дважды не пришлось. — Эверте ста… — начала Флёр, но не успела договорить: невербальное Отталкивающее заклинание ударило её прямо в грудь, отшвырнув на три-четыре шага назад. В зависимости от силы, это заклятие могло отбросить цель и на пять-семь метров— но Беллатрикс явно удержала мощь, заставив Флёр лишь слегка отшатнуться. — Это отличный способ сорвать заклинание, произносимое вслух. Представьте, кто-то пытается применить против вас Убийственное проклятие — Авада Кедавра произносится долго, тогда как формула опрокидывающего — короткая: Флиппендо. К тому же флиппендо очень просто выучить в невербальном исполнении. Так что вы потенциально можете произнести этот чар в два-три раза быстрее, чем кто-то успеет договорить Авада Кедавра. Студенты жадно ловили каждое её слово. Вот оно — настоящее дело! Именно такой и должна быть Защита от Тёмных искусств: обучение тому, как действительно защитить себя от тех, кто желает причинить вред. Волнение чувствовалось буквально в воздухе. — Итак, раз мы разобрали четыре способа, о которых вы упомянули, расскажу вам ещё о двух. Первый — парирование. Мисс Делакур, можете свободно отправить в меня любое заклинание. Флёр произнесла Оглушающее, и когда казалось, что красный луч вот-вот попадёт в Беллатрикс, та всего лишь лёгким движением кончика палочки отбила его в сторону. Студенты с восхищением смотрели, как заклинание уходит в бок, рассеиваясь о Щиты, выставленные вокруг помоста. — Парирование заклинаний таким способом — не единственная цель этой техники, — сказала Беллатрикс. — Мисс Делакур, ещё одно, пожалуйста. Флёр уже послала в неё Заклинание Отбрасывания. Но на этот раз Беллатрикс не просто отбила его в сторону — она ударом палочки направила заклинание обратно, прямо туда, откуда оно прилетело! Флёр, хоть и удивилась, всё же успела поднять Протего. — Мерлин, да это же чертовски круто! — одновременно выкрикнули Майкл и Терри. Они были далеко не единственными: другие студенты так же в восторге обсуждали увиденное. Использовать чьи-то собственные заклинания против него самого — это выглядело по-настоящему эффектно. — Последний способ остановить вредоносное заклинание — применение Трансфигурации, Заклинаний Призыва и Заклинаний Анимации. Суть в том, чтобы создать физический объект, который примет удар на себя. Это самая сильная и надёжная форма защиты: она способна остановить даже Непростительные. Однако в дуэли пользоваться ею трудно — для этого нужна большая техника. Вот почему магистров Трансфигурации вроде профессора Дамблдора и директрису Макгонагалл так глубоко уважают. В ответ среди студентов послышался недовольный гул — Трансфигурация и Призыв давались нелегко, а Анимация и вовсе считалась непростым искусством. — Ну-ну, не жалуйтесь. Чтобы защититься, вам совершенно не обязательно трансфигурировать целые бетонные блоки или оживлять огромные статуи. Смотрите. — Беллатрикс повернулась к Флёр: — Можете бросить в меня любое заклинание. Не важно, насколько опасное. Флёр, хоть и была не чужда насилию, всё же не хотела причинить вреда без причины. Она колебалась. — Доверьтесь мне, — сказала профессор Блэк, заметив её нерешительность, — со мной всё будет в порядке, что бы вы ни произнесли. Флёр кивнула: — Хорошо. — И направила на неё палочку: — Бомбарда! Одновременно Беллатрикс произнесла: — Авис! С кончика её палочки вылетела стайка жёлтых птиц, и они встретили Разрывное заклинание лицом к лицу. Две птички разлетелись в жуткие клочья, но на этом всё и закончилось: заклинание дальше не прошло. Некоторые из младших ребят вскрикнули от резкой, жестокой картины гибели созданных птиц, но затем все притихли. — Заклинание призыва птиц. Ничего особенного: его и перво-, и второкурсники могут освоить при небольшом старании. Но именно это, казалось бы, простейшее заклинание Гарри Поттер использовал три недели назад, чтобы остановить смертельное проклятие, направленное в меня. Именно эта банальная магия спасла мне жизнь, остановив один из худших существующих заклятий. Гарри зажал лицо ладонью, когда сотни голов обернулись в его сторону. Даже профессора смотрели на него во все глаза: никто ведь не знал, что тогда, в Косой аллее, произошло на самом деле. Слухам о двенадцатилетнем мальчике мало кто верил всерьёз. Трудно было представить, что ребёнок сыграл важную роль в спасении Беллатрикс Блэк. Но раз уж сама Беллатрикс это подтвердила — Гарри снова оказался в центре внимания.

***

Заканчивалась вторая неделя января, и в третьем матче Кубка факультетов по Квиддичу Рейвенкло победил Слизерин со счётом 160:0. Роджер Дэвис забил первый гол в первые же секунды игры, но уже на второй минуте их ловец поймал снитч. Матч завершился так быстро, что почти минуту зрители на трибунах не могли понять, как реагировать. Даже сами игроки Рейвенкло переглядывались в замешательстве. Сказать, что они были недовольны, — преувеличение: в конце концов, кто не любит побеждать? — но радости такой победа им тоже не принесла. Игры, по сути, не было. Их ловец выиграл матч в одиночку… …и то же самое произошло в их игре против Хаффлпаффа. Вот почему сейчас в раздевалке Рейвенкло царила напряжённая тишина. Переодевшись из квиддичных мантии в обычную одежду, капитан команды, Роджер Дэвис, сказал: — Поттер, мне нужно с тобой поговорить. По этим словам остальные игроки тактично вышли из раздевалки, оставив их наедине. Старший мальчик почесал затылок, не зная, как подобрать слова. Впрочем, по реакции остальных членов команды после победы и по общему отсутствию радости на их лицах Гарри было нетрудно догадаться, что творилось у капитана на уме. — Я слишком быстро поймал Снитч, да? — спросил Гарри сам. Лицо капитана чуть порозовело. Он кашлянул в кулак, пытаясь разрядить неловкость. Положив руку Гарри на плечо, он сказал: — Я видел это на наших тренировках и видел во время матчей. Ты один из самых талантливых игроков, которых я когда-либо встречал. И я не пытаюсь тебе льстить, Поттер, это правда. Любой, у кого есть глаза, это заметит. Я бы не удивился, если бы ты сказал, что хочешь стать профессионалом после Хогвартса… хотя с твоими оценками это маловероятно. Осознав, что он слишком разболтался, он снова откашлялся. Обычно он не смущался перед мальчишкой младше себя, так что это выглядело особенно странно. — Что я хочу сказать… — он запнулся, так и не найдя слов. В такие моменты особенно ясно ощущалось, насколько странные правила у Квиддича: один единственный игрок мог не только принести сто пятьдесят очков за один манёвр, но и самовольно закончить игру. Если только одна команда не уничтожала другую вчистую, выигрывал тот, у кого был лучший ловец. Ужасно несправедливо. Гарри сжалился над парнем и решил не давать ему мучиться дальше. «Должно быть, чертовски неловко говорить члену своей команды, чтобы тот перестал играть настолько хорошо, потому что портит всем игру», — подумал он. — Я понял, что ты хотел сказать. Давай так: в следующий раз я сосредоточусь на том, чтобы не дать другому Ловцу схватить Снитч, пока ты не дашь мне знак самому поймать его и закончить матч. Роджер Дэвис выглядел так, будто с его плеч сняли огромный груз — он был счастлив, что ему не пришлось произносить это вслух. — Пойми меня правильно. Нам невероятно повезло, что ты в нашей команде. Я бы не променял тебя ни на кого. Просто… остальным игрокам тоже нужно чувствовать, что они что-то делают, понимаешь? Гарри кивнул: — Им нужна мотивация, иначе потеряют интерес. — Вот именно! Придя к взаимопониманию, они пожали друг другу руки, вышли из раздевалки и вместе направились в сторону башни Рейвенкло. Перед тем как дотронуться до дверного молотка, чтобы услышать загадку, Роджер сказал: — Поттер. — Да? — Наш разговор… Пусть он останется между нами. Только для наших ушей. — Без проблем, приятель. Старший парень дружески легонько стукнул его кулаком в плечо. Он был рад, что Гарри не воспринял всё неправильно. С облегчением и улыбкой он постучал в дверной молоток в форме орлиной головы. Раздался чистый мелодичный голос: — Что может наполнить комнату, но не занимает в ней места? Роджер довольно улыбнулся. — О, лёгкая загадка. Ответ — воздух! Улыбка застыла на его лице, когда молоток ответил: — Неверно. Не впервые за этот вечер его щёки снова вспыхнули. — Так… что может наполнить комнату, но не занимает места… эм… — С неловкой улыбкой он повернулся к младшему мальчику. — Ты случайно не знаешь? Гарри стоило большого труда не рассмеяться. Но он сдержался — не хотел смущать того ещё сильнее. Несмотря на распределение в Рейвенкло, Роджер Дэвис никак не соответствовал стереотипу своей башни: ни ботаником он не был, ни гением. Высокий, спортивный, красивый, помешанный на Квиддиче, с оценками на уровне «лишь бы сдать» — он был типичным спортсменом. — Ответ — свет, — сказал Гарри молотку. — Верно, — прозвенел мелодичный голос, и двери распахнулись. — Увидимся, — сказал Гарри и вошёл в гостиную Рейвенкло. Роджер ещё несколько секунд стоял, как вкопанный, размышляя, как он мог не догадаться до такого простого ответа. Но когда дверь начала закрываться вслед за Гарри, он поспешил внутрь, боясь остаться снаружи и ждать следующую загадку.