Глава 33 — Последствия

«Полагаю, раз у Невилла так сильно болел шрам, это подтверждает, что он — хоркрукс, как и я когда-то,» — подумал Гарри, поднимаясь по длинной лестнице на пути к башне Рейвенкло. Внезапный, полный боли крик Мальчика-который-выжил переполошил всех. Даже после того как Невилл потерял сознание и его унесли в больничное крыло, вечер продолжить так и не смогли — прежнее хорошее настроение было безнадёжно разрушено. Что заставило Волдеморта так сорваться? Насколько он помнил, в прошлой жизни его собственный шрам причинял такую адскую боль лишь тогда, когда Волдеморт пребывал в ярости. Но, насколько ему было известно, это был первый случай, когда Невилл устроил подобную сцену на людях. «Что он замышляет?» — гадал Гарри. — «В прошлом году Невилл не сунул нос во всю эту историю с коридором третьего этажа, Квиррелл сумел украсть Камень и сбежать. Значит, Волдеморт обрёл тело примерно год назад. Кроме отправки тех десяти Пожирателей смерти, чтобы убить меня и Беллу, он больше ничего не предпринимал.» Чем больше Гарри размышлял, тем сильнее его это раздражало. Знания из прошлой жизни о будущих событиях здесь бесполезны. Да и нынешняя временная линия уже разошлась даже с версией будущего Флёр. В её будущем Волдеморт, казалось, начал активные действия в девяносто пятом, под именем Томаса Гонта… но признание исследования Беллы о магическом происхождении вынудило его действовать раньше. К тому же Флёр убила Фаджа, Амбридж и большую часть его внутреннего круга Пожирателей смерти, а он до сих пор не завербовал ни ловцов, ни прочих прихвостней… так что же он задумал? Он уже собирался постучать по орлиному кольцу на двери гостиной Рейвенкло, когда за спиной раздался тихий хлопок. — Ники? Что ты здесь делаешь? — спросил он, оборачиваясь. Перед ним стояла не кто иная, как домовая эльфийка Беллатрикс — Ники. Маленькое существо вынуло из кармана своего чистого, похожего на платье наволочного одеяния небольшой листок и, протягивая его Гарри, пропищало: — Хозяйка послала Ники передать молодому хозяину сообщение, — голос эльфийки был писклявым, но Гарри заметил, что звучал он куда менее радостно и оживлённо, чем обычно. — Что случилось? Всё в порядке? С Беллой всё хорошо? — Хозяйка не ранена, но хозяйка очень печальна. Хозяйка плакала, когда Ники уходила. Лицо Гарри изменилось. «Белла не из тех, кто легко плачет… что же произошло?» — подумал он и быстро развернул записку. Дорогой Гарри, несколько минут назад Волдеморт напал на Министерство. Он пришёл за мной — я была его целью. Не волнуйся, со мной всё в порядке, я в безопасности, в Блэкторне. Мне удалось сбежать в самую последнюю секунду. Но моим друзьям и коллегам повезло куда меньше. Сол Кроукер и ещё двое погибли. Мне нужно немного побыть одной. Но завтра утром я вернусь в Хогвартс. С любовью, Белла.

***

Она сидела, уткнувшись лицом в ладони, и горькие слёзы капали на паркет гостиной. Оценка Гарри была верной — Беллатрикс действительно не относилась к тем, кто легко даёт волю слезам. Но она всё же была человеком. И она только что потеряла трёх коллег, из которых Сол Кроукер был ей скорее другом, чем начальником. Именно он когда-то изменил ход её жизни, отправив то самое приглашение на стажировку — Беллатрикс знала от Гарри, каким мог бы быть альтернативный путь, не прими она его. На протяжении двадцати лет он оставался её наставником. Одним из немногих людей, кого она искренне уважала и кем восхищалась. А теперь его не стало. Навсегда. Тихий хлопок возвестил о возвращении Ники в гостиную, и Беллатрикс поспешно вытерла лицо рукавом блузки. Настолько гордая и сдержанная, она чувствовала себя неловко, показывая свою слабость даже домовому эльфу. Именно поэтому она и попросила Гарри в записке не приходить в Блэкторн этим вечером — чтобы он не видел её в таком состоянии. — Ты нашла его? Передала ему моё сообщение? — Магия молодого хозяина сильная, Ники сразу его нашла и передала записку, — ответила эльфийка, её длинные, узловатые пальцы сжались от беспокойства за хозяйку. — Хорошо, спасибо, Ники. На сегодня ты свободна, мне не понадобятся твои услуги до завтрашнего дня, — сказала Беллатрикс, отпуская её. — С хозяйкой всё хорошо? — нерешительно спросила домовая эльфийка. — Если Ники может что-то сделать для хозяйки, хозяйке только нужно сказать! Ники сделает всё! Тень улыбки мелькнула на лице Беллатрикс, но она покачала головой. — Не забивай свою маленькую головку. Ты ведь говорила, что тебе понравилось вырезать фигурки, верно? Вечер у тебя свободен — иди и наслаждайся. С тех пор как домовая эльфийка увидела, как Гарри почти целую неделю вырезал древние руны на огромном тотеме во дворе Блэкторна, это заинтриговало её. С одобрения Беллатрикс Ники тоже попробовала себя в резьбе. Так она и открыла для себя радость хобби — занятия, не связанного с тем, чтобы быть идеальной служанкой своей хозяйки. Гарри… кажется, всё, к чему он прикасается, становится странным или необычным. Своенравная палочка с истериками, сова умнее, чем положено, огромная змея, ведущая себя как прилипчивая собака, а теперь ещё и домовой эльф, мечтающий стать скульптором. На краткий миг эта мысль её позабавила. Но ощущение было мимолётным. Очень скоро сознание вновь вернулось к событиям этого вечера, и Беллатрикс снова погрузилась в гнетущую тоску. И всё же спустя некоторое время мысли сами собой вновь обратились к Гарри. «Я не боюсь за свою жизнь. Я не сомневаюсь в своей победе. Вопрос в другом: какой ценой она мне достанется? Кого я потеряю по дороге? Сколько близких мне людей погибнет в этой войне?» Это были слова, сказанные Гарри две недели назад, в начале пасхальных каникул, когда он вырезал из баобабового столба тотем. Так вот что он имел в виду. Выжить — и смотреть, как умирают те, кто тебе дорог… Теперь она понимала, почему он был одержим возвращением той силы, которой, по его словам, обладал в прошлой жизни. Почему стремился стать ещё сильнее, чем уже был. Она слишком хорошо знала боль утраты. По крайней мере, Сол умер быстро и без мучений, — это было единственное утешение, которое она могла себе позволить. Но вдруг она резко выпрямилась. Глаза всё ещё блестели от слёз, но больше они не текли. На лице появилось выражение твёрдой решимости. Этот ублюдок. Я заставлю его заплатить. Даже если она была недостаточно сильна, чтобы в одиночку сойтись с таким противником, как Волдеморт, в лоб, она прекрасно понимала, в чём заключаются её настоящие преимущества. Она была, без преувеличения, одной из самых влиятельных фигур в магической Британии: старший Невыразимец, представительница богатого и прославленного рода Блэков, кавалер Ордена Мерлина первой степени и, к тому же, всенародно любимая героиня. Последним двум пунктам она никогда не придавала особого значения — но отныне собиралась использовать их в полной мере. Гарри говорил, что в его прошлой жизни Министерство делало всё возможное, чтобы скрыть правду о возвращении Волдеморта. Делало вид, будто всё в порядке. Она прошла в ванную и умылась тёплой водой, смывая с лица пыль, пепел и засохшие слёзы. Взглянув на своё растрёпанное отражение, на испачканную и подпалённую одежду, Беллатрикс на мгновение задумалась, не принять ли душ и не переодеться во что-нибудь более презентабельное. Она была из тех женщин, что продолжали носить каблуки повсюду даже после того, как едва не погибли из-за этого, потеряв равновесие при неудачной попытке аппарировать во время покушения на её жизнь. Настолько сильно она заботилась о своём внешнем виде — настолько была тщеславна. Но сейчас… На это нет времени. Ей было не до прихорашивания. Не после того, как Волдеморт убил Сола Кроукера и ещё двоих её коллег-Невыразимцев. Не тогда, когда Министерство наверняка попытается замести всё под ковёр. Нет. Нужно ковать железо, пока горячо. С этой мыслью она вышла из ванной и направилась к входной двери Блэкторна. Оказавшись во дворе, Беллатрикс вытащила палочку и аппарировала. Она собиралась задействовать каждую крупицу своего политического, финансового и социального влияния, чтобы Волдеморт не ушёл от ответственности за содеянное.

***

Дамблдор, министр Боунс, глава ДМП Руфус Скримджер и множество других высокопоставленных чиновников Министерства магии собрались вместе с толпой репортёров из самых разных изданий в ныне почти полностью разрушенном Атриуме. Почти все камины были уничтожены, а величественные статуи в центре зала превратились в пепел. Практически всё было испепелено — и предметы, и люди. Когда один из немногих уцелевших каминов внезапно вспыхнул зелёным пламенем, все разом повернули головы к новоприбывшей. Не было ни одного человека, кто не узнал бы её: Беллатрикс Блэк трудно было забыть, особенно на фоне той популярности, которую она приобрела в последнее время благодаря исследованию магического происхождения и победе над десятью убийцами, покушавшимися на её жизнь. Не тратя ни секунды на приветствия или любезности, Беллатрикс почти выкрикнула, обращаясь к министру: — Я была здесь, когда он пришёл! Волдеморт вернулся! Он явился в Министерство, чтобы убить меня! По залу прокатилась волна ахов — и среди журналистов, и среди чиновников. А затем представители прессы как один начали лихорадочно щёлкать камерами, направив объективы на Беллатрикс. Это была сенсация. — Люди должны знать правду! — её голос уже почти срывался на крик. — Мисс Блэк, пожалуйста, успокойтесь. Позвольте мне… — Успокоиться?! — взорвалась она. — Сола Кроукера, Джимми Рокфилда и Шона Сент-Жермена убили у меня на глазах! Я не позволю вам замять это дело! — У меня нет такого намерения, — снова попыталась вставить министр Боунс, но взвинченная ведьма, казалось, её не слышала. — Даже если это будет последнее, что я сделаю, я клянусь своим именем, что… — Беллатрикс! — Дамблдор чуть повысил голос, и в нём прозвучала властная нота. Словно очнувшись от наваждения, Беллатрикс замолчала. — Амелия не собирается скрывать правду от людей, — спокойно, но твёрдо сказал он. — Расскажите нам всё, что знаете. Проведите нас через произошедшее шаг за шагом. Именно в такие моменты обычным людям выпадал шанс воочию увидеть, что именно делало Альбуса Дамблдора силой, с которой приходилось считаться. Дело было не только в его умении владеть палочкой, принесшем ему всемирную славу; та аура власти, которую он излучал, уверенность и спокойствие, проистекавшие из осознания собственной непревзойдённости, зачастую были достаточны, чтобы сломить противника ещё до того, как бой вообще начинался. — Я была целью Волдеморта, — начала Беллатрикс. Заметно успокоившись, когда поняла, что Амелия Боунс не собирается, подобно страусу, прятать голову в песок, она принялась излагать события того вечера. — Его десяти Пожирателям смерти не удалось выполнить задачу в прошлом году, а Непростительное заклятие Империус, которое он наложил на мистера Кроукера несколько недель назад, не принесло никаких результатов. Поэтому он решил сделать всё собственными руками. Мы попытались задержать его до прибытия авроров, но он неожиданно применил проклятье Адского Пламени. Против демонического пламени мы были бессильны. Всё закончилось за считанные секунды. Мне просто повезло уйти живой… Рассказывая о произошедшем, Беллатрикс слегка искажала правду. В глубине души она знала: причина их столь стремительного поражения крылась в том, что Кроукер, став свидетелем гибели двух своих друзей, потерял самообладание и сам применил Адский огонь. Останься он спокойным и собранным, вдвоём — опытная дуэлянтка Беллатрикс Блэк и глава Отдела тайн — они вполне могли бы сдерживать Волдеморта ещё несколько минут, пока не подоспели бы авроры и не навалились на Тёмного лорда всем скопом. Но мистер Кроукер утратил хладнокровие и поступил безрассудно. Итогом стала его смерть и её собственное чудесное спасение. Впрочем, сейчас нет смысла порочить его имя и наследие. Никто, кроме неё и Волдеморта, не знал, как всё произошло на самом деле, а уж Волдеморт точно не выйдет на публику, чтобы оспаривать её слова. Сол Кроукер войдёт в историю как мученик, как герой — а не как человек, позволивший гневу и горю затмить рассудок и толкнувший себя к роковой ошибке.

***

Хаос охватил не только учеников Хогвартса, когда новость о возвращении Волдеморта стала достоянием общественности, — вся магическая Британия переживала смутные времена. Паника и страх сжали сердца людей. Террор Тёмного лорда десятилетней давности был ещё слишком свеж в памяти: даже сейчас подавляющее большинство по-прежнему боялось произносить его имя вслух. Нетрудно представить, какие чувства кипели в душах людей, узнавших, что Волдеморт дерзко напал на Министерство магии и применил Файендфайр, уничтожая и убивая всё на своём пути. События субботней ночи затронули не только широкую публику и обычных граждан. Гарри тоже не остался в стороне. — Ты уверен? Я думала, ты любишь квиддич больше всего на свете, — сказала Флёр, когда они обедали в Большом зале. — Да и Дэвис выглядит так, будто он в двух секундах от того, чтобы кого-нибудь убить. Гарри усмехнулся её шутке. Был понедельник, и первым делом этим утром, ещё за завтраком, он подошёл к капитану команды Рейвенкло по квиддичу, чтобы сложить с себя обязанности ловца. Прошло уже несколько часов, но гнев Роджера Дэвиса, казалось, ничуть не поутих. — Я люблю квиддич. Я люблю летать. Но как я могу беззаботно носиться по полю и играть в квиддич, когда Белла едва не погибла два дня назад? Вместо того чтобы тратить столько часов впустую, я могу использовать это время для работы над своим проектом. — Всё ещё возишься с тотемами? — с интересом спросила Флёр. Идея заимствования силы у духов её интриговала. — Землесковывающий тотем я уже закончил. Сейчас работаю над вторым — вуду-тотемом. Пока они болтали о пустяках и ели, Флёр легко потянула его за рукав: — Эй, смотри, — сказала она и показала ему статью на третьей странице Ежедневного пророка. Печально известный оборотень Фенрир Грейбек сбежал из-под стражи ДМП Известный своей жестокостью по всей Европе, Фенрир Грейбек уже давно являлся объектом пристального внимания департамента магического правопорядка. С тех пор как министр Боунс заняла свой пост и увеличила финансирование ДМП, ресурсы и численность авроров позволили вдвое нарастить усилия по поимке преступников. Именно так три дня назад Фенрир Грейбек наконец был захвачен отрядом из пяти авроров под командованием старшего аврора Кингсли Шеклболта. Министерство ещё не успело обнародовать новость о его поимке, когда Сами-Знаете-Кто совершил нападение на Министерство. Вот что по этому поводу заявил глава ДМП Руфус Скримджер: — Нам всем известно, что первой целью Того-Кого-Нельзя-Называть была старший Невыразимец Беллатрикс Блэк. Однако время его атаки слишком уж совпадает с моментом ареста Грейбека. Мы подозреваем, что изначально это и было частью его плана — убить двух зайцев одним выстрелом и одновременно освободить своего последователя. С сожалением сообщаем, что Фенриру Грейбеку удалось сбежать из камеры содержания во время атаки Того-Кого-Нельзя-Называть. Тем не менее мы заверяем, что ДМП делает всё возможное, чтобы как можно скорее задержать этого опасного преступника… Дойдя до этого места, он перестал читать статью дальше и фыркнул. — Не могу сказать, что удивлён. Типичная некомпетентность Министерства, ничего нового. — Мне это кажется немного странным, — сказала Флёр. — Мм? И чем же? — отозвался он, накладывая себе новую порцию картофельного пюре и куриной печени. — В моём будущем Грейбека так и не поймали, — тихо произнесла девушка. — Мало того что его не поймали — он собрал огромную стаю оборотней вместе с Ремусом Люпином, после того как примкнул к силам Гонтов. Они убили слишком много людей. Моего бывшего мужа Грейбек тоже атаковал лично. Закончив фразу, она замерла с рассеянным, отрешённым взглядом. Казалось, Флёр утонула в собственных воспоминаниях. — Бывшего мужа? — переспросил он. — За кого ты вышла замуж в своём будущем? Дай угадаю… за Билла Уизли? Флёр тут же вернула лицу привычное спокойное выражение. — Я не хочу об этом говорить. Он посмотрел на неё с явным раздражением. — Ты вообще понимаешь, как это сейчас бесит? Зачем начинать, если не собираешься продолжать? — Прости, ’Арри. Это… — она запнулась. — Даже спустя столько лет это всё ещё слишком больно. Я не могу. Не хочу говорить об этом. Некоторое время они сидели в молчании. — Всё в порядке, — сказал он наконец. — Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать. Он повернулся к ней и серьёзно посмотрел ей в глаза. — Но ты не можешь вечно держать всё в себе. Я знаю, что ты умеешь закрывать чувства и воспоминания с помощью Окклюменции, но у этого есть предел. Окклюменция не всемогуща. Рано или поздно ты сорвёшься. И чем дольше будешь это откладывать, тем опаснее будет срыв, когда он всё-таки случится. Говорю по собственному опыту. Флёр не нашла, что возразить. — Тебе не обязательно говорить об этом со мной, если тебе некомфортно, — продолжил он. — Найди кого-нибудь, кому ты сможешь доверять, и… — Нет никого, кому я доверяла бы больше, чем тебе, ’Арри, — искренне сказала она. Он положил ладонь поверх её руки на столе и слегка сжал, стараясь успокоить. — Когда будешь готова поговорить — я рядом, — сказал он. — Спасибо, — ответила Флёр и тоже сжала его руку. Несколько мгновений они сидели, держась за руки. В конце концов Гарри прочистил горло. — Эм… Флёр? — Да? — Я вообще-то ещё не доел. Мне, э-э, нужна моя рука. Отпустишь? — Не-а. Ешь правой рукой. Ты ведь амбидекстр, верно? После того как Волдеморт в прошлой жизни отсёк ему правую руку, Гарри научился пользоваться левой. В этой жизни, будучи снова целым, он одинаково хорошо владел обеими руками, но за годы без правой всё же привык к левой. А сейчас именно её держала Флёр. Более того — чтобы он точно не вырвался, она переплела их пальцы. — Флёр? — Да-а…? — протянула она кокетливо. — Люди начинают на нас пялиться. — И что? — А вот мне не всё равно! — прошипел он себе под нос, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Белла вообще смотрит на нас, как ястреб! — О-о-о! Вот это действительно редкое зрелище! Маленький ’Арри смущается… — проворковала она, широко улыбаясь. Она повернула голову к столу преподавателей и, поймав взгляд профессора Блэка, удерживала зрительный контакт пару секунд, после чего ухмыльнулась. А затем наклонилась и звонко чмокнула Гарри в щёку. После этого Гарри резко вскочил. — Мне нужно в уборную, — выпалил он и, дёрнув руку, вырвался из хватки Флёр, после чего почти бегом направился к большим дверям Большого зала, пунцовый до корней волос. Её звенящий смех за спиной заставил его покраснеть ещё сильнее — жар расползся по шее и ушам. — Боже, как же я ненавижу это молодое тело, — проворчал он, торопясь в мужскую уборную, чтобы плеснуть холодной водой в лицо и прийти в себя. Мысленно я взрослый, — напомнил он себе, — но это предательское, гормональное тело подростка каждый раз реагирует на её поддразнивания. Впрочем, успокоился он довольно быстро. Возвращаясь в Большой зал, чтобы продолжить обед, Гарри подумал: Пора нормально познакомить Беллу и Флёр. Нам нужно вместе обсудить планы на будущее. Он ценил мнение и опыт Беллатрикс. К тому же после гибели Сола Кроукера и ещё двух Невыразимцев она, казалось, твёрдо решила полностью включиться в грядущую войну. Гарри не хотел, чтобы она шла против Волдеморта вслепую и в одиночку. Он хотел, чтобы она была рядом с ним. Примечание автора: Околосмертный опыт Беллы заставил Гарри отказаться от игры в квиддич, чтобы направить всё свободное время на восстановление и переработку своих тотемов. Что касается шаманизма и тотемов — подробнее об этом будет рассказано чуть позже, по ходу сюжета. Пока скажу лишь одно: так же, как волшебники уровня Крэбба и Гойла находятся на порядки ниже калибра Дамблдора, среди шаманов существует такая же разница в силе. В прошлой жизни Гарри достиг вершины этого магического искусства; большинство шаманов даже близко не подходят к его уровню, так что не стоит считать, будто все шаманы априори чрезмерно сильны. Есть ещё несколько важных моментов, о которых необходимо поговорить, но здесь я на них останавливаться не буду — они будут постепенно раскрыты в самой истории. И, в качестве небольшого отступления: я также планирую немного сместить фокус повествования в сторону романтической линии. По мере того как персонажи будут взрослеть, ожидайте лёгкого увеличения экранного времени, посвящённого дружбе Гарри и Флёр и зарождающемуся между ними чувству. Надеюсь, глава вам понравилась. До следующей встречи!