Глава 9. It’s hot as hell. Часть 1.

28 июля 2012 года

      В преддверии какого-то летнего праздника, на который я вовсе не собирался идти, наш классный руководитель выдернул некоторых учеников из моего класса с каникул, объявив о начале ежедневных репетиций. Школьный чат взорвался от возмущений, когда мисс Миранда, решив, что наш класс должен поучаствовать, предложила выступить с незамысловатым молодёжным танцем. Выучить его оказалось достаточно просто, и все те, кто должен был выступать, справились за несколько подходов, всего за один день, и она не стала настаивать на том, чтобы мы приходили на репетиции ежедневно. Мисс Миранда сказала, что достаточно прийти на контрольную и всё повторить, поэтому недовольные возгласы быстро стихли.       К счастью, я в этом не участвовал, но ради интереса решил пойти и посмотреть. Репетиция была назначена на два часа дня и должна была пройти в актовом зале. К назначенному времени я занял своё излюбленное место — в последнем ряду у окна, но уже через двадцать минут созерцания спора моих одноклассников о том, кто с кем желает стоять в паре, у меня заболела голова. Я вернулся домой пораньше, примерно, без двадцати три, и сразу лёг спать. Проснувшись лишь вечером, как раз к тому времени, когда Чжун Ли возвращался с работы, я вдруг понял, что совсем не выспался.       Едва разлепив глаза и взглянув на экран телефона, я резко вскочил, увидев три пропущенных вызова и с десяток сообщений в WeChat от Тартальи, и вдруг вспомнил, что он пригласил меня в кинотеатр на какой-то фильм. Я тут же перезвонил ему и сказал, что уже собираюсь. Друг пробубнил в ответ что-то невнятное, назвал меня «чертилой» и сказал, что даёт мне на сборы минут десять, так как уже полчаса стоит на улице, в ожидании того, что я соизволю ему ответить. Бросив телефон на кровать, я открыл шкаф и взял с полки первую попавшуюся футболку и какие-то штаны, захватив вместе с этими вещами и другие, которые тут же вывалились на пол.       — Блядь, да пофиг, — я махнул на них рукой, даже не удосужившись их сложить, быстро оделся, схватил телефон и выбежал из комнаты. Из кухни мне навстречу вышел Чжун Ли.       — Куда это ты? Ты же только проснулся? — он удивлённо вскинул брови, наблюдая за моими неуклюжими попытками натянуть кроссовки.       — Я совсем забыл, что Тарталья пригласил меня в кинотеатр, и проспал. Он ждёт внизу уже полчаса.       — Так пригласи его, пусть зайдёт. Поешьте и идите, куда хотели.       — Нет времени! Сеанс вот-вот начнётся! Сегодня последний день проката! Может, мы ещё успеем! — нырнув в ванную, я быстро умылся, более-менее причесался, и, не дожидаясь ответа отца, спустился на улицу. Чжун Ли хотел что-то добавить, но меня уже и след простыл.       — Наконец-то, что ты там делал, что пропустил мимо ушей три моих звонка? — закатив глаза так, что они чуть не вылезли из глазниц, спросил Тарталья и бросил мне бутылку минеральной воды. Я сделал несколько жадных глотков и, отдышавшись, ответил:       — Спал.       — Мертвецким сном что ли?       — Почти. Сегодня была репетиция, и у меня башка разболелась так, что хоть на стенку лезь. Еле успел дойти до кровати и сразу уснул. Совсем забыл про нашу встречу, прости.       — Так ты ж вроде не участвуешь? — удивился друг.       — Я просто так пришёл. Скучно было. Мы ещё успеваем на сеанс?       — Ну, теперь совершенно точно опоздали. Уже без пяти семь, даже на такси не успеем. Мы должны были стоять у зала ровно пятнадцать минут назад, а я полчаса пытался с тобой связаться.       — Ах, — я вздохнул, немного расстроившись. — И куда пойдём?       — Может, в океанариум? В этом районе, кстати, есть неплохое кафе. Можем перекусить заодно. Раз уж попкорна не пожрали, хоть кофе попьём.       — Блядь, — я обыскал карманы и понял, что забыл бумажник. — Я деньги не взял. Сейчас вернусь, пару минут, — ответил я и забежал в подъезд, но даже не успел подняться на лестничную площадку, как мне навстречу уже спустился Чжун Ли.       — Сяо Ли, твой рюкзак, — он бросил мне рюкзак и добавил: — Я положил всё необходимое, включая наушники и твой кошелёк, и перевёл тебе немного денег. Развлекайтесь.       — Спасибо, — я помахал Чжун Ли рукой и улыбнулся, спускаясь по лестнице.       — Не забудь позвонить, как освободишься. Я заберу тебя.       — Не надо, я на такси доеду, — ответил я.       — Мне всё равно нужно по делам, я заберу тебя на обратном пути. Лучше купи на эти деньги что-нибудь поесть. Ты голодный.       — Хорошо, тогда наберу тебе.       — Мгм, — Чжун Ли скрылся за дверью квартиры, а я снова спустился к Тарталье, и, хлопнув его по плечу, спросил: — Ну что, пойдём?       — Ага, — буркнул друг, и мы направились в сторону остановки.       По пути в океанариум у меня снова разболелась голова, и, пытаясь хоть как-то отвлечься, я увлёкся просмотром шортсов. Когда автобус остановился на нужной нам остановке, Тарталья толкнул меня в плечо и сказал, что нам пора выходить.       Вечерний ветер принёс за собой приятную свежесть и множество различных запахов. С востока тянуло выпечкой и свежими цветами, а с запада — ароматом сладкой ваты и варёной кукурузы. Неподалёку от океанариума — как раз на западе — располагался парк аттракционов, но, к сожалению — из-за болезни сердца — отец не разрешал мне его посещать, боясь за моё здоровье. В тот год моим самым любимым развлечением в этом парке стала стрельба из лука, и я очень быстро отточил навык меткой стрельбы. А ещё, почти на каждой шагу встречались ларьки с варёной кукурузой, которую я очень любил. Однако, больше всего на свете я мечтал прокатиться на американских горках. Как жаль, что в свои семнадцать я всё ещё не прочувствовал тех острых ощущений, только представлял, как же это волнительно.       Мы перешли дорогу и оказались у входа в океанариум. Он располагался в огромном торговом центре на первом этаже. Ещё находясь снаружи, я заметил столпившихся у кассы детей и их родителей.       — Блядь, сколько там народу… Аж голова разболелась, — прошипел я.       — М-де, я не подумал, что будет столько людей. Глянь-ка, ещё идут. Может, в другой раз тогда сходим? — ответил друг и взглянул на меня. Я кивнул и, поправив сползшие лямки рюкзака, предложил:       — Хочу посидеть там, где потише. Ты вроде говорил, что неподалёку есть кафе? Давай туда?       — Ага, нам в ту сторону, — Тарталья указал куда-то на восток, и мы, не спеша, двинулись в этом направлении.       Когда мы подошли к небольшому уютному домику, Тарталья распахнул стеклянную дверь, зазвенели железные колокольчики и в голову ударил аромат кофе и пряностей. Запахло выпечкой, сладостями и горячим шоколадом, и потянуло едва уловимым ароматом цветов Цинсинь. Я уже давно забыл этот запах, но, услышав его сегодня, вспомнил о поездке на холм Варуши — там эти цветки встречались почти на каждом шагу. Когда я вновь ощутил этот тонкий пряный аромат, не смог сдержать улыбки. Тарталья, бросив рюкзак на мягкое кожаное кресло за круглым столиком, спросил:       — Сяо, тебе как обычно?       — Да, горячий шоколад и что-нибудь из выпечки.       — А конкретнее?       — На свой вкус, — Тарталья кивнул и отошёл к барной стойке, чтобы сделать заказ. Я сел за маленький круглый столик и бросил взгляд сквозь полупрозрачное окно на вечерний город. На улице всюду сновали люди: кто-то возвращался с работы, а кто-то просто гулял. Но, к счастью, в самом кафе находилось всего несколько человек, и атмосфера была довольно приятной. Никто не шумел и не кричал.       Крепко задумавшись, я не заметил, что Тарталья уже вернулся ко мне с подносом в руках, и вздрогнул, когда услышал его нетерпеливый вздох. Он взял мне горячий шоколад и пару круассанов со сгущённым молоком, а себе — раф на кокосовом молоке с добавлением бананового сиропа и крошки горького шоколада. Я поспешно принял красиво украшенное блюдо с выпечкой и стакан горячего шоколада из его рук.       — Спасибо.       — Может, тебе ещё маффины заказать? — спросил Тарталья.       — Нет, этого хватит. Лучше закажи что-нибудь себе. Почему ты взял только раф?       — Не хочу сладкое. Как тебе это место? Понравилось?       — Да, — ответил я и взял в руки румяный круассан, откусив кусочек. Во рту расползлась мягкая приятная сладость сгущённого молока. Тарталья отпил немного из своего стакана, посмаковал вкус и, облокотившись на стол, вдруг спросил:       — Слушай, не хочешь сходить на свидание? — я опешил, едва не подавившись откусанным кусочком.       — Блядь, ты что ли из «этих» или головой ударился?       — Эй! — отвесив мне смачный подзатыльник, из-за чего я снова едва не подавился, Тарталья оскорблённо заметил: — Я не то имел ввиду! За кого ты меня принимаешь?       — Ну, так говори так, чтобы мне не пришлось додумывать, — я поспешно отпил немного горячего шоколада и, почувствовав, как обожгло горло, слегка скривился. — Но я бы не удивился.       — Блядь, да пошёл ты! Да, с такими мыслями так и проживёшь холостяком, и никто на тебя не посмотрит: ни парень, ни девушка, — заключил друг.       — А может, я и хочу прожить жизнь один? Зато никто донимать не будет. К-а-а-йф, — протянул я, отпивая горячий шоколад.       — Ну, и чёрт с тобой! А вот твой братец уже с кем-то встречается. Лучше бы с него пример взял, — я снова чуть не поперхнулся. Воздухом. Когда это Цзинь Ли успел найти себе девушку? И почему я узнаю об этом от друга? Я поставил в голове галочку, чтобы не забыть спросить Цзинь Ли об этом, но всё-таки не сдержал удивлённого возгласа:       — Да, ладно? Ему в этом году только одиннадцать будет! Странно, что он мне не рассказал…       — А я тебе о чём? Ему только одиннадцать, а тебе семнадцать уже! Тебе хоть кто-нибудь нравится?       — Не начинай. Ты же знаешь, что отношения — не для меня. Кому я нужен с таким-то характером?       — Ой, блядь… Ты сейчас серьёзно?       — Ну, вообще-то, да. Я предпочитаю одиночество обществу людей. Если меня никто не трогает, то я довольно дружелюбен. Мне достаточно тебя, отца и брата. Зачем мне кто-то ещё?       — Интересно, что ты скажешь спустя пять-десять лет?       — Вряд ли что-то изменится. Давай закроем эту тему, окей? Лучше расскажи, как у тебя на любовном фронте? С кем-то встречаешься?       — Ну, — Тарталья загадочно улыбнулся и отпил из стакана горячий раф. — Можно сказать, что встречаюсь.       — И кто она?       — Химеко, — я уронил челюсть до пола, услышав это имя. Он правда встречается с ней?       — Та красноволосая химера из параллели? Да ты шутишь?! Как ты её подцепил?       — Эй, полегче! Химеко очень красивая и нежная, и совсем не такая, как о ней думают. На днях я позвал её на свидание, и она согласилась. Кстати, у этой рыжей красотки есть подруга, тоже довольно милая, и она свободна. Не хочешь составить мне компанию на один вечер? — постукивая пальцами по столу, Тарталья лукаво улыбнулся, а я ощутил укол в сердце. Этот хитрый лис решил затащить меня на свидание в качестве группы поддержки, чтобы познакомить с девушкой? Да-да, так и запишем, капитан «Очевидность».       — Тарт, я не пойду, — ответил я и ощутил, как сильно закололо в висках. Я отпил ещё немного горячего шоколада, едва сдерживая болезненный вздох, и прижал пальцы к переносице.