Глава 55 — Хаос

Первой реакцией Гарри было выхватить палочку, но Беллатрикс резко схватила его за руку. — Ты что делаешь?! — Ты вообще видишь, что здесь происходит?! — огрызнулся Гарри и вырвал руку из её хватки. Когда его пальцы сомкнулись вокруг рукояти палочки из пихты с сердцевиной из жилы дракона, по телу разлилось знакомое тепло. — Ты в своём уме?! — выкрикнула Беллатрикс. — Ты не можешь колдовать перед всеми этими магглами! Факельное шествие снимают в прямом эфире! Если ты это сделаешь, Статут будет полностью нарушен! Но когда Гарри повернулся к ней, Беллатрикс непроизвольно замолчала. Глядя на орду инфери и беспомощных людей, отчаянно бегущих, спасая свои жизни, он сказал: — Здесь сейчас погибнут сотни людей, Белла. О Статуте я подумаю потом. Как я могу просто отвернуться от них? Взмахнув палочкой над головой, он сделал себя невидимым, наложив Дезиллюминационное заклинание. Беллатрикс тут же последовала его примеру и сделала то же самое. Если им и предстояло нарушить Статут, пусть хотя бы у Министерства не будет прямых доказательств, связывающих произошедшее с ними, кроме того факта, что они жили в Эдинбурге. Подняв палочку, Гарри выплеснул в воздух волну магии и выкрикнул: — Иммобулус! Казалось, кто-то нажал кнопку паузы на проигрывателе. Время словно остановилось: орда инферналов и толпа перепуганных людей застыли, как каменные статуи. Беллатрикс переводила взгляд с едва различимого, скрытого Дезиллюминацией силуэта Гарри рядом с ней на сотни людей и инфери, застывших вне времени, и сглотнула. В такие моменты она особенно ясно вспоминала, кем на самом деле был этот подросток, которого она почти что приняла как собственного сына. Магия настолько насыщала воздух вокруг них, что её можно было почти ощутить кожей. Но она быстро взяла себя в руки. "Я не знаю, сколько продержится его заклинание, учитывая, что на этой улице сейчас больше тысячи существ. Терять время нельзя." С этой мыслью Беллатрикс рванулась в бой. Для человека, столь хорошо разбирающегося во всём, что касалось тёмных искусств, расправа с инфери не представляла особой сложности. Единственная проблема заключалась в том, что она не могла разбрасываться заклинаниями, рискуя задеть магглов, застывших между ними. Поэтому вместо широких, поражающих всё вокруг чар ей приходилось уничтожать инфери по одному — методично и точно. Несмотря на кажущуюся безнадёжность задачи — инфери были сотни, — она не утратила решимости. Раз уж она решила последовать воле Гарри и нарушить Статут ради спасения магглов, она доведёт это до конца. Из кончика её палочки начали вырываться сгустки концентрированного пламени, словно очередь из автоматического оружия. С каждым огненным выстрелом очередной инфери превращался в пылающий человеческий факел, а через несколько секунд вспыхивал окончательно, не оставляя после себя даже костей — лишь кучку пепла. "Это совсем не обычное заклинание разжигания огня. Даже близко нет," — подумал Гарри, наблюдая за результатами её атаки. Инфери были уязвимы к огню, но обычный Инсендио не заставил бы их взрываться пеплом и уж точно не уничтожил бы за считаные секунды. "Одно из её собственных проклятий? Сильное." Но любоваться её работой он долго не мог — его сковывающее заклинание вот-вот должно было ослабнуть. Каким бы могущественным он ни был, полностью обездвижить одновременно несколько сотен людей и несколько сотен инфери и удерживать их в таком состоянии долгое время было, мягко говоря, крайне непросто. Засунув руку под плащ, он достал из внутреннего кармана на груди деревянную палочку размером с палец. Раскрыв ладонь, он позволил ей опуститься вниз, после чего та стремительно начала увеличиваться, пока не стала высотой около метра и толщиной с мужскую ногу. По мере роста стало видно, что весь деревянный столб покрыт густо выбитыми Древними Рунами. В какой-то момент Беллатрикс повернула голову, чтобы посмотреть, чем занимается Гарри, — до этого момента колдовала только она. Из-за невидимости она не увидела, что он закрыл глаза, но отчётливо услышала произнесённое им заклинание: — Хоменум Ревелио! "Что он задумал?" — мелькнуло у неё в голове. Какой смысл накладывать заклинание обнаружения людей, когда весь бульвар и так забит сотнями человек? Когда Гарри наложил заклинание обнаружения людей, он закрыл глаза. В его сознании один за другим начали вырисовываться сотни светящихся силуэтов. На лбу выступили капли пота — он изо всех сил расширял радиус действия чар дальше, чем когда-либо прежде. Никогда раньше он не использовал это заклинание таким образом. В конце концов он упёрся в предел своих возможностей. Дело было не во встроенных ограничениях самого заклинания — пределом оказался он сам. Его мозг просто не мог обрабатывать больше информации. Каждый живой человек в радиусе четверти километра от него проявился в его мысленном взоре, словно он смотрел на происходящее с высоты. Их точное местоположение и даже позы воспроизводились с безупречной точностью. Это было похоже на эхолокацию летучей мыши. "Ущерб имуществу будет исчисляться миллионами, но это всё равно лучше, чем позволить сотням людей погибнуть." Опустившись на колени, Гарри положил обе ладони на землю. Глаза оставались закрыты, всё его внимание было сосредоточено на виртуальной карте живых людей в его разуме, когда он произнёс: — Ала, богиня земли, даруй мне своё благословение и порази моих врагов! Неожиданное землетрясение сотрясло весь центральный район Эдинбурга. — Боже мой… Маги редко бывали религиозными людьми, но при виде происходящего Беллатрикс не смогла сдержать потрясения. Она была главой Отдела тайн, создала множество заклинаний и даже несколько магических артефактов. Она была знающей и искусной ведьмой, одной из лучших в мире на данный момент… Однако она никогда не слышала и тем более не видела ничего подобного за всю свою жизнь. Если наблюдение в Омуте памяти Сириуса воспоминаний авроров о том, как Гарри призвал торнадо во время столкновения с Волдемортом в резиденции Министерства, казалось сценой из сказки, то происходящее сейчас выглядело как кадр из адского кошмара. Эта сила не принадлежала человеческому миру. Как бы скептически она ни относилась прежде к шаманизму Гарри, отрицать очевидное она больше не могла. "Эта сила не из мира людей. Это сила бога." В радиусе двухсот пятидесяти метров вокруг Тотема Алы каждый квадратный дюйм земли, не занятый живым человеком, стал неузнаваем. Из почвы вырвались острые шипы из земли и камня, разрывая и пронзая всё, что находилось над ними — машины, здания, улицы и инфери. Это была настоящая бойня. Всего через несколько секунд после применения заклинания земляных шипов чары обездвиживания, действовавшие на улицу, рухнули. На мгновение лишившись ментальной устойчивости, Гарри больше не мог поддерживать Иммобулус, и магглы вновь обрели способность двигаться. Хотя они и были заморожены, всё происходящее они осознавали полностью. Перепуганная толпа в оцепенении взирала на окружающие их земляные шипы, на чудовищные количества крови и изуродованные части тел зомби, насаженные на них. Некоторое время они пребывали в шоке, не в силах осмыслить случившееся.

***

Несколько часов спустя Гарри и Беллатрикс рухнули на диван в гостиной Блэкторна, словно марионетки, у которых перерезали нити. Большую часть ночи они убивали инферналов и помогали каждому, кто нуждался в спасении. — Я никогда в жизни не была настолько измотана, — сказала Беллатрикс. Впервые она испытала состояние умственного и магического истощения. Зрение слегка плыло, в ушах стоял глухой, непрекращающийся звон, кожу жгло, будто от жара. Даже дыхание требовало сознательного усилия — ей казалось, что стоит перестать контролировать его, и она просто перестанет дышать. Не услышав ответа, она позвала: — Гарри? Эй, ты в порядке? С трудом повернув голову, она увидела, что он уже без сознания. Его лицо было бледным и покрытым потом, тело дрожало. Ему пришлось ещё хуже, чем ей. В конце концов, он всё ещё был подростком и не достиг физической зрелости. К тому же из них двоих именно Гарри применял самые изматывающие массовые заклинания. Он замораживал целые улицы и уничтожал инфери группами, тогда как Беллатрикс в основном помогала людям поодиночке — освобождала их из хватки инфери, вытаскивала из-под машин и тому подобное. Они не уничтожили всех инфери в городе — Эдинбург был слишком большим, а их было всего двое, — но ликвидировали все крупные скопления, на которые наткнулись. Полностью обессиленные, они могли оставить одиночек и остальную работу маггловским властям. Они сделали всё, что было в их силах. — Ники! На её зов домовик появилась в гостиной мгновенно. Она не стала тратить время на вопросы. Она видела их ещё в момент, когда они вошли во двор, и уже почувствовала состояние своей хозяйки. Щёлкнув пальцами дважды, она подняла в воздух и Беллатрикс, и Гарри и быстро перенёсла их в спальню Беллы. — Хозяйке не о чем беспокоиться. Ники хорошо позаботится о хозяйке и о хозяйкином Гарри, — сказала она, осторожно укладывая их на кровать. Ещё два щелчка — и с них были сняты обувь и куртки, после чего домовик накрыла их толстым и мягким одеялом. Затем Ники исчезла и вернулась через несколько секунд с четырьмя бутылками, наполненными горячей водой. Она засунула их под одеяло, прижав к телам Гарри и Беллатрикс. В завершение она щёлкнула пальцами ещё раз, наложив домовиковую версию Согревающих чар на одеяло. Несмотря на прежние слова утешения, Ники теребила свои узловатые пальцы, а на лице её было написано глубокое беспокойство. Собравшись с духом, она дрожащим голосом спросила: — Ники пойти к миссис Андромеде и попросить помощи? Ответа не последовало. Беллатрикс тоже уснула. В конце концов на лице Ники появилось решительное выражение, и она исчезла. Её хозяйка была слишком дорога ей, чтобы просто оставить всё как есть. Даже если потом её будут ругать, лучше перестраховаться, чем жалеть. Она решила немедленно отправиться за помощью к Андромеде Тонкс.

***

Было тридцать первое декабря. Обычно этот день был одним из самых счастливых в году — канун Нового года. Люди праздновали его в кругу семьи, кутя с друзьями, сходя с ума в клубах и предаваясь всевозможным излишествам. Однако сейчас атмосфера была совершенно иной. Не было ни радости, ни счастья, ни веселья, ни удовольствия. Был только страх и смерть. — Трагедия, подобной которой Соединённое Королевство ещё не знало. Согласно нашим данным, прошлой ночью погибло более тридцати тысяч человек, однако число жертв продолжает расти — сообщения о пропавших без вести и погибших поступают непрерывно. Полиция работает на пределе возможностей, армия приведена в боевую готовность и уже задействована… Андромеда Тонкс сидела, уткнувшись лицом в ладони, слушая маггловскую радиостанцию. Никто не ожидал, что подобная катастрофа обрушится так внезапно. Не было ни предупреждений, ни предвестников. Более того, большинство крупных городов Великобритании пострадали одновременно — Лондон, Бирмингем, Глазго, Бристоль, Манчестер, Ливерпуль и многие другие. Каждый аврор и каждый боевой маг, состоявший на службе Министерства магии, был брошен на подавление хаоса, но всем было ясно: это безнадёжно. Как несколько десятков человек могли сдержать армию из сотен тысяч инферналов — армию, численность которой росла с каждым убитым магглом? "Пожалуйста, вернись живой, Нимфадора," — беззвучно молилась Андромеда. Укусы и раны вроде рваных порезов и царапин, нанесённых инфери, не были смертельными для магов — их легко можно было обеззаразить Зельем Очищения Ран, которое имелось в каждом волшебном доме, так же как у большинства магглов всегда под рукой находился медицинский спирт. Кроме того, иммунная система ведьм и волшебников значительно превосходила маггловскую, когда речь шла о борьбе с чужеродными агентами. В конце концов, они были любимцами магии. И всё же это не означало, что инфери были безвредны. Дети и необученные взрослые волшебники, не знавшие правильного способа борьбы с ними — при помощи огня, — могли быть быстро подавлены и разорваны толпой инфери. Даже опытные маги не были в полной безопасности, если им приходилось сталкиваться сразу с несколькими десятками таких тварей. На поле боя могло случиться что угодно. Как мать, Андромеда не могла не беспокоиться за Тонкс, даже зная, что та более чем способна постоять за себя. Пытаясь отвлечься от тревожных мыслей о дочери, Андромеда встала и отправилась проверить Беллатрикс и Гарри. Тихо постучав костяшками пальцев в дверь спальни, она приоткрыла её и заглянула внутрь. Увидев, что они всё ещё крепко спят — было уже около полудня, — она бесшумно вошла и прикрыла за собой дверь. Но, приблизившись к кровати, она вдруг замерла. Поблёскивая зелёной чешуёй в солнечном свете, на одеяле, свернувшись кольцами на ногах Гарри, спала довольно крупная змея. Это был не кто иной, как Асмодей — или, как Гарри любил его называть, Большая Голова. Это был не первый раз, когда она видела зелёную анаконду — она много раз наблюдала, как её сестра гладила змею, когда та лежала, свернувшись, у неё на коленях. Она также знала, что Асмодей был спокойным и ленивым и никогда не проявлял агрессии. И всё же Андромеда никогда не контактировала с ним напрямую; она даже не пыталась перебороть свой врождённый страх и отвращение к змеям. Даже накладывая Диагностические Лечебные чары на спящих Беллу и Гарри, Андромеда не отводила взгляд от змеи дольше чем на пять секунд. Удовлетворившись результатами проверки, она не стала задерживаться в спальне и вышла, как только закончила. Вернувшись в гостиную, она позвала домовика Беллатрикс. — Состояние Беллы и Гарри стабильное. Им нужен только отдых. Но когда они проснутся, проследи, чтобы они нормально поели и восполнили силы. Если понадобится — заставь их есть. И пусть выпьют эти Бодрящие зелья после еды, — сказала она, передавая домовице два полупрозрачных флакона с ярко-оранжевой жидкостью. — Моя смена в госпитале начинается через два часа, но сегодня я приду раньше. После всего, что случилось прошлой ночью, помощь понадобится всем. Если что-то произойдёт — сразу зови меня, хорошо? — Ники сделает, как скажет миссис Энди! — радостно закивала домовичка, счастливая от мысли, что её хозяйка скоро полностью поправится. Когда Андромеда ушла домой через камин, Ники подошла к очагу и уселась на крошечный диванчик. Глаза домовика, похожие на теннисные мячики, наполнились слезами, пока она наслаждалась блаженством от того, что лежит на таком удобном сиденье. Этот диванчик был подарком Гарри — он подарил его ей несколько дней назад, на Рождество. Зная, как сильно её хозяйка дорожит мальчиком, Ники всегда старалась служить Гарри и заботиться о нём изо всех сил, но его рождественский подарок тронул её до глубины души. — Волшебники и ведьмы дарят подарки, когда выздоравливают после болезни… Какой подарок Ники должна подарить хозяйке и хозяйкиному Гарри? — пробормотала она себе под нос. Её большие глаза вдруг засияли, и Ники вскочила с диванчика, хлопнув в ладоши от восторга. — Ники знает! Ники вырежет памятную вещь для хозяйки и хозяйкиного Гарри! Если Гарри подарил Ники удобный диванчик, идеально подходящий ей по размеру, то и Беллатрикс не осталась в стороне. Зная, что маленькому существу понравилось заниматься резьбой после того, как она наблюдала, как Гарри вырезает свои тотемы, начиная с того Рождества она решила полностью поддерживать Ники в её увлечении и подарила ей довольно дорогой набор зачарованных инструментов для резьбы по дереву. Исчезнув из гостиной, Ники в следующее мгновение появилась в своих личных покоях — на чердаке Блэкторна. Ещё до появления Гарри в жизни Беллатрикс та относилась к Ники доброжелательно и с куда большей заботой, чем это было принято в чистокровных семьях. Чердак был довольно просторным: там стояла печка, было окно, две газовые лампы, кровать домовика с чистыми белыми простынями, стол, несколько стульев и — добавленная совсем недавно — небольшая платформа с верстаком и несколькими брёвнами.

***

Было третье января, и после суток непрерывного сна Гарри и Беллатрикс наконец снова были на ногах, полностью восстановившись. Беллатрикс сейчас находилась на совещании с высшими чинами Министерства магии, а он завтракал поздним утром в Блэкторне. Намазывая ломтик хлеба кислой вишнёвой пастилой, Гарри невольно перевёл взгляд на деревянную резьбу, лежащую на столе. Она была совсем небольшой — около семи дюймов в высоту и четырёх в ширину, — но удивительно детализированной. Это была изящная фигурка совы, сидящей на ветке дерева, поразительно точная копия живого существа — она очень напоминала Хедвиг. Это был подарок «на выздоровление», который Ники преподнесла им с Беллатрикс, когда они проснулись. Хотя у Гарри не было профессионального взгляда скульптора, он без труда мог сказать, что маленькое существо вложило в эту работу всю свою душу. В этот момент, хлопая крыльями, Хедвиг опустилась на подоконник и постучала клювом в стекло. Гарри невольно улыбнулся, увидев свою красавицу-сову, и тут же поднялся, чтобы впустить её. — Эй, подожди, не лезь ко мне, ты же меня всего намочишь! — сказал Гарри, пытаясь удержать чрезмерно ласковую птицу на расстоянии. Безрезультатно. Хедвиг не собиралась принимать отказ. Беспомощно улыбнувшись, Гарри развязал свёрнутый рулон пергамента, прикреплённый к её лапе, а затем обнял её одной рукой, другой аккуратно стряхивая снежинки с головы и спины. Ещё до того, как Гарри успел осознать своё желание, Ники появилась на кухне с маленьким подносом, на котором лежали бекон и жареная куриная печень, и поставила его на пол перед камином. Предупреждения не последовало — Хедвиг вырвалась из его рук и стрелой рванула к подносу с мясом. Гарри тихо рассмеялся: как бы сильно Хедвиг ни любила поглаживания, объятия и ласку, бекон она, похоже, любила куда больше. — Если ты ещё потолстеешь, скоро вообще летать не сможешь, — сказал он. В ответ Хедвиг возмущённо тявкнула, на мгновение забыв о еде. Когда Гарри расхохотался, она с возмущением ухнула ещё раз, после чего демонстративно повернулась к нему спиной и полностью его проигнорировала. Покачав головой, глядя на выходки своей совы, Гарри развязал бечёвку, удерживавшую лист пергамента. Это был свежий номер Ежедневного пророка. Стоило ему пробежать глазами первую полосу, как улыбка исчезла с его лица. Лондон разрушен армией инферналов. Маггловские вооружённые силы патрулируют крупные города Великобритании, используя тяжёлое вооружение и технику. Волшебникам и ведьмам рекомендовано не покидать свои дома. Как защитить себя от нападения инфери. Но больше всего Гарри встревожил заголовок: Статут о секретности полностью нарушен в Эдинбурге. В статье говорилось о том, как сотни магглов стали свидетелями действий почти невидимого существа, которое обрушивало струи огня на движущиеся трупы, поднимало из земли каменные копья и пронзало ими зомби, левитировало разбитые машины и вытаскивало из них застрявших людей. Были даже две движущиеся фотографии, снятые с большой высоты: на них было видно, как целая улица внезапно застыла, словно время остановилось, прежде чем из земли вырвались каменные пики и уничтожили всех инфери на месте. — Я думала, что мне конец. Я могла только в отчаянии смотреть, как зомби схватил меня за руку и швырнул на землю. Он был таким сильным и быстрым — совсем не таким, как в фильмах! А потом они пришли мне на помощь! — рассказала тридцатидевятилетняя маггловская женщина Марта С. в интервью маггловскому репортёру. — Они? Кто именно вас спас, мэм? — спросил репортёр. — Это был ангел, я уверена. Я плохо его видела, но в воздухе было какое-то искажение, словно очертания человеческого тела. А потом зомби отбросило прочь, и откуда-то возник святой огонь, испепеливший его дотла! Несмотря на то что статья была наполнена словами благодарности и почти благоговения со стороны спасённых магглов, общее настроение текста оставляло ощущение неодобрения и тревоги. "А что я должен был сделать? Дать им умереть? Я никогда не смог бы так поступить," — подумал Гарри, нахмурившись. - "Да и не так уж важно, что я нарушил Статут в Эдинбурге. Уверен, я был не единственным волшебником, который не смог просто стоять и смотреть и решил помочь. К тому же сейчас мир кишит миллионами зомби. Само это уже нарушает Статут о секретности." Он был прав. Великобритания была не единственной страной, подвергшейся атаке инфери — она лишь стала началом. Всего через два часа после того, как хаос охватил Лондон, один маггл, поцарапанный инфери, сел на самолёт и вылетел во Францию, в Париж. Спустя несколько часов после прибытия, находясь в супермаркете, он полностью превратился в зомби. Дальше всё развивалось по уже знакомому сценарию. За считаные дни сообщения о людях, которые словно ни с того ни с сего превращались в зомби и нападали на окружающих, начали появляться по всей Европе и далеко за её пределами. То же самое происходило в Северной Африке, где очагом заражения стал Египет, и в Северной Америке — особенно сильно пострадал мегаполис БосВаш, несмотря на то что штаб-квартира воинственной МАКУСА находилась в Нью-Йорке. Казалось, наступал конец света.