5. Воскрешение Вдовствующей императрицы (и правда раскрылась)

      С момента, как мы съездили в обсерваторию прошло полгода. Я жила спокойно, стараясь никак не влезать в дела, лишь по просьбе Императора появляясь на мероприятиях.       С того момента, я стала больше времени уделять Вдовствующей императрице, стараясь отвлекать и развлекать её, чтобы она не, дай Перун, заболела. Но сколько бы я не старалась — она все равно заболела. Я стала ещё чаще к ней ходить, играла на музыкальных инструментах, порой вместо лекарств императорского лекаря — давала свои настойки, которыми меня лечила моя бабушка. Также я поселилась в комнате рядом с Залом Добра и Спокойствия, что было довольно близко к Вдовствующей императрице. Я не позволю ей умереть. Она была одним из лучших женских персонажей истории — не желаю её терять! Вот и сейчас я рядом с ней. — …Дитя, пусть об этом позаботятся слуги. — сказала Вдовствующая императрица, закашляв. — Нет необходимости делать всё самой. — Мне не трудно. — ответила я, огладив её немного исхудавшие руки. — К тому же, вы всегда хвалили меня за то, что я забочусь о других. Неужели вы изменили своё мнение?! — Конечно, нет… Но ты теперь княжна, и этот титул даровал тебе сам Император… — Но вы для меня всё же ближе, вы мне как вторая бабушка… — я повернулась к тумбе, на которой стояла миска с мною приготовленным ароматным и тёплым отваром. — Вам нужно выпить своё лекарство. Если вы пропустите приём, моя совесть не позволит мне спокойно жить.       И я стала кормить её, в мыслях читая обряд. Хотелось, конечно, одними губами, да не желаю, чтобы Вдовствующая императрица узнала мой секрет — ещё не время. — Со мной всё будет в порядке. — ответила Вдовствующая императрица. — В прошлый раз, когда у меня был кашель, я не приняла лекарство, а теперь посмотри на меня. Ох… — Так, что, теперь я прошу вас слушать мои просьбы! — ответила я, надув губки. — Посмотрите на неё! Дай ей палец, она всю руку откусит.       На её лице озарилась улыбка, а после и послышался смех. Уголки моих губ поползли вверх. Она замечательная женщина и потерять такую — значит потерять Полярную звезду в небе. Вдовствующая императрица легла на подушки. — Если из ваших покоев слышен смех, это верный признак того, что княжна вместе с вами. Княжна…очень заботлива. — сказала вошедшая в комнату Императрица Жун с небольшой переносной печкой в руках. Я посмотрела на неё. Она женщина сама по себе неплохая, только пакостит порой, но это до поры до времени. Сейчас я стараюсь придерживаться с ней нейтральных отношений. — Это дитя присматривает за мной. — вновь закашляла Вдовствующая императрица. — Она поднимает мне настроение. — У меня много дел, и я не могу посещать вас так часто, как мне бы хотелось. Но я знаю, что княжна ухаживает за вами, и мне гораздо спокойнее. — Вы глава всего Гарема и шести дворцов. Конечно вы очень заняты. За мной хорошо ухаживают. Во Дворце постоянно столько всего происходит… Вы, должно быть, очень устаёте. — Скоро наступит Новый год. Я хочу попросить княжну помочь мне с приготовлениями к празднику… — Во Дворце сейчас так много народу. Новый год лучше всего отпраздновать попроще. Для этого не потребуется слишком много людей. — Вы правы. — Императрица Жун косо на меня посмотрела, на что я лишь слегка ей улыбнулась. Уж не знаю, что она задумала, но ничего хорошего из этого не вышло бы.       Но даже не смотря на то, что я давала Вдовствующей императрице мои отвары — легче ей не становилось, а если так и было, то быстро пропадал эффект. Я уже не знала — что делать. Неужели мне придётся принять её смерть?! Ни за что! Нужно вспомнить любой из обрядов — даже если он принесёт мне страдания.       Я вновь сижу рядом со Вдовствующей императрицей, пока в комнату не входит запыхавшийся Император. — Простите меня, матушка! — начал он. — Я и понятия не имел, что вы так серьёзно больны. Мне только что сообщили об этом. — Не беспокойтесь, Ваше Величество. — ответила женщина, едва улыбнувшись. — Я приказала слугам не говорить о болезни. Император всегда должен ставить свой народ на первое место. — она закашляла. — Моё тело подводит меня. Это испытание нужно вытерпеть до конца. Княжна Юнцин составила мне компанию. Вместе с ней мне не так тяжело. — Кажется, вы обещали мне, что не будете говорить таких вещей! — напомнила я Вдовствующей императрице. — Ладно, не буду. Посмотри на эту упрямую девчонку! Она отказывается оставить меня.       Император посмотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым и будто прожигающим. Неужели он думает, что нападение — плохой знак?! Особенно если учитывать, что случилось оно уже ПОСЛЕ совершения обряда. К тому же, он не знает о моём вкладе во все это, так что… — Княжна, не могла бы ты оставить нас? — спросил Император. — Мне нужно поговорить с матерью. — Конечно. — я встала со стула и медленно вышла из Зала Добра и Спокойствия. Оказавшись на улице, я сразу подняла взгляд к небу — что же мне ещё сделать, чтобы мою просьбу исполнили? Сложив руки в молитвенной позе, стала читать мольбу о помощи.       Когда я прекратила, то ощутила на себе чей-то взгляд, а когда посмотрела в сторону, то увидела Фу Хэна. — Почему ты такая расстроенная? — спросил он. Я вздохнула и, подойдя к нему, обняла. — Я беспокоюсь о Вдовствующей императрице. Её состояние здоровья оставляет желать лучшего, а мне хочется ей помочь… Однако не только это меня тревожит — что в последнее время происходит с Императором? — Есть несколько вещей, что беспокоят его. Если он заговорит с тобой сурово, не принимай близко к сердцу. У него сейчас много забот. — Но что такого случилось? Просто я в последнее время настолько беспокоюсь за Вдовствующую императрицу, что ничего вокруг будто не замечаю… — Правитель и Основатель государства Западная Лян скоропостижно скончался. Его сын и наследник ещё молод, и министры выбрали Принца Цзиня в качестве регента. Принц Цзинь — честолюбивый и жестокий человек. Если он убьёт наследника и захватит трон, соседние государства, в том числе и наша Империя, могут оказаться в опасности. Вот что беспокоит Императора. — Ого… «Если бы ты только знал, что меня туда отправят в будущем — ты бы заплакал. Так иронично это слышать. Потом, после Западной Лян меня пошлют в Донган… Писец какой-то — почему вечно я? Как всё это надоело…» Теперь мне всё понятно. Спасибо, что рассказал. — Ты слишком много заботишься о других. Не забывай заботиться и о себе. — он обнял в ответ, а после оставил едва ощутимый поцелуй в лоб. — Я и так часто думаю о себе, старясь сохранять баланс между собой и другими. — И поэтому ты так легко оделась в такую погоду? — он немного нахмурился, на что довольно улыбнулась. — Потому что мне нравится, когда ты заботишься обо мне. К тому же, я ненадолго вышла. — я нехотя отошла от него и в эту минуту Император вышел из Зала. Он пристально смотрел на меня, а потом сказал: — За Вдовствующей императрицей ухаживает много слуг. Тебе нет нужды самой заботиться о ней, княжна. — Я не так уж и много для неё делаю, Ваше Величество. — спокойно ответила я. — Стараюсь быть рядом с ней и поднимать ей настроение. Я слышала, что хорошее настроение помогает в лечении. — Возвращайся к себе во Дворец… Вдова наслаждается твоим обществом. Ты можешь просто почаще навещать её.       Я уже хотела было воспротивиться, но пришлось согласиться — лишних хлопот я не желаю сейчас себе, да и Вдовствующей императрице это может не понравиться. Император вернулся к матери. Мои руки сжались в кулаки. Выдохнув, посмотрела на Фу Хэна. Он всё также с беспокойством смотрел на меня, не смея двинуться с места. Я решила пойти к себе, перед этим оставив ему на щеке лёгкий поцелуй. Нужно срочно думать над обрядом.       Праздник фонарей не был для меня радостным событием, ведь состояние Вдовствующей императрицы вновь ухудшилось. Я от волнения начала грызть ногти, а также ковырять заусеницы, что было для меня самым удивительным — никогда бы не подумала, что вернусь к этой привычке. В детстве я очень часто так делала, пока однажды меня за это не наругали — с тех пор я перестала это делать. Однако сейчас — всё вернулось!       Со временем Император запретил всем, кроме себя, Императрицы Жун и императорского лекаря заходить к ней. Это стало для меня сильным ударом. Ши Лянь старалась успокаивать меня, но это помогало слабо, а способа спасти Вдовствующую императрицу — не было нигде. Даже вспомнить мне было трудно. Сон пропал с новости о запрете посещения, потому выглядеть я стала хуже, что и привело меня однажды к обмороку.       Пока я летала во тьме, я вдруг увидела вдали свет. Всё как и тогда, когда я защитила Императора. Двинувшись в сторону света, вновь увидела огромную огненную птицу, что походила на Жар-птицу. Она открыла свои глаза и, опустив ко мне голову, стала смотреть на меня. — Я слышала, что ты желаешь спасти человеку жизнь. — сказала она. — Это правда? — Да… Я желаю спасти Вдовствующую императрицу. Она очень дорога мне. Я готова даже жизнь отдать, лишь бы с ней всё было в порядке. — Надежда ещё есть — ты давала ей верные травы, однако они не сразу подействуют. Им нужна твоя энергия. — Моя…энергия? Мне нужно провести обряд?! — И как можно скорее. Я дарую тебе своё перо. — Жар-птица отщипнула из своего хвоста перо и протянула мне. — Однако используй его должным образом — иначе не сможешь спасти её. — Но я не могу вспомнить ни одного обряда, который мог бы помочь! — Я пошлю тебе его, но только помни — более на мою помощь рассчитывать не стоит. Не стоило мне лезть в Веретено Жизни этой женщины — она должна умереть, однако ты отсрочишь её гибель и неизвестно — сколько она ещё проживёт. Боятся не стоит — бессмертием она не «заболеет». — Вы столько много сделали для меня, о Великая Жар-птица! — я опустилась на колени и поклонилась ей. — Я и подумать не могла о таком даре… — Ты хорошая девушка — потому я тебе помогаю. И знаю, что ты сделаешь много для этого государства, но только помни — всему однажды придёт конец. И твоя жизнь изменится, когда ты покинешь стены Дворца и закончишь путь в нём…       Я открыла глаза и, сев, посмотрела на руку — там лежало жёлтое сверкающее перо, которое я аккуратно сжала. Теперь я точно уверена в своих силах и знаю — что делать.       Дождавшись раннего утра, я переоделась в свой ритуальный наряд, накинула накидку и, взяв с собой бубен с пером, двинулась к Залу Добра и Спокойствия. Незаметно пробравшись сквозь охрану, я встала у входа в Зал. Опустив перо у двери, я отошла от крыльца на десять шагов и, глубоко вдохнув морозный воздух, приступила к обряду.       Каждый удар, шёпот обрядовой песни, танец голыми ногами по снегу — что может быть ещё более волнительным. Тётя Игара всегда говорила, что если проводить обряд босыми ногами — так ты земле позволяешь испробовать твою энергию. Но я не уверена, что земля сможет «попробовать» её через снег.       Было холодно, но я терпела. Каждый крик — мольба, каждый удар в барабан — зов. Голова начинала кружиться от того, что я наворачиваю не первые круги, но останавливаться нельзя — может не сработать. Я иногда смотрела на золотое перо, что шевелилось от ветра, однако когда я сделала десять кругов, оно поднялось над землёй и засияло, а после медленно полетело в дом. Я решила продолжить обряд, пока не узнаю — всё ли получилось.       Вдруг всё озарилось жёлтым светом, а после вновь потухло. Выдохнув, я в последний раз ударила в барабан и пропела небольшую мелодию, после чего поспешила сбежать отсюда, пока меня не нашли или ещё того хуже — не поймали, ведь я сейчас всё та же Миралла, что и при жизни была.       Вбежав в комнату, я быстро переоделась, спрятала все вещи и зарылась под одеяло, стараясь согреться — не забыла также и ноги закутать в тёплые связанные мной носочки. От скуки я и не таким займусь. Главное сейчас — просто ждать и молиться, чтобы всё сбылось. — Госпожа! Госпожа! Случилось чудо! — меня активно звала и даже трясла Ши Лянь. Я потёрла глаза и посмотрела на неё. — Что случилось? — Вдовствующая императрица очнулась! Императорский лекарь сообщил о том, что она абсолютно здорова! Что это, если не подарок Небес. — «Это моя заслуга, милая, но вам пока об этом знать не нужно.» Ого! Нужно будет сходить к ней! — я встала с кровати и пошла собираться, украдкой глядя на закрытый сундук, который был под замком для всех и всегда, ведь там — частичка моего прошлого, да и меня настоящей, что уж греха таить.       Когда я оделась, то помчалась к Залу Добра и Спокойствия. Слабо верилось в то, что сейчас происходит, но мне определённо от этого радостно! Меня, пусть и не сразу, но пустили. — Ваше Величество… — тихо позвала я её. Она посмотрела на меня и улыбнулась. — Я всю ночь молилась, чтобы с вами всё было в порядке… И меня услышали. — Моя девочка, подойди ко мне. — я медленно подошла к Вдовствующей императрице и она усадила меня рядом с собой, взяв меня за руку. Многие из слуг и матрон вдруг стали уходить, а когда мы остались одни, она начала: — Пока я лежала и уже готовилась встретить свой конец, то услышала странный бой барабана, а также женский голос. Такой певучий, но слов я её не понимала. Сил подняться у меня не было, потому решила просто уснуть, а во сне я увидела Феникса, что сообщил мне, что он дарует мне благословение и вылечил меня. — Вот оно как! — я наигранно удивилась, ведь именно я была той девушкой, а птица, которую ошибочно приняли за Феникса — Жар-птица. — Это просто невероятно! — Мне бы хотелось отблагодарить ту девушку. Мне так понравилось её пение… — Думаю, что она была бы очень рада тому, что вы сейчас чувствуете себя прекрасно. Надеюсь, что хоть сейчас вы будете слушать мои советы. — я надула губки, будто обижаясь на неё. — Ох, вы только посмотрите на неё! — и она засмеялась, после чего я тоже, но потом аккуратно прижалась к ней, боясь сломать её. У меня получилось — а это уже что-то да значит.       После того, как Вдовствующая императрица выздоровела, Император устроил в честь этого на вид скромное, но значимое и великолепное празднество. Император был так рад, что даже позволил слугам отправиться домой на пару дней подольше. Многие были так рады, что стали молиться на Императора чуть больше и чаще.       Со временем жизнь вернулась на круги своя, вот только была проблема в Ху Лин. Она всё также молчала, будто и вовсе забыла о том разговоре. Когда я навещала Императора, то не видела никаких признаков того, что она начала действовать. Я даже порой сама ходила к ней, да бы заставить её поговорить со мной, но чуда не произошло.       И вот так, сидя чуть ли не на иголках, я вспомнила о хорошем знаке. Можно ли считать восстановление Вдовствующей императрицы — хорошим знаком? Вполне себе! Вот только астрологи будут продолжать гнуть свою линию и в конце концов Императору вновь будет трудно…       И как раз в один из дней меня вызвали во Дворец. Это было для меня крайне удивительно — Император давно не приглашал меня к себе, разве что когда там была Вдовствующая императрица. Интересно, а она там? Нарядившись, я пошла в сторону Дворца.       Войдя, я никого не увидела, лишь Ху Лин. Она сообщила: — Император и Вдовствующая императрица с дамами ещё в Императорском саду, госпожа… Должно быть, он хочет сообщить вам что-то очень важное! Пожалуйста, заходите.       Я вошла, а после села за стол. В Зале Воспитания Сердца было так тихо, что даже страшно было вздохнуть или сделать лишнее движение. Ху Лин вежливо поставила на стол чайник с довольно приятным ароматным чаем. — Говорят, сегодня в саду видели благоприятный знак. Вы видели его? — «О, так ныне покойный Его Величество сделал своё дело? Нужно будет «передать» ему лотосовое печенье в знак благодарности.» Нет, я только сейчас об этом узнала…       В этот момент евнух объявил о возвращении Императора. Я повернулась в сторону двери и низко поклонилась. Однако вскоре я заметила его позолоченные золотые туфли, а после и голос, по которому трудно понять — рад он или как-то рассержен. — Княжна, ты и в самом деле полна сюрпризов! — Ваше Величество, мне не совсем понятно — что вы имеете в виду. — честно ответила я едва дрогнувшим голосом. Я заметила, как Император махнул рукой, что значило «все свободны». И все действительно ушли. В Зале осталась только я и Император. Он сел на свой трон и стал сверлить меня взглядом, после чего спросил: — Скажи мне, как ты это сделала? — А… Что простите? Вы должно быть шутите. — я начала сильно нервничать, от чего стала дёргать рукав. — Помнишь, я как-то тебе говорил, что во Дворце ничего не происходит без моего ведома? — Конечно помню… — ответила я, а потом стала показывать пустые руки. — Однако мне интересно — по какому поводу Его Величество вызвало меня. — Мне стало любопытно — могла ли ты создать такую иллюзию, которую я не так давно видел… Однако похоже, что ты умело скрываешь свои дела — дочка местного богача!       Я аж опешила. Как он догадался?! Я ведь не делала ничего такого, что могло бы хоть немного намекнуть на моё происхождение. Но самое главное — кто я настоящая, точнее Шэнь Янья… — Что случилось? Язык проглотила? — спросил Император. — Нет, Ваше Величество. — я опустилась в поклоне. — Признаю свою вину за то, что скрывала своё происхождение. — Вот что меня восхищает в тебе, Княжна Юнцин, так это то, что ты всегда держишь себя в руках. Сейчас, например, ты смело признаёшь свою вину. Но я не могу так оставить то, что ты пыталась обмануть меня… — Однако, Ваше Величество, вы можете не понимать меня, но делала я это не из корыстных целей, как вам может казаться. — я вновь села прямо. — На самом деле для такого поступка есть оправдание. Если Его Величество того пожелает — я расскажу вам историю, а после сама выберу себе достойное наказание за мой непростительный поступок. — Давай же, поведай мне — почему же ты отказалась от жизни дочери богача и стала служанкой во Дворце. — На самом деле, я увидела сон, в котором мою семью погубил человек из Дворца. Желая избежать такой участи, я поступила сюда на службу. После того, как угроза миновала, я хотела спокойно вернуться домой, однако настолько привязалась к этому месту, что возвращаться домой — не хотелось. Потому я продолжаю служить здесь вам и Вдовствующей императрице… У меня нет и мысли, чтобы стать ещё выше по статусу — я довольна тем, что имею. — Вот как… Я заметил, что у тебя сложились довольно тесные отношения с моими сыновьями. Это так? — Мы просто дружим. Они у вас хорошие люди, полные своих мыслей и идей. Но скажу честно — не со всеми я так близка, как вы думаете. — И с кем же ты тогда близка? — Если под «близка» имеется в виду много времени проводила за чашкой чая или игрой, а также прогулками, то таких принцев немного. Его Высочество Третий принц, Его Высочество Пятый принц и Его Высочество Четырнадцатый принц. С Его Высочеством Четвёртым принцем у меня довольно напряжённые отношения. — А что ты скажешь по поводу бывшего Наследного принца? — О мёртвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды. Однако боюсь, что Его Величество не станет слушать правду, потому просто промолчу. Ничего хорошего о нём я точно не скажу. — Вот как… А если отмести в сторону все твои бредни про сон, то зачем ты пришла во Дворец? — …Одним из вариантов была также и любовь. Я влюбилась. Бесповоротно. — Ты кого-то любишь? Кто же это? Кто мог заставить тебя отказаться от праздной жизни и пойти работать во Дворце? — Это был… А вот угадайте! Но что-то мы не о том, Ваше Величество. Наказание для меня — отправьте меня в Западную Лян! — Ох… Хитрая лиса… Ладно, но почему именно в Западную Лян? — Я слышала, что Основатель Западной Лян не так давно скончался. Его наследник ещё совсем молод, и его министры выбрали в качестве регента Принца Цзиня. Сейчас в Западной Лян смутные времена. Нужно действовать. Смею предположить, что Его Величество желает отправить туда своих шпионов. — Ты права… Но у меня есть много гораздо более способных шпионов. Почему я должен послать тебя? — Хм… Моя красота — лучшее оружие. Соблазню принца, а после убью его так, что никто не заметит — разве это не прекрасно? — …Допускаю такую возможность, но что ты скажешь, если твой план провалится? — Не провалится, будьте уверены, Ваше Величество. Однако, прежде чем вы меня туда отправите, можете пообещать о том, что Вдовствующая императрица ничего не узнает о нашем разговоре. Я сама ей во всём признаюсь, как только вернусь, точнее — когда придет время. — А ты будто и была готова к такому разговору. — Император даже немного нахмурился. — Я соглашусь с тобой по поводу моей матери. Так и быть — ты отправишься в Западную Лян. Даю тебе день на то, чтобы ты подумала над своими словами и завтра приходи. — Как будет угодно Его Величеству. — я поклонилась, а после покинула Зал Воспитания Сердца. Ноги немного подкашивало от волнения, но я уверена — я не откажусь от своих слов! К тому же, теперь «моя» семья находится «под лупой» у Императора. Одно неверное действие — и семье конец.       Пока я шла, то с кем-то столкнулась, а после кто-то усмехнулся и сказал: — Неужели ты не видишь, куда шагаешь. — Фу Хэн! — я подняла на него взгляд. — Что ты здесь делаешь? — Я шёл проведать свою сестру, а сейчас возвращаюсь к себе. Но, что случилось с тобой? Ты едва ходишь. Я слышал, ты ходила к Императору — что он сказал? — А… Да так, одно дельце есть, но я тебе ничего о нём не скажу, но дам подсказку — меня здесь не будет длительное время. — я подошла к нему и раскрыла руки для объятий, но он вдруг взял меня на руки и куда-то понёс. Я в начале протестовала, однако потом решила сдаться и как можно удобнее устроилась на руках.

***

      На следующий день, я оделась довольно скромно, одев на шею свистульку. Ещё я спрятала на ноге свой небольшой ножик, который смог бы спасти меня от неадекватов. Один из них попадётся мне, когда я отправлюсь в Западную Лян.       Ближе к вечеру я пришла к Императору. Я отправила письмо родителям, попрощалась со всеми, с кем могла, а также со Вдовствующей императрицей. Я сочинила ложную историю о том, что Император отправил меня далеко и надолго по одному делу. Она, конечно, расстроилась, но я дала слово, что вернусь в целости и сохранности. И привезу ей какую-нибудь милую вещицу. Последний человек был Ху Лин. Она довольно редко показывалась мне, от чего я уж подумала, что она отказалась от своего плана, но что-то мне подсказывает, что это неправда и она ждёт времени, когда меня не будет во Дворце. Что же, умно ты придумала конечно…       Войдя в Зал Воспитания сердца, я увидела, как Император лакомится сладостями. Заметив меня, он перестал есть. Я встала на колени и поклонилась. — Если я уже завтра отправлюсь в Западную Лян, есть ли у вас ещё пожелания по поводу моего задания? — спросила я, на что Император указал на сладости. — Угостись перед отъездом. Сегодня Императорский повар постарался на славу. — ответил Император, после чего на стол поставили пару сладостей и чай. Я начала лакомиться ими, довольно улыбаясь, пока не почувствовала в теле слабость, а глаза не начали слипаться.       Очнулась я уже в странной комнате. Сев, я помотала головой и поняла — это заброшенный храм. Помнится, что тут начиналось задание, которое выполнять мне не особо хочется, потому стоит уйти раньше, чем придёт парнишка и тот охотник. Также я пощупала себя — в той же одежде и свистулька до сих пор на шее, что лично для меня уже хорошо. Найдя тайный проход, я выбралась из него и побежала черт знает куда. По пути я также решила, что пока не буду менять внешность — как меня тогда Фу Хэн найдёт? В храме я нашла несколько вещиц, которые решила продать какому-нибудь антиквару — пусть и за низкую цену.       Дойдя до небольшого городка, я стала искать подобную лавочку и была приятно удивлена, что такая была. Обменяв вещи, я пошла в ближайшую таверну и решила снять себе небольшую комнату, а уже завтра отправиться в Западную Лян.       Зайдя в скромное здание, я сказала, подходя к мужчине: — День добрый, вы здесь хозяин?.. — О, конечно! — ответил мне добродушный мужчина. — Чем могу быть обязан? — Мне снять небольшую комнату. На одну ночь. И ужин тоже. — после того, как он назвал цену, я отдала ему несколько монет, которые он принял и потом проводил к комнате, а после и в подобие столовой, где было несколько посетителей. Я поблагодарила его и он ушёл, а я уже хотела было что-нибудь себе заказать, как ко мне подбежала женщина и закричала: — Бесстыдная потаскушка! — Что простите? — удивлённо спросила я, осмотревшись. — Мне кажется, что вы меня с кем-то путаете. К тому же — зачем оскорбляете?! — Это ты меня оскорбила! Проститутка! Пыталась соблазнить моего мужа на глазах у людей! — Что?! Вы явно шутите, к тому же, я здесь впервые нахожусь. — я подошла к ней ближе. — Если пелена ревности так застелила вам глаза, что любая молодая девушка, которая хотела попроситься на ночлег, то советую вам не подходить ко мне, а не то дам неплохое лекарство от подобного. Ясно?!       После отошла от неё и пошла покупать ужин, игнорируя её крики и вопли. Однако одной посидеть я не смогла, ведь ко мне подсел странный мужчина. — Я заметил вашу ссору с женой трактира и захотел познакомиться с такой смелой девушкой, что выдержала её истерику. — Извините, конечно, но можно я поем в одиночестве? — Конечно, но могу ли я узнать ваше имя. — Я доем — тогда и поговорим, ясно? — Конечно, я, если что, буду неподалёку. — и он наконец ушёл. Я тяжко выдохнула — интересно, когда от меня отстанут и я смогу насладиться своим небольшим путешествием?!       После ужина, я нашла того мужчину. Подойдя к нему, спросила: — Вы что-то хотели? — О, да… — он оценивающе посмотрел на меня. — Вы не местная? Куда-то направляетесь? — Я пойду в Западную Лян. Мне нужно туда по делам. — Какое совпадение! Я тоже отправляюсь туда со своим караваном. Меня зовут Сюй Хай. Вы можете поехать с нами, если желаете. — Я бы и с радостью, да средств для такого у меня нет. — решила я разыграть трагедию. — Матушка отправила меня совсем без денег к моим родственникам. Лишь свистулька, что досталась мне от ныне покойного отца, со мной. Последние монеты я потратила на ужин и комнату… — Госпожа, мне вас искренне жаль. Могу ли я спросить ваше имя. — Афу. Просто Афу. — Госпожа Афу, мы отправляемся завтра утром. Давайте встретимся завтра у входа в таверну. — А… А как же плата? — Об этом мы можем поговорить чуть позже…       Я едва могла заснуть. Этот тип… Пришлось согласиться, а иначе я в душе не понимаю — как добраться до Западной Лян. Спрашивать у хозяина таверны — плохая мысль — придёт его ревнивая жена, а её упрёки слушать по новой я не намерена. Было бы проще спросить у местных, но не факт, что кто-то ответит.       С трудом проснувшись, я собралась и вышла на улицу, а после заметила Сюй Хая и его караван. — Госпожа Афу, я приготовил для вас экипаж. Пожалуйста, садитесь. — сказал он, натянув улыбку. Я едва не закатила глаза, но сдержалась. — Не стоило так утруждаться, господин Сюй. Мне и на лошади будет хорошо ехать. К тому же, так можно сэкономить не только время, но и деньги. — Не стоит. Нам предстоит долгий путь. Как вы собираетесь проделать весь этот путь верхом на лошади? В карете вам будет намного удобнее. — Я сказала, что не стоит, значит не стоит, господин Сюй. Неужели мы будем терять время на этот пустой спор? Лучше просто подайте мне лошадь — я привыкла к езде верхом.       Прошло несколько дней и мы проезжали в лесу через горы. Лошадь досталась мне довольно ласковая, дрессированная, что было для меня хорошо. Мы с ней нашли общий язык. Когда мы останавливались в небольших деревушках, то по вечерам я играла ей песни на свистульке. От радости она ржала, давая понять, что ей нравится.       Сейчас, увы, деревушки или села поблизости нет, потому мы решили разбить лагерь у дороги. Мне поручили набрать воду, а потому пошла в сторону небольшой речки, у которой я также решила немного умыть лицо и немного руки. И тут я услышала разговор. — Мастер, вам ведь нравится Афу? — спросила одна из девиц. — Она очень хорошенькая. — ответил Сюй Хай. — Кому она может не понравится? Хотя она немного отстранённая и не особо тактичная. У тебя ещё осталось лекарство, которое ты принесла в прошлый раз? В следующий раз добавь его в еду…       Я сжала руку в кулак. Этот уродец… Ну, ничего, я ему устрою — «хорошенькую девочку»… — Афу, ты набрала воды? Хватит там возиться! — позвала меня одна из девушек. Я уже хотела было ответить ей, как заметила подходящего ко мне Сюй Хая. — Госпожа Афу, не ожидал, что вы будете здесь набирать воду… — А я не думала, что вздумаете следить за мной. Ц-ц-ц, как некрасиво, господин. К тому же, а вдруг меня бы здесь не было?! Или я заснула у реки… Ох-хо-хо, моя головушка заболела… — Думаю, тебе сегодня стоит лечь пораньше. — наигранно спокойно сказал он. Я взяла вёдра и вернулась в лагерь. Вела себя весь вечер как обычно, а после пошла в свою палатку, вот только потом попробовала уйти, как со спины послышалось: — Куда ты так бежишь, Афу? — я аж замерла, повернувшись к нему в пол оборота. — Афу, ты меня так обидела! Я так хорошо с тобой обращался, а теперь ты меня бросаешь? — Вы серьёзно или будете продолжать строить из себя «хорошего»? — спросила в ответ я, скрестив руки на груди. — Я слышала ваш разговор и ни о какой «обиде» или подобии того речи и быть не может! — Я был неосторожен в словах. Признаю это. Но даже после того, как ты это услышала, нам незачем враждовать. — Я вас в любом случае не прощу за такое. И не надейтесь. — Вообще, я не люблю заставлять людей делать что-то. Афу, тебе не нужно просить о помощи у твоих родственников. Ты можешь остаться со мной и жить припеваючи. — С вами? — я, наконец-то, закатила глаза. — Пф, да вы даже не в моём вкусе, что уж говорить о другом. К тому же, я уже давно обручена с одним мужчиной… — И кто же этот мужчина?! — спросил он, явно теряя терпение. — И почему же он не последовал за своей жёнушкой?! Но не волнуйся, Афу, я сделаю так, что никто ни о чём не узнает — и мы будем вместе. — Я в этом сильно сомневаюсь, сударь. — я вытащила из ножен кинжал и после поднесла его к горлу. — Очень сомневаюсь, что мой супруг будет рад тому, что вы собираетесь со мной сделать. Да он город может на уши поставить и тогда и вам, и вашему бизнесу придёт конец… — я посмотрела через его плечо. — И, кстати, он уже прибыл за мной. — Ха-ха, хорошая попытка. — Сюй Хай стал подходить ко мне. — Можешь не верить, вот только потом не жалуйся, что тело будет болеть. — и я рванула прочь от него, сжимая в руках рукоять кинжала. Всё-таки он пригодился. Позади меня слышались вопли Сюй Хая и звуки топота множества людей.       Внезапно я споткнулась, однако уже через мгновение я оказалась в чьих-то тёплых объятиях. Подняв голову, я обрадовалась. — Прости, я опоздал. — сказал Фу Хэн, на лице которого тоже появилась улыбка. Я прижалась к нему. — Я тебя ждала… — Ты отказала мне из-за этого мужчины?! — послышался возмущённый голос Сюй Хая. Я заметила, как взгляд Фу Хэна нахмурился. Ну, всё — тебе конец, братан! Фу Хэн отвёл меня в сторону, сказал множество ласковых и приободряющих слов, а после пошёл на компашку Сюй Хая.       Однако пока Фу Хэн разбирался с купцами, Сюй Хай прокрался ко мне и попытался взять меня в заложники, но я ловко смогла выбраться из его «объятий» и побежала прочь. Однако он не отставал от меня!       Когда силы были почти на исходе, он всё же поймал меня за плечо и сказал, дико улыбаясь: — А твой дикий жених знает как драться! — Он во многом лучше тебя, тварь! — я влепила ему смачную пощёчину, после чего он отлетел в сторону и я, играясь с кинжалом, пошла на него, наступая при этом на его тело с такой силой, что в один миг я услышала довольно громкий хруст, а после Сюй Хай вскрикнул. Ко мне подбежал Фу Хэн. — Он вновь приставал? — Конечно. Желает такую жену, как я, у такого хорошего, как ты, мужа забрать. Вот бесстыдник! — Ты… ты стерва! — только и смог выдавить из себя Сюй Хай, держась за, похоже, сломанную руку. Я посмотрела на Фу Хэна, а после, взяв за руку, повела прочь от того места — пусть мучается.       Отойдя достаточно далеко, мы нашли небольшое озеро. Решили остаться здесь на ночлег. Фу Хэн сказал, чтобы я отдохнула, но сейчас мне хотелось лишь одного — окунуться. Желаю забыть о том, что пережила. Он не стал настаивать, потому пошёл за ветками для костра.       Я сняла с себя часть верхних одежд и вошла в прохладную воду. В начале ёжилась, а когда привыкла, то окунулась почти полностью. Благо на улице было лето, потому было довольно тепло. Боюсь представить, что случилось бы со мной — не приди Фу Хэн мне на помощь. Интересно — как много он услышал из нашего разговора? Или он вообще не слышал? — …Шэнь Янья… Шэнь Янья! — вдруг услышала я. Глянула в сторону — это был Фу Хэн. — Выходи из воды. Простудишься ещё. — Хорошо! — и я, прикрыв себя руками, закуталась в верхние одежды и пошла к нему. Фу Хэн разжёг огонь. Я ласково потянула к огню руки и стала греть себя, а потом посмотрела на Фу Хэна. — Может, что-то спросить хочешь? — Кажется, в эти дни тебе было непросто. Но теперь я наконец здесь. Теперь с тобой всё будет хорошо. — он прижал меня к себе. Я в начале удивилась, но потом умилилась такому жесту и приняла его объятия. Мы довольно долго молчали, слушая шум костра. Я слышу его быстрое сердцебиение, от чего на сердце стало чуть спокойнее. — Фу Хэн, тебя ведь Император послал защищать меня? — поинтересовалась я. — Да, однако что заставило тебя добровольно пойти на эту миссию? Ты понимаешь — на сколько это опасно? — Конечно! — я довольно улыбнулась. — Мне ничто не страшно! Особенно, когда рядом ты. В такие моменты я могу быть слабой и немного капризной девушкой… С тобой хорошо, вот только… — я отстранилась и отвернулась. — Есть одна тайна, о которой я никому не сказала. Пока что. — Шэнь Янья, я не совсем понимаю — о чём ты… Может лучше в начале на мои вопросы ответишь. — я услышала в его голосе нотки злости и некой обиды, не же ли агрессии. На это лишь похихикала. — Я все понимаю, Фу Хэн, только… Пообещай мне одну вещь, прежде чем я всё тебе расскажу — повернулась к нему и взяла того за руки. — То, что ты сейчас увидишь и услышишь — останется только между нами. До тех пор, пока я сама не решусь рассказать всё другим. Договорились? — Я… Хорошо. — ответил он, после чего я встала перед ним. Глубоко вздохнув, я провела рукой по голове, закрыв при этом глаза. Я вновь ощутила свои кудри, а когда открыла глаза, то увидела поражённое лицо Фу Хэна. От удивления его рот даже чуть приоткрылся. — Будем снова знакомы, Фу Хэн. — сказала я своим голосом. — Я на самом деле никакая не Шэнь Янья. Я — Миралла. — Я… Погоди, я тебя однажды где-то видел… — начал Фу Хэн. — Я это помню… — Правда? Может, во время ночного патрулирования видел девушку, что танцевала на крыше? — Нет… Можешь пожалуйста спеть что-нибудь. — Хорошо… Прекрасное далеко не будь ко мне жестоко. Не будь ко мне жестоко. Жестоко не будь. — Так это была ты! Я вспомнил! Ты…невероятная. — наши взгляды встретились. — Вот только — как ты это делаешь? — Внешность меняю? Мне и самой не особо понятно, но это даже здорово — быть со своей настоящей внешностью. Фу Хэн, скажи мне — я красивая? — Очень… Ты великолепна. — Не смотря на то, что я, по сути, ведьма? — Мне все равно. — он подошёл ко мне и прижал к себе. — Правда теперь мне придётся долго привыкать ко всему этому, но я надеюсь, что ты немного поможешь в этом. — Конечно… Я сделаю все, что в моих силах. — от его слов я даже заплакала. Он нежно гладил по голове, а после стал покрывать лицо лёгкими поцелуями, от чего я тихо смеялась, в ответ прижимаясь. Мы вернулись к костру и сели около него, после чего я рассказала ему правду о том — что со мной произошло и почему согласилась на дело Императора. — Вот оно что… Не думал, что ты на такое способна, однако это всё бред! Я понимаю, что ты сделала плохой поступок, соврав о своём статусе… Не знаю. Для меня это кажется странным. — Ха-ха-ха! Будь моя воля — я бы давно сделала всё возможное, чтобы спасти Империю, но сил недостаточно. Потому я согласилась на такое. К тому же, тебе не стоит ничего говорить Императору. Особенно обо мне, хорошо? — …Я хочу увезти тебя отсюда. — он немного нахмурился, но в его глазах не нашла и тени лукавства или что-то вроде шутки. Он был серьёзен. Для меня это было довольно удивительно, пусть и понятно. — Как мило… Вот только давай это сделаем немножко позже, хорошо? — я обняла его руку. — Там как раз Фэн подрастёт, да и мы можем стать свободными… Если, конечно, Император разрешит, в чём я, правда, сомневаюсь… — …Как скажешь. — он сжал руку, а после ласково поцеловал. — Только пообещай, что будешь осторожной. — Конечно буду, куда же я денусь…       Через время, я и Фу Хэн нашли оставшуюся выжившую лошадку и отправились в сторону небольшого поселения, в котором разузнали маршрут в Западную Лян, а через день двинулись дальше.