Часть 15

Эда была заперта в моей комнате с тех пор, как я вышел за дверь, она заставила всех уйти и осталась одна. Теперь я стою перед дверью и не знаю, что делать и говорить, я до сих пор не знаю, как вести себя с ней теперь, когда всё изменилось. Собравшись с духом, я стучу в дверь, ожидая ответа, но она ничего не говорит. — Эда, это я, Серкан, ты не могла бы открыть дверь? Проходит несколько секунд, и я ничего не слышу оттуда. Я начинаю беспокоиться, начинаю думать о худшем. — Эда, если ты не откроешь, я... — Но она открывает дверь прежде, чем я успеваю закончить предложение. — Привет, — Говорю я неловко, чувствуя, как учащенно учащается сердце. Я пытаюсь убедить себя, что это всего лишь пропорциональная реакция на мою тревогу. — С тобой всё в порядке? — Не надо ходить вокруг меня на цыпочках, Серкан. Со мной всё в порядке, я жива, не так ли? То, как звучит её голос, держит меня в напряжении. Она злится, но сдерживается, как бомба, вот-вот взорвётся. — Значит, у тебя нет проблем жить со мной в одной комнате? — Отвечаю я, открывая весь проход и входя в комнату. — Ты здесь не останешься, — Протестует она. — Конечно, — Я снимаю туфли и кладу их на полку — В конце концов, это моя комната. — Но я здесь. Как будто было легко не замечать её присутствия... — И? брат и сестра живут в одной комнате, смирись с этим. Как будто ты можешь смириться с тем фактом, что ты не можешь иметь её... Эда иронично улыбается, от улыбки которой у меня мурашки бегут по всему телу. — Несколько часов назад я просила тебя поцеловать меня, прости, Серкан, но я не собираюсь создавать с тобой братство буквально в одночасье. Ну, я тоже, но я стараюсь. — Может быть, то, что у нас… э-э… было, уже выразило нашу кровную связь, — Я говорю снова — И в итоге мы все запутали, потому что ничего не знали. — У нас была вожделение, влечение, взаимное желание, — Она не стесняется в словах, — Я слишком много думала об этом, чтобы отрицать происходящее, и чем раньше ты перестанешь искать оправдания, тем быстрее ты преодолеешь этот конфуз. Кажется, это так легко... — Итак, сестренка, — Шучу я, чтобы ее разозлить, — Ты собираешься ужинать за столом с остальными или здесь, в своей комнате? Она смотрит на меня так, будто ответ очевиден, и это так, но я не мог упустить возможность увидеть её сердитое лицо на мои глупые вопросы. — Я попрошу Сейфи... — Нет, — Перебивает она меня, — Ты принеси еду. И вот так я выхожу из комнаты, как дворецкий, чтобы принести ей к себе еду. Когда я возвращаюсь, Эда уже приняла душ, на ней брюки и толстовка, которые, очевидно, мои. С её волос все ещё капает вода, но она, кажется, не возражает. Наш ужин большую часть времени проходит в тишине, и хотя напряжение присутствовало, в её присутствии не было неловко. — Нам нужно поговорить с твоим отцом, — Говорю я об этом, когда она допивает стакан сока. — С которым из? — Она поднимает бровь, в её глазах появляется юмор. — Я думаю, что ещё слишком рано шутить по этому поводу. Она смеется. — К чёрту время, Серкан, я больше ни в чем не уверена. Кажется, всё, что я пережила, было иллюзией. — Знаешь, что не было иллюзией? — Спрашиваю я, заслужив её вопросительный взгляд. — Швы на твоём животе и твои собственные люди пытаются тебя убить. Знание того, что они всё ещё здесь и планируют продолжать попытки её поймать, вызывает у меня беспокойство и нетерпение. Мне плевать на ссоры между нашими родителями, мне просто нужно, чтобы они оба отложили это в сторону, чтобы защитить её... Я не хочу, чтобы Эда оказалась, как моя мать, в постели в вегетативном состоянии, или хуже. — Я не знаю, как ему сказать, — Отвечает она, запрокидывая голову, — Он с ума сойдет. — Он не должен был даже выпускать тебя из дома или позволять тебе оставаться одной, — Возражаю я. Я бы никогда этого не допустил, я бы убивал мужчин одного за другим и создавал новую команду, но я бы не позволил ей оказаться в опасности в собственном доме. — У него не было выбора, — Она смотрит на меня, — На самом деле я не дала ему выбора, я сказала, что либо он позволит мне уйти и позаботиться о себе, либо я отрекусь от династии. Смелая... — Значит, речь идёт о тебе, а не о нем. Эда улыбается, и её ямочки становятся заметными, заставляя меня отвернуться, чтобы не заметить в ней эту особенность, это было мое слабое место в ней в те дни, которые мы провели вместе. — Не мог бы вы одолжить мне сотовый телефон? — Спрашивает она — Ты не принес мой, когда накачал меня наркотиками и посадил в тюрьму, я попробую ему позвонить. Я знал, что она не справится с этим так легко и не будет постоянно обвинять меня в том, что я привел её без согласия. — Ты хочешь, чтобы я был здесь ради тебя? Я не знаю, захочет ли она, чтобы я был рядом, когда она начнет рассказывать мне, где она и что произошло. Я не знаю, как далеко я смогу отойти от этого, последние новости всё ещё слишком сбивают с толку. — Пожалуйста, — Просит Эда с такой нежностью в голосе, что я снова чувствую, как у меня сжимается грудь. Насколько это неправильно... Я отдаю свой сотовый телефон, и через несколько секунд он отвечает на звонок. — Привет, пап, это я, — Говорит она, но я не слышу, что отвечает Кемаль. — Послушай меня, ладно? Успокойся, подожди, пожалуйста, пока я закончу то, что хочу сказать, ладно? — Спрашивает она, и он, кажется, соглашается. — Этот номер не мой, мой мобильный телефон всё ещё был в доме, где я остановилась, так что, вероятно, ваши доверенные люди обнаружили его и сказали, что я пропала, — Она смотрит на меня с извиняющимся выражением лица. Учитывая то, что она сказала отцу, они, должно быть, нашли мой дом и перевернули всё, чтобы найти его. — Но со мной все в порядке, я в безопасном месте и с тем, кому доверяю — Она не отводит от меня глаз, пока говорит, моё сердце совершенно потеряно для нее. Кажется, он что-то говорит, и она внимательно слушает. — Да, меня пытались поймать, но мы нашли способ. Он снова встает у нее на пути, и она слушает. — Нет, я не ранена. Пожалуйста, позволь мне продолжить. И она уходит от четкого ответа. — После нападения я поняла, что против моего владения больше людей, больше, чем я предполагала, — Объясняет она, — Отец, пожалуйста, отнесись спокойно к тому, что я сейчас скажу, помни, что со мной всё в порядке. Эдс делает короткое молчание, прежде чем продолжить. — Я на севере, и со мной всё в порядке, я в безопасности. Этот номер от Серкана, Серкан Болат — Она говорит его в один присест — Он помог мне и спас меня от нападок. Он привел меня сюда, потому что это был единственный вариант, учитывая, что на нейтральной территории тоже полно людей, пытающихся меня схватить. Кемаль, похоже не мешал Эде рассказать о том, что произошло. — Сначала я не знала, что он Болат, подозревал о его способностях, но не обратил внимания до конца... Я бы, наверное, не завербовала его себе в помощь, если бы знала, что он наследник. Он знал, кто я, но всегда относился ко мне с уважением. Тишина. Эда хранит молчание, но, похоже, не получает ответа от Кемаля. — Папа, ты здесь? — Она спрашивает. Она внезапно закрывает глаза, как будто ожидая другого ответа, отличного от того, который дал ей отец. — Да я уже всё знаю, сказал мне Сейфи, — Объясняет Эда, непременно говоря о своем отцовстве. — Но папа, я хочу, чтобы ты знал, что это ничего не меняет, я всё ещё твоя маленькая девочка. Я замечаю, что слезы наполняют её глаза, и мне хочется выйти из комнаты, это кажется слишком личным. Ах, Эда, наоборот, это всё меняет... Что мне делать с тем чувством, которое я испытываю к тебе? — Что вы будете делать? — Она прерывает мои мысли, отвечая на слова отца — Серкан? Она зовёт меня. Я смотрю на нее. — Мой отец просит поговорить с вами. Вас это устраивает? Я просто протягиваю ей руку, беру сотовый телефон. — Серкан здесь, — Говорю я. Моё приветствие и ответ Кемаля отделяют несколько секунд. — Спасибо за помощь моей дочери, — Его голос серьезен, — Я в долгу перед тобой. — Эда... особенный человек — Но это слово не полностью определяет её, кажется, оно не отражает того, кто она есть — Я делал это не с мыслью получить что-то взамен, так что никаких долгов нет. — Спасибо, — Повторяет он, — Альптекин... — Но его голос срывается, когда он произносит это имя, — Твоего отца это устраивает? — С ней ничего не случится, — Объясняю, — Даже с тобой, если ты захочешь ее увидеть. Эда, твоя дочь, твоя семья, мы этого у тебя не отнимем. Я смотрю на Эду, сидящую передо мной, её лицо внимательно слушает всё, что я говорю. — Мне нравится ваша дочь, сэр, — Признаюсь ему, глядя на нее, — Моя ли она крови или нет, я бы никому не позволил причинить ей вред. От моих слов у Эды перехватывает дыхание, и я неизбежно чувствую, как у меня учащается пульс. — Спасибо, мальчик, — отвечает он, — Что касается поездки к ней в гости... Думаю, это сложнее, чем ты себе представляешь, но, пожалуйста, держи меня в курсе всего, что произойдет. Я больше не верю, что мои люди попытаются разрешить эту ситуацию, но они никогда бы не подумали, что... э-э... Болаты... Могут вмешаться. Кажется, он не хочет произносить мою фамилию. — Вы элемент неожиданности, — Продолжает Кемаль, — Я постараюсь собрать здесь улики и сообщу вам любую информацию, которую получу. — Верно, — Отвечаю я, не зная, что ещё сказать, — Ты всё ещё хочешь поговорить с Эдой? — Да, пожалуйста — Но прежде чем я передаю ей сотовый телефон, я слышу, как он снова говорит мне — И, Серкан, пожалуйста, скажи своему отцу, что я ценю то, что он делает для моей семьи. Я отдаю Эде сотовый телефон и ухожу, оставляя её разговаривать наедине с собственным отцом.