Глава 7: Лутбоксы на ножках

Она сложила крылья, прижав их к бокам, и превратилась в живую ракету. Воздух свистел в ушах, но она не чувствовала сопротивления. Её тело было создано для этого. Аэродинамика идеального хищника. Она зашла со стороны солнца. Орки внизу ничего не подозревали. Варги, более чуткие звери, начали беспокоиться, принюхиваться и рычать, но было уже поздно. — Банзай, — прошептала она. В последние пятьдесят метров она раскрыла крылья, резко тормозя, чтобы не разбиться самой, и выставила вперед задние лапы. Тень накрыла отряд мгновенно. Удар. Она приземлилась прямо на замыкающих колонну — двух крупных варгов с наездниками. Звук был отвратительным и восхитительным одновременно: хруст костей, влажное чавканье и визг. Варгов просто вбило в каменистую дорогу, превратив в кровавое месиво. Ударная волна от приземления раскидала остальных, как кегли. Она выпрямилась во весь рост, расправив крылья. Тень от них накрыла весь отряд. — РррррРААА! — рев вырвался сам собой. Это был не крик человека, это был звук, от которого вибрировали внутренности. Орки запаниковали. Кто-то бросил оружие и побежал. Кто-то, более тупой или храбрый, выстрелил из лука. Стрела дзынькнула о нагрудную пластину и отскочила, не оставив даже царапины. — Серьезно? — она склонила голову набок, глядя на лучника. — Это даже не смешно. Она не стала тратить огонь. Зачем? Это как стрелять из пушки по воробьям. Она просто махнула хвостом. Шипастая булава на конце хвоста, весящая как легковой автомобиль, снесла троих орков вместе с их зверюгами, размазав их по скале. Это было похоже на небрежный мазок кистью — раз, и красная полоса на сером камне. «Динамичная композиция», — отметила она краем сознания. Оставшиеся варги, обезумев от страха (запах дракона действовал на животных парализующе), сбросили седоков и рванули врассыпную. Орки побежали следом, бросая всё, включая клетку. Она сделала пару шагов, лениво прихлопнув лапой еще одного замешкавшегося орка, и остановилась. Преследовать мелочь было лень. Она принялась осматривать поле боя. Лут. К сожалению, орки были бедны как церковные мыши. Грязное тряпье, ржавое железо. — Никакого уважения к гринду, — фыркнула она, переворачивая труп командира. Но у него на поясе звякнул кошель. Она подцепила его когтем, аккуратно распорола кожу. Высыпалось несколько золотых монет и горсть серебра. — Мелочь, а приятно. В копилку. Затем она повернулась к главному трофею. Клетка стояла на обочине, покосившаяся после падения. Внутри кто-то был. Она приблизила огромную морду к прутьям. Из ноздрей вырывался горячий пар, от которого металл клетки начал запотевать. Внутри, забившись в угол и прикрыв голову руками, сидел... Гном. Рыжая борода, заплетенная в косы, кустистые брови, крепкая фигура. Одежда была изодрана, но на пальцах блестели перстни. — Гном, — подумала она. — Ну конечно. Кто еще будет шляться по этим горам? Гном убрал руки от лица и взглянул на неё. В его глазах был ужас, но он не отвел взгляда. Он потянулся к поясу, но оружия там не было. Тогда он просто сжал кулаки. — Ну давай, змей! — хрипло крикнул он на всеобщем языке (вестроне). — Жги! Я тебе, тварь, в горле костью встану! Она моргнула. Третье веко на долю секунды закрыло глаз. Этот коротышка ей угрожал. Ей, двадцатиметровой машине смерти. Ей стало смешно. Из горла вырвалось низкое, рокочущее «Хе-хе-хе», больше похожее на камнепад. Она протянула лапу. Гном вжался в прутья. Но она не стала его давить. Она аккуратно подцепила когтем замок клетки. Щелк. Дужка отлетела, как спичка. Она распахнула дверцу, вырвав её с петлями. Гном замер, не понимая, что происходит. Она наклонилась к нему и произнесла, используя всю мощь своего Голоса, но стараясь звучать мягче (что для дракона означало громкость работающего отбойного молотка): — Ты слишком костлявый для обеда, гном. Гном опешил. Говорящий дракон — это плохо. Говорящий дракон, который шутит — это катастрофа. — Чего тебе надо? — буркнул он, выбираясь из клетки и потирая ушибленное плечо. — Золота у меня нет. Орки всё забрали. — Золото орков теперь моё, — она кивнула на труп командира. — А значит, и твоё золото теперь моё. Она оглядела его «Истинным зрением». Гном светился упрямством, скрытой яростью и... горем. Он не был простым рудокопом. Аура власти, хоть и слабая. Знатный? — Кто ты такой, маленький камень? — спросила она. — И почему орки тащили тебя живым, а не съели на привале?