Искры на фоне звездного неба

      Первый рабочий день начался для нее с легкой дрожи в руках. Гермиона тщательно изучала свое отражение в старинном зеркале, установленном в углу комнаты для сотрудников. Сегодняшний наряд был продуман до мелочей: брючный костюм бордового цвета с пиджаком свободного кроя и классическими брюками с высокой посадкой. Несмотря на прохладный конец августа, под пиджаком она выбрала легкий черный кружевной корсет с декоративными завязками, подчеркивающий талию. Корсет был дополнен широким черным ремнем с аккуратной пряжкой, а легкий шейный платок в тон корсету, завязанный на шее добавлял утонченный акцент. На губах ярко-красная помада, волосы, длинные и слегка небрежно лежали на плечах, придавая образу нотку дерзости. Завершали картину туфли на высоком каблуке, едва выглядывающие из-под длинных брюк.       Глядя на себя, Гермиона отметила, что все выглядело идеально — такой образ она когда-то могла только представить. Теперь, став взрослой, она наконец позволила себе воплотить эту мечту. Однако чувство, что ее пристально разглядывают, все же не покидало. Быть может, дело в том, что волшебники редко видят настолько яркие, смелые и, пожалуй, чересчур "магловские" наряды. Что ж, пусть привыкают. Маглы тоже умеют одеваться со вкусом.       Драко вошел в зал с таким видом, будто это место было продолжением его самого. Спокойный, уверенный, и при этом обладающий природной притягательностью. Каждый его шаг отдавался в воображении Гермионы коротким эхом. Она с удивлением обнаружила, что он сегодня тоже в бордовом, точнее, только его рубашка. Он кинул взгляд в ее сторону, задержался на мгновение, но ничего не сказал, будто этого и не требовалось.       — Коллеги, — его голос, глубокий и спокойный, разнесся по помещению, заставив всех сотрудников повернуться к нему. — Нам предстоит принять участие в "Гранд Бале Магической Моды".       Гермиона с трудом сдержала удивление. Она знала, что это было одно из важнейших благотворительных мероприятий года, где магическая элита демонстрировала не только свои богатства, но и роскошные наряды, сражаясь за внимание и одобрение общества.       — Основная тема этого года — "Сила природы", — продолжил Драко. — Это означает, что каждая наша работа должна отражать гармонию и мощь магического мира. Нам поступили заказы от множества известных личностей, но главный из них — наряд для Равенны Вейл. Его беру на себя.       Имя Равенны Вейл, безусловно, было знакомо Гермионе. Талантливая певица и одна из самых стильных женщин волшебного мира, которая олицетворяла собой идеал красоты и безупречности. Возможность работать с ней означала не только вызов, но и возможность прикоснуться к настоящей легенде.       Гермиона внимательно следила за тем, как сотрудники шепотом обсуждали новость и делились первыми эмоциями. Тем временем Малфой распределял обязанности, назначая пары для работы над остальными пятью нарядами. Каждой команде предстояло разработать концепцию, утвердить ее с клиентом, создать костюм и завершить все до начала ноября.       Оставшись в стороне, Гермиона терпеливо ждала, когда Драко Малфой освободится, чтобы они могли обсудить детали их совместной работы. Но ее взгляд невольно зацепился за Пэнси Паркинсон. Ее провокационный стиль остался прежним, но образы стали еще более дерзкими. Узкие черные джинсы подчеркивали изгибы длинных ног, тяжелые армейские ботинки добавляли наряду бунтарской грубости. Легкий черный топ контрастировал с массивной джинсовой курткой свободного кроя. Короткие волосы Пэнси теперь были слегка волнистыми, придавая ее облику новую динамику, а на носу блестел проколотый септум — неожиданный штрих, который выделял ее еще больше.       Гермиона задержала взгляд на Пэнси, невольно отмечая, что они обе явно выделялись среди остальных. Но если Пэнси своим бунтарским стилем воплощала абсолютную дерзость и самоуверенность, то Гермиона лишь делала первые шаги в этом направлении.       Тем временем, Паркинсон направлялась к ней с явной решимостью. Гермиона внутренне напряглась, готовясь к чему угодно.       — Ну надо же, — начала Паркинсон, когда между ними оставалось лишь несколько шагов. — Я думала, это какая-то шутка, но нет. Грейнджер, ты теперь в моде? Ты же в школе все время носила одну и ту же мантию?       Гермиона почувствовала, как щеки заливает краска, оттеняющая пиджак, но она сохранила невозмутимость. Сейчас она могла ответить достойно.       — Забавно, — ответила Гермиона, улыбнувшись так, словно ей было до смешного все равно. — Но, видимо, мой стиль все-таки кого-то впечатлил.       На лице Пэнси заиграла усмешка, а в глазах мелькнули хитрые искорки.       — Мне нравится, — она кивнула на Гермиону. — Тебе идет. Намного лучше, чем то, что было на тебе в школе.       Такого поворота Гермиона точно не предвидела. Получить комплимент от самой Пэнси Паркинсон, которая в школьные годы не упускала возможности ее поддеть, казалось чем-то совершенно невероятным — скорее планеты сойдут с орбит, чем это произойдет. Гермиона растерянно молчала, не зная, как реагировать, когда рядом неожиданно появился мужчина.       — Пэнси, — их перебил очередной знакомый из Хогвартса. Это был однокурсник Пэнси и Драко, Блейз Забини. Он положил руку на плечо Пэнси, легко, но с явным намеком. — Может, оставишь в покое нашего нового сотрудника?       — Вообще-то я с благими намерениями, Валаскес. Не обижу я вашу гриффиндорку.       Блейз закатил глаза, демонстративно вздохнув.       — Ты прекратишь меня так называть или я отшлепаю тебя. — Пригрозил он. Гермиона постаралась сдержать улыбку.       — Звучит заманчиво, но ты не в моем вкусе, — отозвалась Пэнси с довольной улыбкой. — Мне нравятся хорошие мальчики.       — Для тебя я могу быть кем угодно! — Блейз театрально приложил руку к сердцу, хлопая густыми ресницами.       Пэнси расхохоталась и слегка хлопнула его по плечу.       — Тогда останешься Валаскесом.       — С тобой не поспоришь, — сдался Блейз, поднимая руки в знак поражения.       — Вот именно, — самодовольно заявила Пэнси, оборачиваясь к Гермионе. — Еще увидимся, Ариадна.       Гермиона только сейчас заметила, что спинка куртки Пэнси была из прозрачной ткани, украшенной вышивкой из черных змей. На мгновение ей показалось, будто змеи действительно извиваются.       Блейз повернулся к Гермионе, его темные глаза улыбались.       — Не обращай внимания. Она обожает придумывать всем дурацкие прозвища.       — Знать бы еще, что они значат, — задумчиво ответила Гермиона.       — О, нет! Даже не пытайся, — Блейз усмехнулся. — Это примерно так же бессмысленно, как пытаться спрятать золото от нюхлера. — Парень улыбнулся. — Рад, что ты с нами. Думаю, Драко нашел себе подходящего напарника.       Гермиона благодарно улыбнулась и они попрощались.       Когда собрание завершилось, Драко пригласил ее в кабинет для обсуждения концепции наряда для Равенны. Комната была просторной, но заставленной рулонами тканей, чертежами и манекенами. Гермиона подумала, что этот хаос каким-то образом отражает самого Драко: он выглядел безукоризненно, но вокруг него всегда чувствовалась некоторая напряженность.       В школе он был настоящей звездой — выдающийся игрок в квиддич, студент, который всегда был на шаг впереди остальных. Но главное — он был потрясающе красив, и его просто невозможно было не заметить. Половина девочек в школе была без ума от него, и Гермиона не могла отрицать, что Драко Малфой привлекал и ее внимание. Но серьезно она им никогда не увлекалась. Только когда он стал появляться в заголовках газет, она с удивлением осознала, что их вкусы удивительно совпадают.       В школьные годы она привыкла видеть его улыбающимся, в компании друзей, с тем мальчишеским задором, который так легко вызывал у всех восхищение. Но теперь, встретив его снова, она увидела, что задор уступил место серьезности, а на его месте сидел уверенный, харизматичный мужчина. Его лицо — по-прежнему невероятно красивое — было словно вырезано из мрамора. Гермиона не могла оторвать взгляд от его светлых волос, острой линии скул и неповторимых серых глаз. В черном костюме и бордовой рубашке, идеально подчеркивающей его подтянутую фигуру, он выглядел просто… ошеломляюще. Брюки облегали его сильные бедра так, что Гермиона почувствовала будто воздух вокруг накалился, а она едва сдерживала дыхание. Еще ниже ей, пожалуй, смотреть не стоило.       Когда он снял пиджак и начал расстегивать рубашку, обнажая ключицы, Гермиона невольно задержала взгляд на его руках. Его пальцы, длинные и изящные, двигались с грацией, прошлись по волосам в нервном жесте. Ее сердце вдруг стало биться быстрее.       — Нам нужно что-то сильное, но утонченное, — сказал он, открывая альбом с эскизами, не замечая, как его присутствие, само собой, наполняло комнату тяжелым воздухом.       Гермиона растерянно заморгала, потерявшись в своих мыслях.       — Что-то вроде огня? — предложила Гермиона, вспоминая, как огонь всегда ассоциировался у нее с силой. Похоже, красный цвет сопровождает ее сегодня.       — Только без всех этих гриффиндорских штучек, — бросил Драко. — Огонь — это слишком банально. Все ждут именно этого.       Гермиона поджала губы, не позволяя себе ответить колкими словами. Гриффиндор тут вообще не при чем.       — А что, если это будет звездное небо? Глубокие синие оттенки, мерцание света, нечто загадочное, таинственное, — предложила она, как бы невзначай срывая взгляд с его лица, чтобы собрать мысли.       Драко нахмурился и, явно не ожидая такого поворота, оглядел ее с недоверием.       — Ты предлагаешь превратить Равенну в ночное небо?       — А почему бы и нет? Это отражает ее характер. Она сильная, но не кричащая. Ее сила скрывается в глубине.       Они замолчали, и Гермиона почувствовала, как каждый миг тянется, воздух становится плотным, а ее собственное сердце начинает биться быстрее. Его взгляд теперь был совершенно сосредоточен на ней, а не на ее идее, и она ощущала, как его мысли начинают меняться, как что-то таинственное и непередаваемое начинает происходить.       — Хорошо, — наконец сказал он, не отводя взгляда, — но никаких пайеток.       Гермиона улыбнулась, встретив его серьезный взгляд.       — Я бы не опустилась до такого дешевого трюка. Но мы можем использовать ткань из лунного шелка. Ее текстура идеальна для того, чтобы создать эффект мерцания.       Драко приподнял бровь, заинтересованный ее идеей.       — Лунный шелк? Это довольно редкий материал. Придется попросить Блейза помочь с поставкой.       Гермиона, увлеченно продолжая свою мысль, а Драко заметил, как ее глаза начали светиться энтузиазмом, пальцы рисовали эскиз с неослабевающим воодушевлением. Ее энергия была заразительной, и Драко невольно задержал взгляд на ее руках, которые без усталости добавляли детали, его мысли начали блуждать. С каждым словом, с каждым взглядом он чувствовал, как его собственное сердце ускоряет пульс, и давно забытая искра интереса снова просыпается.       А ее наряд... тот самый яркий акцент красного среди черных мантии и строгих костюмов, как красный свет на фоне темной ночи, сбивал с толку с того момента, как он его увидел. Ее красные губы, которые с такой страстью обсуждали их идеи, не оставляли его равнодушным. Он понимал, что ему не стоит слишком долго смотреть на них, и попытался отвлечься на эскиз, который они обсуждали. В голове его роились мысли, и они явно не были подходящими для данного момента.       Этого еще не хватало, проблем и так полно.              Нужно встретиться с Асторией. Да поскорее.