Глава 6: Глаз, Коготь и Крыло

Пробуждение было странным. В голове всё еще звучало эхо чужой боли — памяти Карагора. Но теперь, когда она знала имя своего «хоста», стало как-то спокойнее. — Ладно, Карагор, — прорычала она, потягиваясь так, что хрустнули позвонки размером с бочки. — Ты был жадным и тупым, но тело оставил отличное. Посмотрим, на что оно способно, если к нему прикрутить мозги с высшим образованием. Часть 1: Рентген по-драконьи Она сосредоточилась на стене пещеры. Память подсказывала: смотри не на камень, смотри сквозь суть. Она прищурила янтарные глаза. Зрачки сузились в тончайшие иглы. Сначала ничего не происходило, только голова разболелась. Но потом мир словно дрогнул. Слои реальности начали отслаиваться. Камень стал полупрозрачным, похожим на дымчатое стекло. Она увидела вены горы. Жилы железа, тянущиеся красными нитями. Пустоты за стенами — вентиляционные шахты гномов, давно заброшенные. Она перевела взгляд на свою кучу золота. И тут её чуть не стошнило. Каждая монета, каждый кубок «фонили». Она видела следы эмоций. Жадность гномов, страх рабов, ярость предыдущего дракона. Некоторые предметы были окутаны темной, липкой дымкой — проклятия или просто злая память металла. — Фу, какая гадость эта ваша энергетика, — она мотнула головой, сбрасывая наваждение. Но тренировка дала результат. Глубоко под полом пещеры, метрах в пятидесяти вниз через гранит, она увидела яркое, пульсирующее пятно. Вода. Подземный горячий источник. — Ага! Джакузи, — обрадовалась она. — Значит, вопрос с гигиеной и отоплением решен. Осталось только пробить пол. Но это потом. Часть 2: Огненная кисть Душа художника, запертая в теле монстра, требовала выхода. Она подошла к дальней стене зала. Гладкий, закопченный базальт. Идеальный «холст». — В академии говорили: «Отсекайте всё лишнее». У меня нет зубила, зато есть кое-что получше. Она выпустила тонкую, контролируемую струю пламени. Не ревущий поток, а острую, как лазер, голубую иглу огня. Камень мгновенно покраснел и стал мягким, как пластилин. Она провела когтем. Шшшшууух. Глубокая, идеальная борозда. Оплавленные края тут же застыли, превратившись в черное стекло — обсидиан. Она начала творить. Она не стала изображать драконов или гномов. К черту этот мир. Она рисовала то, по чему скучала. Панельки. Она вырезала на стене гигантский барельеф своего родного города. Многоэтажки, линии проводов, старый тополь у подъезда. Она использовала разные температуры огня, чтобы менять цвет камня: серый, черный, буро-красный. Это был сюрреализм. Гигантские, грубые штрихи, понятные только ей. Драконий коготь позволял делать линии невероятной экспрессии. Через час работы она отступила назад. На стене древнего гномьего чертога теперь красовался пейзаж спального района, выполненный в технике «магматическая гравировка». — Концептуально, — оценила она. — Критики бы повесились, но мне нравится. Это мой дом. Теперь он здесь. Часть 3: Королева неба Желудок напомнил о себе громким урчанием, от которого завибрировал пол. Гоблины переварились окончательно. Пора на настоящую охоту. Она вышла на балкон. Солнце стояло в зените. Мир сверкал снегом и льдом. — Так, дубль два. Учитываем ошибки. На этот раз она не стала прыгать сразу. Она расправила крылья, ловя ветер, стоя на краю. Почувствовала подъемную силу. Крылья — это не просто махалки, это сложная система. Она шагнула вниз. Падение. Крылья раскрылись. Рывок. Но теперь она была готова. Она не боролась с воздухом, она легла на него. Взмах. Мощные грудные мышцы толкнули тело вверх. Она набирала высоту. Ощущение было пьянящим. Она видела всё: крошечные ели внизу, русла замерзших рек, тени облаков на склонах. «Я — истребитель, — подумала она. — Я — грёбаный бомбардировщик». Её зрение хищника сканировало долину. Движение. На плато внизу паслось стадо горных козлов. Нет, маловато. Она полетела дальше, к кромке леса у подножия. Там, среди деревьев, брело что-то крупное. Гигантский лось. Или тур. Огромная гора мяса и меха. Она сложила крылья, превращаясь в снаряд. Шум ветра превратился в вой. Тур услышал её в последний момент. Он поднял голову, но всё, что он увидел — это падающую с неба черную смерть. Удар был страшным. Она даже не использовала огонь — зачем портить стейк? Просто вес и когти. Хребет животного хрустнул мгновенно. Она приземлилась тяжело, взрыв снег, но на лапы. Обед был... сытным. Горячая кровь, свежее мясо. В человеческом теле её бы вырвало от одной мысли об этом. В драконьем — это было божественно. Это была сама Жизнь. Наевшись, она взлетела на ближайшую скалу, чтобы почистить когти о снег и осмотреться. Далеко на юге виднелось темное пятно — Лихолесье. А еще дальше, едва различимая в дымке, стояла одинокая вершина. Эребор. Она знала (из книг и фильмов), что там сейчас сидит Смауг. Её «коллега». — Интересно, драконы вообще общаются? — подумала она. — Или у нас тут принцип «одна гора — одна ящерица»? Вдруг её острый слух уловил звук. Не природный. Лязг. Ритмичный стук. Она повернула голову. По горной дороге, километрах в пяти от неё, двигалась процессия. Волки. Огромные варги. На них верхом сидели орки. И они тащили что-то в клетке.