Глава 44 — Год спустя

Яркие фейерверки расцвечивали ночное небо, на поле танцевали несколько десятков потусторонне прекрасных девушек, а на трибунах более ста тысяч волшебников и ведьм вопили и ликовали. Ничто не могло сравниться с тем электризующим ощущением, которое охватывало каждого, кто присутствовал на финале Кубка мира по квиддичу. Но в этот момент для Гарри всё остальное исчезло. Всё — кроме крошечного золотого отблеска высоко в небе. — Снитч! Смотри, Флёр, смотри! — воскликнул он и с энтузиазмом потянул её за руку. — Где? — спросила она и поднесла к глазам омниокуляры, глядя туда, куда он указывал. — Прямо над средним кольцом ирландцев. Аргх! Да что же делает Крам?! — выкрикнул он в отчаянии. Даже зная, куда смотреть, Флёр не смогла разглядеть крошечный и ускользающий снитч. — Я его не вижу! — сказала она. — Я тоже, — донёсся голос из-за их спин. Это была довольно привлекательная женщина с длинными зелёными волосами и разрисованным в цвета ирландского флага лицом. На ней был шарф с эмблемой сборной Ирландии по квиддичу и тёмно-зелёное пальто с именами охотников ирландской команды. Этой девушкой была не кто иная, как Нимфадора Тонкс. Она была ярым фанатом квиддича, и рядом с ней находился трезвого вида Сириус Блэк, который всякий раз, когда ирландские охотники забивали гол, надрывал голос от восторга, разительно контрастируя со своим публичным образом респектабельного главы рода Блэков. Это был финал 422-го Кубка мира по квиддичу. На дворе стоял 1994 год. Точно так же, как и в воспоминаниях Флёр и Гарри, за главный трофей сражались Ирландия и Болгария. Внезапно слева от Гарри раздался крик: — ЭТО КРАМ! ОН ЗАМЕТИЛ СНИТЧ! Гарри посмотрел на источник голоса так, словно увидел их впервые. Пухлый мальчишка лет четырнадцати, перегнувшись через перила перед своим местом, орал во всю глотку от восторга. Рыжеволосая компания вокруг него была не менее шумной и неугомонной. Невилл Долгопупс, Гермиона Грейнджер, Рон, Джинни, Фред и Джордж Уизли визжали как сумасшедшие, наблюдая, как Виктор Крам уходит в свободное падение, пикируя к земле головой вниз. Даже вечно серьёзный Перси вёл себя неистово. К облегчению и Гарри, и Флёр, семья Уизли не оказалась среди тех волшебников и ведьм, что погибли при якобы маггловском взрыве Великой пирамиды в Гизе. Впрочем, Гарри не стал долго на них смотреть и вновь перевёл взгляд на поле. Матч удивительно напоминал тот, что он помнил, вплоть до того момента, когда ирландский ловец клюнул на финт Крама и с болезненным грохотом врезался в землю. Разумеется, Гарри не помнил всех деталей — в его воспоминаниях с тех пор прошло почти тридцать лет, — но ключевые моменты он удержал. В конце концов, это был первый профессиональный матч по квиддичу, который он когда-либо видел, и он занимал особое место в его сердце. Почти тридцать лет прошло с тех пор? Чёрт, какой же я старый… — рассеянно подумал он, наблюдая, как целители проверяют состояние ирландского ловца на поле. Вид Гермионы и Уизли, собравшихся вокруг Невилла, наполнил его ностальгией. Он вспомнил свою прежнюю жизнь — до возвращения Волдеморта, когда он был ещё невинен, не видел смерти Седрика Диггори, не пережил гибели Сириуса, не запятнал руки кровью десятков тёмных волшебников и ведьм во время войны. И всё же, оглянувшись на людей вокруг себя в этой жизни, Гарри не почувствовал зависти к юному Невиллу, который, казалось, занял его место в этом мире. — Что такое? — Флёр опустила омниокуляры и посмотрела на него, уловив его взгляд. — Ничего, — с улыбкой ответил он и покачал головой. Он любил девушку, которая, казалось, любила его ничуть не меньше — они были вместе уже почти два года. К тому же рядом находилась и его большая семья: позади сидели Сириус Блэк и Тонкс, справа — Флёр, слева — маленькая Габриэль. А Жан и Аполлина Делакур находились рядом с Андромедой и Тедом Тонкс. Что до Беллатрикс, она уделяла игре куда меньше внимания, чем беседе с супругами Долгопупс и министром магии Амелией Боунс. Гарри было странно видеть, как замкнутый исследователь вроде неё так легко ладит с людьми. Ну, теперь она глава Отдела Тайн. Полагаю, больше не может просто зарываться с головой в лаборатории, как раньше. Нужно поддерживать отношения с другими важными фигурами Министерства — от этого ведь зависит финансирование её отдела, — с усмешкой подумал он. После гибели Сола Кроукера от руки Волдеморта пост главы Отдела Тайн оставался вакантным несколько месяцев. Но как только закончился второй учебный год Гарри — к великому сожалению всех учеников Хогвартса, — Беллатрикс перестала преподавать Защиту от Тёмных Искусств и вернулась в Министерство. Хотя она и не была единственным старшим невыразимцем отдела, достижения Беллатрикс Блэк за прошедшие годы и её революционные исследования Магического Происхождения сделали своё дело — ни один из коллег даже не осмелился оспорить её право возглавить Отдел Тайн. И всё же Гарри слегка удивляло, насколько близкими казались её отношения не только с министром магии Амелией Боунс, но и со знаменитой четой Долгопупсов — куда более близкими, чем он ожидал. Хм. Она ведь спасла им жизнь. И Невиллу тоже. А карьера Амелии Боунс резко пошла в гору после исследования Беллы о Магическом Происхождении… Благодаря редким разговорам с Сириусом Гарри в общих чертах знал текущую расстановку сил в Визенгамоте. Из-за того, что так много чистокровных было убито так называемым серийным убийцей, а также из-за десяти Пожирателей смерти, погибших при попытке покушения на Гарри и Беллу в Косой аллее, одни чистокровные семьи вымерли полностью, а у других просто не осталось совершеннолетних представителей, способных занять места и голосовать. К тому же спустя два года после публикации исследование Магического Происхождения стало общепринятым. Полукровки и даже магглорожденные теперь постепенно, но уверенно начинали закрепляться в структурах Министерства. Магическое сообщество наконец-то начинало принимать очевидное: чистота крови не равна силе или мастерству. К примеру, нынешним главой Отдела Магических Игр и Спорта была магглорожденная ведьма — после того как предыдущего руководителя, Людо Бэгмена, уволили за несколько коррупционных дел, включая использование средств Министерства в личных целях, а именно для азартных игр. Это был первый случай в истории Министерства магии Великобритании и Ирландии, когда столь высокий пост занял магглорожденный. Мысли Гарри оборвались в тот момент, когда болгарский ловец Виктор Крам, казалось, наконец заметил снитч и рванулся к нему.

***

— Если бы кто-нибудь увидел тебя сейчас, подумал бы, что ты нищий золотоискатель, а не миллионер. Убери эту идиотскую ухмылку с лица, Сириус, мне за тебя стыдно. Эти колкие слова принадлежали не кому иному, как Андромеде Тонкс, которой в этот момент было неловко из-за своего родства с Сириусом Блэком. Сам же виновник лишь раскатисто расхохотался, ничуть не задетый её замечанием. — Нет денег слаще тех, что достались из ниоткуда. Ах, единственное, о чём я жалею, — что не поставил больше! В то время как Сириус пребывал на седьмом небе от счастья, со стороны тех, кто стоял напротив него, доносился характерный скрежет зубов. — Ты получил своё золото. Чего ты ещё здесь торчишь? Убирайся, волшебник! — рявкнул гоблин, сжимая рукоять огромного топора. Для алчных гоблинов потерять столько золота за один раз было хуже, чем лишиться члена семьи. Надо признать, в этот раз Сириус Блэк действительно сорвал куш. Воспользовавшись знанием будущего, которым обладала Флёр, Гарри убедил Сириуса сделать ставку. И, вопреки тому, как он выглядел в глазах посторонних — глава прославленного и древнего рода, — к удивлению даже самого Гарри, уговорить его оказалось проще простого. Опасаясь, что гоблины могут повести себя нечистоплотно и не выплатить выигрыш из-за того, что Гарри и Флёр были несовершеннолетними, они использовали деньги Сириуса из его сейфа, чтобы поставить от его имени — разумеется, без ведома Беллатрикс и родителей Флёр.

***

Позднее тем же вечером лагерь волшебников утонул в празднике. В отличие от прошлой жизни Гарри, никаких Пожирателей смерти не было — никто не нападал на людей и не сеял массовую панику, поднимая в небо Тёмную Метку. Всё проходило спокойно. Как однажды сказал Гарри Артур Уизли в прошлой жизни, волшебники просто не могут удержаться от желания покрасоваться друг перед другом, когда собираются вместе. Похоже, и в этом мире всё было так же. Ведьмы и волшебники со всего света выставляли напоказ впечатляющие, порой откровенно вычурные палатки, а вокруг мелькали всевозможные магические спутники — феи, единороги и даже несколько фениксов. Хотя далеко не все из ста тысяч зрителей остались после матча, примерно половина решила задержаться, чтобы отпраздновать победу или просто напиться и забыть разочарование от поражения любимой команды. Министерство магии даже привлекло помощь французского, испанского и болгарского Министерств, подключив их авроров, чтобы хоть как-то поддерживать порядок и не допустить, чтобы пьяные и разнузданные волшебники нарушили Статут Секретности. Хотя с роковой ночи финала Кубка мира по квиддичу в прошлой жизни Гарри прошло почти тридцать лет, он до сих пор помнил большую часть тех событий. Страх и гнетущее предчувствие, которые он испытывал тогда, будучи мальчишкой, при виде обезумевшей толпы, в панике мечущейся во все стороны, при виде зловеще парящей в небе Тёмной Метки… этого Гарри забыть не мог никогда. И всё же настоящее не могло быть более непохожим на прошлое. Сейчас Гарри был вместе с Сириусом — снаружи их чёрной, похожей на замок палатки — и они разводили огонь для барбекю. Он прекрасно понимал, что этот Сириус не был его крёстным отцом, но за более чем три года, проведённые в этом мире, границы между двумя образами в его сознании постепенно стёрлись. — Я удивлён, что ты так охотно согласился на ставки, — с усмешкой сказал Гарри. Сириус испуганно огляделся по сторонам, прежде чем бросить на него укоризненный взгляд. — Закрой рот! Если Белла узнает, она мне голову открутит. Гарри тихо прыснул от смеха и взмахом руки попытался сложить камни вокруг костра квадратом. — Эй! Половина удовольствия от барбекю — это сам процесс готовки! Использовать магию для всего подряд — значит убивать в этом всю магию! Гарри тут же поднял руки в знак капитуляции и отступил. — Понял, мистер Блэк, приношу извинения. — Ах ты мелкий засранец, клянусь Мерлином… — Между прочим, я с прошлого года на пару сантиметров подрос! — парировал Гарри, и Сириус расхохотался. Рост всегда был для него больной темой в детстве. Но теперь, в свои четырнадцать, Гарри действительно начал вытягиваться. Долгожданный скачок роста наконец-то наступил: голос стал чуть ниже, ноги — длиннее, да и веса он немного набрал, больше не выглядя худосочным мальчишкой, а вполне здоровым подростком. Момент был настолько домашним и спокойным, что Гарри — уже не в первый раз с момента своего перерождения — почувствовал, как сердце наполняется благодарностью к Смерти за шанс прожить такую жизнь. Они шутили, болтали, и в какой-то момент Сириус сказал: — Когда я был моложе, я частенько захаживал в подпольное казино в Лютном переулке. На его лице мелькнула тень ностальгии, и он едва сдержал смешок, когда в памяти всплыло особенно забавное воспоминание. — Вообще-то я держал себя в руках. До безумия дело не доходило. По крайней мере, если сравнивать с моим братом. Регулус… ну, он был заядлым игроком. Других слов тут не подберёшь. Не раз бывало, что он воровал из дома старинный фарфор или магические артефакты, чтобы расплатиться с долгами. Мать была в ярости, когда узнала, что её идеальный мальчик вот так спускает семейное состояние. После этого ему месяцами не давали ни кната, — Сириус усмехнулся. — Простили его только после того, как он примкнул к движению за чистоту крови. На последних словах весёлое выражение на лице Сириуса померкло. — Он стал Пожирателем смерти? — спросил Гарри. — Да. Сначала — просто чтобы вернуть расположение матери. Но со временем он и вправду начал верить во всю эту чушь. Не знаю, что именно Тёмный Лорд ему наговорил или сделал, чтобы так его очаровать. Дошло до того, что он даже угрожал мне, когда я отказался к ним присоединиться. Некоторое время они молчали; смех и музыка из соседних палаток теперь звучали особенно отчётливо. — Почему ты сам к ним не примкнул? Тётя Белла говорила, что была близка к тому, чтобы стать Пожирателем смерти. По её словам, род Блэков раньше был буквально помешан на чистоте крови, — сказал Гарри. Сириус пожал плечами и веткой пошевелил поленья в костре, меняя их положение. — Я никогда по-настоящему не верил во всё это чистокровное превосходство, — сказал он и, заметив удивлённое выражение лица Гарри, пояснил: — Да ты сам посмотри. Величайший волшебник последних двух столетий — полукровка. Альбус Дамблдор. Грин-де-Вальд, самый страшный волшебник недавней истории, был чистокровным — и всё равно проиграл. То же самое и с Тёмным Лордом: он всегда избегал личных поединков с Дамблдором. Так скажи мне — как чистокровные могут заявлять о своём превосходстве, если самый могущественный волшебник в мире — полукровка? К тому же в школе лучшей ученицей на нашем курсе была магглорожденная девушка. А, точно… если подумать, это была твоя мать. Лили Эванс, верно? Гарри кивнул. — Вы были близки? — Не особо. Я — слизеринец, она — гриффиндорка. К тому же, когда я учился в Хогвартсе, гражданская война начинала набирать обороты, и отношения между нашим факультетом и остальными были напряжёнными. Да и Регулус был тем ещё стукачом. Представь, что бы сделали родители, если бы он донёс им, что я якшаюсь с магглорожденными. Несмотря на эти слова, Сириус улыбнулся, говоря о брате. — А что с ним случилось? Ты ведь никогда раньше ничего о нём не рассказывал. Только то, что он погиб. — Рассказывать особо нечего, — сказал Сириус, подбрасывая в костёр ещё несколько поленьев. — Он связался не с той компанией. Во время одного из рейдов Пожирателей смерти на дом сотрудника Министерства они столкнулись с отрядом авроров. Подробностей я не знаю, но в тот раз Пожиратели проиграли — это было сразу после того, как Барти Крауч дал аврорам право применять смертельную силу и даже Непростительные против сил Тёмного Лорда. Регулус оказался всего лишь одним из многих, кто погиб той ночью. Он тяжело вздохнул. — Я говорил ему, что добром это не кончится. Говорил, чтобы он не лез в это, потому что свержение правительства без веской причины никогда ничем хорошим не заканчивается. Но он не слушал. Тёмный Лорд его одурачил. Когда я сказал ему это в лицо, мы даже подрались. Мы… мы наговорили друг другу много жестоких слов… Это был последний раз, когда я видел его живым. В последний раз, когда мы смотрели друг другу в глаза, мы только и делали, что проклинали друг друга. И вдруг Сириус резко хлопнул в ладони. — Так, всё, хватит этой унылой болтовни. Белла! Мясо ещё не готово? — крикнул он. В ответ из палатки донёсся крик: — Ещё пять минут! Это был не голос Беллатрикс. Это был звонкий, детский голос. Гарри и Сириус одновременно улыбнулись, услышав крик Габриэль. Месье Делакур и мистер Тонкс ушли в ближайший лес за дровами, Сириус с Гарри занимались костром, две сестры Делакур вместе с матерью готовили гарниры, а сёстрам Блэк поручили мясо. — Кстати, а где Тонкс? — спросил Гарри. — Она сразу после матча куда-то пропала. Сириус демонстративно оглянулся через плечо, будто проверяя, не подслушивает ли кто, и заговорщицки прошептал: — Скорее всего, улизнула на свидание с одним из Уизли. У Тонкси появился парень. Глаза Гарри удивлённо расширились. — С Уизли? Почему я слышу об этом впервые?! И кто же этот счастливчик? Сириус усмехнулся, заметив, с каким интересом Гарри отнёсся к личной жизни Нимфадоры Тонкс. — Старший. Билл. Заметив выражение лица Гарри, Сириус прищурился: — Эй, что это за мина? Он хороший парень, я его проверил. Гарри невольно улыбнулся, уловив сходство между Сириусом и Беллатрикс. Точно так же, как Беллатрикс когда-то использовала свои связи в Министерстве, чтобы проверить прошлое Флёр, Сириус, похоже, сделал то же самое — убедился, что Тонкс не связалась с кем попало. — Он отлично сдал СОВ и ЖАБА, у него хорошо оплачиваемая работа разрушителя проклятий в Гринготтсе. К тому же он симпатичный, и я слышал о нём только хорошее. Не из тех, кто прыгает с цветка на цветок… — То есть не бабник, как ты? — поддел его Гарри. Увидев, как Сириус поперхнулся собственной слюной, Гарри расхохотался. — Всё. Мяса тебе сегодня не будет. С этого момента ты на диете из жареных овощей. Гарри фыркнул. — Очень хочу посмотреть, как ты это провернёшь при Флёр, тёте Белле и будущей тёще. Посмотрим, хватит ли у тебя смелости. Внезапно пронзительный девичий визг оглушил Гарри на одно ухо, и в следующую секунду его буквально выдернули с места и заключили в медвежьи объятия. Женщина сдавила его так, что из него едва не вышел весь дух. Пока они разговаривали, женская половина семьи вышла из палатки: девочки Делакур несли тарелки и миски с салатами, а сёстры Блэк — блюда с разным мясом. Мадам Делакур как раз услышала, как Гарри назвал её своей «будущей тёщей». У француженки не было ни единого шанса. Как, впрочем, и у самого Гарри. Переполненная умилением, Аполлина бросила тарелки прямо на землю и стиснула Гарри в захватывающих дух объятиях. Даже будучи почти задушенным будущей тёщей, он не упустил возможности бросить в сторону Сириуса самодовольную ухмылку. С самого начала это была проигранная битва. Женщины их семьи просто обожали Гарри.

***

Не прошло много времени после ужина, как к палатке вернулась молодая аврор. На этот раз на её обычно озорном лице играла застенчивая улыбка, а руку она держала в руке высокого и красивого рыжеволосого мужчины. — А вот и она, предательница! — поддразнил Сириус. — Где ты была, юная леди? — строго спросила Андромеда, прищурившись и оценивающе глядя на мужчину рядом с Тонкс. Из них с Тедом именно Андромеда была строгим и авторитетным родителем. — Ну-ну, не будь к ней так строга, дорогая, — попытался сгладить ситуацию Тед. — Ничего плохого в том, чтобы немного повеселиться. — Ты только посмотри, что творится снаружи, Тед! — горячо возразила Андромеда. — С ней могло случиться что угодно! — Мам! Я вообще-то аврор! Я в состоянии о себе позаботиться! — раздражённо отозвалась Тонкс. Тем временем Беллатрикс и супруги Делакур наблюдали за происходящим с плохо скрываемым весельем. — Хорошо, что ты не отреагировала так же, как моя сестра, когда узнала, что у Флёр появился парень. — Ну, в защиту Гарри скажу, что, когда я увидел его впервые, он выглядел таким милым и безобидным, что я переживал скорее за него, чем за Флёр, — ответил Жан. Его жена и Беллатрикс рассмеялись. Спор двух женщин из семьи Тонкс не успел разгореться — Тонкс и Билл оказались не единственными незваными, но вполне желанными гостями. Всего через несколько минут после их появления к их условной двери подошла довольно большая компания. Это были семьи Уизли и Долгопупсов. Хотя было уже далеко за полночь, гулянья не стихали. Со всех сторон гремела музыка, а великолепные фейерверки без конца озаряли небо. Особенно усердствовали ирландские болельщики — они шумели так, что могли бы поднять мёртвых. К счастью, те, кто разошёлся по палаткам, всё же могли спокойно спать, наложив заглушающие чары. Что же до праздника у большой палатки рода Блэков, то часть гостей всё-таки разошлась по своим местам. Например, вся семья Делакур отправилась спать, включая и Флёр — она давно приучила себя к здоровому образу жизни, который включал не только утренние пробежки, но и правильное питание, и чётко выверенный режим сна. Тед Тонкс тоже покинул праздник, и Андромеда последовала бы за ним, если бы не желание присмотреть за дочерью. Надо признать, бунтарский характер Тонкс был вполне ожидаем при такой строгой матери. К слову о Тонкс — она и её только что объявившийся бойфренд буквально не могли оторваться друг от друга, с явным намерением съесть друг другу лица. Гарри подозревал, что молодая аврор делала это демонстративно, назло матери. Тем временем Беллатрикс потягивала джин вместе с Алисой Долгопупс; судя по тому, как они без причины хихикали, обе были уже изрядно навеселе. Сириус Блэк давно вырубился, уснув прямо на столе в самом разгаре вечеринки. Несмотря на то что он умел пить и славился крепкой печенью, в этот раз Сириус явно поставил себе цель напиться как можно быстрее, мешая всё подряд. Артур и Молли тоже ушли отдыхать, уведя с собой детей; Рон, Джинни, Перси и Гермиона последовали за ними. А вот близнецы Уизли исчезли куда-то ещё раньше. Если уж говорить начистоту, единственным взрослым, кто оставался трезвым, был Фрэнк Долгопупс — он присматривал за всеми, стоя рядом со своей пьяной женой. Внезапно рядом с Гарри уселся пухловатый мальчишка. — Держи, — сказал Невилл, протягивая одну из двух бутылок в руках. — Сливочное пиво. — Спасибо, но я не пью. Мне хватает чая, — ответил Гарри и сделал ещё один глоток из чашки. — Ну, значит, мне больше, — пожал плечами Невилл и сделал большой глоток из бутылки. Прошло секунд тридцать, а Гарри так и не попытался завести разговор. Невилл заёрзал на месте, явно чувствуя неловкость. — Неплохая вечеринка сегодня, а? — Вполне, — согласился Гарри. — Было весело. Молчание вновь повисло между ними. Невилл яростно почесал затылок, выдавая раздражение самим собой. — Мы в школе не так уж часто разговариваем, — начал он. — Ну, в смысле… посмотри на маму и мисс Беллу… — Гарри приподнял бровь, услышав, как он называет Беллатрикс. — Они выглядят лучшими подругами. — Ты в Гриффиндоре, я в рейвенкло. У нас не так уж много общих занятий. К тому же тебя всегда окружает армия рыжих. Если кто-то хочет с тобой поговорить, ему сначала нужно прорваться через них. — Да ладно тебе, они не такие уж и страшные! — возразил Невилл. — По-моему, Уизли отличные. — Я и не говорил, что нет. Просто большинству людей они кажутся… пугающими. К тому же ты ведь Невилл Долгопупс. Знаменитость. Невилл закатил глаза. — Это ты сражался с десятью Пожирателями смерти и остался жив, ты говоришь на змеином, ты гений, у тебя горячая старшекурсница девушка-Вейла, да ещё и потомок Салазара Слизерина… и знаменитый тут я? Гарри рассмеялся. — Засчитано. — Как это было, кстати? — спросил Невилл. — Сражаться за свою жизнь с Пожирателями смерти два года назад. Гарри внимательно посмотрел на него. И вместо правды — что те Пожиратели были для него не опаснее бродячей собаки для маггла — он рассказал о том, что чувствовал на пятом курсе, во время своего первого настоящего боя в прошлой жизни. — Помню, тётя Белла пыталась сделать со мной парную аппарацию, но из-за противоаппарационных чар споткнулась и упала. А в следующую секунду я услышал крик сзади — Авада Кедавра! — и увидел зелёный луч, летящий прямо в неё. Невилл слушал, затаив дыхание, с широко распахнутыми глазами и приоткрытым ртом. — В тот момент я почти не думал. Просто не было времени. Всё было на одних инстинктах. Я наложил заклинание Авис и спас её. — Круто! Гарри невольно улыбнулся. — После этого бой длился недолго. Адреналин хлынул в кровь, и я швырял в них все атакующие заклинания, какие только знал. Если честно, мои чары были не особо эффективны, — солгал Гарри, — но они создавали возможности, которыми тётя Белла прекрасно воспользовалась. Можешь молиться, чтобы никогда не увидеть её в ярости. То, как она расправилась с Пожирателями смерти в одиночку… ух. Словно в кино, клянусь. Искреннее изумление на лице юного Невилла заставило Гарри невольно усмехнуться. — Если честно, в прошлом году я просил мисс Беллу потренировать меня, но она отказалась, — сказал Невилл. — После смерти мистера Кроукера она стала главой Отдела Тайн. Конечно, она отказалась — у неё просто нет на это времени, — пожал плечами Гарри. — К тому же почему бы тебе не попросить родителей? Они оба опытные авроры, ветераны войны. Уж они-то точно могут научить тебя сражаться. — Мои родители не воспринимают меня всерьёз. Это секрет, но я скажу тебе правду: то, что я выжил после Смертельного проклятья Сами-Знаете-Кого в младенчестве, не имело ко мне никакого отношения. Папа говорит, что бабушка наложила очень древнее заклинание и пожертвовала собственной жизнью, чтобы защитить меня. Поэтому я и выжил. Так что я вовсе не какой-то особенный. Заметив, что выражение лица Гарри не изменилось, Невилл добавил: — Ты совсем не выглядишь удивлённым. — Ну, тётя Белла от меня особо секретов не держит. Она говорила, что, скорее всего, так и было. К тому же я слышал, что большую часть времени в Хогвартсе ты играешь во Взрывающиеся карты и шляешься по коридорам после отбоя. — И что в этом такого?! — тут же вскинулся Невилл. — То, что я не зарываюсь в учебники, как Гермиона, не значит, что я хуже! Я вообще-то лучший ученик курса по Травологии — даже лучше тебя. А по Защите от Тёмных Искусств я уступаю только тебе. Гарри усмехнулся. — Полегче, я не говорил, что ты глупый. Просто ты не прикладываешь столько усилий… сколько, на твоём месте, приложил бы я. — И что ты этим хочешь сказать? Гарри удивлённо приподнял брови. — Волдеморт вернулся к жизни. Разве это уже не общеизвестно? Тебя не пугает мысль, что, когда он начнёт действовать, ты окажешься в самом верху его списка? — Слушай, Гарри, умение превращать двух кроликов в пару тапочек не поможет мне сражаться с Сами-Знаете-Кем. Большая часть того, чему нас учат на уроках, бесполезна! Именно поэтому я и просил мисс Беллу меня тренировать. И родителей тоже. Но меня никто не воспринимает всерьёз. Ты ещё ребёнок, оставь это взрослым — да, конечно, легко говорить, когда речь идёт не об их жизнях, — в его голосе явственно звучало раздражение. — Это же твои родители. Ты хочешь сказать, что им на тебя наплевать? — Нет, нет, я не это имел в виду, — поспешно сказал Невилл. — Просто… я хочу быть готовым к худшему. Я хочу стать сильнее. Я хочу уметь защитить друзей и родителей, когда придёт этот день. После этого они замолчали; вокруг по-прежнему звучали радостные скрипки и трубы. — Ты поможешь мне, Гарри? — спустя некоторое время спросил Невилл. — Ты сильный. Намного сильнее меня и вообще любого из нашего возраста. Ты научишь меня сражаться?